Воображаемая государственность | Московские прихожане храма Новомучеников и Исповедников Российских читают, принимают к сведению…

Воображаемая государственность

Рубрика: Объявления
Монография. Написано, конечно, слишком философически. Зато актуальности не занимать: «воображаемая государственность» и «пространство без территории» – разве это не про нас, белых непримиримцев? «Философия воображаемой государственности» хороша в качестве «нитки», на которую будет нанизываться практическая политика.
Много ссылок на Розеншток-Хюсси, Слойтердака, Шмитта, Шпанна, Канторовича, Агамбена и, разумеется, на Эволу. Упоминаний Гельича (и российской политоты в целом) нет ни в данной, ни в прочих монографиях (два года назад вышел 4-томник: https://www.ozon.ru/context/detail/id/32791180/). Вот этот абсолютный ̶j̶u̶d̶e̶n̶duginfrei стоит выделить особенно, т.к. бытует мнение, что в РФ ты интеллектуально либо «за Дугина», либо «за Мартынова» (хотя помню, что один из трудов Исаева рецензировал в журнале «Логос» экс-сиповец Горюнов).

 

 

 

Небольшой фрагмент:
"В «Граде Божьем» Августина власть «магического» правления распространяется на всю видимую часть всеобщего сообщества правоверных, экклезию, которое является одновременно Церковью, государством и нацией. Европейский же монарх становится правителем внутри исторического мира, его народ подвластен ему, поскольку вверен ему Богом, однако и сам является посредником Бога, – «разделение власти государства и власти Церкви – это великий фаустовский конфликт между временем и пространством» (О. Шпенглер). «Фаустовско-генеалогический» и «апполонически-олигархический» принципы сформировали два вида государственного права, Дике. Первый опирался на безбрежное ощущение дали: следование традиции первоисточных актов уходит далеко вглубь прошлого, ему равна по мощи была воля к длительности, с которой он задумывался об определенном будущем. В современном мире он осуществлял политику на широких пространствах в той самой «фаустовской динамической, контрапунктической политике дали».
Второй же всецело был телесен и стационарен, ограниченный политикой автаркии, ближайшим к себе соседством и нынешностью, это был античный полис, как идеальный тип, он выражал эвклидовы стремления к «оформленности внутри политического мира». Государство оказывалось здесь совершенно немыслимым, если вся нация не была «собрана в кучу» и не пребывала в одном месте, как одно тело, ее необходимо было видеть, даже обозревать: античный мир поэтому распадался на бесчисленные крошечные точки, вынужденные уничтожать друг друга, что и было выражением настоящей автаркии, как ее понимал античный человек"
Нравится