Архиепископ Афанасий (Мартос). Духовенство и народ | Московские прихожане храма Новомучеников и Исповедников Российских читают, принимают к сведению…

Архиепископ Афанасий (Мартос). Духовенство и народ

обедуютВсякий народ, исповедующий ту или иную религию, имеет своё определённое отношение к духовенству своей религии. Это отношение вырабатывалось столетиями и находилось в большой зависимости от степени религиозной настроенности данного народа, а также от его культурного состояния. Народы религий католической и протестантской всегда относились и относятся к своему духовенству благожелательно и с уважением. Это мог видеть каждый, кто жил в странах Западной Европы. Такое отношение сложилось не потому, что там духовенство идеально и беспорочно, а потому что народ воспитан в уважении к духовному сану. Если же среди этих народов имеется какой-то процент людей, враждебно настроенных к духовенству, то это коммунисты и злостные безбожники, которые составляют незначительное число и никакого влияния на народные верующие массы не имеют.

В каком же положении находится наше православное русское духовенство среди своего народа и всегда ли оно пользовалось подобающим его сану почётом и уважением? Этот вопрос является темой нашего рассуждения.

Русские люди весьма охотно говорят о своём духовенстве, главным образом о своих приходских батюшках, настоятелях приходов. В этом не трудно убедиться – стоит только ближе познакомиться с кем-нибудь из прихожан и начать с ним речь о священнике. Если бы эти разговоры велись в благожелательном духе, то это было бы хорошо, так как они свидетельствовали бы о любви к своему духовенству. Но, к сожалению, такие разговоры часто содержат в себе горечи и раздраженности по адресу духовных лиц всех рангов и положений. Говорят обычно плохое и редко хорошее, как будто хорошего мало или совсем нет. Бывает по пословице: “плохая молва бежит, а хорошая лежит.” На плохие разговоры можно было бы не обращать внимания, если бы они не смущали многих “малых сих,” людей наивных, привыкших судить о христианской религии по поведению духовенства. Особенно такие разговоры развращают молодёжь, отталкивают её от религии. В таком смысле плохие разговоры о духовных лицах наносят большой вред вере и Церкви, губят человеческие души для вечности.

ходПривычка говорить плохое о своём духовенстве сделалось как бы национальной особенностью русского человека. Ещё в старой Имперской России, а о коммунистической и говорить не приходится, образованный класс любил шутить над батюшками, рассказывать про них анекдоты, особенно про монахов, причём в содержание их вкладывали много смешного, уродливого и порочного, представляя духовных лиц в самых мрачных красках, что глубоко оскорбляло и унижало духовенство. И этим делом занимались не только простые обыватели, но даже лучшие поэты и писатели, претендующие на воспитательную роль всего народа. Такие рассказы, как: “Монахи и женщины,” “Мелочи архиерейской жизни,” “Поповская чехарда,” “Невероятный случай” и многие другие по сей день читаются публикой с большой охотой, с повышенным интересом, хотя выявлена в них буйная фантазия автора. Даже Пушкин не мог удержаться от этого соблазна и в ранние годы своей жизни сочинял смешные эпиграммы на духовных лиц, в том числе не пощадил даже митрополита. Большим творчеством в этой области отличались, как ни странно, семинаристы духовных семинарий, так называемые бурсаки.

Были ли в действительности такие типы духовенства, какие выводились в анекдотах или беллетрических рассказах, судить трудно, пусть это останется на совести их сочинителей, но с полной уверенностью можно сказать, что в содержании их буйствовала человеческая фантазия, часто необузданный цинизм и во многих случаях злая воля.

Чаепитие_в_Мытищах,_близ_МосквыМолодёжь быстро подхватывала всё смешное и плохое про духовенство и соответственно этому вырабатывала к нему своё отношение, а в месте с этим и к Православной вере. Не оставались вне деморализующего влияния дурных рассказов про духовенство также люди старшего возраста. На всех они оставляли свой пагубный отпечаток. Воспользовались этим в России коммунисты и раздули пропаганду против духовенства и религии в самых широких масштабах. Духовенство объявили “врагом народа,” а религию “опиумом,” начав беспощадно уничтожать то и другое. Антирелигиозная пропаганда и борьба с духовенством развратили многих. Это сильно выявляется в эмиграции.

Переходя к нашему времени, нас интересует отношение русского общества к своему духовенству в странах нашего рассеяния. Изучение этого вопроса приводит к мало утешительным выводам. Со скорбью приходится констатировать, что взаимоотношения между духовенством и мирянами складываются как-то странно, в некоторых случаях даже враждебно. Духовенство здесь должного почёта и уважения не имеет. Его разменяли на мелочь. Даже епископы, эти приемники святых Апостолов Христовых, часто терпят поношения от своих пасомых, своих чад духовных. Конечно, причин к этому много. Виноваты духовные лица, что не сумели удержаться на должной пастырской высоте. Виноваты также миряне или пасомые, которые не уважают своих пастырей и критически к ним относятся. Кто бы из них ни был виноват, но от этого страдает дело Божие, уменьшается успех пастырской деятельности и ослабевает религиозное горение. Пользуясь всякими недоразумениями между пастырем и пасомыми, дьявол сеет свои плевелы и губит христианские души.

Если ещё в Императорской России пастырское служение на приходе было нелёгким, то в эмигрантских условиях оно стало великим христианским подвигом. Дома и в храме, в пути и в городе священнослужитель должен быть особенно внимательным к себе: за ним все следят, всё за ним подмечают. Случилось, что лишнее выпил, сказал шутку или позволил себе светское развлечение, напр., зашёл в кино – все его за это осуждают, ставят ему в вину, против него негодуют: “Вот, мол, что делает, а ещё священник!” Его частная жизнь, его пища и навыки не ускользнут от любопытного глаза. Интересуются не с намерением помочь в нуждах, а из любопытства и чтобы осудить его, если найдут что предосудительное. Часто придираются к мелочам, и эти мелочи возводят на степень важных проступков.

Критическо-осудительное отношение мирян к священникам доходит иной раз до поразительной виртуозной придирчивости. И такое безчеловечно-суровое отношение способно создать невозможную обстановку для любого, даже идеально настроенного пастыря. Даже в такой области, где, казалось бы, более всего компетентен священник, напр., богослужение, сколько приходится пастырю переносить нареканий, осуждений, огорчений! Одни ворчат, что долго служит в храме, если батюшка старается соблюдать устав, другие – “ревностные не по разуму” желают соблюдения устава, если Богослужения сокращаются в угоду прихожанам, третьим не нравится та или иная Богослужебная особенность, допускаемая священником, – словом каждый заявляет свои претензии по своему личному усмотрению, признавая себя самого знатоком и единственным авторитетом. И сколько недоразумений, взаимного непонимания, обид и уязвлённого самолюбия происходит на этой почве!

От священника требуют, чуть ли не всех совершенств. Желали бы, чтобы он был голосистым, добродетельным, красноречивым и даже красивым. Но где таких батюшек взять, когда обладающих всеми талантами нет в мире. Эта истина всем известна, но к духовенству предъявляются особые требования. Ожидают от священника подвижнической жизни, но склонные к такой жизни ушли в монастыри, а в священники идут обычно представители того же светского общества, которое праведностью своей в жизни не отличается. Одним словом требований много. Конечно, неприятно иметь плохого священника, но требовать от него всех совершенств безрассудно.

протоНедоброжелательное отношение мирян к своему духовенству, их чрезмерная придирчивость и материальная необеспеченность удерживают многих хороших кандидатов от принятия священнического сана, чем наносится большой вред Церкви Христовой. Среди русского рассеяния повсеместно катастрофически уменьшается число духовенства, а новой смены нет. Не будет духовенства, прекратится церковно-религиозная жизнь. А кто этого желает? Из православных никто.

Если сравнить пастырское служение нашего духовенства с таковым у католиков или протестантов, то у нас оно гораздо тяжелее и сложнее. Все наши Богослужения: литургия, всенощное бдение, молебны, панихиды, венчание и другие во много раз длиннее католических или протестантских. Всенощного бдения у них нет. Богослужебные чины у них сокращены до минимума. Наши Богослужения величественны, торжественны и длинны. Продолжительность наших православно-русских Богослужений заставляет священника оставаться продолжительное время в храме и более усердно нести свой молитвенный подвиг. И этот подвиг он несёт безропотно, находясь часто в нищете и в поношении от своих!

кустодиевКатолики и протестанты, а также православные греки и арабы поддерживают своё духовенство морально и материально, благодаря чему оно чувствует под ногами твёрдую почву, действует смело и независимо, служит с радостью, а не с воздыханием. Наше же духовенство находится в иных условиях, более тяжёлых и невыгодных для себя. Пастырскую службу ему приходится нести с оглядкой на своих прихожан: авось что-нибудь не понравится им! А угодить всем трудно. Одному не понравилось лицо, другому борода, третьему голос, четвёртому проповедь, пятому неосторожно сказанное слово и т.д., а иной просто что-нибудь придумает, смотришь – какая-то часть прихожан недовольна. Дело плохо! Недовольные своего батюшку не поддержат, а будут его поедом поедать и добиваться удаления с прихода любой ценой. При таких условиях идеально настроенный пастырь может пасть духом.

Заканчивая эту статью, мы приведём слова Митрополита Антония, взятые из его послания к Волынской пастве: “Помните, братие, как страшно покарал Господь Корея, Дафана и Авирона за то, что они восстали против законного священства? По слову Моисея, расселась земля под ними…и поглотила их и всех людей кореевых и всё имущество. И сошли они со всем, что принадлежало им, живые, в преисподнюю, и покрыла их земля, и погибли они из среды общества (Числ. 19:31 и 33). Бойтесь же, братие, противиться власти духовной, не возвышайте голоса своего с грубостью, когда беседуете со священником, когда говорите в Церкви Божией или на церковном погосте. Со страхом и вниманием обдумывайте здесь свои слова, предстоя пред лицом Божиим, как бы на страшном суде Его. Если кажется, что вас обижают, говорите с кротостью или приносите жалобу о. благочинному и затем архиерею. Святой Апостол Иуда, брат Господень, говорит в своём послании, что, как Содом и Гоморра сожжены были Богом, так точно будет с сими мечтателями, которые оскверняют плоть, отвергают начальства и злословят высокие власти (Иуда 1:8).

попыВот почему святые отцы постановили в 121 правиле Номоканона: “Яко не достоит просту (т. е. мирянину) укорити священника, или бити, или понашати, или клеветати, или объличати в лице, аще убо и истина суть. Аще же постигнет сие сотворити, да проклянётся мирский, да отмещется от Церкви (отлучится от Церкви), разлучён бо есть от Святые Троицы и послан будет в Иудино место.”

“Видите ли, братие, какая участь ожидает бунтовщиков на пастырей духовных? И всякий, кто подущает тебя на это, есть Иуда, предатель Христов. Берегитесь же их, братие. Они знают, что пока народ будет уважать и слушать священников, до тех пор будет верен своей Церкви и христианским обычаям.”

“Учите же детей своих уважать и любить служителей Христовых. Мы одна семья Божия, одно тело Христово все. Вместе живём, вместе молимся и вместе умираем, и вместе все сподобимся встретиться в жизни грядущей, Царствии сладости, среди пения ангельских ликов, среди славословия пророков и апостолов, и мучеников, и преподобных пред престолом Небесного Владыки. Там жребий смиренных и послушных чад Церкви, там не будет места смутьянам и бунтовщикам. Да не будет им места и среди тебя, христолюбивый православный народ.”

Благодать Священства

“Благодать Божия и в недостойном священнике действует не ради нас,

но ради вас... Не им пренебрегаешь, но священством”.

(Святой Иоанн Златоуст)

“Не будем осуждать ни одного человека, пока не придёт праведный Судия, – особенно же иерея Божия не осуждай за его сокровенные и тайные согрешения. Не тобою он судим будет, но от Бога.” (Преп. Никон Черноризец – 2-а половина 200 столетия).

* * *

 

афанасий мартосАрхиепископ Афанасий (Мартос Антон Викентьевич) родился 21 сентября 1904 г. близ города Несвиж (Польша) в крестьянской семье. В межвоенный период проживал в Польше. В 1927 г. принял монашество в Почаевской Лавре. Окончил Богословский факультет Варшавского университета (1930). Иеромонах (1930). Служил в юрисдикции Польской Православной Церкви. Наместник Яблочинского монастыря (1936). Архимандрит (1938). Хиротонисан во епископа Витебского (1942). Епископ Новогрудский (до июля 1944 г.). Эвакуировался в Германию в 1945 г. Перешел в юрисдикцию Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) (февраль 1946 г.). Администратор Северо-Германского викариатства Германской епархии РПЦЗ. Викарный епископ в Австралии (1950-1955). Епископ (затем архиепископ) Буэнос-Айресский и Аргентинско-Парагвайский (с марта 1956 г.). Скончался 3 ноября 1983 г. Погребен на братском кладбище Свято-Троицкого монастыря в г. Джорданвилль (США).

http://internetsobor.org/arkhiv-rptcz/biblioteka/arkhiv-rptcz/arkhiepiskop-afanasii-martos--slova-i-poucheniia

Нравится