«Генерал Туркул, мы не забудем Тебя!» | Московские прихожане храма Новомучеников и Исповедников Российских читают, принимают к сведению…

«Генерал Туркул, мы не забудем Тебя!»

(статья из 1-го номера журнала «Русский Образ», февраль 2003 г.):

Антон Васильевич родился в 1892 году в г. Тирасполе в семье русского служащего. В 1909 г. окончил Ришельевскую гимназию в Одессе. В 1910 г. добровольно вступил на военную службу рядовым на правах вольноопределяющегося II разряда в 56-й пехотный Житомирский Его Императорского Высочества Великого Князя Николая Николаевича пехотный полк, квартировавший в Тирасполе.

В 1910 — 1911 гг. Туркул дважды пытался поступить в Одесское юнкерское и Тифлисское пехотное училища. Оба раза неудачно. В январе 1913 г. Туркул был уволен в запас в чине младшего унтер-офицера. После начала Первой мировой, или как её тогда называли Второй Отечественной войны, Антон Туркул был призван по Тираспольскому уезду и направлен в 43-й пехотный запасной батальон.

Спустя некоторое время он поступил в юнкерское училище, после ускоренного курса был произведён в прапорщики и зачислен в 75-й пехотный Севастопольский полк. За время войны Туркул трижды был ранен, награждён орденом святого Георгия IV степени и Золотым Георгиевским оружием, произведён в штабс-капитаны. После февральской революции, штабс-капитан Туркул не раздумывая вступил в ударный батальон. В условиях разложения армии, фронт держался исключительно на так называемых «частях смертников».

В соответствии с приказом Верховного Главнокомандующего ген. от кавалерии Брусилова 27 июня 1917 г. N 547 во всех армиях начали формироваться ударные подразделения, укомплектованные только лишь добровольцами — теми офицерами и солдатами, кто не забыл присяги. Отличительным знаком ударников был шеврон с адамовой головой. После октябрьского переворота и роспуска ударных частей Туркул с группой своих боевых товарищей записался в отряд генерального штаба полковника Михаила Гордеевича Дроздовского.

Отряд формировался вопреки воле деморализованного командования. Вот что писал полковник Дроздовский в своём дневнике о тогдашней атмосфере в армии: «Агитация против похода изводит, со всех сторон каркают представители генеральских и штаб-офицерских чинов, вносят раскол в офицерскую массу. Голос малодушия страшен, как яд. На душе мрачно, колебания и сомнения грызут, и на мне отразилось это вечное нытье. А все же тяжёлые обстоятельства не застанут врасплох. Чем больше сомнений, тем смелее вперёд по дороге долга…»

В конце февраля 1918 г. отряд, насчитывавший тогда немногим более тысячи бойцов, выступил из Ясс (Румыния) на Дон, на соединение с Добровольческой армией генералов Корнилова и Алексеева. Туркул вышел в поход фельдфебелем 2-й офицерской роты. Тяжёлый трёхмесячный поход вошёл в историю Белой борьбы. Беспримерная храбрость дроздов проложила им дорогу через объятый анархией юг России.

Дроздовский писал: «Газетная травля (еврейская) „Одесских новостей“ и других социалистических листков (прапорщик Курляндский), желание вооружить всех — впереди нас идёт слава какого-то карательного отряда, разубеждаются потом, но клевета своё дело делает, создает шумиху и настораживает врагов. А ведь мы — блуждающий остров, окружённый врагами: большевики, украинцы, австро-германцы!!! Трудно и тяжело! И тревога живет в душе, нервит и мучает».

Новочеркасск, павший зимой 1918 г. восстал в конце апреля. Казаки, прочувствовав на себе «народную власть» большевиков с оружием в руках вступили в борьбу. Восстание было практически подавлено, лишь на окраине города, в Хотунке, горевшей от артиллерийского огня, ещё отбивались казаки.

Позже, Туркул вспоминал эти дни: «Когда мы внезапно показались под городом, он уже почти был оставлен восставшими донцами, державшимися только на окраинах. Красные наступали. На наступающих двинулась наша кавалерия, бронеавтомобиль и конно-горная батарея. Нас не ждали ни донцы, ни красные. Наша атака обратила красных в отчаянное бегство. На третий день Пасхи, 25 апреля 1918 г., Новочеркасск был освобождён».

Во Втором Кубанском походе летом — осенью 1918 г. Туркул командовал уже ротой офицерского стрелкового полка 3-й пехотной дивизии полк. Дроздовского. В боях под Кореневкой, 16 июля он был тяжело ранен в ногу и вернулся в строй только в начале 1919 г. С января 1919 г. Туркул командовал 1-м батальоном 2-го офицерского генерала Дроздовского полка. 24 октября 1919 г. в чине полковника он принял командование 1-м офицерским стрелковым полком Дроздовской дивизии.

7 апреля 1920 г. за успешную десантную операцию Перекоп — Хорлы приказом главнокомандующего Русской армией генерал-лейтенанта барона Петра Николаевича Врангеля Туркул был произведён в чин генерал-майора. В самом конце борьбы на Юге России, 6 августа 1920 года генерал Туркул в боях у колонии Фридрихсвельд в Северной Таврии принял командование Дроздовской стрелковой дивизией у Генерального штаба генерал-лейтенанта Келлера. Под умелым командованием генерала Туркула Дроздовская дивизия с честью дралась до самой эвакуации в ноябре 1920 г. В конце октября — ноября Дроздовская дивизия сыграла решающую роль в контрнаступлении стратегического резерва Русской армии под Юшунью, обеспечила успешную эвакуацию армии и беженцев, понеся при этом наименьшие потери.

Вот что писал генерал в своих воспоминаниях о последних боях дроздов на Русской земле: «Цепи красных, сшибаясь, накатывая друг на друга, отхлынули под нашей атакой, когда мы, белогвардейцы, в нашем последнем бою, как и в первом, винтовки на ремне, с погасшими папиросами в зубах, молча шли во весь рост на пулемёты. Дроздовский полк в последней атаке под Перекопом опрокинул красных, взял до полутора тысяч пленных. Только корниловцы, бывшие на левом фланге атакующего полка, могли помочь ему. На фронте, кроме жестоко потрёпанной бригады Кубанской дивизии, не было конницы, чтобы поддержать атаку. В тыл 1-му полку ворвался броневик, за ним пехота. Под перекрёстным огнём, расстреливаемый со всех сторон, 1-й Дроздовский полк должен был отойти. Полк нёс из огня своих раненых. Около семисот убитых и раненых было вынесено из огня. Ранен командир генерал Чеснаков, убит начальник команды пеших разведчиков капитан Ковалёв, переранены почти все офицеры и стрелки. В тот же день был получен приказ об общей эвакуации, и Дроздовская дивизия, страшно поредевшая, но твёрдая, двинулась в Севастополь. Конец. Это был конец, не только белых. Это был конец России. Белые были отбором российской нации и стали жертвой за Россию. Борьба окончилась нашим распятием. „Господи, Господи, за что Ты оставил меня?“ — может быть, молилась тогда с нами в смертной тьме вся распятая Россия».

За три года боев дивизия покрыла себя неувядаемой славой. Дрозды первыми наступали и последними отступали. Их легендарная стойкость в бою была известна с обеих сторон. После сворачивания дивизий армии в 1-й армейский корпус принял 3-й стрелковый ген.

Дроздовского полк пехотной дивизии 1-го армейского корпуса: «Мы стали в Галлиполи под открытым небом, на снегу, в голом поле. Так началось железное Галлиполи. Не оно нас, а мы, скованные в одно жертвой и причастием огня и крови двухлетних наших боев, создали Галлиполи. Наше изгнание началось».

В эмиграции ген. Туркул занимался активной деятельностью, стремился продолжить борьбу с большевизмом. В годы Гражданской войны он потерял трёх братьев. Один из них, служивший под его началом, был зверски умучен большевиками, взявшими его в плен и обнаружившими в кармане шинели новенькие малиновые офицерские погоны с вензелем «Д». Молодой человек был только что произведён в первый офицерский чин. Погоны были сюрпризом для него.

С осени 1921 г. генерал жил в Болгарии, затем в Париже, возглавлял полковое Дроздовское объединение, был деятельным чином РОВС (Русского Обще-Воинского Союза). В 1923 г. в Болгарии Туркул принимал вместе с генералом Витковским активное участие в формировании русских отрядов, сыгравших важнейшую роль в подавлении осеннего восстания болгарских коммунистов. 23 февраля 1935 г. вместе с генерал-майором Фоком и 14 старшими начальниками РОВС подписал открытый меморандум, адресованный начальнику РОВС генерального штаба генерал-лейтенанту Миллеру, потребовав от него превращения организации в единый центр Русской эмиграции и настаивая на продолжении активной работы в СССР.

Не добившись положительного ответа в РОВС, 16 июля 1936 года Туркул в Париже создал и возглавил Русский Национальный Союз Участников Войны (РНСУВ). За это он был исключён из РОВС, так как согласно приказу ¦ 82 чины РОВСа не могли состоять в иных организациях. Нужно «не только отрицать коммунизм, но и, главное, утверждать своё», «строить Новую Россию — святыню, Россию — справедливость, в которой все слои населения в их повседневной деятельности и труде служат Божьей правде, Нации, Государству, своей народности, обществу своего края, своей семье» писал в газете «Сигнал» корнет Апанасенко (председатель Политического Бюро РНСУВ), полемизируя с РОВС.

Девизом РНСУВ стало: «Бог — Нация — Социальная справедливость». Наиболее близко движение Туркула сотрудничало с Национально-Трудовым Союзом Нового Поколения (НТСНП). В апреле 1938 г. левым правительством Леона Блюма он был выслан из Франции в Германию. К 1939 г. отделы РНСУВ были созданы во Франции, Бельгии, Чехословакии, Югославии, Албании, Греции, Аргентине, Уругвае.

Об основных принципах организации можно судить по их краткому изложению в «Военном журналисте» за 1939 г. Она сводилась к следующему: Ярко выраженная, вытекающая из национальной истории идея. Жертвенность — «Мы для России, а не она для нас». Программа действий — понятная для Русского народа. Организационное ядро — организационная группа с единой доктриной, способная помочь ведущему слою России принять должное направление. Ведущая Воля — организационное ядро связанное дисциплиной и ведомое единой волей.

РНСУВ выступал за преобразование советской профсоюзной системы в корпоративную. «Мы — за введение в государственный и социальный строй России корпоративного принципа, тем более, что он не чужд России. Введение корпоративного принципа укрепит сотрудничество всех слоев нации ради общего блага», - было написано в программе движения.

После начала Второй мировой войны германские власти запретили деятельность всех русских общественных организаций. В 1941—1943 гг. Туркул безуспешно пытался восстановить деятельность РНСУВ. В 1943 г. он совершил поездку в оккупированный Севастополь, где безуспешно пытался отыскать могилы Генерального штаба генерал-майора М. Г. Дроздовского и полковника В. Б. Туцевича в районе Малахова кургана. В конце войны Туркул участвовал во Власовском движении, воспринимая его как продолжение Белой борьбы.

После личной встречи с А.А. Власовым зачислен в армию и 17 декабря 1944 г. кооптирован в КОНР. Но сам Власов и начальник штаба ВС КОНР генерал-майор Ф. И. Трухин воспринимали его настороженно.

В своём дневнике 8 января 1945 г. Трухин записал: «Меандров, Крейтер и Туркул совещались с Розенбергом. Свидание Штейфона тоже с целью захвата власти».

Очевидно, в начале 1945 г. правое крыло власовцев предпринимало попытки захвата власти в КОНР и «редактирования» социалистического Пражского манифеста. В марте—апреле 1945 г. генерал Туркул формировал Отдельный корпус ВС КОНР. Его штаб располагался под Зальцбургом, а части в Лиенце, Любляне и Филлахе. Туркул формировал корпус опираясь преимущественно на дроздовцев, участников Белого движения и чинов РНСУВ. Корпус состоял из 5 тыс. чинов, туда входили следующие части: отдельный полк полковника Кржижановского, полк СС «Варяг» полковника М. А. Семёнова, отдельный казачий полк генерал-майора ВС КОНР С. К. Бородина. Фактически корпус не был сформирован. В марте корпус был переименован в бригаду.

Полк «Варяг» закончил войну в Словении, там где он и дислоцировался все время. Часть чинов полка избежала выдачи Советам и спаслась вместе с остатками Русского Корпуса полковника Рогожина. Они были интернированы на территории Австрии в лагерь Келлерберг. В мае 1945 г. генерал был арестован союзниками. До 1947 г. он находился в заключении, затем жил под Мюнхеном. В 1950 г. вернулся к активной политической деятельности. В августе того же года был организован съезд ветеранов РОА под Шляйхсхеймом, где Туркул был избран председателем Комитета Объединённых Власовцев (КОВ), который возглавлял до смерти. КОВ пытался представить власовское движение и РОД в целом в качестве продолжения Белого движения.

Усилиями Туркула выходил печатный орган КОВ — газета «Доброволец». Генерал Туркул в 1948 г. написал воспоминания о Гражданской войне — «Дроздовцы в огне» (другое название «За Святую Русь»), которая после была подвергнута литературной обработке писателя Ивана Лукаша.

Данное произведение признано одной из наиболее эмоциональных, живых книг, повествующих о Гражданской войне: «Им, этим грядущим белым бойцам, и посвящена моя книга. В образах их предшественников, павших белых солдат, души которых продолжают жить в их душах, да почерпнут они тот порыв и ту жертвенность, что помогут им довести до конца дело борьбы за освобождение России».

Умер А. В. Туркул в ночь с 19 на 20 августа 1957 г. Его прах покоится на русском мемориальном кладбище Сен-Женевьев де Буа под Парижем.

http://modus-agendi.org/articles/883

Нравится