Архиепископ Аверкий (Таушев)

Современность в свете Слова Божия
Слова и речи
Том 1

Оглавление

1. Вступление

2. Св. Троицкая Духовная Семинария – ее значение, цели и задачи. Слово Архимандрита Аверкия, Ректора Семинарии.

3. Слово Архимандрита Аверкия на Втором св. Владимирском съезде.

4. Обращение к православной русской молодежи духовного руководителя св. Владимирских кружков Архимандрита Аверкия.

5. К 50-летию обретения св. мощей преп. Серафима Саровского.

6. Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи в 1953 году.

7. Слово Архимандрита Аверкия при наречении во Епископа.

8. Обращение Епископа Аверкия к св. Владимирской молодёжи.

9. Рождественское обращение к св. Владимирской молодёжи в 1953 году.

10. Чин Православия и наше время (1954 год).

11. Христианство есть подвиг крестоношения.

12. Обращение к русской молодежи в 1954 году.

13. Храните веру православную, завещанную нам святым князем Владимиром!

14. Не обманывайтесь, братие – "Бог поругаем не бывает!"

15. Почему недопустимо христианам устраивать увеселения в кануны воскресных и праздничных дней.

16. Придёт ли Антихрист и когда?

17. Дух антихристов и предтечи антихриста.

18. Возстановителям России.

19. Свет разума.

20. Без покаяния нет спасения (1955 год).

21. Крест Христов – наше знамя.

22. Торжество девства и хула на девство.

23. Пасхальное обращение духовного руководителя Свято-Владимирских кружков молодежи

24. Не продавайте вашего первородства за чечевичную похлебку!

25. К Восьмому Епархиальному Собранию 1955 года.

26. К Пастырскому Совещанию в св. Троицком монастыре.

27. Православие и признаки современного отступления от него.

28. Обращение к русской молодежи ко дню св. Владимира (1955 год).

29. "Бдите и молитеся, да не внидите в напасть"

30. "И на земли мир…"

31. "Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!" (1956 год).

32. Воззвание председателя фонда им. о. Иоанна Кронштадтского.

33. Всем сомневающимся в том, что будет Второе Пришествие Христово.

34. В чем каяться?

35. Пасхальное приветствие духовного руководителя св. Владимирских кружков молодежи (1956 год).

36. Пятидесятилетие архиерейского служения митрополита Анастасия.

37. Новостильники – без Петрова поста.

38. Достойно прославим память нашего Просветителя!

9. К предстоящему Архиерейскому Собору 1956 года. О значении епископского звания и собора епископов

40. К предстоящему Архиерейскому Собору 1956 года. – о значении Русской Зарубежной Церкви

41. К предстоящему Архиерейскому Собору 1956 года.– путь Русской Зарубежной Церкви.

42. К предстоящему Архиерейскому Собору 1956 года. Себя ли мы хвалим – или нашу святую веру и церковь?

43. Рождественское приветствие св. Владимирской молодежи в 1956 году.

44. Новый Год – 1957 год

45. В преддверии Великого поста 1957 год.

46. На реках Вавилонских (1957 год).

47. Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи (1957 год).

48. Оцерковление жизни.

49. Обращение к русской молодежи ко дню св. кн. Владимира (1957 год).

50. Храним ли мы заветы св. князя Владимира?

51. Высокопреосвященный Иосиф, Митрополит Скоплянский.

52. В чем значение Русской Зарубежной Церкви.

53. Что есть Истина?

54. Сорокалетие безмерного падения и неслыханных страданий.

55. Мир и непримиримость.

56. Духовный большевизм.

57. Рождественское приветствие св. Владимирской молодежи 1957 года.

58. Всему свое время (1958 год).

59. Помни последняя твоя!

60. Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи в 1958 году.

61. Сила веры, смирения и неотступности в молитве.

62. "Постимся постом приятным…" (1959 год).

63. С нами Бог!

64. Ещё один год (1960 год).

65. В преддверии покаяния (1960 год).

66. Чему учит нас великий проповедник покаяния?

67. Чрез временные страдания к вечному блаженству.

68. Пасха, Господня Пасха!.. (1960 год).

69. Полнота пасхальной радости – лишь в верности Христу.

70. Поклонение Богу в духе и истине.

71. "Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей".

72. Сознаем ли мы ещё себя духовными чадами св. кн. Владимира?

73. Как проведем мы этот Успенский пост? (1960 год).

74. "Во успении мiра не оставила еси, Богородице".

75. "Не мир пришел Я принести, но меч".

76. "Покрый нас от всякаго зла честным Твоим омофором!"

77. Как спасалась и чем может спастись Россия?

78. Мрачный юбилей.

79. Оцерковление – наше спасение.

80. Правило веры.

81. "Слава в вышних Богу!"


Вступление.

После того как вышел в свет сборник моих статей и речей под названием «Истинное Православiе и современный мip», верующие русские люди за рубежом нашей родины вновь начали усиленно просить меня издать и другие мои проповеди, речи и статьи, по возможности в полном виде, в особом сборнике. К этим просьбам присоединились и пожелания многих наших священнослужителей о том, чтобы был издан полный годичный круг моих проповедей для руководства начинающим пастырям.

Идя навстречу всем этим просьбам и пожеланиям, я решился, наконец, несмотря на мои немощи, собрать все сказанное и написанное мною воедино, в виде предлагаемого нового сборника под заглавием «Современность в свете Слова Божия» – название наиболее отвечающее всему здесь собранному вместе.

Все здесь предлагаемое – это мои церковные проповеди, речи, по случаю разных торжественных собраний, и статьи, написанные в период времени, начиная с 1951 года – года моего прибытия в США и начала моего служения Русской Зарубежной Церкви в Св. Троицком монастыре в Джорданвилле в сане Архимандрита, а затем – в сане Епископа (с 1953 года) и Архиепископа (с 1961 года).

Совершенно то же, что мною было сказано в предисловии к ранее изданному сборнику, могу сказать и о содержании этого сборника. Всегда говорил и писал только то, что сам в глубине своей души чувствовал и переживал, что было на протяжении многих лет выношено и выстрадано в самых заветных тайниках моего сердца и что я стремился по естественному чувству долга пастырского передать и внушить всем вверенным моему духовному попечению пасомым.

Судьбы Божии, кто исповесть, «яко неиспытани судове Его и неизледовани путие Его!» (Рим. 11, 33). Дважды за эти последние годы находился я между жизнью и смертью и не знаю, сколько мне еще предопределено жить Всемудрым и Всеблагим Промыслом Божиим. А потому хотелось бы, пока я еще живу, идя навстречу поступающим ко мне просьбам, предложить вниманию всех верующих русских людей, искренно ищущих спасения, то, что «едино есть на потребу» (Лук. 10, 42), в полном согласии с учением Слова Божия, без всяких собственных домыслов и столь модных теперь человеческих мудрований, – что сам всегда находил важнейшим и нужнейшим для вечного спасения, с указанием одновременно губительной для нас ошибочности путей ложных, коими так часто ныне идут люди, спотыкаются и погибают ...

Живой пример губительности всяких ложных Путей, противных учению Слова Божия, – у нас перед глазами. Это – печальная судьба, постигшая нашу несчастную Родину, бывшую некогда Святою Русью! Этот жуткий пример опасности уклонения на ложные пути да будет для всех нас грозным предостережением на будущее. И не только для нас, русских, но и для всех современных людей, живущих по всему мiру, которому так явно угрожает теперь всеобщая страшная катастрофа. К несчастию, мало кто это видит и правильно понимает! Надо усерднее молить Господа, чтобы Он отверз очи духовные всем слепотствующим, начиная с нас самих!

      Архиепископ Аверкий.

Св. Троицкая Духовная семинария – её значение, цели и задачи. Слово Ректора Семинарии Архим. Аверкия.

Ваше Высокопреосвященство, Всечестные отцы и братие, дорогие гости!

Сегодня наша Св.Троицкая Духовная Семинария торжественно празднует окончание четвертого учебного года со дня своего основания. И в этот радостный для нас день я, как новозначенный ректор, считаю своим сыновним долгом в первую очередь приветствовать Вас, Высокопреосвященнейший Владыко, как основателя Семинарии. Мы знаем, что наша Семинария это – Ваше любимое детище и ясно представляем себе, какую радость должны Вы испытывать, видя, как наша Семинария, с каждым годом растет и крепнет восходя от силы в силу. Приветствую с общим нашим торжеством всех отцов и господ преподавателей Семинарии, а также и дорогих наших учащихся. В особенности же почитаю своим долгом приветствовать сегодня о.о. тростистов, с Всечестным о. архимандритом Пантелеимоном во главе, которому, как строителю монастыря, наша Семинария обязана прочной материальной базой, необходимой для её существования. Приветствую и всех дорогих наших гостей, которые собрались здесь для того, чтобы разделить с нами наше торжество. В нынешний торжественный день я считаю весьма благовременным и общеполезным – обрисовать значение, цели и задачи нашей Семинарии, как они представляются нам в свете Слова Божия, учения Святых Отцов, свидетельств Истории Церкви и требований окружающей нас современной жизни.

Запомним прежде всего, что наша Св. Троицкая Семинария это единственное духовно-учебное заведение в нашей Русской Зарубежной Церкви.

Но нужна ли она?

Не излишняя ли это роскошь для нас иметь Семинарию?

Ведь и без окончания Семинарии у нас часто рукополагают теперь новых священников. Действительно ли так необходимо кандидатам священства иметь духовное образование?

Ясный и исчерпывающей ответ дает нам на этот вопрос прежде всего Слово Божие. Сам Господь Иисус Христос неоднократно говорит о Себе в Евангелии, что Он есть «Свет мiру». Св. Ап. и Евангелист Иоанн Богослов называет Его «Светом Истинным, просвещающим всякого человека, грядущего в мiр». И Он действительно, как мы видим в Евангелии, пришел именно для того, чтобы «просветить во тьме сидящих».

Что же делал Он для этого просвещения в течение всех, более, чем трех лет Своего общественного служения?

Он учил. На это указывает нам самое имя Его, с которым обращались к Нему люди: «Равви!», что значит: «Учитель». Он учил – ходил и учил: «учил » по синагогам Галилеи, учил каждодневно, когда бывал в Иудее, во храме, учил по домам, учил на улицах, учил в пустынях. Вспомним, как томимые духовным гладом последовали за Ним в пустыню сначала 5000 людей, а потом, несколько позже – 4000, и Он, напитав их пищей духовной Божественного Своего учения, чудесно напитал их потом, как бы в награду за их ревность, и пищей телесной. Господь был «Учитель» – последователи Его назывались «учениками». Отсюда ясно, что христианство, принесенное на землю Воплотившимся Сыном Божиим, есть прежде всего и в первую очередь – учение. Ему надо учиться. Без того, чтобы научиться этому Божественному Учению, нельзя и стать христианином, нельзя и жить по-христиански.

Поэтому понятно, что и избранных учеников Своих Божественный Учитель послал также учить. «Шедше научите вся языки», такую заповедь дал Он им перед Своим вознесением на небо: «учаще их блюсти вся, елика заповедах вам».

Чему бы ученики Господа могли учить людей, если бы они сами прежде того не были научены? – Существует ходячее мнение, что Апостолы были люди простые, неученые. Такое утверждение справедливо только отчасти – постольку, поскольку Апостолы действительно не окончили никакой школы, никакой духовной семинарии или академии. Но разве можно забыть и не принимать во внимание того, что ведь их больше трех лет учил Сам Господь, Божественный Учитель, Воплотившийся Сын Божий? Наука, полученная ими от Господа, разве не выше всякой другой школьной науки? Как же можно называть их людьми неучеными? Каждый из нас разве не променял бы со всей охотою и горячностью образование, полученное в семинарии или в академии, на то, чтобы учиться у Самого Господа, подобно Апостолам? Но увы! это теперь для нас невозможно, а потому мы с радостью должны использовать всякую возможность получить духовное образование хотя бы в наших духовных школах, ибо и в них преподается то же Божественное учение, которое проповедовал, живя на земле, Сам наш Божественный Учитель.

Враги образования обыкновенно любят утверждать, что для проповедников Слова Божия довольно благодатного озарения от Духа Святого, и весь успех Апостольской проповеди объясняют исключительно тем, что на Апостолов в день Пятидесятницы сошел Дух Святый. Совершенно несомненно то, что без сошествия Духа Святого Апостолы не были бы тем, чем они стали, – вдохновенными и неустрашимыми благовестниками евангельского учения по всей вселенной. Недаром день Пятидесятницы и называют «днем рождения Церкви Христовой». Но вместе с тем неправильно думать, будто Дух Святый Сам Собой сообщает человеку какие-то совершенно новые для него знания, может заменить недостающее ему образование. Конечно, в первые века христианства бывали и чрезвычайные дары Святого Духа, как например, дар языков и др., но, как правило, благодать Святого Духа лишь одухотворяет человека, возвышает естественные силы и способности человека над их естественными границами, – она «немощная врачует и оскудевающая восполняет». По словам Самого Господа Иисуса Христа Дух Святый обещан был Апостолам не для того, чтобы сообщить им какие-то совершенно новые знания и сведения, а для того, чтобы «воспомянуть» им все то, чему Сам Господь учил их во время Своей земной жизни и чего они без помощи Духа Святого не в силах были вполне уразуметь и усвоить.

Что же говорит Слово Божие об учениках и Апостолах Господа? Чем они занимались в первую очередь? Книга Деяний Святых Апостолов, а затем и их послания свидетельствуют нам, что они, исполняя в точности повеление Своего Божественного Учителя, прежде всего учили. Учили так же, как это делал Сам Господь, учили во храме, учили в синагогах, учили в домах и на распутьях дорог. Уча людей, великий Апостол языков Павел прошел насквозь всю тогдашнюю культурную Европу, - побывав даже в знаменитом афинском ареопаге, состязаясь с философами языческой древности, чем показал свою разностороннюю ученость, которая не мало способствовала успеху его проповеди. Из пастырских посланий его мы убеждаемся, что и преемникам своим Епископам и Пресвитерам св. Апостолы оставили ту же заповедь – учить людей истинам христианской веры.

Итак, для того, чтобы стать христианином, необходимо учиться. Тем более необходимо учиться и много учиться тому, кто хочет стать пастырем для того, чтобы учить других. И вот читая и изучая творения великих Отцов Церкви, мы видим, какое громадное значение придавали они необходимости образования для готовящегося стать пастырем. Сейчас нет у нас времени, чтобы подробно говорить на эту тему. Мы приведем здесь только некоторые изречения Отцев, которых наша св. Церковь именует Великими Вселенскими Учителями и Святителями, не находя в своих богослужебных песнопениях достаточно слов, чтобы достойно восхвалить их.

Вот, например, какого мнения держался относительно образования св. Василий Великий, Архиепископ Кесарии Каппадокийской, автор «Шестоднева» и многих других замечательных творений, красноречиво свидетельствующих о его многосторонней образованности. «Не должно унижать образования», говорит он в своем похвальном слове своему другу и сподвижнику св. Григорию Богослову, «как разсуждают об этом некоторые: напротив, надобно признать глупыми и невежественными тех, кто, держась такого мнения, желали бы всех видеть подобными себе и избежать обличения в невежестве».

А вот и мнение самого св. Григория Богослова, которого св. Церковь за его глубокое проникновение в тайны нашей св. веры именует, «умом крайнейшим». Говоря о необходимости самой серьезной подготовки кандидатов священства, он высказывал следующую мысль: «Положим, иной непорочен и взошел на верх добродетели: все еще я не вижу, каким запасшись знанием, на какую понадеявшись силу, отважится он на такое начальство. Ибо править человеком, самым хитрым и изменчивым животным, по моему мнению, действительно есть искусство из искусств и наука из наук. Брать на себя труд учить других, пока сам еще не научился достаточно, по моему мнению, свойственно только людям крайне неразумным и дерзким». «Большое невежество так думать!» Тем, кто ссылался на простоту Апостолов св. Григорий говорил, что они находились «под особенным действием благодати». С горечью говорил он о скоропалительных рукоположениях неподготовленных к своему высокому и ответственному служению священников: «Мы сразу создаем священников и повелеваем им, быть мудрыми, хотя они не владеют никакою мудростью».

Особенно сильно говорит о необходимости самого тщательного и разностороннего образования для желающего принять на себя великий и многотрудный подвиг священства в своих замечательных, поистине классических «Шести словах о священстве» «златословесная ластовица», как умиленно-любовно именует его наша св. Церковь, великий столп и наставник благочестия св. Иоанн Златоуст. Приписывая особенный успех проповеди св. Апостола Павла его глубокой богословской учености и риторскому искусству, в лучшем смысле этого слова, св. Златоуст, заключает: «Каким образом, кто-либо, оставаясь невеждою, будет обличать противников веры и заграждать им уста? Мы сами обезображиваем священство, поручая его людям вовсе неопытным, которые на вверенный им народ навлекают множество зол».

Великий отец западной Церкви св. Амвросий Медиоланский, принявший сан Епископа неожиданно для самого себя и не готовившийся поэтому к этому ответственному служению, хотя и имевший блестящее светское образование, остро почувствовал, как необходимо богословское образование добросовестно относящемуся к своим обязанностям пастырю. Всю жизнь он потом усиленно работал над своим собственным духовным самообразованием и был, вследствие этого, чрезвычайно строг ко всем ищущим священства, (как мы это видим из его замечательного творения: ''De officiis ministrorum"), требуя от них самой тщательной подготовки.

Столь же строгим и требовательным был в этом отношении и другой великий западной Церкви св. Григорий Двоеслов, Папа Римский, как это видно из его знаменитого «Пастырского Правила».

Все эти великие отцы Церкви, как и многие другие, которых мы здесь за краткостью времени не упоминаем, сами отличались высокой образованностью. Будучи воспитаны еще с детских лет в своих семьях в строго христианском духе, они не чуждались и тогдашнего, еще языческого, светского образования, учась в лучших философских школах того времени и у знаменитых риторов, к каковым надо отнести, напр., учителя св. Иоанна Златоуста языческого ритора Ливания, мечтавшего даже сделать св. Иоанна своим преемником.

История Церкви ярко и выразительно свидетельствует о том, какую поистине великую и неоценимую услугу вере христианской, в деле ее торжества над разными заблуждениями и лжеучениями, оказали именно эти многоученые и всесторонне образованные витии церковные – великие святители и учители, подлинные столпы Церкви, столпы Православия, основания и утверждения веры нашей, как благодарно именует их наша св. Церковь в своих богослужебных песнопениях.

Так было на протяжении ряда веков. Наше время требует не меньшей, а, может быть, даже еще большей подготовки со стороны желающего стать пастырем. Как будет современный пастырь бороться против все растущего и дерзко подымающего голову безбожия и материализма, против все более и более размножающихся сект, нагло искажающих великие и святые истины христианства, без серьезной богословской подготовки, без основательного всестороннего образования?

Но при этом, что особенно важно и что особенно необходимо твердо помнить: это образование не должно быть чисто внешним, формальным, схоластическим и рационалистическим, но непременно должно соединяться с соответствующим воспитанием сердца и воли в духе подлинного христианского благочестия. Внешнее образование и внутренняя работа над воспитанием сердца и воли должны идти параллельно. А это мы и имеем, к счастью, в нашем Св. Троицком монастыре, что для нас особенно дорого.

Наша Семинария совершенно особого типа. Она не похожа на те семинарии, которые были прежде у нас в России. Воспитанники ее живут в монастыре и подчиняются всем требованиям строго-аскетического монастырского режима, наравне со всеми монахами. Это отнюдь не значит, что мы всех поступающих к нам в Семинарию принуждаем к принятию монашества. Каждый оканчивающий Семинарию сам свободно избирает для себя путь своей дальнейшей жизни, своего служения Богу и Церкви: путь монашества или путь служения в мiру. Но все кандидаты священства, какой бы путь жизни и служения для себя они ни избрали потом, по нашему глубокому убеждению, должны пройти курс монашеского воспитания ума, воли и сердца.

По мудрому разъяснению великого отца Церкви св. Иоанна Златоуста, мiряне отличаются от монахов только тем, что им позволена супружеская жизнь. Но в самом по себе духе подлинного христианского благочестия нет и не может быть никакой разницы между мiрянами и монахами.

Разве Божественный Учитель наш Христос принес одно учение для монахов, а другое – для мiрян?

Разве евангельское учение имеет обязательную силу и значение не для всех христиан одинаково, как для мiрян, так и для монахов?

Только люди, чуждые подлинного евангельского духа, духа Христова, пытаются провести непереходимую черту между мiрянами и монахами. Между тем, если чего недостает современным мiрянам для того, чтобы они были истинными христианами, а не именовались только таковыми, то это именно воспитания в подлинно-христианском – монашеском духе. А более всего недостает этого современным пастырям, все более и более омiрщающимся я начинающим сливаться с мiром сим, во зле лежащим, вместо того, чтобы возводить его от тьмы греховной к свету Христову, в чем именно и должно состоять назначение подлинного пастыря.

Как свидетельствует безпристрастная история, монастыри в монашество на протяжении веков были опорою Церкви. Кто спасал Церковь в эпоху страшных потрясений, переживаемых ею от нападения всякого рода еретиков и лжеучителей, как не ученые монахи, которые выработали ясно формулированное догматическое учение Церкви и дали ее устройству твердые канонические обоснования?

До самого последнего времени, когда началось у нас под влиянием занесенных к нам пагубных плодов эпохи так называемого "Возрождения", или гуманизма, обмiрщение жизни, «секуляризация», или в сущности постепенный отход от Церкви и от Божественных заветов Христовых, монастыри были очагами и светочами подлинного духовного просвещения. Духовное образование, наряду с главным деланием монаха – «умным деланием», или непрестанной умно-сердечной молитвой, вменялось каждому монаху с самого начала возникновения монастырей. Так известно, что еще основатель и отец общежительного монашества преп. Пахомий Великий от каждого поступавшего в его монастырь требовал изучения на память всего Нового Завета и Псалтири. Главным послушанием монахов во все времена было списывание книг, благодаря чему только и сохранились до нашего времени ценнейшие творения великих отцов Церкви и духовных наставников христианского подвижничества. При монастырях устраивались школы, а со времени изобретения книгопечатания стали печататься книги. Пользуясь многовековыми уроками, которые дает нам История Христианской Церкви, мы считаем, что наша главная цель – подготовка просвещенных пастырей для Русской Зарубежной Церкви – наилучшим образом может быть достигнута именно благодаря тому, что наша Семинария помещается в строгом общежительном монастыре и учащиеся в ней воспитываются в монашеском духе путем соответствующего образования ума, воспитания сердца и закала воли в ежедневных монастырских послушаниях.

Все меньше и меньше остается лиц, получивших духовное образование в России: они постепенно уходят от нас в иной, лучший мiр. Мало остается лиц, окончивших семинарию и богословские факультеты в братских славянских странах Югославии и Болгарии, которые теперь для нас закрыты. Тем яснее становится великое значение для всей Русской Зарубежной Церкви нашего единственного духовно-учебного заведения – Свято-Троицкой Духовной Семинарии. На нее ложится великая и ответственная задача – подготовить смену отходящим.

Но главная задача нашей Семинарии это – подготовка кадров ученого монашества. Без таковых у Церкви нет будущего, ибо в ученом монашестве главная опора Церкви.

Вот почему все мы должны ценить нашу Семинарию, дорожить ею, беречь и хранить ее всячески, как зеницу ока. Мы должны принять все зависящая от нас меры, приложить все наши старания, чтобы поднять ее во всех отношениях на максимальную высоту, дабы она могла с успехом выполнять свое высокое и ответственное назначение. Наш общий долг помнить, что от Свято-Троицкой Духовной Семинарии, как единственного нашего духовно-учебного заведения, в значительной мере зависит будущее нашей Русской Зарубежной Церкви, нашего многострадального русского народа, в разсеянии сущего, и самой нашей родины, которая так будет нуждаться в истинных достодолжно подготовленных пастырях, если Бог сподобить нас на нее вернуться; мало того, решусь сказать это с дерзновением – зависит будущее всего человечества, поскольку судьбы его, как это становится теперь совершенно ясно, самым тесным образом фактически и таинственно-мистически связаны с судьбами нашей родины.

Слово Архимандрита Аверкия на Втором св. Владимирском съезде.

Православная русская молодёжь – духовные чада наши о Господе!

Милостью Божиею, собрались мы, сегодня на второй наш съезд, дабы подвести итоги тому, что сделано нами за истекший год, и в торжественном прославлении памяти нашего великого просветителя св. равноапостольного князя Владимира почерпнуть духовные силы для предстоящей нам работы на будущий год.

Пусть каждый из вас в сегодняшний день спросит свою собственную совесть: преуспел ли он хоть сколько-нибудь на пути осуществлена заветов св. кн. Владимира в своей личной жизни? потрудился ли он достаточно добросовестно над этим в окружающей среде?

Хочется напомнить вам здесь, дорогие мои чада духовные, о замечательном предсказании, широко распространившемся несколько лет тому назад в эмиграции. Оно приписывается великому подвижнику земли русской преподобному и богоносному отцу нашему Серафиму, Саровскому чудотворцу, и гласит следующее:

За грехи русского народа, постигнет русскую землю страшное кровавое бедствие, во время которого ангелы Божии едва будут поспевать принимать души человеческие. Значительную часть русских людей Господь разсеет по всем народам земли, как разсеял некогда ветхого Израиля. Но так как Промысл Божий всегда всякое зло направляет к добрым последствиям, то и это разсеяние русских людей должно будет послужить тому, чтобы они весь мiр познакомили с исповедуемой ими св. православной верой. Кто будет ревностно исполнять эту апостольскую миссию, тех сподобит Господь великой радости возвратиться на освобожденную от ига безбожников родину. А те, кто всецело погрузятся в житейскую суету, отдавшись лишь эгоистическим заботам об устройстве своего собственного земного благополучия и об удовлетворении своих низменных страстей и похотей, те погибнут от той страшной «болезни», которая из России распространится по всем народам земли.

Итак, на всех нас лежит апостольская миссия. Но осуществить ее мы сможем, конечно, лишь в том случае, если сами пребудем верными заветам нашего духовного вождя и просветителя св. равноапостольного князя Владимира.

Возвышенный образ его должен быть светочем для нас, вдохновляющим примером для подражания.

Как и в чем можем мы подражать нашему Просветителю!

Владимир до крещения и Владимир после крещеная это как бы два совершенно разных человека. Мрачный, жестокий, подозрительный, сластолюбивый варвар, каковым ого характеризовал летописец до крещения, он стал после крещения ласковым, приветливым, милостивым, любвеобильным, целомудренным, полным христианского милосердия и снисхождения к людям, князем – подлинным отцом своих подданных, заслужив наименование «Владимира–Красное Солнышко»,

Что может быть ярче, выразительнее, этой трогательной характеристики?

А этого язычник Владимир достиг потому, что в купели крещения он как бы заново родившись, оправдал вполне наименование «пакирождения», «второго рождения», которое дает Церковь таинству св. крещения. Примером своего дивного перерождения св. Владимир вдохновил весь крещеный им русский народ, духовно породил его, сделал его «СВЯТОЮ РУСЬЮ».

Что значит это наименование?

Означает ли оно то, что все русские люди были прежде святыми? Что не было на Руси людей грешных, порочных и преступных?

Конечно, не такой смысл вкладываем мы в это понятие.

Мы отлично знаем, что, по учению Слова Божия, нет человека без греха, «аще токмо и един день житие его на земли».

И на Святой Руси, хотя она и дала целый величественный сонм «всех святых в земли Российстей просиявших», прославляемых Церковью ежегодно во 2-ую неделю по Пятидесятнице в Петровом посту, были люди грешные, порочные и преступные. Но особенностью православного русского человека тех времен было то, что как бы он низко ни падал, его никогда не оставляло вполне CO3HAHИE ПРЕСТУПНОСТИ ГРЕХА И БЛОГОГОВЕНИЕ ПРЕД ИДЕАЛОМ СВЯТОСТИ.

«БОЮСЬ ГРЕХА», сказал однажды св. Владимир, когда его спросили, почему он не казнит разбойников. Эта «БОЯЗНЬ ГРЕХА» и определила собой мировоззрение русского человека на целый ряд столетий, пока не подули нам с Запада «иные» веяния, приведшие русский народ – Святую Русь – к страшной катастрофе. Даже совершая грех, русский человек не утрачивал вполне сознания преступности греха, а потому нередко и поражал всех необычайной силой и глубиной своего искреннего покаянного чувства. Подлинно: если умел русский человек грешить, то умел и каяться!

Замечательно характерна в этом отношении всем хорошо известная песнь о «лютом разбойнике Кудеяре-атамане, который вдруг стал «иноком честным Питиримом». А разве не характерно и то, как умирали величайшие злодеи–преступники, известные нам из русской истории, как напр. Стенька Разин!

Взойдя на плаху, где ожидала его смертная казнь, и осенив себя крестным знамением, он на все четыре стороны кланялся земно народу, прося у него прощение за совершенные им злодеяния.

Что понуждало их это делать, как не то же, всегда присущее душе русского человека сознание преступности греха, которое особенно, ярко возгоралось в этот последний страшный, смертный час?!

Нет ничего, что так омрачало бы жизнь человека, как грех . Все безчисленные виды зла на земле, от которых так страдает человек, имеют свой корень в грехе. И наоборот – нет ничего на свете, что давало бы такое полное духовное удовлетворение, такой свет, мир и радость, как искреннее стремление к идеалу святости.

Посмотрите, что делается на земле в настоящее время!

Как изуродовалась, обезобразилась жизнь во всех своих проявлениях уже на наших глазах – за эти последние десятилетия!

Почему это?

Только потому, что почти исчезла ныне «боязнь греха», что все больше и больше утрачивают люди сознание преступности греха – грешат безстрашно и безстыдно. И вот жизнь становится настоящим адом. «Если Бога нет, то все позволено». О, как оправдалось это мудрое изречение нашего великого провидца-писателя в жизни нашего несчастного русского народа, отравленного ядом безбожия! Мы все – свидетели. ужасов, неслыханных, неописуемых, невыразимых ужасов, разыгравшихся на нашей родине в результате потери «боязни греха» и утраты благоговения перед идеалом святости!

А теперь и весь мiр находится на пороге этих же ужасов, ибо, как показал опыт жизни, БЕЗ СВЯТОЙ РУСИ НЕВОЗМОЖНО МИРНОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ И ВСЕГО ОСТАЛЬНОГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.

В свете всего вышесказанного вам должно быть ясно, ЧЕГО мы хотим от вас и для вас, дорогие русские юноши, девушки и молодые люди!

Мы хотим помочь вам оградить себя от растлевающей, убийственной силы греха, которая особенно грозит вам в этой стране, изобилующей земными благами, но вместе с тем и всякими соблазнами, и укрепить в душах ваших те возвышенные идеалы, которыми жила наша родина на продолжена многих столетий.

Мы хотим, чтобы вы были достойными духовными чадами нашего общего духовного отца и просветителя св. князя Владимира-Красное Солнышко.

Мы хотим видеть вас носителями того духовного света, мира и радости, которые обычно излучали от себя наши подвижники благочестия, начиная от самого князя Владимира и его сыновей, страстотерпцев Бориса и Глеба, этого «дивного цвета новокрещеной земли русской», по выражению летописца, вплоть до последнего, ближайшего к нам по времени канонизованного святого преп. Серафима Саровского, всегда подобно солнцу сиявшего неземной радостью и приветствовавшего приходивших к нему словами: «Христос воскресе, радость моя!»

Мы хотим, чтобы вы не только не потерялись, не растворились, не потонули, среди моря иноверцев, вас окружающих, но сами сделались бы для них светильниками истинной веры и нелицемерного христианского благочестия, дабы они, глядя на вас, прославляли веру православную, как несомненно подлинную веру Христову.

Это–не пустая мечта. Мы знаем множество иностранцев, пленившихся возвышенной красотой православной русской души и сделавшихся пламенными почитателями православной русской культуры. А сколько из таковых всем сердцем приняли св. православную веру и вполне, как принято выражаться, «обрусели» – стали совершенно русскими.

Мы и хотим, чтобы сила вашего православного русского духа побеждала всегда все иностранные иноверные тлетворные влияния и соблазны.

Мы этого хотеть для вас всем сердцем.

Но осуществить все это на деле, в той или иной мере, зависит, конечно, от вас самих . Нужно крепко осознать себя подлинно русскими, православными людьми, всей душой полюбить этот возвышенный многовековой идеал русского народа.

Да поможет вам в этом Всемогущий Бог, молитвами великого просветителя нашего св. равноапостольного князя Владимира!

Обращение к православной русской молодежи Духовного руководителя Свято-Владимирских кружков архимандрита Аверкия.

Православная русская молодежь – сыны и дщери великой некогда и славной святой Руси! Приближается дорогой сердцу каждого подлинного русского человека день просветителя русского народа СВЯТОГО РАВНОАПОСТОЛЬНОГО ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА –15 ИЮЛЯ по нашему исконному православному календарю. Только лишившись своей родины и попав заграницу, русские люди вполне оценили по достоинству все великое значение этого знаменательного для нас дня и стали праздновать его так, как он того заслуживает. С именем св. Владимира связано величайшее событие в истории нашей Родины – КРЕЩЕНИЕ РУСИ, в результате которого наш народ как бы воскрес к новой жизни. Оставив тьму язычества и грубого идолопоклонства, наши предки, благодаря св. Владимиру, восприняли СВЕТ ХРИСТОВОЙ ВЕРЫ и сделались православным христианским, в лучшем смысле этого слова КУЛЬТУРНЫМ народом. Надо всегда помнить, что в основе нашей русской культуры, перед которой преклонялись и продолжают преклоняться все лучшие люди мiра сего, лежит СВЕТ той ПРАВОСЛАВНОЙ ХРИСТОВОЙ ВЕРЫ, которую даровал нам каш великий просветитель св. равноапостольный князь Владимир. Православной вере русский народ обязан буквально всем, что было и есть у него самого лучшего, прекрасного и возвышенного в его характере, быте, общественной и государственной жизни. Нет такой области в жизни русского человека, на которую св. Православие не наложило бы своей печати. И в этом главная причина, почему «враг рода человеческого» так ополчился на нашу Родину и тщится в первую очередь отнять от русского человека его драгоценнейшее сокровище – СВЯТУЮ ПРАВОСЛАВНУЮ ВЕРУ. Светоч Православия, возжженный на нашей Родине рукою св. Владимира, по предназначению Божию, должен был светить всему мiру, в большинстве еще не познавшему Христова учения или уже отступившему от него: русский человек, переставший быть носителем этого света Христова, обращается в ничто или становится страшилищем, пугалом для людей, как мы это видели в эту последнюю страшную войну.

НЕ ЗАБУДЕМ, ЧТО ВСЯ НАША СИЛА И ВСЯ НАША ЧЕСТЬ – В СВ. ПРАВОСЛАВИИ!

Будем же всегда высоко держать в своих руках стяг нашего великого духовного вождя, духовного отца и просветителя св. равноапостольного князя Владимира, светло и радостно празднуя день его блаженной памяти.

Все – на съезд и покажем там, что мы – достойные сыны и дщери святой Руси!

Святый равноапостольный великий княже Владимире, моли Бога о нас!

К 50-летию обретения св. мощей преп. Серафима Саровского.

«Радуйся, правило веры и благочестия;
радуйся, образе кротости и смирения»...
(из акафиста).


В таких умилительных словах и выражениях св. Церковь прославляет величайшего подвижника последних времен преподобного и богоносного отца нашего Серафима, Саровского чудотворца. В нынешнем году 19 июля исполняется точно 50 лет со дня торжественного открытия его св. мощей. Празднование пятидесятилетнего юбилея установлено Самим Господом Богом еще в Ветхом Завете. Оно побуждает нас с особым вниманием остановиться на самых характерных, чертах личности преподобного Серафима, особенно углубленно отнестись к его наставлениям – к тому, чему он учил, как словом, так и самым примером своей дивной подвижнической жизни. Это тем более необходимо, что все более и более умножаются признаки, как внешние, так и внутренние, свидетельствующие о несомненном приближении тех страшных времен, о которых предсказывал преподобный. Эти страшные времена мы должны встретить во всеоружии, чтобы не быть застигнутыми ими врасплох.

Чему же учил нас этот великий подвижник, просиявший на нашей русской земле, а потому особенно близкий и дорогой нам?

Мало дошло до нас письменных записей его наставлений: он учил не столько словом, сколько примером своей жизни. Но все же кое-что из его наставлений было записано его верным «служкой» помещиком Н. А. Мотовиловым, а также и некоторыми другими почитателями преподобного, глубоко чтившими в нем «правило веры и благочестия, образ кротости и смирения».

Самое важное, чему он учил, это то, что цель нашей земной жизни заключается в «Стяжании Духа Святаго Божиего». Все добрые дела, нами совершаемые, все добродетели, нами приобретаемые, лишь постольку хороши и имеют смысл, поскольку они помогают достижению этой цели. Всякое доброе дело, Христа ради делаемое, есть средство для стяжания Святого Духа Божиего. Но более всего дает нам в этом отношении молитва, ибо она «как бы всегда в руках наших». И мы видим, что преподобный Серафим, будучи сам великим молитвенником, подобным великим отцам древности, проводившим в молитве подлинно день я ночь, и приходящих нему учил прежде всего молитве. Но молитва эта, только тогда может быть сильной и действенной, когда она творится не одними лишь устами, внешне и формально, а умом и сердцем. Такую умно-сердечную молитву преп. Серафим называет «непобедимой победой». В пример такой молитвы он приводит ветхозаветного праведника Моисея, который, "ходя по полкам, безмолвно молился сердцем, и Господь сказал Моисею: «Моисее, Моисее, что вопиеши ко Мне?» Когда же Моисей воздвигал руки свои на молитву, тогда побеждал Амалика... Вот что есть молитва. Это – непобедимая победа». И мы, по учению преп. Серафима, подвизаясь в умно-сердечной молитве, сможем побеждать «мысленного Амалика», то есть греховные страсти и врагов нашего спасения. Особенно важным считал преподобный держать в устах и в сердце ту великую молитву, которая завещана всем нам христианам еще от времен древнехристианского подвижничества. Это так называемая молитва Иисусова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». «Призовем Имя Господне – и спасемся!» любил говорить преподобный Серафим.

Самой характерной и глубоко поучительной для нас чертой в преподобном Серафиме была его пламенная ревность. Оправдывая свое имя «Серафим», что значит «пламенный», он весь пламенел в молитве и в подвигах Богоугождения, уподобляясь пламенным серафимам, непрестанно предстоящим престолу Божию и восхваляющим Господа. Эта пламенная ревность есть главный залог успеха в христианской жизни. Не нужны Господу люди вялые, с теплохладным сердцем. Пришедши на землю воплотившийся Сын Божий в следующих словах, как учат нас святые отцы, молил Бога Отца о даровании Своим последователям-христианам этой огненной ревности: «Огнь пришел Я низвести на землю: и как желал бы, чтобы он уже возгорелся» (Лук. 12, 49).

Другой важной и назидательной для нас чертой в преп. Серафиме было то, что его подвиг сопрягался всегда с кротостью и глубоким смирением и послушанием. В этом отношении он следовал высочайшему примеру Самого Подвигоположника-Христа, Который смирил Себя, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Филип. 2,8). Он не только называл, но и чувствовал себя «убогим Серафимом». Кротость и незлобие его поразительны. Однажды, когда он рубил в лесу дрова, напали на него три разбойника. Преподобный Серафим имел смолоду статный рост и отличался большой крепостью телесных сил. Имея в руках топор, он мог бы с успехом обороняться. Но он вспомнил слова Спасителя: Вси приемшии нож, ножем погибнут (Матф. 26, 52), опустил топор на землю и, сложив руки крестообразно на груди, решил безвинно претерпеть страдания. Разбойники нанесли ежу такие страшные раны и увечия, что век потом удивлялись, как он мог остаться в живых. Впоследствии они были пойманы, но преподобный Серафим умолил не наказывать их, угрожая, что в противном случае он уйдет из монастыря. Таково было его необычайное незлобие. А вот пример его необыкновенного смирения и послушания. 15 лет подвизался он в лесном уединении в своей любимой «дальней пустыньке» и достиг уже высокой степени духовного совершенства в этом подвиги безмолвия и отшельничества. Между тем произошла перемена в монастырском начальстве, и новый настоятель неблаговолительно относившийся к подвигу преп. Серафима, вместе с частью братии, созвал духовный собор, который потребовал от преподобного, чтобы он вернулся на жительство в обитель. Ни слова не говоря, великий подвижник немедленно подчинился этому решению, вызванному несправедливо-пристрастным к нему отношением, и возвратился в монастырь, где продолжал свой подвиг, затворившись в своей келлии.

Едва ли не самая замечательная черта в преп. Серафим, привлекавшая к нему сердца многих, стекавшихся со всех концов России, это его любовь, та подлинная христианская любовь, которая, по учению Слова Божия, есть Союз совершенства (Колос. 3, 14). Именно эта любовь и подняла преподобного Серафима на ту необычайную нравственную высоту, которая еще при жизни стяжала ему неувядаемый венец святости, ибо все подвиги, как учит св. ап. Павел, без любви ничто – Медь звенящая, или кимвал звучащий (1 Коринф. 13, 1-2). Всех приходивших к нему любвеобильный подвижник встречал с радостным приветливым лицом, всех, как чадолюбивый отец, наставлял, утешал, ободрял. Внешне эта любовь его к людям выражалась в том, что он обращавшихся к нему за духовным утешением называл «радость моя!» «сокровище мое!» Духовная радость, преисполнявшая от этой любви все его существо, была столь велика, что он многих, во всякое время года приветствовал пасхальным приветом: «Христос воскресе!» «Что ты унываешь, радость моя», так говорил он обыкновенно приходившим к нему со своими скорбями и печалями: «нет причины унывать: Христос воскресе!» «И никтоже от него тощ и неутешен отъиде», говорит о нем акафист: «но всем в сладость бысть видение лика его и благоуветливый глас словес его» (молитва).

Судя по предсказаниям, сохранившимся до нас от преподобного, ясно провидевшего будущее, приближаются страшные времена: да мы и сами не можем этого не видеть. Мы должны готовиться к ним, чтобы мужественно и безбоязненно встретить их, как подобает христианам, во всеоружии. Для этого необходимо нам, в меру сил наших, стараться подражать великим добродетелям преподобного, а в особенности вооружить себя подвигом непрестанной умно-сердечной молитвы. Всею дивною жизнью своею и самое кончиною в коленопреклонной молитве перед иконою Богоматери преподобный Серафим зовет нас взять на себя труд молитвенный, и тогда ничто не будет нам страшно, ибо молитва, по словам преп. Серафима, есть «непобедимая победа».

Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи в 1953 г.

«ВЕСЕЛИМСЯ БОЖЕСТВЕННЕ... ХРИСТОС
БО ВОСТА – ВЕСЕЛИЕ ВЕЧНОЕ!»


От всего сердца поздравляю вас, дорогие мне о Господе юные друзья мои, с великим и всерадостным праздником СВЕТЛОГО ВОСКРЕСЕНИЯ ХРИСТОВА и шлю вам мой пасхальный привет: ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ.

Дай Бог вам пережить и ощутить эту великую, ни с чем земным несравнимую радость дивного «Праздника праздников и Торжества торжеств», как переживали ее некогда наши благочестивые предки на Святой Руси. И да оградит вас тридневно Воскресший Христос-Жизнодавец от всяких соблазнов и чрезмерных увлечений ИНЫМИ, земными радостями, которые, нося сами в себе смена горечи и разочарований, никогда не могут дать человеку полного духовного удовлетворения, а нередко приводят и на дно адово.

Будем помнить, что нет иного пути спасения, кроме пути, заповеданного нам Христом-Спасителем, Победителем ада и смерти, и нет иной подлинной радости, кроме радости победы Добра над Злом, торжества Жизни над Смертью, которую дает нам вера христианская:

«От смерти бо к жизни, и от земли к небеси Христос Бог нас преведе, победную поющыя»...

Как полно и глубоко чувствовали все это наши предки!

И ВОТ ПОЧЕМУ НИГДЕ, НИ В ОДНОЙ СТРАНА НЕ ПРАЗДНОВАЛАСЬ ТАК РАДОСТНО, ТАК ТОРЖЕСТВЕННО ПАСХА ХРИСТОВА, КАК НА НАШЕЙ РОДИНЕ.

Приобщаясь всем чистым сердцем своим сами к светлой пасхальной радости, молите в эти светлые дни Пасхи Воскресшего Господа, дорогие друзья мои, чтобы вновь возгорелась ярким пламенем вера Христова на воскресшей к новой жизни во Христе Родине нашей, и чтобы снова, как и встарь весь православный русский народ «единым сердцем и едиными усты» воспевал Господу и Спасителю своему ПОБЕДНУЮ ПЕСНЬ ВОСКРЕСЕНИЯ.

Слово архимандрита Аверкия при наречении во епископа Сиракузско-Троицкого

10/23 МАЯ 1953 ГОДА.

Преосвященнейшие Архипастыри!

В сей торжественный час, когда благодать Божия чрез Вас призывает меня, убогого, к высшему в Церкви епископскому служению, которое есть продолжение служения Апостольского, что убо реку или что возглаголю?

Страх и трепет прииде на мя, и сердце мое смятеся во мне (Пс. 54, 6-5), и удобее мне было бы любити молчание. Но поелику, согласно установившемуся обычаю, требуется от меня в настоящий час исповедание того, С КАКИМИ МЫСЛЯМИ И ЧУВСТВАМИ приступаю я к предстоящему мне служению, принужден и я отверзть уста мои.

Исповедую, прежде всего, безмерную благость Божию ко мне, грешному, которая так явно и обильно изливалась на меня во всех путях жизни моей.

Исповедую и всю немощность мою, все недостоинство мое. В минуты просветления духовного ничего не вижу в себе, кроме грехов и многообразных немощей.

Но знаю и помню слова Господа, сказанные великому Апостолу языков: Сила Моя в немощи совершается (2 Кор. 12, 9). А потому не смею отрекаться служения, к которому призываюсь. Всегда считал за лучшее: ничего не искать и ни от чего не отрекаться, полагаясь во всем на волю Божию. Со страхом и трепетом приемлю cиe великое служение и с благодарностью за оказываемое мне доверие и честь, ибо служение это не только страшно и ответственно, но и блаженно и радостно.

В Вашем призыве, Преосвященнейшие, не могу не видеть воли Божией, чудесно ведшей меня всю жизнь. Еще в ранние годы детства любимой книгой моей стала Священная Книга Евангелия, а любимым времени провождением – прислуживание в св. алтаре и чтение на клиросе. Обычная мi рская жизнь меня не привлекала; душа искала иной жизни. И вот, два великих святителя, оба носивших имя ФЕОФАНА, что значит: «Бога являющий», подлинно «явили» мне Бога в дивных нетленных красотах сокровенной, духовной жизни в Боге, расположив меня к отречению от мiрской жизни и принятию иночества. Драгоценнейшая книга святителя Феофана, Вышенского Затворника: «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться?» раскрыла предо мной сокровища духовной жизни и возбудила неутолимое желание к ним приобщиться. «Невидимая брань» и «Путь ко спасению» воспитали во мне вкус к чтению святоотеческих писаний. «Душеполезные поучения» Аввы Дорофея, «Лествица» преп. Иоанна, игумена горы Синайской, и вслед за ними многие другие святоотеческие творения стали моим любимейшим чтением. A высокие образы и примеры Священной и Церковной Истории увлекали мою мысль и чувство и властно звали меня посвятить свою жизнь на служение Богу и Его Святой Церкви. Особенно вдохновлял меня возвышенный образ «Апостола любви» – возлюбленного ученика Христова, наперсника и девственника св. Иоанна Богослова, а затем – образы неустрашимых борцов за истину св. Православия: св. Афанасия Александрийского и великих вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и. Иоанна Златоустого. Вместе с тем, радовала принадлежность к русскому народу, этому подлинному «Новому Израилю», которому, по словам нашего великого праведника о. Иоанна Кронштадтского, «вверил Господь великий и спасительный талант Православной Веры»; умиляла и трогала мою душу идея Святой Руси, воодушевляли образы великих столпов нашей отечественной Церкви – «стоятелей за веру и за землю Русскую» – преп. Сергия Радонежского, «игумена всея Руси», святителей московских Петра, Алексия, Ионы, Филиппа, священномученика Патриарх Гермогена, «радости нашей» – преп. Серафима Саровского, оптинских старцев и приснопамятного «Батюшки» отца Иоанна Кронштадтского.

Встреча с незабвенным Аввою моим Преосвященным Феофаном, Архиепископом Полтавским и Переяславским, в котором я увидел живое воплощение сложившихся у меня в уме и сердце идеалов инока и святителя, все окончательно решила: я безповоротно стал на путь иночества. Окончив за послушание моему Авве курс богословских наук, я принял, по его благословению, на Карпатах, где шла в то время увлекавшая многих миссионерская работа по возвращению униатов в Православие, иноческий постриг. Однако, Богу было угодно, вскоре после этого, подвергнуть меня трудному испытанию. Вместо иноческого уединения, к которому с детства стремилась душа моя, мне пришлось, в самых неблагоприятных для духовной жизни условиях и обстановке, нести весьма тяжкое для молодого инока послушание приходского пастыря, которое продолжалось затем в течение целых двадцати лет. Много утешений и чисто духовных радостей и в этом благословенном, самом по себе, служении, но о, как трудно иноку, среди суеты и страстей мiра сего, во зле лежащего, сохранить душу свою незапятнанной, неопустошенной, как трудно не погубить себя в конец. Благодарю Милосердого Господа, что Он помог мне пройти сию пучину и обрести здесь в этой святой обители тихое пристанище!

Слава Всемилостивому Богу, благодарение и Тебе, возлюбленный Первосвятитель наш, и Тебе, мой теперешний Авва, поставившим меня здесь у кормила дорогого и близкого моему сердцу дела – воспитания и образования новых пастырей Церкви! Всеми силами буду стараться, Богу содействующу, оправдать Ваше высокое доверие и любовь.

Блаженно и радостно сознавать мне, что отныне вступаю я в преславный лик преемников Апостольских, делаюсь преемником и продолжателем дела великих Отцев Церкви – дела Христова на земле.

Но, вместе с тем, не могу я не отдавать себе отчета в том, что, сколь ни блаженно сие служение, принимая его, я подлинно как бы восхожу на крест, уподобляясь Пастыреначальнику Христу. В наше время, которое, по многим признакам, нельзя не считать преддверием последних времен, это особенно глубоко чувствуется. Жизнь христианская стала сейчас столь трудной, как никогда прежде, ибо козни врага человеческого спасения чрезвычайно умножились и утончились. Во много раз стал труднее и ответственнее подвиг пастырствования, который, по словам Апостола, есть дело служения к совершению святых, в созидание Тела Христова, дондеже достигнем вси в соединение веры и познания Сына Божия, в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова (Ефес. 4, 12-13). Столь велико сейчас растление греховное, столь извращены все понятия даже у людей, именующих себя христианами, что нет ничего более трудного, как призывать к идеалу святости, идеалу совершенства христианского. Подлинная вера Христова претерпевает ныне гонения, не менее, а более опасные и губительные, чем во времена первохристианства. Эти гонения, в сущности, уже повсеместны, с тою лишь разницею, что в одних местах они ведутся явно и открыто, путем кровавых насилий, а в других – не столь явно и более «мирным» образом – путем создания таких условий и обстановки жизни, которые способствуют внедрению в общество начал безбожия и безнравственности. Эти гонения много хуже и опаснее бывших во времена язычества, ибо тогда гнали Церковь люди, не знавшие христианства, а теперь гонят его ожесточенные отступники от христианства, сознательные враги Церкви, подлинные слуги грядущего Антихриста. Как никогда много появляется всяких лжехристов и лжепророков! Но что самое страшное, это то, что в недрах самой Церкви все больше и больше возстают люди, которые говорят превратно (Деян. 20, 30), – отступники от подлинного христианства, отвергающие самую его сущность и в то же время не стыдящиеся лицемерно выставлять себя служителями веры и Церкви Христовой. Воочию начинают сбываться пророческие слова святителя Феофана Затворника о последних временах: «Тогда, хотя имя христианское будет слышаться повсюду, и повсюду будут видны храмы и чины церковные, но все это – одна видимость, внутри же отступление истинное» (Толк, на 2 Сол. стр. 492). Отсюда, помимо всегда, в первую очередь, необходимого примера личной высокой духовно-нравственной жизни, для современного пастыря вытекает ответственнейшая и важнейшая задача – научить верующих распознавать истинную Церковь среди множества лже-церквей, и словом, исполненным духовной силы и мудрости, удерживать их в лоне Ее, а заблудших привлекать.

Но это как трудно в наш век теплохладности и безразличия к вере!

Не на свои слабые силы я надеюсь. Уповаю единственно на благодать Божию, дарованную Апостолам в день Пятидесятницы, которая их, немудрых и некнижных, соделала «премудрыми ловцами» вселенной. И то, что я, грешный и немощный, сподобляюсь этой великой Апостольской благодати в дни Пятидесятницы, наполняет мою душу особой высокой духовной радостью и надеждой на всесильную помощь Божию.

Прииди же ко мне, о Утешителю благий, и очисти мя от всякия скверны, причастника мя содевая Твоея святости, и света невечерняго, и Божественныя жизни, и благоуханнейшего раздаяния (6 песнь канона Св. Духу).

Святители Божии! Призывая на мою грешную главу сию огнеобразную Духа благодать, умолите Господа, да попалит она во мне всякую нечистоту греховную, да освятит, да просветит мя, да наставит мя на всякую истину и да соделает мя достойна сего великого и страшного, блаженного и славного служения.

Обращение Епископа Аверкия к св. Владимирской молодежи.


Возлюбленные чада мои о Господе!

Вновь, вот уже в третий раз, милостию Божиею, призываю Вас всех собраться у подножья строящегося в Кассвиле Храма-Памятника Просветителю нашему св. равноап. кн. Владимиру на Св. Владимирский Съезд.

Для чего это нужно?

Для того, чтобы хотя на короткое время оторваться от повседневной житейской суеты и провести день или два в духовно-насыщенной среде – для того, чтобы в общей церковной молитве, в назидательных собеседованиях и дружеском взаимообщении осознать и ощутить себя сынами и дщерями великого ПРАВОСЛАВНОГО русского народа. Как свидетельствует об этом история, для русского народа чистое, и безпримесное Православие всегда было первой и основной духовной ценностью, за которую русский человек готов был жизнь свою отдать. Поэтому одинаковы неприемлемы для нас, как идея безверного или безразличного к вере национализма, который часто переходит в глубоко чуждый русскому духу шовинизм, так и идея модернизации Православия, создания, НЕО-православной Церкви, из соображения, будто наше Православие, в том виде, как оно существовало в России, «устарело» и нуждается в каком-то «обновлении».

Нам нужна не просто «Россия», а «Россия ПРАВОСЛАВНАЯ», ибо только такая Россия представляет собою подлинную духовную ценность; нам нужно не «обновленное», модернизованное «Православие», а Православие апостольское, святоотеческое: то Православие, которым почти две тысячи лет жила Святая Церковь, и которое величественный сонм «Всех Святых, в Земле Российской просиявших», связывает с древне-христианскими мучениками, преподобными, святителями и прочими святыми угодниками. Это чистое, безпримесное, неискаженное Православие нам дорого, как единая истинная, единая спасающая вера, вводящая нас в жизнь вечную; а Россия нам нужна и дорога, как твердый оплот этой истинной виры на земле.

Помочь нашей русской молодежи выработать себе правильное православное и национально-русское мiросозерцание, с тем, чтобы оно стало руководящим началом жизни – и является целью наших Св. Владимирских кружков молодежи. Священный долг нашей русской молодежи, живущей на свободе заграницей, всесторонне ГОТОВИТЬ СЕБЯ к благодатному труду над духовным возстановлением нашей Родины. Кто знает? Может быть, близки уже сроки нашего радостного возвращения туда. Надо явиться туда во всеоружии. Но ничто не в силах духовно возродить нашу Родину, кроме священных заветов нашего великого Просветителя св. равноап. князя ВЛАДИМИРА. Поэтому мы всех зовем вступать в ряды Свято-Владимирской молодежи, а уже вступивших призываем к усердной работе над собой.

В субботу 12/25 и воскресение 13/26 июля – все на Св. Владимирскую Горку!

Милость Божия и Покров Царицы Небесной, необоримой Заступницы русского народа, буди со всеми вами!

Рождественское обращение к св. Владимирской молодежи в 1953 г.

«Христос рождается – славите!»

От всего сердца приветствую вас, возлюбленные чада мои о Господе, с великим и радостным праздником Рождества по плоти Господа Бога и Спаса Нашего Иисуса Христа и желаю вам встретить и провести его подлинно по-христиански, как великое духовное торжество нашей святой веры.

Все дальше и дальше отходит мiр от Христа, Который на то и родился, чтобы спасти погибший мiр, обратив его к истинной вере в Бога и возродив его к новой жизни дивной благодатной силой Своих крестных страданий и преславного воскресения из мертвых. Увы! почти забыто современным человечеством то, что сделал для него Единородный Сын Божий, сошедший на землю и чудесно родившийся в Вифлееме от Безневестной и Пречистой Девы Марии. И если сохранился еще праздник Рождества Христова, то празднуется он, как «сезонный праздник», вне Церкви и без упоминания о Главном Виновнике его. Понемножку присоединяются к такому нечестивому празднованию и некоторые неразумные русские люди, ратуя за то, чтобы наша Церковь установила празднование его в один день с отступившим от Христа Западом.

Да вразумит нас всех и да наставить на путь истины в вертепе Родившийся и в яслях Возлегший, нашего ради спасения, Богомладенец! Да уразумеем мы, что сила и суть этого великого праздника не в обильных и лакомых яствах, подарках, развлечениях и увеселениях, а в том несравненном благе, перед которым ничто, прах и ветошь все блага земные – в возстановлении нашего общения с Богом, в том МИРЕ, который принес Воплотивший Господь на землю и о котором так умилительно пели Ангелы в час Его рождения. Это – МИР С БОГОМ, МИР С БЛИЖНИМИ и МИР с СВОЕЙ СОБСТВЕННОЙ СОВЕСТЬЮ. И ни в чем не нуждается так современное человечество, изстрадавшееся от всякого рода вражды, как ИМЕННО В ЭТОМ МИРЕ, ради которого Сын Божий и сошел на землю. А МИР ЭТОТ – ОН САМ (Ефес. 2:14). Вне Его нет мира, как нет и никакого вообще подлинного блага.

«Приидите же, возрадуемся Господеви, настоящую тайну сказующе... и возопиим Ему: Рождейся от Девы, Боже, помилуй нас!»

Чин Православия и наше время

Аще же и Церковь преслушает, буди тебе
якоже язычник и мытарь»
(Матф. 18, 17).

«Апостол проповедание, и Отец догматы,
Церкви едину веру запечатлеша»
(Кондак 7-й
недели по Пасхе).

«Сия вера Апостольская, сия вира Отеческая,
сия вера Православная, сия вера вселенную утверди»

(Последование в неделю Православия).

«Всяк убо иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех. А иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех» (Матф. 10, 32-33). Так сказал Христос-Истина, пришедший на землю для того, чтобы свидетельствовать об истине (Иоан. 18, 37), без познания и усвоения которой невозможно спасение человека (Иоан. 8, 31-51). Вот почему и в Своей великой первосвященнической молитве, перед принесением Себя в жертву за грехи людей, Он молится Богу Отцу о Своих учениках: «Святи их во истину Твою: слово Твое истина есть»... «Й за них Аз свящу Себе, да и тии будут священи воистину» ( – чтобы и они были освящены истиною) (Иоан. 17, 17, 19). Понятно поэтому, что для христианина всего дороже истина, и исповедание этой истины и словом, и делом, – всею жизнью своею – есть первый и главный долг христианина. Потому-то и говорит св. Апостол Иаков, Брат Господень: «Братие! аще кто в вас заблудит от пути истины, и обратит кто его, да весть, яко обративый грешника от заблуждения пути его, спасет душу от смерти, и покрыет множество грехов» (Иак. 5, 19-20), а возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов решительно уверяет: «Больши сея не имам радости, да слышу моя чада во истине ходяща» (3 Иоан. 4). И великий Апостол языков св. Павел, желая охарактеризовать новопоставленному им епископу Ефесскому Тимофею Церковь, служителем которой он сделан, с самой существенной ее стороны, определяет ее так: «Церковь Бога жива – столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15). Если мы обратимся затем к истории христианской Церкви, то увидим, что самое существо этой истории составляет непрестанная борьба Церкви в лице верных служителей и последователей Ее за истину против заблуждений. Первый период истории христианства – это борьба за истину против заблуждений иудейства и язычества. Какая это была страшная кровавая борьба, ознаменованная пролитием множества кровей безчисленных сонмов христианских мучеников! И кровь этих мучеников, явившихся свидетелями истины (по-гречески «мученик» – «мартис», что значит: «свидетель»), сделалась основанием величественного здания Церкви. Исповедание истины, борьба за истину столь же ярко характеризует!, собою и второй период истории Церкви – когда, после прекращения гонений со стороны язычников, возникли новые, еще более опасные гонения на истину Христова учения со стороны лжеучителей – еретиков. И этот период дал Церкви великое множество борцов за истину – славных Отцев Церкви и Исповедников, на вечные времена ясно и точно изложивших в постановлениях Вселенских Соборов и своих богомудрых писаниях истинное учение Церкви, в ограждение его от всех лжеучений.

Но, само собой разумеется, что борьба против истины врага Божия и врага человеческого спасения диавола, который, по словам Самого Господа, «ложь есть и отец лжи» (Иоан. 8, 44), не прекратилась и до скончания века не прекратится, а потому твердое стояние в истине, путем исповедничества и неустанной борьбы за истину, вплоть до готовности душу свою положить за нее, остается главным нравственным долгом каждого подлинного христианина. Последний и решительный бой против Христовой истины произойдет перед кончиною мiра и Вторым Пришествием Христовым, когда диавол, чрез своего верного сына по духу, Антихриста, будет стараться отвратить от истины, «аще возможно, и избранныя» (Матф. 24:24).

Ныне мы опять переживаем страшное время усилившегося гонения на Церковь и на содержимую Ею истину Христовой веры. А потому нам теперь особенно благовременно помнить о лежащем на нас нравственном долге исповедничества. Толчок современными гонениям дан отступлением Запада от основных, истин христианства, вылившийся сначала в папизм, а затем в протестантизм. На почве этих западных лжеучений возродилось затем язычество в виде так называемого «гуманизма», который, отвергнув Бога, самого человека сделал земным богом. А отсюда уже естествен был переход от поклонения Богу к поклонению врагу Божию – сатане, который, принимая видь «ангела светла», а там, где этого ненужно (2 Коринф. 11, 14), и без этого, старается во всем угодить страстям и похотям отступившего от Христовой истины человека, лишь бы только закрепить его навсегда в своей власти. Неудивительно поэтому, что в настоящее время ячейки таких тайных (а иногда и явных) организаций поклонников сатаны широко распространены по всему мiру и, конечно, по попущению Божию, стараются весьма небезуспешно вершить судьбами этого мiра. В результате повсюду усилились гонения на Церковь и веру Христову, которые носят только различный характер, в зависимости от местных условий и обстоятельств. Иногда они принимают формы кровавых преследований (в России), иногда – в виде «холодной войны», путем разного рода притеснений и угнетений и создания такой обстановки жизни, при которых только исключительные личности – герои духа – оказываются в состоянии исповедовать свою веру, не отрекаясь от Христа и не попирая истины Христова учения, хотя бы только практически. Эти именно поклонники сатаны и заложили у нас в России революционные ячейки, для того, чтобы разрушить ненавистную им Святую Русь, бывшую главным оплотом неповрежденной Христовой истины и исповедницей ее на весь мiр. Путем лжи и клеветы, этих обычных оружий диавола, они старались прельстить, «аще возможно», и лучших представителей нашей идеалистически настроенной молодежи, чтобы их руками разрушить твердыню Православия, мешавшую осуществлению их адских замыслов – подчинению власти сатаны всего человечества. И предал их всех Господь в руки падения их: многие кровью своею заплатили за свое заблуждение, многие испытали муки адовы еще прежде вечных адских мучений. Но горе тем, которые избежали здесь суда Божия и не покаялись, «егда имут судитися» пред лицем Неумытного и Нелицеприятного Судии!

Мало, однако, было служителям сатаны разрушения лишь Русского Православного Государства: им надо было разрушить Русскую Православную Церковь. В своей слепой сатанинской злобе они надеялись, что тогда легко будет им уничтожить св. Православие и во всем мiре. Подкоп под Русскую Православную Церковь начался в виде насаждения всевозможных сект, а затем внедрения протестантских, либеральных и гуманистических идей внутрь самой Церкви. Еще задолго до революции уже созрел у нас дух «живоцерковничества» и «обновленчества», которым была поставлена задача – разложить Церковь извнутри. Насаждался этот тлетворный дух под благовидным предлогом возвращения Церкви к Апостольским временам: Церковь, якобы «омертвевшая», призывалась стать «живой». Этот дух живоцерковного модернизма, после крушения православной России, стал быстро распространяться и в других поместных православных церквах. А когда в среде огромной по своей численности русской эмиграции, разсеявшейся по всему мiру, вполне естественным путем образовалась Русская Зарубежная Церковь, получившая законно-каноническое обоснование своего существования в знаменательном указе Святейшего Патриарха Тихона от 7/20 ноября 1920 г. за № 362, поклонники сатаны, разрушившие Православное Русское Государство и воздвигшие страшное кровавое гонение на Церковь в России, ополчились на нее, чтобы и ее уничтожить. Пущены были в ход все средства, вплоть даже до обращения к церковным канонам, с целью доказать неканоничность и незаконность самого ее существования. Попущением Божиим, враги св. Христовой истины успели произвести в ней раскол, а в отколовшихся частях уже с полной свободой, ничем не стесняясь начали внедрять все тот же тлетворный дух «живоцерковничества», протестантского либерализма и модернизма, взлелеянных идеями гуманизма. Новоизмышленное учение «софианства», поношение подлинного Православия через усвоение ему презрительной клички «православизма», стремление к тесному сближению с протестантизмом под громким «ученым» названием «экуменизма» (в основе которого лежит, по большей части, тщательно скрываемая, но иногда неосторожно обнаруживаемая идея равноценности всех вероисповеданий, с разных точек зрения выявляющих будто бы одну и ту же истину), весьма расплывчатое и отнюдь неправославное истолкование понятия Церкви и, наконец, особенно губительное в нравственно-христианской жизни отвержение самого существа православно-христианской нравственности так ясно выраженного в словах Самого Господа-Спасителя: «Внидите узкими враты: яко пространная врата в широкий путь, вводяй в пагубу, и мнози суть входящии им. Что узкая врата и тесный путь, вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его» (Матф. 7: 13-14). Отвержение аскетического подвига в личной жизни, так ясно заповедуемого и Самим Христом Спасителем и Его св. Апостолами в целом ряде многочисленных изречений, на протяжении всего Священного Писания, а тем самым – страшно сказать! – косвенное возведение хулы на великих подвижников христианства, прославленных Церковью, как святых угодников Божиих и воспеваемых ею в ежедневных богослужебных песнопениях – это с одной стороны. Желание все внимание свое, вопреки ясному учению Слова Божия (напр., Евр. 13, 14), сосредоточить на устроении здешней земной жизни (конечно, вследствие слишком слабой веры в реальность будущей), стараясь совместить служение «Богу и маммоне», служение каким-то отвлеченным идеалам «Истины, Добра и Красоты», коими подменили гуманисты живого личного Бога, осторожное внушение мысли, что не нужно бояться греха, подобно «изуверам-аскетам», убивающим «радости этой жизни», ибо Христос освятил и преобразил мiр, так что и грех теперь не грех – с другой стороны. – Вот какими чертами можно охарактеризовать это губительное для христианской жизни подлинно еретическое направление. Увы! оно успело пустить уже глубокие корни во всех поместных православных церквах, находя себе поддержку и покровительство даже в некоторых представителях церковной Иерархии; в нем уже воспитана и продолжает воспитываться значительная часть современного православного духовенства, им заражены уже и многие из нашего русского молодого поколения заграницей.

Если вдуматься глубже в сущность этого пагубного еретического направления, грозящего подорвать основы св. Православия, а также – в те искусные методы, полные лицемерия и лукавства, какими оно распространяется и внедряется в души доверчивой молодежи, то станет очевидной его громадная опасность, коею оно превосходит все древние ереси. Последние были, если можно так выразиться, много проще, примитивнее и грубее, а потому легче поддавались разоблачению и обличению. Грозящее ныне подрывом св. Православия лжеучение гораздо тоньше и неуловимее; притом же, в нужных случаях оно весьма хитро и искусно умеет скрывать свое подлинное лицо. Тем не менее, плоды его уже сказываются на каждом шагу. Самые характерные проявления, по которым можно узнать несчастные души, сделавшиеся жертвами этого лжеучения, это: сектантская вольность в обращении с текстами Священного Писания, особый, якобы «научный» подход к ним, пренебрежительное отношение к авторитету Церкви, к авторитету Святых Отцев, к традиционным церковным взглядам, установлениям, благочестивым преданиям и обычаям – вообще ко всяким авторитетам, кроме авторитета «ученых» профессоров, считающих себя «не связанными никакими традиционными взглядами и представлениями, как уже отжившими и устарелыми», весьма примирительное отношение ко злу, вплоть до отказа от всякой борьбы с ним, под лукавым предлогом «христианской любви», противопоставление чисто-внешней «социальной» деятельности внутреннему подвигу очищения своего сердца от греховных страстей и похотей, и т.д. в том же роде.

В свете всего вышесказанного, в настоящее время особенное значение приобретает грозный и величественный «Чин Православия», который так ненавидела и хулила у нас в последнее время либеральная интеллигенция, чувствовавшая, конечно, что он направлен и против нее. Этот замечательный чин, глубоко умилительный и назидательный, – отнюдь не «проклятие» в грубом, вульгарном смысле этого слова, как злонамеренно пыталась она его представить, а грозное предостережение Матери-Церкви о гибельности пути тех, кто отклоняется от единого спасительного исповедания церковной истины, принесенной Христом-Спасителем на землю. И поэтому в наше время он особенно громогласно должен звучать в церквах для того, чтобы образумить тех, которые еще способны к образумлению. Пусть хоть раз в год верующие, часто ныне влающиеся ветром всяких лжеучений, слышат из уст Самой Церкви громогласное свидетельство Ее Самой, что главное для спасения это – стояние в истине, а кто отметает эту истину, тот подвергается суду Церкви и лишается надежды вечного спасения. Пусть знают они, что истинная вера, вселенную утвердившая и доставившая спасение многим тысячам людей, ставшим святыми угодниками Божиими, – это – вера Апостольская, вера Отеческая, вера Православная: это та вера, которая имеет для себя ясные и непререкаемые основания в Священном Писании и Священном Предании, та вера, которую исповедывали и проповедывали Святые Отцы, «земные ангелы и небесные человеки», по слову Христову «сотворившие и научившие», а потому «велиими нарекшиеся в Царствии Небесном» (Матф. 5, 19). Пусть знают все, что нет преступления выше преслушания Церкви, которое проявляется особенно в ересях и расколах, а потому пусть дорожат превыше всего земного своим общением с тою Церковью, которая не заводила у себя никаких новшеств, но свято и неизменно хранит Апостольское и Святоотеческое учение веры и благочестия – ту великую и святую Истину, которую Она получила от Своего Основателя Господа нашего Иисуса Христа. Если мы не хотим своей вечной погибели, мы должны взять на себя подвиг исповедания этой Истины, с готовностью стоять за нее даже до смерти, памятуя замечательное изречение мужественного и непоколебимого служителя Божественной Истины – великого Вселенского Учителя и Святителя и Отца Церкви св. Григория Богослова: «Когда дело идет о явном нечестии, тогда должно скорее идти на огонь и меч, не смотреть на требования времени и властителей (дерзну сказать, не только мiрских, но и духовных) и вообще на все, нежели приобщаться лукавого кваса и прилагаться к зараженным. Всего страшнее – бояться кого-либо более, нежели Бога, и по сей боязни служителю истины стать предателем учения веры и истины» (Слово 6-ое).

Христианство есть подвиг крестоношения.

В том, что христианство есть подвиг крестоношения, со всею очевидностью убеждает нас Сам Божественный Крестоносец Господь наш Иисус Христос. Когда св. Апостол Петр, еще не просвещенный благодатью Святого Духа и руководившийся чисто человеческими чувствами, пытался отклонить Его от крестного подвига, Господь «воспретил ему, сказав: отойди от Меня, сатана, потому что ты думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Марк. 8, 31-33). Подозвав вслед за тем народ с учениками Своими, Господь изрек знаменательные слова, которые стали основоположительными для каждого, желающего искренно идти путем христианской жизни: «иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Марк. 8, 34). «Если ты возьмешь крест и пойдешь за Христом», спрашивает один из выдающихся наших святителей-проповедников, «то куда ты придешь? – Очевидно, туда, куда шел, взяв крест, Он Сам, следовательно, на Голгофу, на страдания, на распятие». Так и понимали всегда эти слова все истинные христиане, начиная от ближайших учеников Господа – святых Апостолов.

Из книги Деяний Апостольских мы узнаем, что этот крест страданий за Христа, с полным самоотвержением, начали нести св. Апостолы вскоре же после сошествия на них Св. Духа. Когда они, за свою мужественную проповедь о Христе, были посажены, по распоряжению синедриона, в темницу, а затем подвергнуты избиению, они радовались, «что за имя Господа Иисуса удостоились принять безчестие» (Деян. 5, 41). А сколько претерпел страданий за свою проповедь св. Апостол Петр, а затем, по повествованию той же книги Деяний св. Ап. Павел, который сам говорит о себе, что он «был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти. От Иудеев пять раз дано было мне по сорока ударов без одного; три раза меня били палками, однажды камнями побивали, три раза я терпел кораблекрушение, ночь и день пробыл во глубине морской; много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями, в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе» (2 Коринф. 11, 23-27)! В конце концов, оба этих великих первоверховных Апостола окончили свою земную жизнь мученичеством за Христа. Мученическим подвигом завершили свою жизнь и все почти остальные Апостолы.

Послания Апостольская и, среди них, особенно 14 посланий св. Апостола Павла, которые, по важности своего содержания, справедливо именуются многими «вторым Евангелием», также характеризуют христианскую жизнь, как подвиг крестоношения, и учат нас тому же, чему учили новообращенных. христиан во время своего первого благовестнического путешествия по Малой Азии св. Апостолы Павел и Варнава, именно, что «многими скорбьми подобает нам внити в Царствие Божие» (Деян. 14. 22). Как резко осуждает св. Ап. Иаков, Брать Господень, тех христиан, которые хотят роскошествовать и наслаждаться, и наоборот – ублажает тех, которые с терпением и смирением переносят скорби. В пример злострадания он предлагает взять пророков, «которые говорили именем Господним», я праведного Иова (Иак. 5, l-11). Дружбу с мiром, то есть желание, избегая скорбей, жить в страстных удовольствиях и наслаждениях, он называет «враждой против Бога» (Иак. 4, 4). Св. Ап. Петр ублажает христиан, которые, делая добро, и страдая, терпят, говоря, что это «угодно Богу» (1 Петр. 2, 20) и даже прямо говорит, что Христос, пострадавший за нас, нам оставил «Образ, да последуем стопам Его» (1 Петр. 2, 21). «Если и страдаете за правду, то вы блаженны», говорит он далее (3, 14), ибо это страдание сближает нас со Христом, пострадавшим за грехи наши (3, 17-18), и приносит нам великую духовную пользу: «Христу пострадавшу за вы плотью, и вы в ту же мысль вооружитеся: зане пострадавый плотию преста от греха» (4, 1). Здесь мы видим уже прямой призыв уподобляться нашему Спасителю в крестоношении и самораспятии, ибо это освобождает нас от тяготеющей над нами власти греха и помогает нам жить по воле Божией. Все авторитетные толкователи новозаветных свящ. книг видят в этих словах св. Ап. Петра основание для христианского аскетизма. «Эти слова», объясняет Еп. Михаил, «можно перефразировать так: вы, христиане, сораспялись со Христом в страданиях и умерли с Ним в крещении и следовательно умерли для греха, ибо умерший свободен от греха, перестал грешить; пострадавший плотию, как и Христос пострадал плотию, и умерший с Ним в крещении, перестал грешить и должен уже жить по воле Божией, а не человеческим похотям» (Соборные послания Св. Апостолов с предисловиями и подр. объясн. примечаниями Еп. Михаила стр. 203). Возлюбленный ученик Господа Иисуса Христа св. Иоанн Богослов решительно предостерегает христиан от любви к мiру сему, говоря, что «все, что в мiре: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская» (1 Иоан. 2, 15-16) и «что весь мiр лежит во зле» (5, 19), а потому «кто любить мiр, в том нет любви Отчей» (2, 15). И эти слова являются прочным основанием для христианского аскетизма, требующего отречения от наслаждения греховными благами мiра, а потому и неизбежно связанного со скорбями, подобными скорбям крестоношения для поврежденной грехом страстной природы человека. Многократно в целом ряде своих посланий говорит об этом крестоношении, необходимом для достижения христианского совершенства, св. Апостол Павел, которого, только по недоразумению, считают основоположником своего лжеучения об оправдании одною верою, без добрых дел, протестанты, а за ними и все многочисленные сектанты, отвергающие аскетизм. Чем иным, как не увещанием к аскетическому подвигу крестоношения являются столь выразительно звучащие слова св. Ап. Павла: «иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми» (Галат. 5, 24)?. Следовательно, те, которые отвергают путь крестоношения, не считают нужным распинать плоть свою со страстьми и похотьми и считают аскетизм несущественным в христианстве, те и не Христовы, те не христиане, хотя бы и называли себя таковыми. И это вполне понятно и строго логично, ибо по словам того же св. Ап. Павла: «плоть желает противного духу, а дух противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы» (Гал. 5, 17). Поступающие же по плоти «Царствия Божия не наследят» (5, 21). Замечательно сильно говорит св. Ап. Павел об этой крайней развращенности человеческой природы, настоятельно требующей подвига самораспятия, в своей послании к Римлянам: «не еже бо хощу, cиe творю, но еже ненавижду, то содеваю» (7, 15) – «доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю». «Окаянен аз человек! Кто мя избавит от тела смерти сея?» (7, 19-24). И вот потому то, что «живущие по плоти Богу угодить не могут» (Римл. 8, 8), ибо «мудрование плотское смерть есть» и «вражда на Бога: закону бо Божию не покаряется, ниже бо может» (8, 6-7), великий Апостол языков говорит о себе, что он не только другим заповедует этот путь подвига крестоношения и самораспятия, как совершенно необходимый для христианина в его неустанной борьбе со страстьми и похотьми, но и сам идет тем же путем: «умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како иным проповедуя, сам неключим буду» (1 Коринф. 9, 27). В восьмой главе св. Ап. Павел горячо призывает всех христиан к этому пути крестоношения, который один только может сделать нас «детьми и наследниками Божиими и сонаследниками Христу»: «если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться» (ст. 17). Христиане не должны бояться этих страданий, ибо они – ничто, по сравнению с тою славою, которая ожидает их в будущей жизни: «недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (ст. 18), то есть: «нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас».

Можно было бы привести и еще множество мест из Слова Божия, которые самым убедительным образом свидетельствуют, что христианство есть крестоношение, подвиг самораспятия, состоящий в неустанной «невидимой брани» – никогда не прекращающейся в душе христианина борьбе с греховными страстьми и похотьми до полного их искоренения и насаждения противоположных этим страстям и похотям христианских добродетелей, которые перечисляет св. Ап. Павел, напр., в послании к Галатам (5, 22-23), называя их «плодами духа». Это – любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. Думаем, однако, что и приведенных мест вполне достаточно, чтобы опровергнуть ложные мнения тех, которые иначе хотят понимать христианство.

Если мы обратимся теперь к Священному Преданию нашей Церкви, к постановлениям Вселенских и Поместных Соборов и Святых Отцев, к Богослужебным книгам, к святоотеческим творениям и к житиям св. Мучеников, преподобных, святителей и прочих св. угодников Божиих, то и тут мы найдем, буквально на каждом шагу, решительное подтверждение истинности замечательного изречения великого подвижника и наставника духовной жизни преподобного и богоносного отца нашего Исаака Сирина: «Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно. О пути же прохладном знаем, где он оканчивается» (Творения стр. 158).

Как строги наши канонические правила! Какой строгости жизни, подлинного подвига крестоношения требуют они не только от епископов, клириков и монахов, но и от мiрян! А разве могли бы такие правила явиться в свет, если бы не было в те благословенные времена и соответствующей строгости жизни среди христиан? Это только теперь, когда устои подлинно христианской жизни расшатаны до основания, многие находят эти правила «устаревшими» и требуют их изменения или даже полного упразднения. Но «устарели» не правила, а современные «христиане», вновь воскресившие в себе во всей своей силе «ветхого человека», вместо «нового, созданного по Богу в правде и в преподобии истины» (Ефес. 4, 22-24), в которого облекаются все освящаемые таинствами Церкви истинные христиане. В самом деле! Возьмем, напр., такое правило, как 69-е правило Св. Апостолов: «Аще кто, епископ, или пресвитера, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец, не постится во святую четыредесятницу пред пасхою, или в среду, или в пяток, кроме препятствия от немощи телесныя: да будет извержен. Аще же мiрянин: да будет отлучен». Если современные «христиане» не находят нужным считаться с этим правилом, значить ли это, что оно «устарело» и подлежит отмене? Ведь тогда придется признать «устаревшими» и слова Христовы: «сей род (род бесовский) не исходит токмо молитвою и постом» (Матф. 17, 21)! Между тем мы видим теперь сколь справедливы эти слова и как прав был Преосвящ. Епископ Феофан, Вышенский Затворник, говоривший: «Можно ли думать, что где нет поста и молитвы, там уже и бес? Можно!» («Мысли на каждый день года» стр. 245). Разве не находятся в состоянии подлинного беснования современное мнимо-христианское человечество, самонадеянно отвергнувшее единственно-верное оружие против темной бесовской силы – молитву и пост? Разве не подлинное беснование все то, что делается вот уже больше 36-ти лет на нашей несчастной родине? Разве не самое настоящее беснование породило неслыханную еще в истории человечества по своим ужасам и жестокости вторую мiровую войну с ее воздушными бомбардировками, а теперь готовят еще более страшную третью мiровую войну? Кто отвергаете подвиг молитвы и поста, тот и неспособен творить ничего, кроме зла, и все его мнимое добро, если оно у него и есть, на самом деле вовсе не добро, а то же зло, потому что, по словам Христовым: «Не может древо зло плоды добры творити»: «собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Матф. 7, 18,16). «Берегитесь», говорит поэтому Христос Спаситель, «лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные» (Матф. 7, 15).

Увы! Эти лжепророки, отвергающие значение подвига молитвы и поста в христианстве, и учащие христиан не отвергаться мiра, лежащего во зле с его страстями и похотями, но любить этот мiр, вопреки ясному учению Слова Божия и Святых Отцев, глубоко внедрились в современное христианское общество и имеют уже в нем немалый успех. И это, конечно, неудивительно, ибо что может быть прельстительнее мысли о.ненужности подвига крестоношения и о легкости спасения без всяких трудов и подвигов?! Всего печальнее, что такие лжепророки умножаются теперь во всех православных поместных церквах, выдвигаются на руководящая должности и высшие церковные посты и, производя разделения и расколы в своей собственной православной среде, ратуют за «экуменическое» сближение и единение с более близкими им по духу протестантами и сектантами, причем не стыдятся даже публично делать заявления в роде того, что «для сближения с протестантами нам надо отбросить монашеский аскетизм Православия». Воочию исполняются таким образом слова великого Апостола о том, что «В последния времена отступят нецыи от здравыя веры, внемлющи духовом лестчим» (1 Тим. 4, 1).

Это уже явное отступление, явная измена св. Православию. Ибо одно дело, когда человек грешит по немощи естества своего, и затем кается, оплакивает грех свой, а совсем другое, – когда он, греша нераскаянно, тщится найти принципиальное обоснование своего греха и изобретает даже целое мiровоззрение, оправдывающее его грех. Вот это-то самое мiровоззрение, не желающее видеть в христианстве подвига крестоношения, подвига борьбы со своими страстями и похотями, все более и более дерзко поднимает свою голову. Оно увлекает многих современных слабодушных и теплохладных христиан на широкий и пространный путь – путь погибели, по словам Христовым. Оно страшнее и зловреднее древних ересей, осужденных Церковью на Вселенских Соборах, ибо лицемерно скрывает себя под «овчими одеждами» мнимо-христианской любви, и хитросплетенными льстивыми извращениями поражает ближе всего касающийся нас христианский догмат – учение о нашем спасении через последование за Христом путем крестоношения и самораспятия.

«Блюдите,» же, братие, «како опасно ходите!» ибо поистине «дние лукави суть» ныне, более, чем когда-либо прежде (Ефес. 5, 15-16). Как некогда сатана попытался использовать безкорыстные чувства Петра, чтобы отклонить Самого Господа Иисуса Христа от спасительного для людей крестового подвига (Матф. 16, 21-23), так и теперь тот же сатана пытается через далеко не безкорыстных своеумников отвлечь современных христиан от единственно-спасительного пути – подражания Подвигоположнику Христу в крестоношении и самораспятии. Наблюдая деятельность этих лжеучителей и видя плоды их трудов, мы можем с уверенностью сказать, что это несомненно – наемные слуги врагов нашей святой веры и Церкви, ставящих своей задачей извнутри разложить нашу Церковь и таким образом разрушить ее. Этого мы не боимся, ибо знаем обетование Божественного Основателя Церкви, что «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18), но за себя, за ближних своих мы должны бояться, как бы не поддаться нам сатанинскому искушению и не отпасть от единения с истинною Церковью, проповедующей единственно-спасительный путь, заповеданный нам Словом Божиим – путь крестоношения.

Обращение к русской молодежи духовного руководителя Свято-Владимирских кружков епископа Аверкия

Православная русская молодежь, возлюбленные чада мои о Господе!

Вновь приближается день священной памяти Просветителя нашего «приснославнаго великого князя Владимира, идолы поправшаго и святым крещением землю Русскую просветившаго» (стихира на мал. вечерни 15 июля). Как и в прошлые годы, я всех вас горячо призываю собраться в субботу перед этим днем 11/24 июля на Владимирскую Горку к подножью строящегося там Храма-памятника, с тем, чтобы единодушно там засвидетельствовать свою верность великим заветам, оставленным нашим Просветителем русскому народу.

Тяжелое и ответственное время все мы ныне переживаем! Враг Божий и враг человеческого спасения диавол усиленно готовится к последнему и решительному бою против Церкви Христовой. Но не везде и не против всех идет он явно и открыто. В большинстве случаев он старается скрыть свою богоборческую природу, прикрывая свой отвратительный лик разными благовидными образами, принимает, по выражению св. Апостола Павла, «вид Ангела света» (2 Коринф. 11, 14-15), как равно «и служители его принимают вид служителей правды». Столько ныне сетей разставлено им, вселукавым, для нашей русской молодежи, что и не перечесть! Более примитивных по своему душевному складу он старается уловить в сети чувственности, подчинить своей власти соблазнами материального благополучия, удовольствий и наслаждений. Более сложные натуры уловляются им «философией, по преданию человеческому и по стихиям мiра» (Колос. 2, 8), всякого рода религиозными извращениями и сектантскими лжеучениями. В последнее время особенно напряженную борьбу за уловление душ русских людей повело «католичество восточного обряда», с одной стороны, и «экуменическое движение», с другой стороны. Первое прельстительно тем, что за одно лишь признание главенства римского папы обещает оставить православным русским людям внешнюю видимость Православия; второе обольщает «широтой» мнимо-христианской любви, лже-смиренномудрием и своей, якобы высокой «культурностью», отвечающей нуждам и запросам времени. Те идеалы, которыми почти тысячу лет жил православный русский народ, объявляются «устарелыми» и «отжившими». Молодежи внушается, конечно, очень искусно и осторожно, что идеал Святой Руси и естественное религиозно-национальное восприятие нашей Родины, как оплота единой истинной Православной веры, есть результат «нравственной узости», «себялюбивого обособления», «гордости», «высокомерия» и «тщеславия». Вместо этого выдвигаются «широкие» и «культурные» идеалы «всечеловечества», «экуменического подхода» ко всем народам, весьма прельстительные для незнающих и не понимающих всей высочайшей ценности чистого безпримесного, подлинного православия.

Мы зовем нашу русскую молодежь, решительно отвергнуть все эти лукавые соблазны, твердо стать на исконный тысячелетний путь русского народа, начертанный ему заветами нашего великого Просветителя святого равноапостольного князя Владимира – путь святорусский, путь свято-владимирский, ибо крепко веруем и исповедуем, что без возрождения идеалов Святой Руси в душах русских людей невозможно спасение не только нашей Родины, но и всего человечества от грозящей ему неизбежной гибели.

Итак, все – на Владимирскую горку!

Бог мира и любви, призвавший избранника Своего Владимира, яко «второго Константина», на великое дело просвещения русского народа, да ниспослет всем нам Свое небесное благословение и да поможет нам, молитвами Всех Святых в Земле Российстей просиявших, утвердиться в его священных заветах!

Храните веру Православную, завещанную нам св. кн. Владимиром!

Православные русские люди! Крайнее время теперь говорить повсюду и во всеуслышание то, о чем, по чувству ложного стыда, не любят говорить, о чем боятся говорить в наш лукавый век – век всяческих компромиссов и сделок со своей совестью.

Есть только два пути на земле для человека: путь истины и путь лжи, путь жизни и путь смерти, путь спасения и путь погибели. Никакого среднего пути, никакого компромисса между этими двумя путями нет и быть не может. Христос-Спаситель и пришел на землю, по Его собственным словам, именно для того, чтобы свидетельствовать об истине (Иоан. 18: 37), для того, чтобы указать людям путь истины, путь жизни, путь спасения. И Церковь, основанная Им, по словам св. Апостола, есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3: 15). И поэтому для того, чтобы верно идти путем истины, путем жизни, путем спасения, совершенно необходимо принадлежать к Церкви, основанной Христом-Спасителем. Не к тем, столь многочисленным теперь организациям, которые незаконно, без всякого основания присвоили себе наименование «церквей», а к той Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви, которая, держа в себе истину, преданную ей Самим Христом-Спасителем, сохраняет теснейшую преемственную связь со свв. Апостолами и их законными преемниками – Мужами Апостольскими и Святыми Отцами.

Все мы, люди, слабы и немощны, все удобопреклонны ко греху, все способны падать и заблуждаться. Но не это само по себе страшно, ибо Самою Церковью установлен для нас спасительный путь покаяния, следовательно, возвращения на путь спасения через возсоединение с Церковью, от которой мы отпадаем, совершая грех.

Страшно то, когда мы сознательно отступаем от истины, сознательно становимся на путь лжи и строим всю свою жизнь, всю свою деятельность на ложном основании, попирая Христову истину, хранимую лишь Единой Святой Соборной и Апостольской Церковью.

Так вступил на путь лжи, начав строить на ложном основании всю свою жизнь и деятельность, папский Рим, провозгласившей ложь, будто св. Апостол Петр был князем над Апостолами, а папа Римский, как его преемник, не просто патриарх, равный по благодати всем прочим епископам, а непогрешимый заместитель Иисуса Христа на земле. Эта ложь и основана была на подложных документах, так и заслуживших себе в истории наименование «Лже-Исидоровых декреталий». Лживыми являются все попытки обосновать эту ложь на Священном Писании, которое так ясно нам свидетельствует о том, что Сам Господь Иисус Христос в корне пресекал среди Апостолов всякое стремление к первенству, внушая им, что все они равны и братия между собою (см. Матф. 20: 20-27 и 23: 8-12). Точно предвидя безмерное самовозношение римского первосвященника, писал св. Ап. Павел Римлянам: «Не мудрствуйте о ceбе паче, еже подобает мудрствовати» (Рим. 12: 3).

Так вступил на путь лжи протестантизм со всеми его теперь безчисленными ответвлениями-сектами, провозгласивший ложь, будто для спасения достаточно одной веры без добрых дел и будто каждый отдельный человек, а не Церковь, является мерилом истины. Лживы его попытки утвердить эту ложь на Священном Писании, раз Сам Господь Иисус Христос так ясно сказал: «Не всяк глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в Царствие Небесное, но творяй волю Отца Моего, иже есть на Небесех» (Матф. 7: 21), и Церкви в ее целокупном единстве, а не каждому верующему дал обетование, о том, что «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16: 18) и что «кто Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь» (Матф. 18: 17), ибо «Церковь Бога жива есть столп в утверждение истины» (1 Тим. 3: 15).

Так вступили на путь лжи все живоцерковники, обновленцы и всякого рода своеумники-модернисты, явившиеся в последнее время в большом числи внутри самой Православной Церкви, которые провозгласили ложь примирения Христовой истины с ложью мiра сего, во зле лежащего, совершенно забыв слова Христовы, о том, что назначение христиан быть людьми «не от мiра сего» (Иоан. 15: 19), и увещание св. Апостола: «Не сообразуйтеся веку сему, во преобразуйтеся обновлением ума вашего, во еже искушати вам, что есть воля Божия благая и угодная и совершенная» (Рим. 12: 2) – единственное обновление, которое дозволено и заповедано нам.

Так вступила на путь лжи учрежденная в СССР безбожными коммунистами советская «патриархия», провозгласившая ложь, будто богоборческая большевицкая власть «от Бога», хотя св. Ап. Павел, на слова которого она лживо ссылается, ясно говорит, что носитель законной власти «есть Божий слуга», поощряющий добро и наказывающий зло (Рим. 13: 3-4), а не безбожник, поступающий наоборот, как это мы видим у большевиков, власть которых эта «патриархия» лживо восхваляет и пропагандирует на весь мiр, пытаясь ввести этим все человечество в заблуждение.

Так вступили на путь лжи все «неохристиане, неообновленцы, отколовшиеся, по наущению безбожников и служителей темных сил, заграницей, от единой Русской Зарубежной Церкви и подменившие подлинное учение Православия ложью софианства и сродных с ним лжеучений, в духе протестантского вольнодумства, отвергнувшие тысячелетнее святоотеческое предание и заменившие его собственными мудрованиями, забыв увещание св. Апостола: «Братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философией и тщетною лестью, по преданию человеческому, по стихиям мiра, а не по Христе» (Колос. 2: 8) и предостережение его: «О, Тимофее, предание сохрани, уклоняяся скверных суесловий и прекословий лжеименнаго разума, о немже нецыи хвалящеся, о вере погрешиша» (1 Тим. 6: 20-21). И поистине на этих проповедниках «суесловий лжеименнаго разума» исполнилось предречение великого Апостола: «Будет бо время, егда здравого учения не послушают, но по своих похотех изберут себе учители, чешеми слухом, и от истины слух отвратят, и к баснем уклонятся» (2 Тим. 4: 3-4).

Самая страшная и прельстительная для многих ложь нашего времени это – допущение какого-то компромисса, соглашательства между истиной и ложью, искание золотой середины между ними, стремление примирить и соединить непримиримое и несоединимое: служение Богу и маммоне, Христу и Велиару, свиту и тьме... Отсюда – «восточный обряд», так усиленно навязываемый нам папистами, отсюда – «экуменизм», настойчиво пропагандируемый протестантами и продавшимися им отщепенцами от Православия, отсюда – пренебрежение к аскетическим установлениям Церкви, к отеческим поучениям и преданиям, театры, трактиры и всякие увеселения в церковной ограде, устройство развлечений «с благотворительной целью» в кануны воскресных и праздничных дней, отсюда... многое и многое другое в жизни современных христиан, о чем «не леть и глаголати». И вся эта ложь с какой-то безстыдной наглостью осмеливается выдавать себя за истину, белое называя черным, а черное – белым. Безудержно гневаясь и злобствуя на подлинную истину, она тем самым с головою выдает себя, чего не видят только совершенно ослепленные ею.

Между тем, путь истины лишь один и он не знает, не терпит никаких соглашательств, никаких компромиссов с ложью, ибо всякий такой компромисс, под каким бы благовидным предлогом он ни совершался, есть предательство истины. И пусть нас, дорожащих истиною и искренно желающих идти путем истины, отступившие от истины и предавшие себя лжи, называют гордецами. Не следует нам бояться этого, ни смущаться этим. Мы не гордимся своей личной праведностью, своею личной добродетелью, своими личными заслугами и какими-либо добрыми делами. В своей личной жизни мы сознаем себя слабыми, немощными и грешными людьми. Если же мы и хвалимся чем, то хвалимся не собой, а верой Православной, «чистой и непорочной невестой Христовой, «не имущей скверны, или порока, или нечто от таковых» Церковью Христовой» (Ефес. 5. 27), к которой принадлежим и принадлежностью к которой дорожим превыше всего на свете. Мы не себя хвалим, а хвалимся так, как учит нас хвалиться Слово Божие: «хваляйся, о Господе да хвалится» (1 Коринф. 1: 31), – «Мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа» (Галат. 6: 14). Принадлежностью к правой вере и Церкви Христовой хвалились перед мучителями-язычниками все христианские мученики, хвалились перед еретиками-отступниками Святые Отцы Церкви и все поборники и последователи истинной веры. Борясь за святую истину до крови, они отнюдь не считали гордостью своею стойкость и преданность истинной вере и Церкви. Не предосудительную гордость и отсутствие смирения видели они в этом, а наоборот – свой святой долг перед Богом и перед собственной совестью. Какое вообще может быть «смирение» перед ложью? не самая ли ужасная и вопиющая на небо ложь в одной этой мысли ?!

Вот поэтому-то, следуя наставлению Слова Божия и примеру исповедников святой нашей веры всех времен и народов, мы и хвалимся нашей Русской Зарубежной Церковью и нашей принадлежностью к ней, поскольку она до сих пор еще хранит неповрежденной истину Св. Православия и не вступила ни в какое соглашательство, ни в какие компромиссы и договоры с врагами вашей веры – безбожниками-богоборцами, явными и тайными служителями темных сил и их приспешниками.

Но при этом мы, конечно, не должны, не смеем забывать, к чему нас это обязывает. Горе, сугубое горе тем из нас, кто, впадая в разного рода грехи и пороки, свойственные слабым людям, закосневают в них, не принося скорого и искреннего покаяния в них и не исправляя своей жизни. Таковые готовят себе тем большее осуждение, что, принадлежа к истинной Церкви, не заботились в своей личной жизни идти путем Христовой истины. Грех их усугубляется и тем, что они соблазняют других, отталкивая от истинной Церкви непринадлежащих к ней и отпавших от нее.

Итак, не смущаясь никакими клеветами и кривотолками, будем мужественно стоять в истине. Решительно отметая всякие компромиссы с ложью, всякий модернизм и вольнодумство в вопросах веры, всякие новшества, противные духу нашей святой веры, будем веровать и исповедывать так, как веровали и исповдывали Мужи Апостольские, святые мученики, Святые Великие Вселенские Учители и Святители, преподобные подвижники, великими подвигами молитвы и поста себя прославившие, весь сонм Святых, в Земли Российстей просиявших и последние ближайшие к нам по времени великие столпы, учители и наставники нашей Российской Церкви, еще только ждущие своего официального прославления – Оптинские старцы, Епископ Игнатий (Брянчанинов), Епископ Феофан Затворник и приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский, по духу, по святости жизни и по своему вдохновенному учению, во всем подобные древним столпам нашей Церкви и их учение нам разъясняющее.

Будем помнить, что твердость в истинной вере, преданной нам от Отцев, отнюдь не признак гордости, а утешительный знак нашей верности истинной Христовой Церкви; что там, где люди не себя хотят изменять, а христианство приспособить к жизни, «смиряясь» перед злом и вводя в учение Церкви и церковную жизнь разные новшества, там предается Бог, заповедавший нам: «Стойте... неподвижни пребывайте!»

Будем помнить, что, по словам великого Апостольского Мужа священномученика Игнатия Богоносца: «Кто следует за тем, кто делает разделение в Церкви, тот Царства Божия не наследует», а по словам великого вселенского учителя св. Иоанна Златоуста: «Такого греха, как разделение в Церкви не может загладить даже мученическая кровь».

Будем же «блюсти единение духа в союзе мира» со всею небесною Церковью и со всеми хранящими ей еще верность на земле (Ефес. 4:3) и «Бог мира будет с нами» (Филип. 4:9). В этой истинной, Свято-Владимирской вере да утвердить и да укрепит нас Господь, а заблуждающихся да приведет к ней!

Не обманывайтесь, братие - «Бог поругаем не бывает!»

Мы все скорбим, что потеряли Родину и надеемся вернуть ее. Сколько об этом говорится и пишется! И многие, слава Богу, понимают, что несем мы кару Божию достойно, по делам нашим. Но если так, то каков единственно – верный путь спасения Родины нашей? – И это уже многими сознано: путь покаяния – покаянного обращения к Богу. Искреннее, настоящее покаяние всегда проявляется в делах – плодах, достойных покаяния, по выражению Писания.

Что же? есть у нас эти дела, эти плоды, достойные покаяния? Действительно ли все мы покаянный подвиг ставим во главу угла нашей жизни заграницей, действительно ли всем сердцем обращаемся к Богу, ревнуем о посильном исполнении заповедей Божиих, об исполнении уставов Церкви?

Увы! Хотя и создаем мы храмы, но еще не ценим в полной мере величия того, что в них совершается, не дорожим свободной возможностью молиться в этих храмах и жить всей полнотой благодатной церковной жизни, без которой нет спасения.

Словно забыли мы, что враги веры и Церкви – богоборцы-большевики, дабы отвлечь русских людей от посещения храмов, нарочно устраивали в пасхальную ночь и вообще в часы церковных богослужений всякие развлечения и увеселения, и сами теперь делаем то же. Легкомыслие наше в этом отношении не имеет предела. Неужели не ясно, какая черная рука руководит всеми нашими общественными организациями, устраивающими «благотворительные» балы и спектакли по субботам и в кануны праздников? Неужели не ясно, что это делается для того, чтобы постепенно совсем отбить русских людей от посещения храмов и участия в праздничных богослужениях? Ведь праздник наш начинается с вечера совершением всенощного бдения, и ночь под праздник это – святая ночь. Единственно приличествующее этой ночи занятие это – молитва. От того и явилось самое название вечерней службы – «всенощное бдение», – что первые христиане всю ночь накануне праздника проводили в молитве. Вот так, как и до сих пор у нас бывает на Пасху. Придет ли кому в голову из живущих заграницей русских людей устраивать в пасхальную ночь во время светлой пасхальной заутрени «танцевальный вечер» или спектакль «с благотворительной целью»? Едва ли. Но ведь каждая ночь с субботы на воскресение это, по существу, то же самое, что пасхальная ночь, ибо воскресение это – Пасха, празднуемая нами еженедельно. Церковь в умилительных возвышенных песнопениях призывает верующих воспеть хвалу Победителю смерти и ада – «Воскресшему из гроба Начальнику жизни нашея», а верующие, вместо того, чтобы отозваться на призыв своей Матери Церкви, идут проводить время в шумных и легкомысленных развлечениях. Сколько разговоров о том, что нет сил, после рабочего дня, выстоять два-три часа в церкви. А на то, чтобы всю ночь до утра плясать, силы находятся. О, как все это безконечно далеко от истинного христианства! и как все это идет совершенно вразрез с тем покаянным настроением нашим, которое одно только могло бы умилостивить праведный гнев Божий и вызволить несчастную Родину нашу из сатанинского плена, в котором она, по грехам нашим, находится! Устроители всех этих безчисленных субботних балов и вечеров не хотят даже видеть, что они творят одно дело с безбожниками-большевиками: ведь тот, кто идет в субботу на бал, тот не придет на всенощное бдение; тот едва ли сможет придти утром и на литургию, особенно, если он провел безсонную ночь в «танцах до утра», как это часто теперь объявляется заранее в газетах и на афишах. Но если и придет, то что это будет за молитва – с чадом в голове от шумно и бурно проведенной ночи?

Люди редко грешат и совершают преступления без всякого самооправдания. Совесть говорит все-таки в человеке. И вот под каждый грех, под каждое преступление всегда подводится какое-нибудь идейное обоснование для того, чтобы оправдать себя и перед людьми и перед своей собственной совестью. Придумали лукавое идейное обоснование для своего греха и устроители развлечений в кануны праздников. Развлечения устраиваются с «высокой благородной целью» – с целью «помощи ближним», с целью «благотворительности». Но какая же это «благотворительность»? Истинная христианская благотворительность совершается ради Христа, во имя Божие, а не с нарушением заповедей Божиих и уставов Церкви. Грош цена такой благотворительности, которая покупается ценой осквернения святыни праздничных дней и отвлечения верующих от церкви. И неужели христиане не могут благотворить иначе, как только танцуя и развлекаясь? Какая же это «благотворительность», если «благотворят» нуждающимся не иначе, как под условием получения удовольствия? Какой стыд и срам это! Никто не благотворил так щедро, как первые христиане, нередко все имущество свое раздававшие бедным, а ночи напролет проводившие в молитве. Вот у них и надо учиться подлинной, а не мнимой благотворительности, если мы хотим заслужить себе прощение у Бога и вернуть себе утраченную Родину. Все же, что делается с нарушением заповедей Божиих и уставов Церкви, не может быть истинным добром. Это – лишь кажущееся, мнимое добро. Такое «добро», удовлетворяя всем человеческим страстям и похотям, будет творить и антихрист, с целью отвлечь людей от Христа.

Слышно и еще самооправдание. Так, мол, было и прежде, в царской России. Но знаете ли вы, всяческой ценой ищущее оправдания устраиваемых вами безчинств, что в царской России существовал даже государственный закон: «Об охране святости воскресного дня», согласно которому запрещалось устраивать увеселения и продавать спиртные напитки ранее окончания Божественной литургии. А если это в последние годы существования царской России и нарушалось, то именно в силу того безчинного безбожья и нравственного развала, который и привел в конце концов царскую Россию к падению и ко всем кровавым ужасам большевизма.

Нет, 6paтиe! Если мы хотим быть действительно христианами, а не только называться таковыми, если мы действительно любим нашу Родину и желаем ей спасения от ужасов безбожного большевизма, – тогда мы более всего на свете должны уважать и чтить заповеди Божии уставы нашей Матери Святой Церкви; тогда мы должны понять и сознать, что устройство увеселений и развлечений в кануны праздничных и воскресных дней есть дерзкое поругание святыни Божией. Поступая так, мы готовим себе еще горшую участь, нежели та, которая нас и нашу Родину уже постигла, ибо «Бог поругаем не бывает» (Галат. 6, 7). Возмездие Божие непременно постигает каждого осквернителя святыни. «Страшно есть еже впасти в руце Бога живаго» (Евр. 10,31).

Почему не допустимо христианам устраивать увеселения в кануны воскресные и праздничных дней?

Как это странно и как больно за современных христиан, что многие из них не понимают всей предосудительности устройства развлечений в ночь под воскресные дни! Где уж тут говорить о христианстве, о христианизации жизни, если такая простая, казалось бы, самоочевидная истина не доходит до сознания представителей современного обезбоженного и расцерковленного общества. Для тех, кто еще способен вразумиться, предлагаем настоящую историческую справку.

«И бысть вечер, и бысть утро: день един» (Быт. 1:5) – вот со сколь глубокой древности – еще с первого дня Творения мiра ведет свое начало обычай Церкви считать наступление следующего дня с вечера накануне. Столь же древнего происхождения и наши праздники, которые Сам Господь, Творец мiра и человека, заповедал нам «святить»: «И благослови Бог день седьмый, и освяти его» (Быт. 2: 3). Этот освященный Самим Богом на заре человеческой истории «день седьмый» за 1600 лет до Рождества Христова в торжественный день Синайского законодательства вновь повелено нам свято чтить. Повеление это составило собой особую четвертую заповедь Закона Божия, гласящую так: «Помни день субботний, еже святити его,: шесть дней делай и сотвориши в них вся дела твоя: в день же седьмый, суббота Господу Богу Твоему» (Исх. 20: 9-10). Святость этого седьмого дня – в Ветхом Завете субботы, празднование которой всегда начиналось с вечера накануне, ограждалась под страхом смерти: «сохраните субботу, яко свята сия есть Господу и вам: осквернивый ю смертью умрет» (Исх. 31: 14).

Вместо ветхозаветной субботы, в Новом Завете христианами стал праздноваться следующей за субботой «День Господень», или «день воскресный», потому что в этот день Господь Иисус Христос воскрес из мертвых и, победив ад, избавил нас от власти диавола и вечной смерти. Начало его празднования, как свидетельствует об этом Священное Писание и древнейшие памятники христианской письменности, восходить к первым дням христианства. Этот день является для нас, христиан, днем светлой радости, пасхальной радости, Пасхой Господней, которую мы празднуем еженедельно. Ибо в этот день Господь явился Своим ученикам, собранным вместе, и «возрадовашася ученицы, видевше Господа» (Иоан. 20: 20). «По днех осмих», то есть опять в тот же самый день недели Апостолы снова собираются вместе, и снова является им Господь, обновляя их радость (Иоан. 20: 26). Через семь недель, в день Пятидесятницы, случившейся опять в тот же день, Апостолы уже по установившемуся обычаю собираются для молитвы в Синайской горнице, и этот день становится для них днем нового светлого торжества: Господь ниспосылает им Святого Духа, Который с тех пор непрестанно пребывает в Церкви (Деян. 2: 1-4). С этого времени, как это ясно видно из книги Деяний Апостольских, «день Господень» становится особо-чтимым днем у всех христиан. По примеру ветхозаветной субботы и потому, что, согласно верованию Церкви, Господь воскрес в полночь, празднование этого дня начиналось еще с вечера субботы, продолжалось всю ночь и завершалось утром «преломлением хлеба», то есть совершением величайшего христианского таинства Евхаристии – причащением тела и Крови Христовых (Деян. 20: 7-11), к которому приступали все присутствовавшие верные. Отсюда и получило свое начало то наше общественное Богослужение, которое носить название «всенощного бдения» и которое должно продолжаться всю ночь с субботы на воскресение и только по нашей лености и небрежению все больше и больше теперь сокращается. О такой общественной ночной молитве христиан мы находим свидетеля уже в кн. Деяний Свв. Апостолов. Так, Апостолы Павел и Сила, заключенные в темницу, в полночь воспевали Бога (Деян. 16: 25). Вся первая христианская община в Иерусалиме собиралась ночью на молитву (Деян. 12: 12). Христианская община в Троаде «в первый день недели», то есть в день воскресный, собралась на молитву еще с вечера и провела в молитве и слушании поучений св. Апостола Павла всю ночь «до зари», закончив это молитвенное собрание «преломлением хлеба», то есть причащением Тела и Крови Христовых (Деян. 20: 7-11). Об этом праздновании воскресного дня говорят и такие древние памятники христианской письменности, как Послание св. Варнавы, послания св. Игнатия Богоносца, творения Св. Иустина Философа, Феофила Антиохийского, Иринея Лионского, Мелитона Сардийского и мн. др. Великий отец Церкви св. Иоанн Златоуст и знаменитейший учитель Ориген единогласно свидетельствуют, что всенощные бдения под воскресные дни ведут свое начало от Апостольских времен и являются установлением самих Свв. Апостолов. Замечательно и дошедшее до нас вне-христианское свидетельство – известное письмо Вифинского проконсула Плиния Младшего императору Траяну. В нем Плиний пишет, что христиане собираются в установленный день, еще до восхода солнца, и поют гимн Христу, как Богу. По свидетельству многих свв. Отцев и христианских писателей первых веков христианства, всенощные бдения совершались не только накануне воскресных дней, но и накануне Господских и Богородичных праздников и дней, посвященных памяти свв. мучеников. О составе этих всенощных бдений мы находим ясные указания в кн. Апостольских Постановлений (19 гл. V кн.). «С вечера до пения петухов», говорится в ней: «пребывайте во бдении, молитвах и прошениях к Богу, читая до пения петухов закон, пророков, псалмы, и, прочитав Евангелие, предлагайте народу беседу». Преп. Кассиан и св. Василий Великий свидетельствуют, что всенощное бдение обнимало собою ночную и утреннюю службу и заканчивалось «после пения петухов».

Так встречали воскресные и праздничные дни первые христиане. Для них ночь под воскресение, ночь под праздник была святою ночью, которую они всю проводили в молитве, готовясь утром приступить к величайшему таинству причащения Тела и Крови Христовых. В этой ночной молитвенной подготовке и в совершении затем утром Божественной литургии, собственно, и заключалось празднование данного памятного дня, освященного Церковью.

Может ли после этого считаться христианином человек, который как-то иначе проводит эту святую ночь наступления праздника?

Конечно, нет, ибо таковой, разрывая свое молитвенное общение с Церковью в эту святую ночь, тень самым добровольно сам себя отсекает от тела Церкви. Вот почему в древности пропустившие без уважительной причины подряд три воскресных Богослужения совсем отлучались от Церкви, как негодные, омертвевшие члены. Тем более недопустимо для христиан устраивать в эту святую ночь увеселения и развлечения, которые, по самому существу своему неприличны и неуместны тогда, когда мысли и сердца христиан должны быть обращены к Богу. Не говоря уже о том, что они способны отвлекать христиан от посещения праздничных Богослужений, самое устройство их в эти священные для христианина дни и часы оскорбительно для верующего сознания и является кощунственным надругательством над святыней. Вот почему голосом всей Вселенской Церкви в ее канонических правилах, общеобязательным для всех христиан, всякие публичные развлечения и народные увеселения в те дни, когда они мешают посещению праздничных Богослужений, строго воспрещаются (66 правилом VI Вселенского собора, 72 правилом Карфагенского собора).

Мало кто знает, что в прежней дореволюционной России святость воскресных и праздничных дней ограждалась не только церковными, но и гражданскими законами. Так в 1627 году вышел указ царя Михаила Феодоровича Романова, запрещавший, под страхом наказания кнутом, сходиться на «безлепицу», то есть на игрища. Еще энергичнее боролся с этими праздничными увеселениями, все более и более внедрявшимися к нам с Запада, царь Алексей Михайлович. В 1648 году он издал особый указ, запрещавший в воскресные дни «всякое пьянство и всякое мятежное бесовское действо, глумление и скоморошество со всякими бесовскими играми»: вместо этого указ повелевает приходить в церковь на вечерню, на утреню и на литургию и «стоять здесь смирно со всяким благочестием». Ослушавшегося приказано «бить батоги нещадно», и даже ссылать. В 1652 году царем издан новый указ, запрещавший продавать вино в воскресения всего года. Замечательна 26-ая статья знаменитого «Уложения» 1648 года: законы, ограждающие святость воскресного дня, относятся в ней к периоду времени, начиная с субботы за три часа до наступления вечера. Император Петр I, известный своим преклонением перед Западом и введший у нас в России светские увеселения на западный образец, так наз. ассамблеи, тем не менее особым указом разрешил их устройство не раньше окончания, в воскресный день литургии. Он же 17 февраля 1718 года издал указ, обязывающий всех людей ходить в воскресные дни к вечерне, заутрене и особенно к литургии. Императрица Елисавета Петровна указом от 1743 года запретила открывать до окончания литургии в воскресные дни кабаки. Император Павел I указом от 22 октября 1796 года: запретил театральные представления «во все субботы», а указом от 1799 года запрещено было в часы Богослужений производить продажу спиртных напитков. В 1833 году при императоре Николае I трудами знаменитого Сперанского был составлен «Свод Законов Российской Империи», в XIV томе которого была помещена особая статья об охране святости воскресного дня. Воскресное законодательство представляется здесь в следующем виде: воскресные дни должны посвящаться «отдохновению от трудов и набожному благочестию». Закон советует, воздерживаясь в эти дни от безпутной жизни, ходить в церковь к службе Божией. При этом гражданская власть взяла на себя обязанность заботиться об охранении во время Богослужения порядка, тишины и спокойствия, как в храме, так и около него. Питейные дома могут быть открываемы только после литургии. Закон этот решительно запрещает всякие игрища, музыку, театральные представления и всякие иные общенародные забавы и увеселения прежде окончания воскресной литургии. Особым указом от 21 сентября 1881 г. было вновь подтверждено запрещение императора Павла 1-го устраивать спектакли и театральные представления «во все субботы», исключая драматических представлений на иностранных языках (здесь, конечно, была уступка иностранцам).

Из всего вышесказанного ясно видно, что даже гражданские законы прежней царской России требовали от верующих, чтобы они в молитве и благоговении встречали праздничные дни, а, если это кое-где и нарушалось, то именно вследствие того упадка веры, того безчинного шатания умов и сердец, которое и привело в конце концов нашу Родину ко всем ужасам безбожного кровавого большевизма. А безбожники-большевики уже нарочно устраивали всякие зрелища и увеселения в часы праздничных Богослужений и даже в самую пасхальную ночь для того, чтобы отвлечь народ от посещения церкви.

Неужели не стыдно нам здесь заграницей подражать безбожникам-большевикам в их стремлении отвлечь верующих от посещения праздничных Богослужений?

Неужели до сих пор не ясно вам, что Россия погибла оттого, что мы слишком слепо следовали за всякими самозванными «вождями» и «учителями», внушавшими нам дух мнимой «свободы» и непослушания Матери нашей Св. Церкви и ее спасительным установлениям?

Кто хочет «освободить» себя от повиновения Церкви, тот роет себе сам своими собственными руками ров погибели. Пора уже понять это и прозреть хотя бы теперь, когда весь мiр, зарвавшись в своем противлении подлинной Христовой Церкви, оказался на краю страшной пропасти, готовой поглотить его!

Придет ли Антихрист и когда?

(К 125-летию со дня рождения о. Иоанна Кронштадтского).

Придет ли Антихрист? Многие в настоящее время в этом сомневаются, не хотят и слышать об этом. Среди таковых, как это ни странно, имеются даже духовные лица, в своем мiровоззрении и практической жизни ставшие на путь либерализма и модернизма. Тем хуже для них. Хотят они этого или не хотят, но Антихрист все равно, рано или поздно, придет, как об этом совершенно ясно учить Церковь, и горе им, если они не узнают его, а поклонятся ему. От этого предостерегает Сам Господь Иисус Христос, сказавши иудеям: "Я пришел во имя Отца Моего, и не принимаете Меня; а если ИНОЙ придет во имя свое, его примете" (Иоан. 5: 43). Под этим "Иным" Церковь всегда понимала Антихриста, уча, что "Антихрист" значит не только "противник Христов", но и "вместо-Христос" (предлог "анти" по-гречески значить и "против" и "вместо").

Ссылаясь на слова св. Ап. Иоанна Богослова: "И теперь появилось много антихристов" (Иоан. 2 18) эти либералы-модернисты пытаются утверждать, что под "антихристом" надо понимать вообще противников христианства или просто – собирательное зло, не больше. Но в этом случае они поступать, как сектанты, выбирая из Свящ. Писания отдельные изречения, которые им нравятся, не считаясь с контекстом. В этом же самом стихе тот же св. Апостол говорит: "Вы слышали, что ПРИДЕТ Антихрист". Неужели неясно, что этого Антихриста, который еще только ПРИДЕТ, надо отличать от "антихристов", которые уже имеются в мiре и которые являются только предтечами грядущего Антихриста?

Учение об Антихристе, как об одном определенном лице, человеке, мы находим во множестве мест Священного Писания. И древняя вселенская Церковь устами многих великих Отцев и учителей исповедывала учение об Антихристе, как о единоличном человеке, и это учение в то время было столь твердо и несомненно всеми признаваемо, что даже никто из тогдашних еретиков не уклонялся от него и никому и в голову не приходило отвергнуть это учение, или усомниться в его истинности. Сомневаться в приходе Антихриста стали только теперь. Не есть ли это особенно яркий признак близости его прихода? И не готовятся ли эти "сомневающиеся" сознательно или безсознательно принять Антихриста и поклониться ему?

Учение об Антихристе с достаточной полнотой и ясностью раскрыто в книге пророка Даниила (7, 11 и 12 главы), в Евангелиях (Матф. 24 гл.; Марк. 13 гл.; Лук. 17 и 21 гл.; Иоан. 5:43), в I соборном послании св. Иоанна (2:18 и 4:3), во 2 послании св. Апостола Павла к Фессалоникийцам (2 гл. 1-12 ст.) и в Апокалипсисе (гл. 12, 13, 17 и 20). Из указаний этих священных книг явствует, что Антихрист явится непосредственно перед вторым пришествием Христовым и кончиною мiра и будет пытаться отвлечь христиан от Христа и увлечь за собой, лестью и ложными чудесами, выдавая себя самого за Христа, а потом, сделавшись всемiрным правителем и захватив в свои руки власть над всем человечеством, начнет страшное гонение на христианство и на всех, сохранивших верность Христу Спасителю. Владычество его прекратится только с Вторым пришествием Христа Спасителя, который поразить Антихриста, убив его духом уст Своих (2 Фес. 2:8).

Яркую характеристику Антихриста дает св. Ап. Павел в 2-ом послании к Фессалоникийцам (2 гл. 3-10). Он говорит, что Антихрист будет "человеком беззакония, сыном погибели, противящимся и. превозносящимся выше всего, называемого Богом, или святынею". Это будет всеподавляющий гордец, преисполненный диавольской злобы и превозношения, это будет открытый и безстыдный наглец, "так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога." Он будет обманщиком, знакомым со всякого рода магией и волшебством, так что будет производить ложные чудеса и знамения, дабы поразить воображение людей и привлечь их на свою сторону. Замечательно, что, дав эту характеристику Антихриста, св. Ап. Павел, говорит Фессалоникийцам: "Не помните ли, что я, еще находясь у вас, говорил вам это?" – Это показывает, что учение об Антихристе, на ряду с прочини важнейшими догматами христианства, входило в состав первоначального апостольского благовествования и, таким образом, составляло неотложный предмет первого верования христианского, а отнюдь не считалось чем-то маловажным, малосущественным, как смотрят на него многие современные модернисты, даже из числа духовных лиц, не любящие и малейшего упоминания об Антихристе, и готовые считать его чуть ли не предразсудком или игрой больного воображения.

Желая отметить ярость и жестокость Антихриста, Господь, как это мы видим из Апокалипсиса, представляет его в видении св. Иоанну под образом "зверя, выходящего из моря или из бездны (гл. 13 и 17). Под этим "морем" толкователи понимают "море житейское", то есть волнующийся как море, род людской, а под "бездной" – бездну грехов человеческих. Следовательно, Антихрист явится, как порождение греховности человеческой, и в этом смысле будете "сыном греха".

Важные и ценные сведения о личности Антихриста дает нам и Священное Предание в согласных между собою повествованиях Святых Отцев. Так, они прежде всего подчеркивают, что Антихрист будет не воплощенным Сатаною, но человеком, всецело поддавшимся действию Сатаны. Сатана даете ему "силу свою, престол свой, и великую власть" (Апок. 13:2), и он сделается орудием Сатаны, почему власть и сила его будут чрезвычайно велики и исполнены зла в высшей степени. Так Св. Иоанн Златоуст спрашивает: "Кто же он будет?" и отвечает: "Ужели Сатана? Нет, но человек некий, который восприимет всю его силу". (Беседа 3-я на 2-ое послание к Фессалон.). В своем "Точном изложении Православной веры" преп. Иоанн Дамаскин говорит: "Не сам диавол сделается человеком, но родится человек от блудодеяния и примет на себя все действование сатаны. Ибо Бог, предвидя будущее развращение его воли, попустит диаволу вселиться в нем" (Кн. 4, гл. 26). Св. Ипполит Римский передает распространенное мнение древности, что Антихрист будет иудейского происхождения из колена данова. Св. Ириней говорит, что в Антихрист будет "возглавление всего нечестия и всякого коварства... богоотступничество, неправда, лжепророчество и обман... он возглавит в себе все диавольское заблуждение, все диавольское богоотступничество" (Против ересей кн. 5, гл. 25 и 29). Чрезвычайно важно указание Св. Отцев, что многим нелегко будет узнать Антихриста потому, что он сначала скроет свою диавольскую сущность, а покажет себя человеком добродетельным, кротким, человеколюбивым, хитро и притворно будет творить много мнимого добра, чтобы представить себя благодетелем человечества и этим "прельстить, если возможно и избранных" (Матф. 24: 24). "Сперва, как человек ученый и мудрый", говорит св. Кирилл Иерусалимский, "притворно покажет он скромность, целомудрие и человеколюбие: знамениями и чудесами, ложно произведенными с помощью волшебной прелести, обманув иудеев, как бы ожидаемый Христос, в последствии запечатлеет cиe всякого рода безславными и беззаконными злодеяниями, так что превзойдет всех прежде него бывших неправедных и нечестивых людей, ко всем, особливо же к нам христианам, имея кровожадное, жестокое, немилосердное, исполненное всякого коварства сердце" (15-е Огласительное Слово). Равным образом и св. Ипполит Римский говорит, что Антихрист в начале будет "кроток, тих, любезен, нищелюбив; видя таковые его добродетели, люди поставят его своим царем, говоря, едва ли найдете такого доброго и праведного человека в роде нашем. Евреи будут надеяться, что он возстановит их царство. И после этого уже он вознесется сердцем и будет уже жестоким, немилостивым и безчеловечным".

Самое страшное это именно то, что большинство людей в начале не распознают Антихриста и поклонятся ему. Почему это произойдет? Это объясняете св. Ап. Павел: "за то, что они не приняли любви истины для своего спасения. И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что ОНИ БУДУТ ВЕРИТЬ ЛЖИ" (2 Фессалоник. 2: 10-11). Впадут в это заблуждение и поклонятся Антихристу те люди, которые утратят в своем сердце чутье истины, сердце которых развратится и будет противоборствовать всему идущему наперекор его страстным движениям и греховным вкусам. "И поклонятся ему все живущие на земле, имена которых не написаны в книге жизни у Агнца" (Апок. 13: 8). Поклонятся зверю, говоря: "Кто подобен зверю сему и кто может сразиться с ним?" (Апок. 13- 4).

Итак, для верующего и признающего Богооткровенность Священного Писания и Священного Предания православного христианства нет и не может быть никаких сомнений в том, что Антихрист ПРИДЕТ – придет, как всемiрный губительный властелин и тиран, все силы, способности, мысли и действия которого будут проникнуты злом, несмотря даже на внешнюю видимость добра, и будут направлены к тому, чтобы искоренять действительное добро и сеять зло. С сатанинской гордостью он будет превозноситься выше Бога, отвергая и истребляя всякую религию, а в особенности христианство, будет попирать и уничтожать все святое, как Божеские законы, так и человеческие.

Когда придет Антихрист?

День и час его прихода неизвестен точно так же, как неизвестен день и час Второго Пришествия Христова. Но Священное Писание указывает нам признаки, имеющие предварить приход его. Приход Антихриста будет постепенно подготовлен в течение очень долгого времени. Это от того, что Антихрист явится из моря, или из бездны грехов человеческих – в нем как бы сконцентрируется все то зло, которое накопится веками в человеческом роде и достигнет максимальной силы своего напряжения. Это постепенное подготовление св. Ап. Павел называет "ТАЙНОЙ БЕЗЗАКОНИЯ", уже действующей, и "ОТСТУПЛЕНИЕМ" (с греч. "АПОСТАCИA") (2 Фессалоник. 2: 7, 3). Под этим "отступлением", как это видно из последних речей Господа (Матф. 24 и др.) и из посланий Апостольских (2 Петр. 3: 1; Иуд. 18: 19 и др.), надо понимать отступление от истинной веры в Бога, оскудение любви, умножение пороков, упадок нравственности, которые, усиливаясь все более и более, ко времени Второго Пришествия Христова и кончины мiра доведут человечество до крайней степени безбожия и нечестия. В частности подготовителями прихода Антихриста явятся его предшественники – люди особенно нечестивые и богоборчески настроенные. Это именно те "антихристы" в широком смысле слова, о которых говорит в своем соборном послании св. Иоанн Богослов (1 Иоан. 2:18).

Важным признаком близости прихода Антихриста будет, по словам св. Ап. Павла, взятие от среды "УДЕРЖИВАЮЩАГО" и "ДЕРЖАЩАГО" (2 Фессалоник. 2: 6-7). Святые Отцы под "удерживающим" понимали Римскую Империю, а под "держащим" – римских императоров; в широком смысле слова под этими выражениями понимались законный государственный правопорядок на земле и представители его – законные государи, как обуздывающее на земле проявления зла. Великие отцы и угодники Божии нашей Российской Церкви понимали под этим Российское Государство и Российских Государей, как законных правопреемников Римской, а потом Византийской Империи ("МОСКВА – ТРЕТИЙ РИМ"). Если принять во внимание, что Россия, после падения Византии, осталась на земле единственным могущественным государством, которое было подлинным оплотом единой истинной Православной веры на земле, а Российские Государи – покровителями и защитниками Православной Церкви во всем мiре, то такое толкование представляется вполне разумным и естественным. Так именно думал и великий праведник, молитвенник и чудотворец нашего времени приснопамятный протоиерей о. Иоанн Кронштадтский, 125 лет со дня рождения которого 19 октября ст. ст. сего года исполняется. Множество вдохновенных, пламенных проповедей его, особенно в последние годы его жизни, посвящены теме об "отступлении", так явно совершавшемся на глазах праведника у нас в России, стремительно катившейся в бездну безбожия и нечестия. Не говорил он, что "не происходит ничего особенного", что, "так, мол, всегда было и прежде", как говорят некоторые даже теперь, после всех ужасов, постигших нашу Родину, но горячо предостерегал русский народ, предупреждая о неминуемо-надвигающейся на него каре Божией за богоотступничество и предрекая о последующем вскоре затем приходе Антихриста. Теперь, когда весь мiр стоит перед неслыханным еще в истории фактом существования громадного многомиллионного государства, поставившего себе задачей открытую борьбу с Богом и уничтожение христианства, – государства, вооруженного страшной, тоже еще неслыханной никогда прежде, силы разрушительными орудиями и снарядами, вроде атомной и водородной бомбы, благовременно привести себя на память подлинные слова нашего великого праведника и прозорливца.

"МЫ ПЕРЕЖИВАЕМ УЖАСНЫЯ ВРЕМЕНА, ПОВИДИМОМУ, ПОСЛЕДНИЯ", так говорил он в проповеди 13 февраля 1907 года: "и, хотя день и час будущего Страшного Суда никому из людей неизвестны, однако, ЕСТЬ УЖЕ ПРИЗНАКИ ПРИБЛИЖЕНИЯ ЕГО, указанные в Евангелии. Поэтому ВСЕМ НАДО БЫТЬ ГОТОВЫМИ КО ВСЕОБЩЕМУ СУДУ и жить в покаянии, любви и добрых делах"... "Усердно подвизайтесь, братие, для своего спасения, ЧТОБЫ ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ НЕ ЗАСТАЛ ВАС СПЯЩИМИ!"

А вот как ясно говорит он об Антихристе и о том, кого надо подразумевать под "удерживающим":

"Чрез посредство державных лиц Господь блюдет благо царств земных и особенно благо мира Церкви Своей, не допуская безбожным учениям, ересям и расколам обуревать ее, И ВЕЛИЧАЙШИЙ ЗЛОДЕЙ MIPA, КОТОРЫЙ ЯВИТСЯ В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ – АНТИХРИСТ НЕ МОЖЕТ ПОЯВИТЬСЯ СРЕДИ НАС, ПО ПРИЧИНЕ САМОДЕРЖАВНОЙ ВЛАСТИ, сдерживающей безчинное шатание и нелепое учение безбожников. Апостол говорит, что ДОТОЛЕ НЕ ЯВИТСЯ НА ЗЕМЛЕ АНТИХРИСТ, ДОКОЛЕ БУДЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ САМОДЕРЖАВНАЯ ВЛАСТЬ. "Тайна бо уже деется беззакония", но дотоле не совершится, доколе НЕ ВОЗЬМЕТСЯ ОТ НАС ДЕРЖАВНЫЙ: ДОНДЕЖЕ ДЕРЖАЙ НЫНЕ ОТ СРЕДЫ БУДЕТ, И ТОГДА ЯВИТСЯ БЕЗЗАКОННИК, КОТОРАГО ГОСПОДЬ УБИЕТ ДУХОМ УСТ СВОИХ (2 Фессалоник. 2: 7-8). (Новыя слова, произнесенныя в 1902 году изд. 1903 стр. 47). А в другой проповеди, произнесенной в том же году, о. Иоанн решительно говорит: "КОГДА ВОЗЬМЕТСЯ ОТ ЗЕМЛИ УДЕРЖИВАЮЩИЙ (САМОДЕРЖЕЦ), ТОГДА ПРИДЕТ АНТИХРИСТ.

Что еще можно к этому прибавить?

"ИМЕЮЩИЙ УШИ СЛЫШАТИ ДА СЛЫШИТ"

Отдадим же себе ясный отчет в том, в какое страшное время мы живем. И не будем безумно предаваться легкомыслию, закрывая глаза на явные знамения, которые с каждым днем все умножаются и живо свидетельствуют о том, что мы – на пороге разверзающейся пред нами вечности.

Дух антихристов и предтечи антихриста

Учение об Антихристе входило в составь первоначального апостольского благовествования, что ясно видно из 2-ой главы Второго Послания св. Апостола Павла к Солунянам. Дав в 3-4 стихах этой главы характеристику Антихриста, св. Апостол пишет дальше Солунянам: "Не помните ли, что я, еще находясь у вас, говорил вам это? (ст. 5)".– Нельзя не считать весьма примечательным то, что в кратковременный период своего пребывания в Солуни св. Ал. Павел не только не обошел молчанием учения об Антихристе, как второстепенного и маловажного, но счел нужным изложить это учение со всей подробностью. И в этом своем втором послании он только повторяет сказанное им прежде об Антихристе устно.

Почему же так важно знать это учение?

Потому, что, как предостерегают нас Святые Отцы, кто пренебрежет этим учением, сочтя его маловажным и несущественным в христианстве, тот не узнает Антихриста и поклонится ему.

Неужели можно не узнать Антихриста?

Да, можно! Вот как говорит об этом собравший воедино все сказанное об Антихристе древними Св. Отцами Епископ Игнатий (Брянчанинов):

"Антихрист назовет себя проповедником и возстановителем истинного богопознания: непонимающе христианства увидят в нем представителя и поборника истинной религии, присоединятся к нему. Явит себя Антихрист кротким, милостивым, исполненным любви, исполненным всякой добродетели: признают его таким и покорятся ему по причине возвышеннейшей его добродетели те, которые признают правдою падшую человеческую природу... Предложит Антихрист человечеству устроение высшего земного благосостояния и благоденствия, предложит почести, богатство, великолепие, плотские удобства и наслаждения: искатели земного примут Антихриста, нарекут его своим владыкой. Откроет Антихрист пред человечеством подобное ухищренным представлениям театра позорище поразительных чудес... он наведет страх грозою и дивом чудес своих, удовлетворит ими безразсудному любопытству и грубому невежеству, удовлетворит тщеславию и гордости человеческой, удовлетворит плотскому мудрованию, удовлетворит суеверию, приведет в недоумение человеческую ученость: все человеки, руководствующиеся светом падшего естества своего, отчуждившиеся от руководства светом Божиим, увлекутся в повиновение обольстителю" (Том IV, стр. 297). Антихрист с восторгом будет принят отступниками от христианства, но достойно глубокого внимания и плача, как отмечают Св. Отцы, что сами избранники будут в недоумении относительно личности Антихриста, настолько искусно сумеет он прикрыть от внешних взоров гнездящееся в нем сатанинское зло. "Противники Антихриста сочтутся возмутителями, врагами общественного блага и порядка, подвергнутся и прикрытому и открытому преследованию, подвергнутся пыткам и казням" (там же). Все, кто откажутся поклониться Антихристу, попадут в самое мучительное и затруднительное положение: "малое число их будет казаться ничтожным пред всем человечеством и мнению их будут придавать особенную немощь, общее презрение, ненависть, клевета, притеснения, насильственная смерть соделается их жребием" (там же).

Благочестивый читатель, не находишь ли ты, что нарисованная выше картина в какой-то мере напоминает то, что уже происходит в мiре?

Да! но где же Антихрист? разве он уже пришел?

Самого Антихриста мы пока еще не видим, но дух его явно водворяется и начинает господствовать в мiре. Многочисленные предтечи Антихриста с громадной энергией подготовляют его приход, его торжество, его воцарение в человечестве. Для того, чтобы Антихрист мог быть принятым в среде христианского человечества, конечно, нужна весьма длительная и напряженная подготовка. Она и велась и ведется с самых апостольских времен, все с большей и большей напряженностью. Так еще св. Апостол Иоанн Богослов писал в своем Первом Соборном Послании: "Всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух Антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мiре" (4: 3); "Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это – Антихрист, отвергающий Отца и Сына" (2:22), и, наконец, – "Вы слышали, что придет Антихрист, и теперь появилось много Антихристов" (2: 18). Ученый толкователь Свящ. Писания Еп. Михаил отмечает, что в греческом подлиннике имя "Антихрист" стоит с определенным указательным членом, совершенно отделяющим это имя, как известного определенного лица, тогда как другие "антихристы" не стоят с определенным членом и, следовательно, как "многие", отличаются от него. Эти "многие антихристы" суть только предтечи того Антихриста, который явится перед Вторым Пришествием Христовым и кончиною мiра: они – как бы "прообразы" своего "Первообраза" – грядущего единоличного Антихриста. Они – носители духа Антихристова, и их задача – подготовить подходящую почву для прихода Антихриста, создать благоприятствующие его явлению в мiре условия.

Эти "предтечи" Антихриста и руководят тем мiровым процессом, который св. Ап. Павел назвал "отступлением" (2 Солун. 2: 3). Сущность этого процесса заключается во все большем, и большем отходе христианского человечества от подлинного, неповрежденного Евангельского учения и в подмене Евангельских заветов иными идеалами. Губительность этих идеалов, предлагаемых человечеству "предтечами" Антихриста, – в том, что они кажутся иногда приемлемыми для христианина, совместимыми с христианством, а в действительности – глубоко противны ему, как льстящие человеческим страстям и похотям и утверждающие падшую природу человека в ее падении.

Можно ли проследить этот процесс "отступления" в истории и в жизни?

И можно и должно! Должно для того, чтобы уберечь себя и ближних от вовлечения в этот процесс, чтобы устраниться от него, чтобы спасти себя от заражения все более и более утверждающимся в мiре духом Антихриста.

Диавол, конечно, не мог примириться с появлением в мiре христианства, а потому мы видим "дух Антихриста" действующим в христианском человечестве уже в апостольские времена. Первыми "предтечами Антихриста" были Симон-волхв, Керинф, Николаиты, с которыми должны были бороться св. Апостолы. Затем – гностики и целые скопища всевозможных еретиков, с которыми боролись на протяжении ряда веков Святые Отцы и учители Церкви. В первые десять веков христианской эры дух подлинной веры и благочестия был, однако, еще настолько силен в христианах, что одерживал каждый раз блистательную победу над "духом Антихриста" и Церковь Христова, несмотря на все постигавшие ее тяжкие испытания, торжествовала над своими врагами.

Но вот, к середине XI-го столетия "дух Антихристов" настолько укоренился на Западе, что смог отторгнуть совсем от единения со всей Вселенскою Церковью целую половину христианского человечества. Результатом этого явилось "папство" с его многоразличными отступлениями от подлинного христианского учения о вере и благочестии – с новоизмышленными догматами, с поврежденной нравственностью, с индульгенциями, "священной инквизицией" и тому подобными извращениями.

Это была первая решительная победа, одержанная "предтечами" Антихриста.

За ней вскоре последовали другие.

На рубеже средних веков, для полного искоренения остатков христианства, тот же "дух Антихриста" породил в лоне отторгшегося от истинной Православной веры "папства" уже совершенно противные христианству движения – ничем не сдерживаемого вольнодумства, "гуманизма", поставившего на место Бога самого человека, и, наконец, ''атеизма", или полного безбожия. Не без сильного влияния этих движений, в XVI-ом веке произошел раскол внутри самой папской церковной организации, получивший наименование "протестантизма", который взялся будто бы "реформировать" Церковь, а в действительности пошел еще дальше по пути "отступления" и отверг самую сущность Церкви. Протестантизм, в свою очередь, начал все больше и больше дробиться на мелкие части – "секты", из которых многие в настоящее время так далеко отошли от христианства, что отвергли его главнейшие догматы и даже веру в Божество Основателя христианства – Господа Иисуса Христа. Этот процесс возникновения все новых и новых сект, самых изуверных и нелепых, не прекращается и теперь. Чрезвычайно характерно то, как явно обнаруживает себя "дух Антихристов" во всех этих сектах. Если не все они, то большинство из них много говорят о Втором Пришествии Христовом, ждут его с особым нетерпением и горячностью (напр., адвентисты), но умалчивают о предварительном приходе Антихриста или утверждают, что Антихрист уже есть в лице... Римского папы. Характерна в этом отношении и состоявшаяся недавно Эванстонская конференция, организованная протестантами и сектантами и прошедшая под лозунгом: "Христос– надежда мiра". Много, очень много говорилось на этой конференции о "Втором пришествии Христовом" и о том, какие блага сулит это человечеству на земле (!?), но – полное умолчание об Антихристе! Не наводить ли это естественно на мысль о том, что протестанты и сектанты постепенно подготовляются своими руководителями к тому, чтобы принять Антихриста, когда он явится, как Самого Хряста?

Одновременно появляются на Западе и настойчиво пропагандируются уже явно-антихристианские учения материализма, социализма и марксизма-коммунизма, и все шире и шире раскидывают свои сети общественно-политические организации с тайным культом сатаны. Действуя совершенно так же, как будет действовать сам Антихрист, "с адским коварством и лицемерием" (по выражению Еп. Игнатия), возглавители этих организаций, эти подлинные "лисицы по сердцу и волки по душе" (по выражению преп. Нила Мироточивого Афонского) постепенно захватывают во всем мiре руководство не только общественно-политической, но и религиозной жизнью людей, все направляя к одной цели – подготовить условия, благоприятствующие тому, чтобы человечество приняло Антихриста и поклонилось ему, как своему царю и богу.

Самым главным препятствием на пути к достижение этой цели была Православная Россия – единственный мощный оплот истинно-христианской Православной веры в мiре – с ее Государем, державным Защитником и Покровителем всей Православной Церкви. В течение двух с лишком веков "предтечами" Антихриста велась систематическая и упорная работа для того, чтобы из Православной Российской Империи сделать безбожный Союз Советских Социалистических Республик. Когда это было достигнуто, поведена была новая работа с целью уничтожить самую Православную Церковь, одновременно в двух направлениях: путем страшных, неслыханных гонений, едва ли не превзошедших гонения первых веков христианства, и путем разложения изнутри с помощию живоцерковничества, обновленчества и насаждения всяких вольнодумных модернистских течений в духе протестантизма. В конце концов в большинстве православных стран уцелевшие от разгрома остатки поместных Церквей были сделаны жалкими орудиями богоборческой власти. Обильные плоды пожал, однако, "дух Антихристов" и в православных Церквах, оставшихся на свободе. Они сильно заражены отравой вольнодумного либерализма и модернизма, влекущего их к слиянию с протестантизмом. Славу Богу, есть еще в них и малый остаток не преклонивших колена перед все более и более поднимающим голову "духом Антихриста"! Держится пока и наша Русская Зарубежная Церковь, в которой поклонники грядущего Антихриста произвели губительный раскол, а теперь пытаются и совсем ее уничтожить, изгладить с лица земли, употребляя для этого все возможные средства и главное из ник – ложь и клевету, естественное оружие отца лжи и клеветника изначала – диавола.

Зрелище в мiре в общем весьма безотрадное, и было бы от чего пасть духом и придти в отчаяние, если бы не знали мы, что "тако писано есть" в Слове Божием и всему этому так и надлежит быть.

Что же нам делать и как нам быть?

"Отступление попущено Богом", так наставляет нас один из великих наставников духовной жизни нашего времени Преосвященный Игнатий (Брянчанинов): "не покусись остановить его немощного рукою твоею. Устранись, охранись от него сам, и этого с тебя достаточно. Ознакомься с духом времени, изучи его, чтобы по возможности избегнуть влияния его... Отступление начало совершаться с некоторого времени быстро, свободно и открыто. Последствия должны быть самые скорбные. Воля Божия да будет! Дело Православной веры можно признать приближающимся к решительной развязке... Одна особенная милость Божия может остановить нравственную всегубящую эпидемию, остановить на некоторое время, потому что надо же исполниться предреченному Писанием. Судя по духу времени и по брожению умов, должно полагать, что здание Церкви, которое колеблется давно, поколеблется страшно и быстро. Некому остановить и противостоять. Предпринимаемые меры поддержки заимствуются из стихий мiра, враждебного Церкви, и скорее ускорят падение ее, нежели остановят. – Не от кого ожидать возстановления христианства. Сосуды св. Духа изсякли окончательно повсюду, даже в монастырях, этих сокровищницах благочестия и благодати... Соль обуевает. В высших пастырях Церкви осталось слабое, темное, сбивчивое, неправильное понимание по букве, убивающей духовную жизнь в христианском обществе, уничтожающей христианство, которое есть дело, а не буква. Тяжело видеть, кому вверены в руки овцы Христовы, кому предоставлено их руководство и спасение. Но это – попущение Божие... Милосердное долготерпение Бога длит и отсрочивает решительную развязку для небольшого остатка спасающихся, между тем гниющие или сгнившие достигают полноты тления. Спасающиеся должны понимать это и пользоваться временем, данным для спасения... Милосердный Господь да покроет остаток верующих в Него! Но остаток этот скуден: делается скуднее и скуднее... "Спасаяй да спасет свою душу", сказано остатку христиан Духом Божиим". (Из IV тома и Отечника).

С тех пор, как писал это Еп. Игнатий, положение в мiре не улучшилось, а ухудшилось. "Как Антихрист главным делом своим будет иметь отвлечь всех от Христа", говорит другой великий духоносный наставник нашего времени Еп. Феофан Затворник: "то он не явится, пока будет в силе царская власть. Она не даст ему развернуться, будет мешать ему действовать в своем духе. Вот это и есть "удерживающее" (2 Солун. 2: 7). Когда же царская власть падет, и народы всюду заведут самоуправство (республики, демократии), тогда Антихристу действовать будет просторно. Сатане не трудно будет подготовлять голоса в пользу отречения от Христа, как это показал опыт во время французской революции. Некому будет сказать: "вето" – властное. Итак, когда заведутся всюду такие порядки, благоприятные раскрытию Антихристовских стремлений, тогда и Антихрист явится. (Толкование на послание св. Ап. Павла к Солунянам 2-ое гл. 2: 6, стр. 504).

Предреченное Епископом Феофаном исполнилось: "предтечи" Антихриста свое дело сделали – "дух Антихристов" водворился повсюду, установив везде "порядки, благоприятные раскрытию антихристовских стремлений". Памятуя слова Епископа Игнатия, что "Антихрист будет логичным, справедливым, естественным последствием общего нравственного и духовного направления человеков" (т. IV), предоставляем читателям, внимательным к окружающей жизни, самим сделать свои выводы из всего вышесказанного, а, с своей стороны, можем только повторить:

"Спасаяй да спасет свою душу"!

Возстановителям России.

«Вот я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие:
благословение, если послушаете заповедей Господа Бога
вашего…, а проклятие, если не послушаете заповедей
Господа Бога вашего, и уклонитесь от пути, который
заповедую вам... и пойдете вслед богов иных».
(Второзаконие, гл. 11, ст. 26-28).


В этом знаменательном изречении Слова Божия – как вся разгадка страшного бедствия, постигшего нашу Родину-Россию, так и указание единственно-верного пути к ее возстановлению. Погибла Россия не от чего другого, как от того только, что изменила Единому Истинному Богу, пренебрегла благословением Божиим и сама избрала себе проклятие, – уклонившись от пути, который заповедан Господом Богом, – «пошла вслед богов иных». А что это именно так, мы имеем множество самых авторитетных свидетельств великих духоносных мужей, среди которых особенно выделяется прославившийся прозорливостью и чудотворениями всероссийский праведник и молитвенник о. Иоанн Кронштадтский. Он прямо предрек, что «если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвергнуты праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие и за свои беззакония».

Вполне понятно и всякого одобрения достойно, что многие русские люди, после всего происшедшего, тяжко переживая гибель своей Родины, старательно изыскивают теперь пути к ее возстановлению. С этой целью создаются у нас заграницей всевозможные национально-патриотические организации и объединения, возникают разных толков политические партии. И многие из них, предлагая свои объяснения гибели России и необходимые, по их мнению, мероприятия к ее спасению и возстановлению, разрабатывают даже целые программы ее будущего устройства. Время от времени тексты этих программ или их проекты появляются в нашей заграничной печати.

Приветствуя отечестволюбие и добрые стремления всех этих организаций и составителей этих программ, в меру их искренности, мы тем не менее не можем со скорбию не отметить одного. Все они совсем не учитывают или слишком мало учитывают, недооценивают вышеупомянутой главной, коренной причины страшного несчастия, постигшего нашу Родину, и наивно думают, что можно спасти и возстановить Россию одними лишь своими слабыми человеческими силами, не прилагая никаких усилий к тому, чтобы стать достойными заслужить для этого великого дела всесильную помощь Божию. А между тем именно это-то последнее и есть главное условие успеха, как свидетельствует вся тысячелетняя история нашего отечества. Вспомним, с какой слезной мольбой о спасении, с какими покаянными слезами прибегали к Богу и Его Пречистой Матери, «Заступнице Усердной рода христианского», наши предки в самые критические моменты жизни нашей Родины и как скоро в таких случаях подавалась подлинно чудесная помощь.

Вот этого-то теперь нам и не хватает!

Много, очень много энергии проявляется иногда некоторыми нашими национально-общественными и политическими деятелями, но, увы, не в том направлении, в каком это действительно может помочь спасению России. Только тогда всякая общественная и политическая работа будет спасительна для нашей Родины, когда она будет сопровождаться и вдохновляться самым важным и основным – искренним стремлением возвратиться на путь Божий и отказаться от служения всяким «иным богам», кроме Единого Истинного Бога. А до тех пор, пока мы не поставим во главу угла служение Единому Истинному Богу, всецелую верность и преданность заветам и установлениям нашей Святой Православной Веры и Церкви, тщетны будут все наши надежды на спасение и возстановление России.

«Без Мене не можете творити ничесоже», сказал Господь (Иоан. 15: 5).

С этой точки зрения грустное впечатление производят и все публичные высказывания и программы. Все они характеризуются какой-то оглядкой на «кого-то» или на «что-то», в ущерб чистой и безкомпромиссной правде Божией. Мы не говорим уже о подобного рода программах левого толка, составители которых совсем далеки от понимания истинных причин крушения России и мыслят и чувствуют вполне материалистически, хотя бы даже и заявляли себя иной раз людьми верующими в Бога и признающими то великое значение, какое имела в строительстве России и исторической жизни русского народа Православная Церковь. Долг совести вынуждает нас указать на то печальное явление, что и выходящие из правого лагеря нашей эмиграции программы часто грешат непониманием самого главного и основного, о котором мы не можем не твердить постоянно. Как-то невольно бросается в глаза, что составители этих программ словно боятся от «кого-то» укоров в недостатке «просвещенного либерализма», опасаются прослыть «ретроградами», «мракобесами» и «черносотенцами», каковые наименования щедро разсыпали по адресу подлинных русских патриотов и верных сынов Православия те самые «просвещенные либералы», которые и сгубили нашу несчастную Родину, ввергнув ее в страшную кровавую бездну.

После всего пережитого нами, кажется, как огня должны были бы мы бояться этого лже-либерализма, под личиной которого всегда скрывается самое разнузданное безчиние, приводящее в конечном результате к развалу и анархии. Но, несмотря на то, что все мы видели, к чему привела нас та «свобода», о которой так кричали у нас в предреволюционные годы, это ложное понятие о свободе до сих пор еще вполне не изжито и держит у себя в плену умы и сердца многих наших самых благонамеренных отечестволюбцев. Все это, конечно, – от недостатка понимания того, что является истинной свободой в действительном, евангельском значении этого слова. Христианин, руководясь словами Самого Христа-Спасителя (Иоан. 18: 31-36), видит свободу в освобождении себя от рабства греху, а лже-либерал – в свободе грешить. Как видно, понимания эти диаметрально противоположные, и нам никогда не понять друг друга. Наглядно уяснить эту громадную разницу и понять всю вопиющую неправоту лже-либералов можно отчасти следующим жизненным примером: мать останавливает и даже больно шлепает своего ребенка, когда он, не слушая ее, упрямо тянется к огню, не зная, что он обожжется. С точки зрения лже-либералов, такой поступок матери должен расцениваться, как предосудительное «стеснение свободы», «угнетение личности». А с точки зрения христианской, и это и подобные этому явления суть только согласные с доводами разума и совести проявления любви к ближнему.

Так, один из великих наших отечественных подвижников благочестия святитель Феофан, Вышенский Затворник, сам кротчайший и любвеобильнейший, еще в 60-ых годах прошлого столетия предсказавший ужасы кровавой революции, как возмездие России за все более и более распространявшееся неверие и нечестие, предлагал крайние меры – объявить неверие государственным преступлением и запретить распространение материалистических воззрений под страхом смерти. Сделал он это, конечно, потому, что видел тогда в этом единственное средство спасти Россию от неизбежной гибели. Мы далеки от того, чтобы такую крайнюю меру рекомендовать ввести в кодекс законов возстановленного Российского Государства. Но мы не смеем забывать, что все предсказанное святителем Феофаном, приснопамятным о. Иоанном Кронштадтским и другими, подобными им духоносными мужами, полностью сбылось и что Россия, именно по вине безбожников, потеряла 50 миллионов своих сынов и уже 37 лет купается в слезах и крови. Поэтому в программе будущего устройства России лучше совсем не упоминать о безбожниках, как о людях, в силу самого своего безбожия, грозящих благополучию человеческого общества, чем заранее провозглашать, как мы читаем это в известной газете «Наша Страна» за №254 («К чему мы зовем» пункт 3), что в будущей России «каждый подданный российского монарха имеет право избирать отвечающую его совести религию и даже объявить себя атеистом». Христианин может только терпеть безбожье, всячески стремясь вразумить безбожника и обратить его к вере, но никак не узаконивать безбожие. Равным образом, и столь модное в последнее время положение о так называемой «свободе совести» и равноправии всех вероисповеданий, в таком виде, как оно теперь постоянно трактуется, совершенно неприемлемо для христианина. Мы, православные христиане, отнюдь никого не хотим угнетать и насиловать, но, зная Чистую Неповрежденную Божественную Истину, уже в силу этого, никак не можем одинаково относиться, как к этой, исповедуемой нами Истине, так и ко всем безчисленным человеческим заблуждениям, отступлениям от этой Истины. Совершенно напрасны и глубоко неосновательны все могущие быть нам упреки в какой-то нетерпимости к «инакомыслящим». Русский человек, глубоко преданный своей Православной Вере, тем не менее всегда отличался самой широкой веротерпимостью, но эта веротерпимость совсем не то, что хотят видеть в будущей России лже-либералы. Вот как мудро формулирует суть ее тот же великий наставник нашей Российской Церкви, о котором мы выше говорили.

«Истинная веротерпимость искренно любит и благоговейно чтит единую св. Веру свою, ревнует о чистоте и славе ея, радуется возвышению ея; но при этом дает место близ нея и другим верам, не потому что считаете их равночестными и спасительными, а по снисхождению к немощам заблуждающихся. Она не теснит, не гонит, не преследует; но вместе с тем не упускает случая с любовью указывать заблуждение и предлагать свободному убеждению и совести выбор лучшего». (Слова на праздничные дни Еп. Феофана стр. 82). «Такая только терпимость и уместна в нашем Отечестве» – можем мы повторить и теперь вместе со святителем Феофаном (там же). Всякая другая «веротерпимость», по его словам, «обнаруживает или неверие, или отсутствие всякого убеждения и пахнет мертвым безразличием к вере (индифферентизмом). То и другое – пагуба для благочестивой жизни народа», и, конечно, неизбежно приведет к новой катастрофе.

Такой же пагубой являются и попытки навязать Церкви «демократическое» начало, с «предоставлением приходам права отвода недостойных пастырей» и «обезпечением низового духовенства от административного произвола высших иерархов», о чем мы читаем дальше в той же программе, предлагаемой «Нашей Страной» (пункт 5 (г). Идея демократии совершенно чужда христианству и ничего общего не имеет с соборностью, лежащей в основе Церкви, с которой ее иногда смешивают, по неведению или злонамеренно. Церковью управляет не народ, а Сам Господь через поставленных Духом Святым законных пастырей. Решающее значение в Церкви имеет не «большинство голосов», а стояние в Истине. Единственным руководством правильного устроения и течения церковной жизни являются отнюдь не «воля народа» и мнение большинства, а лишь вдохновленные Духом Божиим каноны Церкви. Всякая попытка игнорировать каноны или, тем более, поступать вопреки их требованиям, есть уже подкоп под Церковь. Всякий отвергающий каноны колеблет самые основы Церкви, а потому и на верующих мiрянах лежит долг и право отстаивать каноны Церкви, когда они злонамеренно попираются. Так сам церковный народ отстоял православно-каноническое начало в Русской Церкви от «живцов» и «обновленцев», результатом чего был полный провал этих модернистических течений, грозивших подорвать Св. Православие. Борьба за чистоту веры и за каноническое устройство Церкви является священным долгом не только церковной иерархии, но и рядовых верующих мiрян, знающих свою веру и каноны церковные и ревнующих о церковной Истине, ибо у нас, по учению Восточных Патриархов (см. Послание 1848 г.) «хранителем 6логочестия является самое тело Церкви, то есть самый народ». Но это ничего общего не имеет с тем «демократическим» произволом и хозяйничанием мiрян в Церкви, которое стремятся ввести в церковную жизнь в наше время лже-либералы и всякого рода реформаторы-модернисты, для коих Церковь не более, как одна из многих чисто-человеческих организаций.

Непонятен выпад против монастырей в этой программе. Когда были или хотя бы пытались стать у нас монастыри «торгово-промышленными или сельскохозяйственными предприятиями?» Запретить же монастырям жить трудами рук своих, занимаясь сельским хозяйством или иными доходными предприятиями, обезпечивающими их существование, благотворительную и просветительную деятельность, это именно как раз и значило бы – воспрепятствовать им быть «разсадником религиозного подвижничества и общественно-моральными центрами», как того хочет составитель программы. Ведь самые строгие подвижники христианской древности, отцы и основоположники иноческой жизни изыскивали себе средства на пропитание и на благотворение нуждающимся тем, что плели корзины и циновки и продавали их на торгу.

Последний пункт разсматриваемой нами программы уже совершенно откровенно хочет видеть в Русской Православной Церкви чисто-земную организацию, которой предназначается в будущей России чисто-служебная роль: Она должна служить народу.

Увы! не только составитель этой программы, напечатанной в газете «Наша Страна», но и многие другие «возстановители» России – политические и национально-общественные деятели держатся такого же образа мыслей: Православие для них ценно не само по себе, как единственная чистая, безпримесная Божественная Истина, ведущая исповедников своих к вечному спасению, вечной жизни, а ценно лишь постольку, поскольку оно является «национальной религией» русского народа.

Что можем мы сказать в ответ на такое, общее почти в наше время, губительное непонимание самого главного, самого основного в жизни людей, – на такое принижение великой и святой нашей Веры – той веры, за которую до крови подвизались обошедшие всю вселенную с проповедью ее Святые Апостолы, перенесли безчисленные мучения и приняли смерть сонмы Святых Мучеников, ратоборствовали с еретиками, не боясь никаких лишений и жертв, Святые Отцы и распинали себя для мiра, ради наследования блаженной вечности, преподобные подвижники? Нам остается только скорбеть и ужасаться тому, что возстановители будущей России неземное и нетленное сокровище Святого Православия разсчитывают сделать лишь орудием земных своих целей.

Таким путем настоящей России никогда не возстановить!

Братия, православные русские люди! поймите же все вы, наконец, за что несем мы такую тяжкую Божию кару, и уразумейте, что нет нам другого пути ко спасению, кроме искреннего глубокого всенародного покаяния и всецелого обращения к Богу. Одна у всех нас должна быть теперь основная программа, одна общая и главная задача – как великие и спасительные истины «чудного, животворного, Божественного Православия» (по вдохновенному выражению о. Иоанна Кронштадтского) сделать непреложным законом своей жизни во всех ее проявлениях.

«Ищите прежде всего Царствия Божия и правды Его». – увещевает нас Сам Христос, – и тогда все остальное, в том числе и Царство земное со всеми его благами, приложится вам» (Mф. 6: 33).

Свет Разума.

Глубокая тьма покрывала землю. Все погружено было в сон, повсюду царствовала тишина; одни пастухи бодрствовали в поле. И вдруг разверзлись небеса, неизреченный свет осиял землю, явились безчисленные сонмы ангельских ликов и послышалось дивное пение неведомой доселе людям неслыханно-прекрасной песни: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!»

Такой же непроницаемой тьмой, как темна была Вифлеемская ночь, окутано было тогда в нравственном смысле и все человечество. Зло на земле достигло своего крайнего напряжения. Жизнь без Бога, без Его разумных и спасительных законов, привела людей к тому, что они, опошлившись и развратившись, по слову Писания, приложились скотом несмысленным и уподобились им. И разве могла жизнь для тела, жизнь для желудка, жизнь без всяких возвышенных стремлений, разве могла она иметь какую-либо разумную цель? И она, действительно, потеряла всякий смысл, утратив свое содержание и сделавшись пустой и ненужной. В то же время безмерно разросшийся животный эгоизм породил страшную вражду и ненависть между людьми. Вера в языческих богов была окончательно подорвана. Интеллигенция считала богов вымыслом народной фантазии, сами жрецы не могли сдерживаться от смеха, совершая языческие обряды. О прежних доблестях древнего греко-римского мiра не было и помину: все свелось к грубому корыстолюбию, роскоши, изнеженности и плотоугодию. Не было порока, не было самого гнусного преступления, которые не совершались бы дерзко и открыто всеми на каждом шагу и повсюду. Такими чертами рисуют тогдашнее состояние человечества современные ему писатели. Лучшие люди того времени буквально задыхались в этой ужасающей атмосфере безверия и нравственного растления и громогласно заявляли, что дальше так жить нельзя, что нет спасения человечеству, если сам Бог не сойдет на землю и не избавит людей от явно-надвигающейся страшной катастрофы. А для многих единственно разумным выходом из мучительного гнетущего состояния представлялось насильственное прекращение жизни путем самоубийства. Люди с очевидностью должны были сознать свое полное безсилие – устроить хотя сколько-нибудь сносную жизнь без Бога. Замечательно в этом отношении признание знаменитого философа языческой древности Платона, который писал, что не быть на земле порядку, если только Сам Бог, сокрывшись под образом человека, не разъяснит нам и наши отношения к Нему и наши взаимные обязанности друг ко другу.

И вот, когда эта жуткая тьма зловещим мраком охватила все человечество, уже начавшее отчаиваться в своем спасении, наступила «кончина лета» (Гал. 4:4) – от вечности предопределенные Богом времена и сроки. Совершилась «велия благочестия тайна» (1 Тим. 4:16) – «Посла Бог Сына Своего Единородного»: «Бог явися во плоти» и «с человеки поживе». Ярко возсиявшая Вифлеемская звезда и дивное ангельское пение возвестили людям восход Солнца Правды, которое озарило весь мiр Своим Божественным Светом, разогнав эту зловещую тьму. Сам Единородный Сын Божий сошел на землю и стал Человеком, не переставая быть Богом. Он дал нам «свет и разум, да познаем Бога Истиннаго и да будем в Истиннем Сыне Его Иисусе Христе» (1 Иоан. 5:20); Он принес на землю тот вожделенный сладкий мир, по которому так изстрадалась душа человеческая, не умея и не зная, где и как его найти. Он пришел примирить человека с Богом и «благовестить мир нам, дальним и ближним» (Еф. 2:17), примирив нас друг с другом и со своей собственной совестью. Отселе этот мир сделался коренным отличительным признаком каждого истинного христианина, сделавшегося во Христе подлинно новою тварью, его неотъемлемым кровным достоянием. Это – «мир, превосходяй всяк ум» (Филип. 4:7), который «превыше всякого ума», превыше всякого человеческого постижения и разумения, ибо это мир – сверхъестественный, благодатный, божественный, наполняющей душу несказанным блаженством: это и есть то Царствие Божие, основать которое среди людей пришел Господь наш Иисус Христос и которое, по слову Его, «внутрь нас есть» (Лук. 17:21).

Поскольку вера Христова проникала в души людей, постольку мир этот становился достоянием жизни. Чем ближе подходили люди ко Христу, чем искреннее и горячее веровали в Него и чем больше старались осуществлять в жизни Его благие заветы, – тем более полным в совершенным миром они наслаждались.

Но что мы видим теперь?

Человечество вновь безумствует. То, что происходит мiре теперь, так живо напоминает нам картину жизни на земли перед Рождеством Христовым. То же безверие, тот же разврат, те же скотские идеалы, эгоизм, взаимный вражда и ненависть, та же утрата смысла жизни, у большинства людей.

Но не хуже ли все это, по сравнению с тем, что было тогда?

Ведь тогда человечество было языческим: оно не ведало Христа Спасителя и Его возвышенного учения, было погружено в глубокую религиозную и нравственную тьму. А теперь? – Теперь все это происходит с человечеством христианским., или, по крайней мере, с человечеством, слышавшим евангельскую проповедь, узнавшим Христа, знакомым с Его Божественными учением. Какого же невероятного напряжения должна была достигнуть сила зла, дабы такое человечество оторвать от Христа и ввергнуть в такую ужасающую бездну не только безверия, но и отчаянного, подлинно сатанинского богоборчества и страшного нравственного растления? Не к современному ли человечеству надлежит отнести грозные предостерегающая слова послания св. Апостола Павла к Евреям: «Земля, пившая многократно сходящий на нее дождь... и производящая терния и волчцы – негодна и близка к проклятию, которого конец – сожжение» (Евр. 6:7-8).

Но теперь уже не придет Христос спасти нас. Он пришел для этого лишь однажды и раз навсегда указал нам вечные и неизменные пути ко спасению. Кто не желает им следовать, тот пусть сам и пеняет на себя за свою погибель. Никакого счастливого тысячелетнего царства на земле, о котором ложно учат сектанты, не будет. Такое учение противно Слову Божию и решительно отвергнуто Церковью.

Теперь придет Христос вторично уже не спасать мiр, но судить мiру всему – «судити живым и мертвым».

Первый раз приходил Он в уничижении, давая нам пример смирения, а теперь придет Он «во Славе Своей и вси святии Ангели с Ним» (Матф. 25:31). Это будет уже не благостное снисхождение Божие к несчастным отчаявшимся людям, но Страшный Суд над беззаконными гордецами, ведающими Бога и безумно, заносчиво отметающими святые заветы Его. И если первые христиане, празднуя Первое Пришествие Христово в мiр, всегда возносились мыслию к славному и страшному Второму Его Пришествию, напряженно ожидая его, то тем более естественно и даже необходимо помышлять о нем нам, современным христианам, каждодневно наблюдающим признаки приближения его, указанные в Евангелии. Вся наша жизнь на земли должна быть не чем иным, как самой тщательной подготовкой к этому великому и славному «дню Господню» (Деян. 2:21). Знает это враг вселукавый, враг человеческого спасения, и всячески старается погасить в нас это спасительное помышление. Каких-каких только доводов и благовидных предлогов и соображений не приводить он, лишь бы отклонить современных христиан от мысли о Втором Пришествии Христовом. И успевает в этом. Многие ныне говорят об этом – страшно сказать! – с усмешкой, и даже духовные лица нередко избегают разговоров на эту тему. Да! крепко приковал враг мысли и чувства современных людей к земле, и не хотят они думать о вечности. Не самый ли верный это признак близости Второго Пришествия? Вспомним только слова Христовы: «Как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человеческого: ибо как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех, – так будет и пришествие Сына Человеческого» (Матф. 24: 37-39).

Да бежит далеко от нас такое пагубное настроение легкомыслия и безпечности! Светло и радостно празднуя Первое Пришествие Христово в мiр, будем так же светло и радостно ожидать Его Второго Пришествия, жить этим ожиданием, как жили им христиане первых веков. А для того, чтобы оно было для нас воистину радостным и открыло бы нам вход к блаженной вечности, посвятим все остающееся время нашей земной жизни трудам покаяния и усиленному приготовлению себя к тому, чтобы достойно «предстать пред Сына Человеческого» (Лук. 21:36) и дать «добрый ответ на Страшном Судищи Христовом» (просит. ект.).

Без покаяния нет спасения.

Все ли мы в достаточной мере уразумеваем значение и силу этого знаменательного изречения, давно ставшего поговоркой? Все ли мы, в наше время, продолжаем оставаться способными к такому, подлинно спасительному покаянию, как были некогда способны к нему даже самые тяжкие грешники? И есть ли вообще у нас сознание своей греховности и желание каяться?

Эти и подобные им вопросы естественно должны приходить нам в голову, особенно теперь, перед наступлением Великого Поста, поскольку, живя заграницей, не утратили мы окончательно чувства церковности, поскольку не сделалась нам еще вполне чуждой наша Святая Церковь и Ее спасительные установления.

Если ходим мы в церковь, если внимаем тому, что читается и поется за Богослужениями, то не могли мы не обратить внимания на следующую богослужебную особенность. Едва только отошли высокоторжественные и радостные Дни великих праздников Рождества Христова и Богоявления, как в наших храмах раздается уже призыв Самого Господа, вышедшего после крещения на Свое общественное служение, на проповедь людям, сидящим во тьме и сени смертной, обращенный и к нам, конечно:

«Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное! (Матф. 4: 17)».

А спустя всего две недели (иногда это бывает и раньше, а иногда и позже, в зависимости от времени празднования св. Пасхи) мы слышим в храмах обращенный к Богу от имени каждого из нас умилительно-скорбный вопль души:

«Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче»!..

Что это значит? И почему это дни радости, дни праздничного ликования так скоро и как-то неожиданно сменяются днями решительного призыва к сокрушению о грехах – днями сетования, покаянной скорби и печали?

Конечно, все это не случайно, ибо в нашем дивном несравненном Богослужении все исполнено глубочайшего смысла и значения, назидания для наших душ. Нам внушается этим: мало праздновать, мало предаваться радости, ликованию и веселию, хотя бы и по поводу действительно высокорадостных Христовых праздников. Надо усвоить себе благодатные плоды этих праздников, надо приобщиться всей душой, всем существом своим спасительной духовной силе их – тогда только наше празднование будет осмысленно, разумно и оправдано. Праздновать же иначе – это значит уподобляться легкомысленному любителю кутежей, который безумно проматывает, расточает полученное им богатое наследство, вместо того, чтобы извлечь из него действительную пользу для себя. О таком именно безплодном праздновании и сказал Господь еще в Ветхом Завете устами пророка: «Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя» (Исаии 1: 114).

Вот почему Св. Церковь, дав нам вкусить пира веры, дав нам насладиться торжеством великих событий, тотчас же после этого усиленно зовет нас к покаянию, ибо только через покаяние можем мы приобщиться спасительной силы великих событий, воспоминаемых в дни праздников Рождества Христова и Богоявления.

«Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное!» Господь уже пришел: мы видели своим мысленным благоговейным взором, как Он родился от Девы в убогом вертепе, мы видели, как Он крестился в водах Иорданских, чтобы сокрушить главу древнего змия и омыть нас банею пакибытия, облачив в одежду нетления. Все это сделано Господом, «нас ради человек и нашего ради спасения»: Он приблизил к нам, грешным, Свое Небесное Царство, сделал нам доступным вход в него. Что же требуется с нашей стороны, дабы войти в него?

Покаяние.

«Покайтеся!» зовет к нам Господь, то есть переменитесь, станьте другими по сравнению с тем, чем вы были до сих пор, измените коренным образом к лучшему не только ваш внешний образ жизни, ваше поведение, но и все ваше внутреннее настроение: ваши мысли, ваши чувства, ваши вкусы, ваши стремления – обновитесь духовно! Каждый вступающий в пределы какого-либо земного царства или государства, тем самым обязуется исполнять законы этого государства, без чего он не сможет получить разрешения жить в нем. Если законы этого государства идут вразрез с его обычаями и привычками, то он должен переделать себя, заставить себя отказаться от этих привычек и обычаев, – точно также и всякий желающий вступить в Царство Небесное должен заставить себя отказаться от всего того, что противно законам Небесного Царства, искоренить свои прежние греховные привычки и обычаи и добровольно подчинить себя всем требованиям Закона Божия.

В этом именно и состоит то покаяние, без которого нет спасения. «Покаяние есть возобновление крещения», говорит великий проповедник покаянной подвижнической жизни преподобный Иоанн Лествичник: «Покаяние есть обещание Богу нового жития. Покаяние есть примирение с Господом посредством добрых дел, противоположных прежним грехам. Покаяние есть очищение совести». (Слово 5). «Покаяние есть второе возрождение от Бога», говорит другой великий наставник покаяния преп. Исаак Сирин. Иными словами: покаявшиеся – это как бы вновь родившийся, ставший как бы другим, новым человеком, неспособным вести прежнюю греховную жизнь и решившимся вести жизнь добродетельную, во всем согласную с Законом Божиим.

Увы! многие в наше время не только сделали себя неспособными к такому покаянию, но далеки даже и от правильного понятия о покаянии. Едва ли не большинство современных христиан искренно думают, что «покаяться» это значит – придти на исповедь к священнику и, пересказав ему свои грехи, выслушать разрешительную молитву, чтобы потом, выйдя из церкви, вновь продолжать свою былую безстыдную и безстрашную греховную жизнь, почти без всякого зазрения совести или всячески оправдывая себя. А некоторые даже и грехов своих не называют, а просто молча слушают священника и считают себя вправе получить от него разрешение грехов своих, в коих и не каялись. Немало есть среди нас упрямых неразумных людей, коснеющих в своих греховных привычках, которые на все призывы к подлинному покаянию, требующему исправления жизни, упорно твердят одно: «Нет уж, оставьте! мне не приходится переделывать себя: каков я родился, таков и умру!» А некоторые, в оправдание своего окамененного нечувствия (как именует такое губительное состояние св. Церковь) осмеливаются даже возводить кощунственную хулу на Самого Бога. «Таким меня Бог создал», говорят они, дерзко перелагая вину своей греховности на Бога и показывая тем свое полное невежество – отсутствие самых элементарных знаний истин своей веры, так ясно и понятно учащей нас о первородном грехе, о наследственности греховной порче и об искуплении нас от этой гнетущей силы греха крестными страданиями Воплотившегося Сына Божия.

Но, может быть, и в самом деле такое полное перерождение закосневшего уже в греховной жизни человека невозможно? Да! «Человекам это невозможно, но не Богу: ибо все возможно Богу» (Марк. 10: 27). И мы знаем, что сила благодати Божией, привлекаемой искренними слезами покаяния, творила великие и дивные чудеса полного внутреннего перерождения душ, казалось бы, даже безнадежно погрязших в глубочайшей силе греха людей. Сколько поразительных примеров такого покаянного обновления мы находим в житиях святых, повествующих нам о том, как многие великие грешники и грешницы становились великими ангелоподобными праведниками и праведницами.

А привлечь к себе эту всесильную возрождающую благодать Божию зависит всецело от нас – стоит только захотеть.

Но в этом-то и беда современного человека, что нет у него этого желания, не хочет он каяться, не чувствует он нужды в этой возрождающей благодати Божией. Он доволен собой, и не видит, в чем ему надо каяться. А если и приходит еще на исповедь к священнику, то лишь по привычке, по установившейся традиции. Приходит – и молчит, и ждет, пока священник прочтет над ним разрешение от грехов, губительности которых для себя он не чувствует и к которым сам он, даже если и признает их грехами, относится в высшей степени снисходительно. «Грешен всеми обычными человеческими грехами», так нередко говорят на исповеди многие, считая при этом, что самая эта «обычность» для людей их грехов дает им полное право на их извинение, легкое их отпущение, без всяких трудов, без всяких усилий воли над собой, направленных к коренному изменению всей своей жизни и всего своего внутреннего настроения. Мы не говорим уже о том, что все большее и большее количество людей в наше время начинают считать вообще излишней для себя исповедь и совсем не бывают у таковой.

Откуда это все более и более утверждающееся в людях окамененное нечувствие?

Оно есть естественное следствие все усиливающегося обуяния людей духом той сатанинской гордыни, уврачевать которую Своим Божественным смирением и приходил на землю «смиривший Себя до смерти, смерти же крестныя» господь наш Иисус Христос. В процессе попущенного Богом «отступления» (2 Фессал.), руководимого в мiре слугами и предтечами грядущего Антихриста, современный человек все дальше и дальше отходит от истинного учения Церкви, забывает Своего Творца и Промыслителя Бога и, в самоупоении своими «культурными достижениями», самого себя начинает считать как бы богом, все принося в жертву самому себе – своим прихотям, своим греховным вожделениям, своим порочным страстям. Вместо того, чтобы воздать славу Богу за носимый им образ Божий, за все силы и способности, которые делают его царем твари, господином этой созданной Богом и премудро устроенной Им природы, человек, отходящий от Церкви, надмевается всем этим, идя все тем же путем диавольского обольщения, которому подпав пал залюбовавшийся своими совершенствами Денница и нарушили заповедь Божию прельщенные в раю змием наши прародители.

Эгоизм, самопревозношение, самолюбие, самолюбование, самодовольство, самохвальство, самооправдание, иногда самое безстыдное, во всех своих страстях и пороках, проистекающее из крепко укоренившейся в сердцах бесовской гордыни – вот чем характеризуются господствующие настроения современного человечества, увлеченного в процесс «отступления». «Зачем мне каяться и переделывать себя, когда я и так хорош, во всяком случае, лучше многих других», так, если не говорят вслух, то думают про себя многие современные лже-христиане, обнаруживая этим то фарисейское настроение души, которое так решительно обличает св. Церковь перед наступлением Великого Поста, призывая нас «смирить себя воздыханиями мытаря». Безконечно трудно бывает теперь положение христианского пастыря, которому весьма многие пасомые отказывают даже в его естественном праве «обличать, запрещать, увещавать» (2 Тим. 4: 2), злобствуют и негодуют на него, когда он, повинуясь своему пастырскому долгу, указывает им на их грехи – нарушения заповедей Божиих и установлений Церкви. А многие доходят даже до такой дерзости, что требуют от пастыря похвалы и возвеличения за совершаемые ими беззакония. Горе тому пастырю, который снижает свое богодарованное пастырское достоинство до такого человекоугодничества, губя этим и свою паству и самого себя! (см. Исаии 5: 20 и Иезек. 33: 7-9).

Вот вновь наступает Великий Пост – время, нарочито установленное Церковью для покаяния, для очищения наших душ от загнездившейся в них греховной скверны, для исправления нашей жизни, для благодатного возрождения. Используем это «время благоприятное»: задумаемся над отвратительной силою гнусного греха, неизбежно влекущего нас в погибель, сознаем себя блудными сынами, поспешим в храмы Божии, благо, они еще открыты, и Богослужение в них пока невозбранно совершается, с глубоким вниманием отнесемся к наставлениям и поучениям Церкви, призывающим нас к покаянию и принесем искреннее раскаяние во всех своих грехах перед Богом поставленным духовником, с твердой решимостью не повторять их более.

Так-то, братие! Будем помнить, что «ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют» (1 Коринф. 6: 9-10). Всех упорствующих в этих и подобных сим грехах ожидает неизбежная, страшная, вечная погибель, ибо без покаяния нет спасения.

Крест Христов - наше знамя.

Неделя Крестопоклонная! Сколько глубокого смысла и умилительной назидательности в этом обычае Церкви выносить крест для поклонения как раз в середине Великого Поста. Прекрасно разъясняется это в наших богослужебных чтениях и песнопениях. Крест выносится с особою торжественностью на середину храма для того, чтобы поднять наш дух, воодушевить нас к дальнейшему прохождению подвига постного, напомнить нам, что все мы, христиане – крестоносцы, и что, если мы желаем не напрасно носить имя Христовых последователей, то должны в жизни своей уподобляться Христу крестоношением и самораспятием.

Если мы постимся добросовестно, то есть ничего скоромного не едим, стараемся вообще есть меньше и реже, в разного рода удовольствиях и развлечениях себе отказываем, с своими греховными склонностями и привычками решительно боремся – то мы не можем не почувствовать некоторого переутомления, некоторого упадка сил от необычного напряжения воли и телесного ослабления. И вот, при мысли о том, что поприще поста пройдено нами только наполовину, кое у кого невольно может вырваться вздох ропотливости и малодушия: «тяжко, не по силам это – когда же конец?»

Для того, чтобы ободрить нас и подкрепить нашу волю и дух к дальнейшему пощению, Св. Церковь и устраивает нам утешение духовное – торжественно выносит для поклонения Крест Господень.

«Вам тяжело, вы ропщете», как бы так говорит она этим: «а каково было Господу страдать за вас на этом кресте? Или страдания Его были меньше ваших? Однако, Он все терпел, дабы вас спасти. Потерпите же теперь и вы, ради Него и во Имя Его! Тем более, что это терпение ваше и не Ему и никому другому, а лично вам самим нужно, лично для вас самих полезно и спасительно. Взирая на этот крест, вспомните про Его великую любовь к вам, которую проявил Он, добровольно предав Себя на такую позорную и мучительную смерть, вашего ради спасения, и – воспряньте духом! Эта любовь Его и чудодейственная сила крестная поддержит и укрепит ваши силы и поможет Вам до конца совершить, во славу Его, ваш постный подвиг и приведет вас чрез пучину поста к великой радости светоносного дня Его преславного Воскресения.»

Вот почему св. крест и сравнивается в богослужебных песнопениях недели Крестопоклонной и в так называемом «синаксарии» (объяснительном чтении) с «древом жизни», бывшем посреди рая, с «благосеннолиственным древом», под сенью которого находят прохладу и отдохновение путники, утомленные долгим и изнурительным путем, с древом, усладившим горькие воды источника Мерры во время сорокалетнего странствования евреев в пустыне по пути в Обетованную Землю, и, наконец, со скипетром и знаменем победоносного царя, появление которых предшествуют приходу самого царя.

Иными словами, крест Христов, износимый в неделю Крестопоклонную на середину храма это – Знамя наше, которое обычно выносится на полях сражений в трудные минуты для того, чтобы возбудить в воинах бодрость духа и мужество для продолжения борьбы с врагом и окончательной победы над ним. Взирая на свое славное знамя, воины невольно воодушевляются, ощущают прилив новых сил и подъем духа, бросаются на врага и побеждают его.

И мы, христиане, – воины Христовы, а Великий Пост есть поприще брани с врагом нашего спасения – диаволом. Главный источник нашего воодушевления в этой невидимой, духовной брани – Крест Христов, славное знамение победы нашего Божественного Искупителя над властью ада и смерти, знамение нашего спасения, знамение неизреченной Любви Божественной к падшему человеческому роду. Древом крестным «смертное жало и адова победа прогнася» – Распятый на нем Спас наш «предстал, вопия сущим во аде: внидите паки в рай!» (Кондак). Поэтому св. Церковь и призывает нас: «Приидите, вернии, животворящему древу поклонимся, на немже Христос Царь славы волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство... Придите, вернии, древу поклонимся, имже сподобихомся невидимых враг сокрушити главы»... (стихира на поклонение кресту).

Вот потому-то и мы, христиане, воины Христовы, взирая на св. крест, поклоняясь ему и лобызая его, испытываем особый прилив новых духовных сил, забываем все трудности уже перенесенного постного подвига, – «задняя забывая», по Апостолу (Филип. 3: 13), «в предняя простираемся» и делаемся способными на дальнейшие духовные подвиги для окончательной победы над грехом и достижения «почести вышняго звания Божия о Христе Иисусе» (Фил. 3: 14).

Но что такое, собственно, Великий Пост?

И разве только Великим Постом должны вести мы невидимую брань с врагом нашего спасения, а в другое время – отдаваться ему в плен?

Думать так – было бы крайним неразумием.

Великий Пост, приводящей нас к светлой радости Воскресения Христова, есть как бы символ всего течения истинно-христианской жизни, а вместе с тем – и ежегодное упражнение в подвиге этой жизни и ежегодное напоминание о том, как должен жить христианин и какова конечная цель его жизни.

Жизнь истинного христианина есть ни на один миг непрекращающаяся борьба со своими греховными страстями и похотями, которая по своей тяжести, болезненности уподобляется крестоношению и самораспятию. Вот почему св. Апостол говорит: «иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал. 6: 24). В этой непрестанной борьбе со страстьми и похотьми и состоит та «невидимая брань» с врагом нашего спасения, которая должна составлять главное содержание нашей земной жизни. Но как Христово крестоношение и распятие привело к светлой несказанной радости Его преславного Воскресения, так и наше крестоношение и самораспятие, если будем законно подвизаться, приведет нас к воскресению из мертвых и к вечной нетленной Пасхе в светлых чертогах райских.

Итак, каждый истинный христианин есть подвижник. Без подвига нет и не может быть подлинной христианской жизни. Этого подвига ждет от Своих последователей Сам Подвигоположник-Христос, говорящий: «подвизайтеся внити сквозь тесная врата» (Лук. 13: 24), ибо «широки врата и пространен путь, ведущие в пагубу, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и мало их есть, иже обретают его» (Матф. 7: 13-14). А Апостол Павел говорит: «подвизаяйся от всех воздержится» (1 Кор. 9: 25) и сам о себе тут же свидетельствует: «умерщвляю тело мое и порабощаю» (1 Кор. 9: 27), тем самым указывая, что подвиг жизни христианской состоит в воздержании – в умерщвлении и порабощении плоти своей. А это как раз и есть то, к чему особенно призывает нас Церковь Великим Постом, но что вместе с тем является обязательным для каждого истинного христианина в течение всей его жизни.

Для таких христиан-подвижников Крест Христов и является ободряющим и вдохновляющим знаменем, в котором они, на протяжении всей своей жизни, почерпают неистощимый запас благодатных сил. Крест Христов – их единственная радость и похвала, и они ничего другого не желают даже знать, повторяя с Апостолом: «мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа, Имже мне мiр распяся, и аз мiру» (Гал. 6: 14). Прекрасно объясняет эти слова преп. Авва Дорофей: «когда человек отрекается от мiра, тогда распинается ему мiр... когда же, освободившись от внешних вещей, он подвизается и против самых услаждений, или против своих пожеланий и умертвит свои страсти, тогда и сам он распинается мiру». Это отречение от мiра, в известном смысле, обязательно для всех христиан, а отнюдь не для одних монахов, как некоторые ошибочно думают, ибо иначе не говорил бы Апостол: «дружба с мiром есть вражда против Бога» (Иак. 4:4) и не увещевал бы нас: «не любите мiра, ни того, что в мiре» (1 Иоан. 2: 15). Это потому, что «все что в мiре: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская» (1 Иоан. 2: 16) и «весь мiр лежит во зле» (1 Иоан. 5:19). Как ясно видим мы это особенно в нынешнее время!

И вот, несмотря на столь определенное учение Слова Божия, несмотря на весь многовековой явно-аскетический строй церковной жизни, так ясно выраженный и в канонах Церкви, и в богослужебном чинопоследовании, и в святоотеческих творениях и в житиях святых, в последнее время в недрах самой нашей Православной Церкви все больше и больше «возстают люди, которые говорят превратно» (Деян. 20: 30). Пуская в ход всевозможные приемы нечестной диалектики, пользуясь доводами туманной философии и пустого обольщения, «по стихиям мiра, а не по Христу» (от чего предостерегает Апостол в Колос. 2: 8), они прельщают многих своими вкрадчивыми словами, пытаясь убеждать всех, будто прежний аскетический строй нашей Церкви «устарел», «отстал от жизни», далеко, мол, ушедшей вперед, и что все прежние канонические правила и предписания Церкви о посте и воздержании в настоящее время подлежать отмене. Эта зараза, поражающая самое существо Св. Православия в его учении о подвиге, как необходимом средстве спасения, настолько глубоко проникла в наши церковные круги, что вылилась в целое движение, получившее название «Живой Церкви», или «обновленчества», а в 20-ых годах мы слышали даже с высоты одной из наших патриарших кафедр призыв к 8-ому вселенскому собору, который упразднил бы все эти стеснительные для плоти, воюющей на дух, канонические правила и ввел бы ряд реформ, в числе коих откровенно назывались: женатый епископат, второбрачие духовенства, упразднение монашества, упразднение постов, и разрешение для духовенства иметь вполне светский внешний облик и вести светский образ жизни, ничем не отличаясь от мiрян. И хотя эти реформы до сих пор формально еще не проведены, многие насквозь пропитаны их разлагающим духом, а некоторые, без стыда и зазрения совести, явочным порядком проводят их в своей жизни.

Что можно сказать о таких «развратителях истины» и как смотреть на них нам, ревнующим о чистоте Православия?

Это – «враги креста Христова; их конец – погибель, их бог – чрево, и слава их в сраме» (Филип. 3: 18-19), которому они безстрашно и безстыдно предаются, не помышляя о будущем суде и вечном воздаянии, очевидно потому, что просто не веруют «в жизнь будущаго века», как подобает христианам..

«Они мыслят о земном» (Фил. 3: 19), а нам заповедано: «горняя мудрствуйте, а не земная» (Колос. 3: 2), потому что «мудрование плотское есть смерть... закону бо Божию не покаряется» и «живущие по плоти Богу угодить не могут» – удел таких – неизбежная вечная погибель (Рим. 8: 5-13).

Всем ревнующим о подлинном христианском благочестии надо, как огня, бояться этих современных лжеучителей и не иметь с ними никакого общения, ибо они доверяющихся им лишают надежды вечного спасения. И в этом отношении, они ничуть не лучше, а скорее даже хуже многих древних еретиков, лжеучения которых были более явными и очевидными.

Считаем долгом оговориться, что мы имеем здесь в виду не личные слабости и немощи, которые легко (была бы на то добрая воля!) врачуются покаянием, а именно распространяемую этими лжеучителями идеологию, которая направлена на ниспровержение основ православно-христианской аскетики.

Так – в личной жизни современного человека, иногда еще носящего, по инерции, имя христианина. Но то же мы наблюдаем и в общественной жизни. И здесь – полное пренебрежение крестом Христовым, как единственным спасительным знаменем, под которым все мы должны были бы объединиться, чтобы строить подлинно-разумную и осмысленную (а не скотскую) общественную жизнь на здоровых христианских началах. Сколько сейчас у нас всевозможных организаций, объединений и политических партий, для которых Креста Христова как будто совсем не существует. Мало того: о Кресте Христовом и о связанной с ним православно-христианской аскетической идеологии здесь и вспоминать не хотят, как будто это вовсе чуждая и даже какая-то враждебная современному человеческому обществу сфера. И если, напр., в такой организации кто-либо подымет голос о том, что нельзя за общественным обедом в постные дни подавать скоромные блюда или устраивать постом увеселения, то на такого, посмотрят, если не все, то большинство, как на какого-то чудака или «отжившего» человека.

Точно также и Россию думают спасать у нас, большей частью, одними своими собственными силами, конкурируя друг перед другом в выработке наилучших, как им кажется, политических программ, где Вере и Церкви дается в лучшем случае лишь какое-то «почетное» место, а все надежды возлагаются на какие угодно чисто земные факторы, но не на единственно-спасительную силу Животворящего Креста Христова. И нет мысли о том, что Россию постигла такая страшная катастрофа за богоотступничество, за то, что русские люди оставили Крест Христов и пошли под антихристово знамя безбожия и разврата, разнузданных страстей и похотей, попрания всех священных установлений, Церкви и всяческого духовного самочиния и безчиния. Нет сознания того, что не спасем мы Россию «балами» и «вечерами», а что для такого великого дела нам всем необходимо прежде всего нравственно очиститься и не о увеселениях и развлечениях думать, а о приближении к Богу, оцерковлении своей жизни, покаянном возрождении.

О, если бы поняли все русские люди, что служит ко спасению их и Родины нашей! Решительно оставили бы они тогда всякое своеумие, своекорыстие и самолюбие, отказались бы от рабского служения своим греховным страстям и похотям, попирая Закон Божий и уставы Св. Церкви, прекратили бы тогда свои взаимные распри и раздоры – объединились бы все вместе в одной существенно необходимой «организации» – Церкви Христовой и составили бы одну для всех спасительную «партию» – Честного Животворящего Креста Господня. И тогда явили бы мы собою такую несокрушимую мощь и силу, что и всех врагов своих видимых и невидимых посрамили бы, и Россию бы давно спасли, и врата жизни вечной для себя отверзли.

Не пора ли, наконец, хотя пред лицом грядущих бедствий, всем нам образумиться и поспешить под знамя Креста Господня? Вот теперь – Великий Пост, «время благоприятное», «время покаяния» – «отложим дела тьмы и облечемся во оружия света!» (стихира при начале поста) и, следуя призыву Св. Церкви всем сердцем возопием ко Кресту Господню, как бы к живому существу: (ибо в нем сокрыта животворящая сила Господня):

«Кресте всечестне, освяти наши души и телеса силою твоею, и от всякаго вреда сопротивных соблюди неврежденны, благочестно поклоняющихся тебе!»

(Стихира недели Крестопоклонной).

Торжество девства и хула на девство

Нынешний радостный праздник Благовещения– это праздник торжества девства, ибо это праздник Той, Которая, дав обет девства, сподобилась стать Материю Самого Воплотившегося Бога; это – праздник Той, Которую ваша св. Церковь ублажает, как "Матерь Божию и Деву, рождшую и девствующую паки", как Трижды Дивную деву – Деву до рождества, Деву в рождестве и Деву по рождестве, именуя Ее поэтому Приснодевой.

После Верховного Подвигоположника девственной жизни – Божественного Девственника Господа нашего Иисуса Христа – Богочеловека, Пречистая Дева Мария, как подобострастный нам человек, по всей справедливости, должна почитаться Основоположницей девства. Так и учила всегда св. Церковь от самых первых времен христианства. "Некогда в раю существовало девство", говорит великий Златоуст, "и от змея растлело; посему в средние времена его не видно было; когда же пришел родившийся от Девы Иисус Христос, тогда оно снова явилось". "С того времени, как Дева учинилась Божиею Материю", говорит св. Григорий Богослов, "уже открытым образом стали провождать безбрачную жизнь".

Основанием для девственной жизни в Новом 3aвете являются слова Самого Господа Иисуса Христа: "Суть бо скопцы, иже от чрева матерня родишася тако: и суть скопцы, иже скопишася от человек: и суть скопцы, иже исказиша сами себе Царствия ради Небеснаго" (Mф. 19: 12). Здесь различаются три вида скопцов: одни, от самого рождения неспособные к брачной жизни, другие, насильственно оскопленные людьми; третьи – сами себя сделавшие скопцами, но не физическими скопцами, ибо это строго воспрещалось законом Божиим, а духовными. Под этими "скопцами", оскопившими себя Царствия ради Небесного, Церковь всегда понимала девственников, ради угождения Богу давших обет всегдашнего девства.

Узаконив таким образом для Своих последователей обет девства, Христос-Спаситель сейчас же добавил: "Не вси вмещают словесе сего, но имже дано есть: могий вместити да вместит" (Мф. 19: 11-12). То есть: не все обязываются быть девственниками, но те, которые "могут это вместить", которые чувствуют себя способными к этому. Этим самым девство, как высший подвиг, к которому не все способны, поставляется выше супружества. Хотя и честное супружество благословлено (см. Евр. 13: 4), но чистое девство выше супружества, как это всегда учила Церковь: "брак – серебро, а девство – золото" (4-ое огл. сл. св. Кирилла Иерусалимского). "Нет подвига более девства", говорите св. Феогност, и это потому, что, как учить св. Иоанн Лествичник, "выше природы ставший малым чим или если позволено сказать, ничем не умален есть от ангел". Справедливо поэтому многие из Свв. Отцев называют девство "совершенною святостию" (Св. Иоанн Лествичник), "печатью совершенства" (св. Антоний Вел.), "цветом в вертограде Церкви" (св. Киприан), "красою и прославлением благодати, образом Божиим, сообразным святыне Господа" (св. Киприан), "приятнейшим благоуханием Господу Иисусу Христу" (св. Амфилохий Икон.).

Из житий Святых мы знаем, что многие девственники и девственницы, ради сохранения девства, готовы были пожертвовать всем, даже жизнию своею.

Но почему так высоко ценится девство и ставится выше брака, если брачная жизнь установлена Самим Богом еще при сотворении первых людей, которые созданы мужем и женою?

Цель и высокое достоинство девства в том, что оно есть подвиг, в котором человек добровольно отказывается от дозволенного ему, ради того, чтобы всецело посвятить себя Богу, жить только ради Бога и в Боге. Об этом ясно говорит в 7-ой,главе своего 1-го послания к Коринфянам св. Апостол Павел: "А о чем вы писали мне, то хорошо человеку не касаться женщины"… "ибо желаю, чтобы все люди были, как и я (девственниками)"... "вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков"... "таковые (то есть вступившие в брак) будут иметь скорби по плоти, а мне вас жаль"... "я хочу, чтобы вы жили без забот. Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу, а женатый заботится о мiрском, как угодить жене. Есть разность между замужней и девицей: незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтоб быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мiрском, как угодить мужу. Говорю это для вашей же пользы, не с тем, чтобы наложить на вас узы, но чтобы вы благочинно и непрестанно служили Господу без развлечения. Посему выдающий замуж свою девицу, поступает хорошо, а не выдающий поступает лучше".

Можно ли сказать яснее и убедительнее о преимуществах девства, чем это сказано в вышеприведенных словах св. Ап. Павла?

Итак, цель обета девства– Богоугождение. "Угождение Богу и для сего освящение духа и тела есть цель подвизающихся в девстве", говорит Московский Митрополит Филарет: "по сему стремлению всею силою ума и любви ко Господу и по направлению всей деятельности к благоугождению Ему, девствующая душа и называется невестою небесного Жениха".

Такое учение о высоте и святости девства исповедывала вся христианская Церковь в течение первых 15-ти веков своего существования, вплоть до так называемой "эпохи Возрождения". "Эпоха Возрождения", бывшая по существу ничем иным, как возрождением язычества, принесла с собою новые веяния, в том числе и языческий культ плоти. Конечно, с культом плоти девство было несовместимо, а потому и началась якобы идейная борьба с девством. Девство было провозглашено противоестественным, противным природе, а потому и вредным. Начало этой мнимо-идейной борьбе с девством в недрах христианства, правда, уже отколовшегося от единения с истинной Церковью, положил знаменитый основатель протестантизма римско-католический монах и ученый богослов Др. Мартин Лютер.

Не будучи в силах бороться с одолевавшей его плотской похотью, он попрал данный им монашеский обет девства, женившись на монахине же. Как и всегда бывает в подобных случаях, этот шаг с целью оправдать свой противозаконный поступок был предварительно подготовлен "идеологически". Протестантизм объявил монашество упраздненным и начал яростную борьбу против девства. В крайнем увлечении своем этой борьбой, протестанты, а за ними и все столь многочисленные ныне сектанты, не остановились перед дерзкой хулой на Основоположницу девственной жизни – Пречистую Деву Марию. Они не пожелали исповедывать Ее Приснодевой, как исповедывала Ее на протяжении 15-ти веков вся христианская Церковь, и стали нечестиво учить – да простит нам Пречистая Дева это вынужденное повторение мерзкой хулы! – будто, после рождения от Нее Спасителя мiра, Она вступила со св. праведным Иосифом в брачное сожительство и имела от него других детей. Основание для такой хулы на Приснодеву протестанты и сектанты видят в упоминании в Евангелии о "братиях и сестрах Иисуса", а также в словах Евангелиста Матфея, заканчивающих повествование о Рождестве Христовом: "и не знаяше Ея, дондеже роди Сына Своего Первенца"... (1: 25).

Что касается "братьев и сестер Иисуса", то этот вопрос давно разрешен преданием, ведущим начало от первых веков христианства. К сожалению, протестанты отвергли Священное Предание, а с ним отвергли и истину. Эти "братья и сестры" не были родными братьями и сестрами Господа, а только считались таковыми в очах народа, как и св. прав. Иосиф считался "отцом Его", не будучи таковым в действительности (см., напр. Лук. 2: 48). Это были дети Иосифа-обручника от его первого брака. По другому преданию, они были детьми двоюродной сестры Пресвятой Девы Марии – Марии Клеоповой. Оба эти предания могут быть легко согласованы, если принять во внимание существовавший у евреев закон ужичества. Во всяком случае, известно, что у евреев назывались "братьями" вообще близкие родственники. Из весьма древнего предания известно, что св. Иаков, брат Господень, сопровождал св. Семейство во время его бегства и Египет, будучи уже взрослым, и, след., он был старше Господа Иисуса Христа, и не мог быть рожден после Него от св. Иосифа и Пресв. Девы Марии, как то утверждают протестанты.

Справедливо замечает Златоуст, что такой праведник, как Иосиф, не мог бы решиться познать Деву после того, как Она столь чудесно – от Духа Святого – сделалась Матерью Самого Сына Божия. И Сама Она несомненно дала обет всегдашнего девства. Иначе совершенно непонятен был бы и лишен смысла вопрос, который задала Она Архангелу Гавриилу в ответ на предречение его о рождении от Нее Сына Божия: "Како будет сие, идеже мужа не знаю?" (Лук. 1: 34).

Поэтому ничем иным, как кощунственной хулой звучать толкование протестантами слова "дондеже" – по-гречески: "эос" – употребленного св. Евангелистом Матфеем в вышеприведенных словах его повествования о Рождестве Христовом. Они переводят это слово, в смысле: "до тех пор, пока не", то есть, что Иосиф не знал Девы Марии до рождения от Нее Спасителя, но после познал Ее. Словно предвидя эту кощунственную хулу протестантов, св. Златоуст, еще за тысячу лить до их появления, учил: "Здесь Евангелист употребил слово "дондеже", но ты не подозревай из того, будто Иосиф после познал Ее. Евангелист дает этим только знать, что Дева прежде рождения была совершенно неприкосновенной". И далее св. Златоуст приводить целый ряд мест из Свящ. Писания, где это же греческое слово "эос" употребляется в смысле, противоположном тому, которое приписывают ему в данном месте Евангелия протестанты. "Это слово не означает определенного времени", говорит он, "то есть не полагает предела, дальше которого действие не продолжалось, не означает никакого срока. Так в повествовании кн. Бытия о всемiрном потопе сказано: "не возвратился вран в ковчег, доколе ("эос") не изсякла вода от земли (Быт. 8: 6)", но он и после не возвратился". "Также о Боге Писание говорит: "от века и до века Ты еси (Пс. 89: 2) ", но тем не полагает пределов". Равным образом и в Пс. 109 читаем: "Рече Господь Господеви Моему: седи одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих (Пс. 109: 1)", но и после покорения врагов Своих Сын Божий сидит одесную Бога Отца. У пророка Исаии находим: "Аще снидет дождь или снег с небесе, и не возвратится, дондеже напоит землю (55: 10)", но очевидно, что и напоивши землю, дождь не возвратится. В притче о немилосердном должнике говорится: "И прогневався господь его, предаде его мучителем, дондеже воздаст весь долг свой" (Матф. 18: 34), то есть в сущности навсегда, ибо как и чем мог он уплатит свой долг, находясь в руках мучителей? Это же слово "эос" употреблено и в прощании Господа с учениками: "И се Аз с вами есмь во вся дни до скончания века" (Матф. 28: 20); ведь не значить же это, справедливо замечает блаженный Феофилакт, что после скончания века Христос уже не будет с нами? Нет! тогда-то именно тем более будет.

Вот почему в русском синодальном переводе Евангелия слово "эос", или по-гречески: "дондеже", передано по смыслу: "как наконец" – "И не знал Ея, как наконец Она родила Сына Своего первенца"... Но протестантам и сектантам такой перевод, конечно, был не по вкусу. Им хотелось внести в это место мысль о том, что после Рождества Христова у Пресвятой Девы Марии были другие дети, рожденные естественным путем от Иосифа. Такое их желание для нас нисколько неудивительно, ибо они давно известны нам, как хулители девства и ненавистники Приснодевы. Но удивительно для нас и крайне прискорбно то, что нашлись среди русских православных богословов и даже священнослужителей лица, которые согласились сотрудничать с протестантами в такой тенденциозной порче евангельского текста. Мы имеем в виду предпринятые в эти последние два-три года Британским и Иностранным Библейским Обществом новый перевод Священного Писания Нового Завета на русский язык. В прошлом году многим лицам был разослан "пробный выпуск" этого перевода, содержащий новый текст Евангелия от Матфея. В сопроводительном листке и предисловии было указано, что этот новый перевод исполнен переводческой комиссией Британского Общества, во главе которой стоит православный епископ – профессор Священного Писания в Православном Богословском Институте в Париже и в которую входят "компетентные лица из разных православных кругов".

Очевидно в угоду протестантам и сектантам, эта комиссия перевела вышеуказанное место, повествующее о Рождестве Христовом, в чисто-протестантском духе: "И не знал Ея до тех пор, пока не родила Она"... Это "пока", усиленное к тому же словами "до тех пор", явно свидетельствует о проведении здесь переводчиком протестантской тенденции, тем более, что в целом ряде других мест того же Евангелия "эос" переведено иначе и ему не придается значения: "до тех пор, пока". Тут очевидно выражена кощунственная мысль протестантов о том ,что, после рождения Христа Спасителя, Пресвятая Дева Мария уже не хранила Своего девства, а вступила в брачное сожительство с прав. Иосифом.

Страшно за православного Епископа-профессора, страшно за православных русских богословов, которые согласились принять участие с протестантами и сектантами в этой отвратительной хуле на Пречистую и Пренепорочную Матерь Бога нашего, Которую наша св. Церковь прославляет, как "Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим". Вот к чему приводит эта тесная дружба с протестантами и сектантами и, особенно, материальная от них зависимость! Это далеко не единичный факт. Все современное мнимо-научное "православное" богословие, в большей или меньшей степени, уже пропитано духом протестантского либерализма, модернизма, скептицизма и критицизма. А особенно характерно для него отталкивание от подвига христианской жизни, состоящего по учению Слова Божия и Св. Отцев в непрестанной борьбе со страстьми и похотьми. Более же всего ненавистно ему девство, как высшая степень этого подвига, а потому и Приснодеву готово признать оно лишь обыкновенной женщиной.

Во всем этом нельзя не видеть подрыва устоев подлинного православного христианства, поскольку учение о подвиге борьбы со страстьми и похотьми и о девстве, как о высшем равноангельском состоянии, проходит красной нитью через все учение Слова Божия, через всю жизнь и Творения великих Отцев Церкви и подвижников, признанных Церковью святыми. Это – уже отступление от Православия, это – яд измены нашей св. Вере, тем боле опасный, что преподается он весьма искусно подмешанным к здоровой духовной пище, и остается неприметным для представителей современного расцерковленного общества, утратившего здоровый духовный вкус. И этим губительным ядом многие уже отравлены, да так, что и слышать не хотят, когда им, на основании Слова Божия и Свв. Отцев, ясно показывают, что они неправославно мыслят, неправославно чувствуют, неправославно строят свою жизнь.

На всех ревнующих о чистоте своей веры лежит долг борьбы за веру. Трудная эта борьба! Но это и благословенная борьба, ибо это – борьба за Веру Апостольскую, Веру Отеческую, Веру Православную, Веру, которая вселенную утвердила. Главный залог успеха в этой борьбе, – чтобы мы сами в своей личной жизни шли подлинно-православным путем подвига борьбы со страстьми и похотьми и были, по возможности, безукоризны. И тогда в этой священной борьбе за веру с нами будет Бог и Сама Пресвятая, Пречистая, Преблагословенная Славная Владычица наша Богородица и Приснодева Мария

Пасхальное обращение духовного руководителя Свято-Владимирских кружков молодежи.

Со светоносным днем Светлого Воскресения Христова поздравляю Вас, возлюбленные чада мои о Господе, и шлю Вам неизменно-радостный пасхальный привит: Христос Воскресе!

"Очистим чувстия, и узрим неприступным светом Воскресения Христа блистающася, и "радуйтеся" рекуща ясно да услышим, победную поюще", взывает к нам сегодня св. Церковь. Для того и принимаем мы на себя великопостный подвиг и все труды говения, чтобы "очистить чувствия" свои от всякой греховной скверны и тем полнее восприять "неприступный свет воскресения" и глубже ощутить пасхальную радость.

Выше и святее этой светлой пасхальной радости ничего нет на земле, ибо эта радость есть предвкушение того райского блаженства, которое предназначается в будущей жизни всем истинным христианам. Не можем мы не отметить, что настоящее, полное переживание этой радости сохранилось доныне только в Православии: одна только наша св. Православная Церковь празднует так светло и радостно Воскресение Христово. В эту единственную в году "воистину священную и всепразднственную спасительную нощь" стекаются в наши храмы и инославные, и иноверцы, и даже неверующие, безсознательно стремящиеся приобщиться света и радости Христовой Пасхи. Неприступный свет воскресения, сияющий в наших храмах, и всепокаряющая радость вашей дивной пасхальной ночи лучше всяких доказательств свидетельствует об истинности нашей св. Православной Вере. Наша святая Православная Вера это и есть подлинный свет Воскресения Христова, не омраченный никакими человеческими мудрованиями и измышлениями лже-именного разума.

Будем же дорожить этим лучезарным светом и этою, ни с чем земным несравнимою пасхальною радостью, как дорожили ими никогда наши предки на Святой Руси, от глубины души приветствовавши друг друга в этот день лобзанием святым. И будем горячо молить Воскресшего Господа, чтобы вновь с прежнею силою возсиял этот свет на нашей несчастной Родин, и, освобожденная от ига мрачного безбожия, вновь наслаждалась бы она этой несказанно-светлой и чистой пасхальной радостью.

Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа тридневно Воскресшего и живот вечный нам даровавшего!

Не продавайте вашего первородства за чечевичную похлебку!

"Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь
рабами человеков"
(1 Коринф. 7, 23).


Величайшее, безпримерное в истории чудо Воскресения Христова является, как мы знаем, основанием христианской веры, краеугольным камнем всего христианства. Об этом так со всею решительностью свидетельствует великий Апостол языков Павел: «Если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера наша» (I Кор. 15, 14-17). Поэтому не может не почитаться весьма знаменательным то, что только одна наша Православная Церковь отводит воспоминанию этого славного события главное, центральное место в богослужебном году и празднует его, как «праздников праздник и торжество торжеств». У всех остальных именующих себя «христианами», давно уже в большей или меньшей степени померкло значение этого праздника. А некоторые, по какому-то недоразумению или недомыслию все еще считающие себя «христианами», дошли до того, что совсем отвергают веру в Воскресение Христово, как в событие, действительно имевшее место в истории, и предлагают понимать его только аллегорически.

Нам, православным христианам, верующим в великую истину Воскресения Христова и доныне его торжественно празднующим, в эти переживаемые нами дни его празднования особенно полезно и даже необходимо вспомнить, что это величайшее событие, явившееся основанием христианства, было оклеветано иудеями путем подкупа.

Вот как разсказывает об этом Евангелие: «Некоторые из стражи (приставленной ко гробу Христа Спасителя), вошедши в город, объявили первосвященникам о всем бывшем. И сии собравшись со старейшинами и сделавши совещание, довольно денег дали воинам и сказали: скажите, что ученики Его, пришедши ночью, украли Его, когда мы спали; и если слух об этом дойдет до правителя, мы убедим его и вас от неприятности избавим. Они, взявши деньги, поступили, как научены были. И пронеслось слово сие между иудеями до сего дня» (Матф. 28, 11-15). И сколь ни нелепа была эта клевета, сама себя опровергавшая, она не только пережила времена св. Апостола, писавшего об этом, но дожила и до наших дней. И теперь еще не только иудеи, но и другие из числа неверующих, если вы заговорите с ними о Воскресении Христовом, нередко повторяют ту же безсмысленную клевету.

Такова сила и действенность подкупа.

С тех пор как некогда в Ветхом Завете Исав продал свое первородство Иакову за чечевичную похлебку (Быт. 25, 29-34), не перестает идти в мiре эта постыдная продажа: одни с нечистыми, гнусными целями покупают, а другие продают свое первородство – свою честь и достоинство, свою совесть, свои убеждения за деньги и за разного рода земные блага. Самый страшный в истории человечества пример этой отвратительной купли-продажи – это предательство Иуды, продавшего своего Божественного Учителя – Самого Сына Божия, пришедшего в мiр для спасения человека, – за тридцать сребренников первосвященникам и старейшинам иудейского народа, обуянным гордостью, завистью и злобою.

История повторяется, и многие следуют этим мрачным примерам прошлого, продавая, подобно Иуде, если не Самого Христа Господа (потому, что это теперь невозможно), то веру в Него, непорочную Невесту Его – Святую Церковь, и все святое и возвышенное, что связано с истинно-христианской Православной верой. Продают и за деньги и за всевозможные другие тленные блага земные, отказываясь, подобно Исаву, от своего первородства – высокого звания православного христианина, ради удовлетворения трех основных греховных страстей: похоти плоти, похоти очес и гордости житейской (I Иоан. 2, 16). Эти подлинно несчастнейшие из несчастнейших жалкие торгаши, торгующие своею собственною совестию, забывают страшные, предостерегающая слова Господа: «КАКАЯ ПОЛЬЗА ЧЕЛОВЕКУ, ЕСЛИ ОН ПРИОБРЕТЕТ ВЕСЬ МIР, А ДУШЕ СВОЕЙ ПОВРЕДИТ? ИЛИ КАКОЙ ВЫКУП ДАСТ ЧЕЛОВЕК ЗА ДУШУ СВОЮ?» (Матф. 16, 26).

Какое поистине безумие – за блага временные, тленные продавать блага вечные, нетленные, небесные.

Но чем глубже и глубже опускается мiр в бездну «отступления», предреченного Словом Божиим (2 Сол. 2, 3), тем меньше и меньше людей, понимающих это, отдающих себе ясный отчет в этом.

И в частности, какими-то слепыми в этом отношении сделались многие православные русские люди, подлинно за «чечевичную похлебку» продавшие врагам своей веры и Родины свое «первородство» и очутившиеся вследствие этого в многоскорбном изгнании, далеко за пределами родной страны, но и здесь – увы! – еще не все и не вполне прозревшие. Некоторые же и тут сознательно или безсознательно продолжают торговать своим православно-христианским достоинством, своею совестию и общими нашими духовными ценностями. А сколько здесь заграницей людей, постоянно предлагающих несчастным, сбитым с толку русским людям подобного рода постыдные сделки! Есть, конечно, и тут, – мы этого не отрицаем, – отзывчивые и добрые люди, искренно желающие помочь обездоленным и безприютным, часто даже голодающим, русским изгнанникам, но сколько вместе с тем и лютых врагов нашей Веры и Родины, – врагов явных и тайных, лицемерно прикрывающихся личиной милосердия и путем оказания внешней помощи преследующих только свои собственный темные цели.

Среди таковых имеются представители всех так называемых «инославных», начиная от римо-католиков и кончая самыми крайними носителями идеологии протестантизма, в виде всевозможных, безчисленных сектантов, из которых многие почти утратили всякую связь с христианством и только по недоразумению или, может быть, даже со злонамеренным умыслом, называют себя «христианами». Мы не говорим о тех немногих отрадных случаях искреннего тяготения «инославных» к Православию, которое всюду теперь наблюдается, не говорим о подлинных друзьях Православия, которых, к сожалению, очень и очень мало (ибо нужно взойти на большую духовную высоту, чтобы стать действительным другом Православия, а на это, конечно, немногие способны), а говорим о той страшной духовной опасности, которая угрожает православным русским людям со стороны довольно многочисленных мнимых «друзей Православия», стремящихся путем оказания материальной помощи и всякого рода земных благ купить совесть русских людей и тем духовно поработить их. В особенности же эти лукавые враги Христовой веры более или менее откровенно в зависимости от того, с кем имеют дело, стараются купить пастырей нашей Церкви и наиболее видных и влиятельных церковных деятелей, дабы заставить их служить не Христу Спасителю и делу спасения людей, а себе и своим целям.

А цели эти ясны.

Кто ведет упорную вековечную борьбу с истинной Верой и Церковью Христовою, явно и тайно стремясь увлечь служителей истинной Церкви на путь отступления от Истины и тем воспрепятствовать делу вечного спасения людей, как не исконный враг Божий и враг человеческого спасения?

Пора уже начать трезво смотреть на вещи и не обольщать себя столь противными учению Слова Божия несбыточными мечтами о каком-то «прогрессе», надеждами на светлое будущее человечества здесь на земле. Не нужно закрывать глаза на то, что происходит ныне в мiре, а нужно верить и внимать ясным и определенным предсказаниям Слова Божия. ТОГДА ЯСНО СТАНЕТ, ЧТО В МIРЕ ИДЕТ СЕЙЧАС САМАЯ НАПРЯЖЕННАЯ РАБОТА ПОДГОТОВКИ ВСЕХ НЕОБХОДИМЫХ УСЛОВИЙ ДЛЯ ВОЦАРЕНИЯ АНТИХРИСТА. И в этой напряженной работе принимают деятельное участие, в той или иной форме, все враги Православия, хотя бы они и называли себя «христианами» и даже – «православными», поскольку они носят одно лишь имя, не отвечающее их действительному внутреннему настроению.

Обо всем этом многократно предупреждали все великие столпы нашей Российской Церкви последнего времени: Митрополит Филарет Московский, Епископ Игнатий (Брянчанинов), Епископ Феофан, Вышенский Затворник, прославленные старцы Оптинские и приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский, не раз говоривший: «МЫ ПЕРЕЖИВАЕМ УЖАСНЫЯ ВРЕМЕНА, ПОВИДИМОМУ ПОСЛЕДНИЯ» и указывавший на исполнение признаков близости Второго Пришествия Христова и последнего Страшного Суда Божия.

Слуги грядущего Антихриста, подготовляя его временное торжество в мiре, спешат купить себе возможно больше душ человеческих, стараясь прельстить, «аще возможно и избранныя» (Матф. 24: 24). И эти старания их, как мы уже видим и теперь, не остаются безуспешными. Труд их значительно облегчается тем, что, по знаменитому предречению св. Нифонта Цареградского, «занимающие престолы священства во всем мiре, в эту последнюю эпоху существования мiра, будут вовсе неискусны и не будут знать художества добродетели... ВСЕ БУДУТ НИЗЛОЖЕНЫ ЧРЕВОУГОДИЕМ И ТЩЕСЛАВИЕМ... СРЕБРОЛЮБИЕ БУДЕТ ЦАРСТВОВАТЬ ТОГДА... и многие падут в пропасть, заблуждаясь в широте широкаго и просторнаго пути» (Преп. Варсануфия Вел. и Иоанна «Руководство к духовной жизни» стр. 496).

Поэтому нужна большая осторожность во всех тех случаях, когда нам предлагается в каком бы то ни было виде материальная помощь. Мы должны хранить строгую бдительность и решительно отказываться от такой помощи, которая может поработить нас, лишить духовной свободы и сделать пленниками врагов св. Православия. Надо помнить, что в нынешнее время весьма редко кто оказывает помощь вполне безкорыстно, не налагая никаких обязательств, если не явных, то скрытых. И если даже никаких таких обязательств не налагается формально, то почти всегда неизбежны обязательства внутреннего порядка: получивший помощь чувствует себя как-то обязанным своему «благодетелю» – он уже не вполне свободен, он связан психологически-естественным чувством благодарности тому, кто оказал ему помощь.

Печальные фанты такого духовного порабощения налицо: это – наши церковные расколы, созданные в угоду мнимым «друзьям Православия», постоянные нестроения то тут, то там, смуты в отдельных приходах, ренегатство отдельных лиц, изменяющих Православию и переходящих то в католичество «восточного обряда», то в баптизм или еще какую-нибудь секту и т. п. Ошибочно было бы видеть во всем этом результат только принципиальных убеждений, принципиальных споров и расхождений. В очень значительной мере все это обязано отнюдь не идейным побуждениям, а тому «презренному металлу», который в нужных случаях довольно щедро раздается «безкорыстными благотворителями».

Если серьезно обдумать и взвесить все, свидетелями чего мы явились в последние годы, само собой напрашивается заключение, что гораздо благоразумнее и безопаснее нам, православным, самим строить, как свою личную, так и общественную, а, в особенности, конечно, церковную жизнь, своими собственными силами и средствами, полагаясь не на человеческую помощь со стороны разных «инославных» и всяких сомнительных. в духовном отношении организаций, а только на помощь Божию, которая в таких случаях не замедлит. Наш главный грех в том, что мы ныне слишком много надеемся на людей и слишком мало, а то и совсем не надеемся на Бога. Поэтому мы и не заслуживаем помощи Божией.

А эту всесильную помощь Божию мы всегда сможем заслужить, если во главу угла нашей жизни будем ставить не материальные ценности и не удовлетворение страстям сластолюбия и сребролюбия, а единственно – ВЕРНОСТЬ ИСТИННОЙ ЦЕРКВИ ХРИСТОВОЙ, ХРАНЯЩЕЙ СЕБЯ ОТ ПОРАБОЩЕНИЯ СЛУГАМ АНТИХРИСТА. На всех верующих лежит святой и радостный долг – И НРАВСТВЕННО И МАТЕРИАЛЬНО ПОДДЕРЖИВАТЬ И ОБЕЗПЕЧИВАТЬ СУЩЕСТВОВАНИЕ СВОЕЙ ЦЕРКВИ, и им должно с большой осторожностью обращаться за помощью к посторонним. А то, что мы, по большей части, бедны, и наши возможности весьма ограничены, это не страшно. Лучше создавать что-либо скромное и малое, но на свои собственные трудовые гроши, чем подвергать себя риску изменить истинной Церкви, пользуясь обязывающей нас помощью духовно чуждых нам организаций.

ДОРОЖИТЕ ЖЕ, БРАТИЕ, СВОЕЙ ДУХОВНОЙ СВОБОДОЙ И НЕ ПРОДАВАЙТЕ ВАШЕГО ПЕРВОРОДСТВА ЗА «ЧЕЧЕВИЧНУЮ ПОХЛЕБКУ» ТЛЕННЫХ ЗЕМНЫХ БЛАГ!

К Восьмому Епархиальному Собранию 1955 года.

В восьмой раз, по ясному смыслу постановления Всероссийского Поместного Церковного Собора 1917-1918 г. г., в нашей Епархии, сохранившей верность Русской Зарубежной Церкви, созывается Епархиальное Собрание. Ежегодно созываемое Епархиальное Собрание является здесь в Америке типичной особенностью только нашей Северо-Американской и Канадской Епархии, руководствующейся в жизни своей священными канонами Православной Церкви.

Священнослужители и выборные представители от мiрян, пребывающие в надлежащем каноническом повиновении своему Архипастырю, съезжаются на несколько дней и, совместно со своим правящим Архиереем и его викариями, обсуждают насущные вопросы церковной жизни и намечают пути дальнейшей работы. Эти собрания отнюдь нельзя разсматривать, как проявления какого-то «демократического» начала в Церкви, где все решается «большинством голосов». На них дышит дух истинной соборности, которая ощущает свое единение со всею Вселенскою Церковью и не может допустить ничего, что было бы противно Слову Божию, канонам Церкви, святоотеческому Преданию и всем спасительным церковным установлениям. Нет и не может быть места тут всякого рода безответственным демагогическим выступлениям. Таковые, если бы были допущены, неминуемо вызвали бы решительное осуждение и были бы пресечены в самом начале, как посягающие на целостность и незыблемость основных свойств и признаков Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.

.Единственная цель созыва наших Епархиальных Собраний – помочь друг другу получше разобраться в том, как и какими путями вести и строить нашу церковную жизнь, дабы наиболее совершенным образом достигалась всеми верующими основная цель христианства – спасение души в жизнь вечную. Таково именно назначение всех предлагаемых к слушанию и обсуждению докладов, составление которых заранее поручается епархиальной властью наиболее осведомленным лицам, хорошо знакомым с тем или иным вопросом церковной жизни. Эти доклады, раскрывая перед слушателями положительное учение Церкви, указывают вместе с тем и на те отрицательные явления современности, которые грозят подкопать вековые устои христианской веры и нравственности, стремятся отвести верующих от Церкви, расшатать и поколебать самые начала, на коих утверждена Пастыреначальником-Христом, св. Апостолами и их благодатными преемниками Св. Церковь, и тем лишить верующих надежды спасения.

Спасение душ в жизнь вечную – вот единственная цель основания Церкви!

Надо ли говорить о том, сколь многими это главное и основное теперь как-то забывается?

А между тем, Христос-Спаситель пришел на землю не для чего другого, по Его же Собственным словам, как только для того, чтобы «взыскати и спасти погибшаго» (Лук. 19: 10), «да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Иоан. 3: 15-16). Потому-то мы и называем Его Спасителем!

Но эта ясная и простая цель, ради которой и основана Церковь, – цель столь очевидная и несомненная для каждого, кто без предвзятых мыслей читает св. Евангелие, в наш духовно-нездоровый век, как и многое другое, совершенно извращается. Слишком простые и наглядные истины теперь «не в моде»: все надо как-то осложнить и «затуманить». И вот, даже люди, считающие себя «богословами» и притом еще «православными», хотят видеть ныне какую-то другую цель в пришествии Сына Божия на землю и в основании Им на земле Своей Церкви. А сколь многие в наши дни стремятся использовать Церковь и церковные учреждения в своих чисто-земных, иногда даже явно-преступных целях, ничего общего с делом спасения души не имеющих. Для этого нередко принимают они деятельное участие в церковной жизни, стараются занять в ней руководящие должности и –страшно сказать! – не останавливаются иногда и перед притворно-лицемерным облечением в священный сан.

Сколько всяких неурядиц и смут производят такие лица, потерявшие совесть, в современной церковной жизни! А таковые, в наше лукавое безвременье, встречаются почти повсюду.

Наше Восьмое Епархиальное Собрание, состоявшееся в Нью-Йорке – в Вознесенском кафедральном соборе на Бронксе, в Неделю о Самарянине 2-15 мая с. г. и два последующих дня, было особенно знаменательно. С полным единодушием оно решительно высказалось против всякого рода новшеств, как в учении, так и в церковной практике, против всяких попыток обновленчества, «модернизация и реформаторских стремлений – за твердое стояние в древлем Апостольском и святоотеческом Православии. Ярко была подчеркнута участниками Собрания недопустимость и совершенная нетерпимость в Церкви никакого другого устройства и управления, кроме того, какое установлено самими Св. Апостолами, их учениками – Мужами Апостольскими и Святыми Отцами на Вселенских и Поместных Соборах.

В основе церковного устройства и управления должно лежать 34-ое Апостольское правило, которое гласит, что «Епископам всякого народа подобает знати перваго в них, и признавати его яко главу, и ничего превышающего их власть не творити без его разсуждения... но и первый ничего да не творить без разсуждения всех». Было указано, что против этого основного канона погрешили как иерархи, сделавшие себя слепым орудием богоборческой власти в так наз. Советском Союзе, так и иерархи, отколовшиеся от единой Русской Церкви заграницей. Епархиальное Собрание высказало решительное осуждение, как самочинно отделившимся от Русской Церкви, так и подчинившим Св. Церковь безбожной диктатуре, вопреки принципу подлинной соборности, столь ясно выраженному в вышеприведенном 34-м Апостольском правиле.

Как во главе всей Поместной Церкви, так и во главе каждой отдельной части ее, законно Соборной Властью определенной, стоит Апостольский преемник – Епископ. Без Епископа, как ясно учат Мужи Апостольские и Святые Отцы, нет Церкви.

«Внимайте епископу, дабы и Бог внимал вам», учит современник Св. Апостолов священномученик Игнатий Богоносец, Епископ Антиохийский (По преданию, бывший тем дитятею, которое взял на руки Господь Иисус Христос, уча Апостолов смирению, как разсказывается об этом в Евангелии Марк. 9: 33-37) в своем послании к св. Поликарпу Смирнскому (Гл. VI).

«Без епископа никто не делай ничего, относящегося к Церкви» (Он же в послании к Смирнянам гл. VIII).

«Кто будет почитать себя больше епископа, тот пропал совершенно» (Послание к Поликарпу его же гл. V).

«Делающий что-нибудь без ведома епископа служит диаволу» (Послание к Смирнянам IX гл.).

«Епископ в Церкви, и Церковь в Епископе», учит священномуч. Киприан Карфагенский: «и если кто не с епископом, тот вне Церкви».

Во главе отдельных Приходов, являющихся малыми церквами, стоят Пастыри – Священники. Они поставляются Епископом, как его помощники и проводники его Апостольской власти. Как Епископы являются вдохновителями и устроителями всей Церкви, так и Священники, находящиеся в каноническом подчинении и послушании у своих Епископов, являются устроителями и ответственными руководителями малых церквей – приходов. Верующие мiряне, избираемые в церковно-приходские советы, согласно определению Всероссийского Поместного Собора 1917-1918 г. г. как это ясно видно из Введения к выработанному этим Собором Приходскому Уставу, отнюдь не являются какими-то полновластными распорядителями, или «правлением» прихода, а всего лишь «ближайшими помощниками своего пастыря и проводниками его начинаний в приходе», причем избираться они должны не по какому-либо иному признаку (напр. партийному), как только по признаку своего подлинного христианского благочестия и усердия к церкви.

Отсюда совсем нельзя делать вывода, будто мiряне являются каким-то безправным элементом в Церкви, как это злонамеренно хотят представить противники канонического строя церковной жизни и поборники противоестественной «церковной демократии». Верующие мiряне, если они действительно верующие, ставящие во главу угла своей жизни спасение души в жизнь вечную, обязаны полным послушанием своим пастырям, но лишь до тех пор, пока сами пастыри хранят непоколебимое послушание Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Как только пастырь отпадает от истинной Церкви в ересь или раскол, отвергая догматы или каноны Церкви, мiряне разрешаются от послушания отпавшему. Об этом ясно говорит Послание Восточных Патриархов 1848 г., признанное Символической Книгой нашей Церкви:

«У нас ни Патриархи, ни Соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое тело Церкви, то есть самый народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменной и согласной с верою отцев его» (см. пар. 17). И мы знаем, как наш русский народ показал себя подлинным хранителем благочестия, в недавнее время, в отношении к так наз. «Живой Церкви» и «обновленчеству» своим решительным отказом признать благодатными и каноническими эти противные Св. Православию новообразования.

На столь же решительную точку зрения стало наше Епархиальное Собрание и в отношении к нашему печальному церковному расколу заграницей. «Не может быть у нас молитвенного общения с раскольниками, доколе они упорствуют в расколе» – постановило оно, в полном согласии с канонами Церкви, ссылки на которые приводили именно мiряне, участники Собрания. Такое отношение наших верующих мiрян к заграничному церковному расколу оправдывается свидетельствами Св. Отцев. «Ничто так не оскорбляет Бога», говорит, напр., св. Иоанн Златоуст, «как разделения в Церкви. Хотя бы мы совершили тысячу добрых дел, подвергнемся осуждению не меньше тех, которые терзали Тело Господа, если будем расторгать целость Церкви. Такого греха не может загладить даже кровь мученическая» (том XI, 102). Если мы обратимся к причинам раскола в нашей Русской Зарубежной Церкви, то увидим, что тяжесть этого греха усугубляется стремлением зачинщиков его ввести какое-то «нео-христианство», «нео-православие», взамен подлинного Апостольского и Святоотеческого Православия. Это уже не простой раскол, но отступление от Православия в духе, близком к протестантизму и даже к древним ересям, вроде гностицизма. Не случайна поэтому у отколовшихся от нас эта тесная дружба с протестантами и участие в так наз. «экуменическом движении». Это еще более углубляет раскол и осложняет наши взаимоотношения с раскольниками, затрудняя возстановление нашего церковного единства.

Сделанные на Епархиальном Собрании доклады ясно показали, в каком исключительно-тяжелом положении находится в нынешнее время наша Православная Церковь, обуреваемая и раздираемая, как внешними, так и внутренними врагами. А потому единственный путь для всех тех, кто еще не перестал считать целью своей жизни спасение души, это – сугубое духовное бодрствование и твердое стояние в чистой неповрежденной вере и преданности истинной Церкви, свято хранящей эту веру.

Более всего надо бояться всякой «самости», всякого своеумия и самочиния – противопоставления самого себя голосу Церкви, идущему к нам из глубины Апостольской и Святоотеческой древности. Для этого весьма полезно помнить замечательное изречение великого подвижника и наставника духовной жизни VI-го века Аввы Дорофея:

«Не знаю другого падения, кроме сего, когда человек последует самому себе. Видел ли ты падшаго, – знай, что он последовал самому себе. Нет ничего опаснее, нет ничего губительнее сего».

К пастырскому совещанию в Свято-Троицком монастыре.

«Вы есте соль земли: Вы есте свет мiра:»
(Матфея 5: 13-14).


Во второй раз уже собираются пастыри нашей Северо-Американской и Канадской Епархии на свое годичное «пастырское совещание». Прекрасная идея созыва таких совещаний принадлежит самим нашим пастырям, из числа наиболее ревностно относящихся к делу своего пастырского служения. Значение этих совещаний – не преимущественно церковно-юридическое, как Епархиальных Собраний, в которых тоже принимают участие пастыри, а исключительно моральное, духовно-нравственное. В этом отношении пастырские совещания служат чрезвычайно важным восполнением Епархиальных Собраний, тем более, что в них участвуют одни лишь пастыри, которые наедине друг с другом, в отсутствии мiрян, могут более свободно и откровенно высказываться, касаясь самых интимных сторон своего пастырского служения.

По общему желанно, пастырские совещания происходят в Свято-Троицком монастыре, в течение трех дней подряд, – со вторника до четверга, дабы не отрывать пастырей от их приходов в дни субботние и воскресные, – в строго-монастырской обстановке, насыщенной духовным содержанием: с ежедневными уставными Богослужениями, в которых принимают участие все собравшиеся, с общей постнической трапезой, за которой читаются жития святых, с говением и исповедью у избранных духовников, почему и определены для этого дни Апостольского поста, наиболее удобного для пастырей, и т. д.

В течение дня читаются доклады на предварительно намеченные темы, а затем происходит обсуждение этих докладов и взаимный обмен мнениями по затронутым темам. В свободные промежутки времени пастыри имеют возможность ближе познакомиться друг с другом и откровенно, дружески обо всем побеседовать.

Велико значение таких пастырских встреч, как велико значение самого пастырского служения и пастырского звания!

Ведь тут собираются не обыкновенные смертные, а все люди, которые, по милости Божией, облагодатствованы великим, ни с чем земным не сравнимым даром в святейшем таинстве Священства, люди, которым дана от Самого Господа страшная власть «вязать» и «решить» (Матф. 18, 18; Иоан. 20: 22-23), люди, которым вверено величайшее и ответственейшее из всех дел – ДЕЛО ВЕЧНОГО СПАСЕНИЯ ЛЮДЕЙ.

Обращаясь к Своим ученикам, а в их лице и ко всем их преемникам – пастырям, Христос-Спаситель сказал им: «Вы есте соль земли: Вы есте свет мiра» (Матф. 5: 13-14). В этих образных выражениях необыкновенно сильно передается вся сущность, все величие и вся необходимость для грешного человечества такого спасительного установления, как пастырское служение. Он указывают также и на тот характер внутреннего облика души, который должен, при благодатной помощи Божией, возгревать в себе каждый желающий быть истинным пастырем.

Истинный пастырь должен быть «солью земли».

Что это значит?

Соль имеет силу сообщать свое свойство – соленость – тем веществам, к которым она примешивается. Так и пастыри не должны таить в глубине своей души свою веру, свою христианскую настроенность, заботясь только о своем личном спасении, но должны безбоязненно, открыто и ревностно исповедывать свою веру, до самозабвения самоотверженно стараясь о насаждении учения Христова, об утверждении истинной веры и нравственности христианской в окружающих людях. Своею верою и благочестием они должны служить примером для пасомых – делать их тем, чем они сами стали, как соль делает солеными все те другие вещества, с которыми приходить в тесное соприкосновение.

Для просоления какого-нибудь вещества, как напр., воды, достаточно бывает самого малого количества соли. Так и истинный пастырь, если он – соль не обуявшая, способен осолить силою своей веры и благочестия огромное множество пасомых, производя благодатный духовный переворот в их умах и сердцах.

Соль не изменяет ни сущности, ни внешнего вида веществ, в которых растворяется, а только дает им свой особый соленый вкус. Так и пастыри должны видеть идеал своей деятельности не в каких-либо внешних реформах, не в ломке гражданских порядков, общественного и семейного быта, а – в изменении нравов людей, в очищении и облагорожении человеческих душ, в придании ему особого вкуса – возвышенного евангельского духа и характера.

Соль имеет силу предохранять вещества, к которым она примешивается, от гниения и порчи. Точно также и пастыри словом своим, солью духовной мудрости растворенным, и примером своей жизни, освященной благодатию, должны предохранять своих пасомых от духовного растления, то есть от всякого рода пороков, страстей и заблуждений, должны противодействовать распространению между ними растленных обычаев и привычек и утверждать их в вере и подлинном христианском благочестии.

Соль имеет острый вкус и разъедающую силу. И истинные пастыри, уже по самому своему настроению и образу жизни, и в этом отношении подобны соли для всёх противящихся Христову учению. Для людей мiра сего, не желающих жить по-христиански, пастыри, так сказать, «солоны» и естественно подвергаются с их стороны даже гонениям, по слову Самого Господа: «Аще от мiра бысте были, мiр убо свое любил бы: якоже ОТ MIPA НЕСТЕ, но Аз избрах вы от мiра, СЕГО РАДИ НЕНАВИДИТ ВАС МIР» (Иоан. 15: 19), а также и по слову св. Ап. Павла: «Вси хотящии благочестно жити о Христе Иисусе гонимы будут» (2 Тим. 3: 12).

Как соль, хотя имеет острый вкус, делает пищу более вкусной и приятной для еды, так и истинные пастыри преображают к лучшему всю человеческую жизнь, делая ее более приятной в духовном смысле для людей и возбуждая нередко удивление и уважение к ним даже со стороны противников христианства.

Что же именно делает христианского пастыря «солью» для других людей?

Это – благодать Святого Духа, просвещающая и освящаяющая его, в таинстве священства немощная человеческая врачующая и оскудевающая восполняющая. Без благодати Божией не только пастырь, но и всякий человек, по учению Слова Божия, «окаянен и беден, и нищ, и слеп, и наг» (Апокалип. 3: 17). А таковой может ли быть «солью» для других людей? Может ли он, будучи сам слепым, указывать путь другим? Может ли тот, кто сам окаянен и нищ и наг, давать другим то, чего сам не имеет?

Таким образом, быть «солью земли» это значит быть проводником в нее Божественной благодати. Вот почему главной заботой пастыря в течение всей его земной жизни должно быть самое трезвенное и бодрственное попечение о том, как бы самому не утратить эту Божественную благодать, как бы не сделаться той «солью обуявшей», о которой говорит Христос-Спаситель, что она уже ни к чему не годна, как разве выбросить ее вон на попрание людям (Матф, 5: 13).

Истинный пастырь не должен успокаиваться на сознании, что им получена Божественная благодать в таинстве священства, и надеяться на то, что он, при всех условиях, даже при самой порочной жизни, останется носителем и раздаятелем ее для верующих.

Не напрасно Св. Ап. Павел увещевает ставленника своего молодого Ефесского Епископа Тимофея: «Воспоминаю тебе ВОЗГРЕВАТИ дар Божий, живущий в тебе возложением руку моею» (2 Тим. 1:6). Этот великий благодатный дар необходимо постоянно возгревать, дабы он не погас, ибо погасши однажды, он уже не может быть снова возжен, как и соль, потерявшую свою силу, уже нельзя сделать снова соленой. Потому-то великий Златоуст в своих знаменитых «Словах о священстве» и говорит, что пастырю не следует «ожидать суждений от других, когда случится совершить грех, заслуживающий извержение, но ранее самому отречься от этой власти. Таким образом еще возможно будет получить помилование от Бога; удерживать же себя в этом достоинстве вопреки благопристойности – значит лишать себя всякого прощения и еще более воспламенять гнев Божий, прилагая к одному другое тягчайшее преступление» (Слово 3-е, стр. 423). И мы знаем из многих исторических повествований христианской древности, что пастыри, впавшие в тяжкий, заслуживающий извержение из сана грех, так и поступали. Сознавши, что они угасили в себе благодатный дар Божий, они сами добровольно оставляли свое служение, чтобы проводить всю остальную жизнь свою в подвигах покаяния.

Истинный пастырь должен быть «светом мiра».

Называя Своих учеников, а в лице их и всех пастырей, «светом мiра», Христос-Спаситель тем самым призывает их быть отражением Божественного Света в мiре, ибо в собственном смысле слова только Он один есть «Свет мiру» (Иоан. 9: 5), «Свет истинный иже просвещает всякаго человека грядущаго в мiр» (Иоан. 1: 9), а люди могут светить другим, лишь отражая в себе этот Божественный Свет.

Просветившись этим Божественным Светом, истинный пастырь, по мысли Господа, должен стать светильником для других людей, прогоняя тьму неведения, просвещая их умы верою и познанием вещей мiра духовного, согревая сердца их любовию к Богу. Все дела и поступки пастыря должны быть чисты, светлы и назидательны, так чтобы, смотря на них, пасомые сами зажигались бы Божественною ревностью, стремясь к искреннему нелицемерному Богоугождению.

Страшась, как бы не сделаться «солью обуявшею», пастырь должен более всего бояться, как бы не померк в нем этот Божественный Свет и как бы не стал он, вместо носителя Света Христова, сеятелем тьмы и диавольского мрака. А для этого, по наставлению Слова Божия, пастырь должен в первую очередь заботиться о чистоте своего сердца и своей личной жизни: он должен вести непрерывную «невидимую брань» с возникающими в душе греховными помыслами, усмирять и порабощать тело свое (1 Кор. 9: 27), распинать плоть свою со страстьми и похотьми (Гал. 5: 24), «духом ходить» и не исполнять вожделений плоти (Гал. 5: 16-17), как заповедует Апостол.

Высоким примером такого истинного пастыря, бывшего подлинно «солью земли» и «светом мiра», явился в наши дни великий всероссийский пастырь приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский. Его духовный облик и должен постоянно предноситься нашему мысленному взору; его дивный дневник, отражающей в себе «благодатное озарение души, которого он удостоился от всепросвещаюшаго Духа Божия в минуты глубокаго к себе внимания и самоиспытания, особенно во время молитвы», должен быть настольным руководством для каждого пастыря.

Признавая великого Кронштадтского пастыря, как несомненного угодника Божия, непререкаемым авторитетом для себя в нынешнее время, мы должны, подобно ему, здраво и трезво смотреть на окружающею нас жизнь, не закрывая глаз на современную грозную действительность; должны распознавать знамения времен, по заповеди Спасителя (Матф. 16: 34; 24: 32-33), а не предаваться легкомысленной безпечности и «прекраснодушной» мечтательности, способной Антихриста принять за Христа.

Ведь во времена о. Иоанна Кронштадтского еще не было на месте Православной России богоборческого государства, основанного на злобе и насилии и не без успеха пытающегося завладеть всем мiром, а между тем вот что говорил он еще тогда в своих вдохновенных проповедях:

«Ныне страшное время безверия и ОТСТУПЛЕНИЯ от Бога, время потрясающих душу беззаконий всякого рода; многие люди обратились нравственно в диких зверей или злых гениев или духов. Нет для них ничего святого»... («Новыя слова, произнесенныя в 1906-7 г. г.» стр. 78).

Что сказал бы наш богоозаренный праведник теперь, если бы судил ему Бог пережить с нами все кровавые ужасы, происшедшие на нашей Родине с 1917 г. и последнюю, неслыханную в истории человечества по своей жестокости и разрушительности, мiровую бойню?

Какие же выводы делал тогда о. Иоанн из наблюдений над окружающей жизнью?

А вот какие! – «Повидимому, скоро наступит день Втораго пришествия Христова, – ибо наступило предсказанное в Писании ОТСТУПЛЕНИЕ от веры» (там же, стр. 32-33).

«Ум цепенеет и сердце содрогается при виде особенно нынешняго огульного неверия, коим заражена современная интеллигенция»... (стр. 65).

«Чего ожидать впереди?... Снова ли приходить на землю Христу? Снова ли распинаться и умирать за нас? Нет; – полно глумиться над Богом; полно попирать Его святые законы. Он Скоро придет, но придет судить мiр и воздать каждому по делам. Может быть, скоро услышим мы грозную весть «Се Жених грядет в полунощи»... (стр. 38-39).

«О, слепые, о жестоковыйные и необрезанные сердцем», скорбно восклицает о. Иоанн, обращаясь не только к современным ему, но и к нынешним скептикам-неверам: «Не на ваших ли глазах все события, предсказанные Евангелием и ныне сбывающияся? – вот войны истребительныя, голодовки, моровыя поветрия. Неужели и теперь не верите в правосудие Божие? Но знайте: СУД ПРИ ДВЕРЕХ, И ГОСПОДЬ СКОРО ГРЯДЕТ СО СЛАВОЮ СУДИТЬ ЖИВЫХ И МЕРТВЫХ» («Живой колос» стр. 97).

«Что же», говорят некоторые неразумные люди, упорно не хотящее видеть знамения времен: «надо погрузиться в отчаяние и сесть, сложа руки, ожидая кончины мiра и Второго Пришествия Христова?»

Кто же говорит это? Совсем напротив: нужна самая энергичная деятельность, кипучая работа над собою, решительная и непримиримая борьба со злом, все разрастающимся в мiре – борьба не на жизнь, а на смерть с Антихристовым злом во имя Христово.

И в этой борьбе первое место, конечно, должно принадлежать пастырям истинной Христовой Церкви. Начинать эту борьбу надо с борьбы со злом в своем собственном сердце и с призыва к покаянию, как это и делал постоянно наш великий праведник, горячо взывавший:

«Нужно нравственное очищение, всенародное глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские. Омоемся слезами покаяния, очистимся, примиримся с Богом, и Он примирится с нами! (том III стр. 223).»

Наше «пастырское совщание» и должно проходить под знаком такого трезвого отношения к современной действительности, сознания исключительности переживаемого нами времени и твердой решимости, учитывая все происходящее в мiре, твердо и мужественно исполнять свой пастырский долг до конца, сохраняя верность Пастыреначальнику-Христу и Его Истинной Церкви.

Да звучат же в ушах наших до последней смертной минуты слова Христовы, обращенные к нам, пастырям: «Вы есте соль земли: вы есте свет мipa»

Православие и признаки современного отступления от него.

«... Не имамы бо зде пребывающаго
града, но грядущаго взыскуем»

(Евр. 13: 14).


В этих словах св. Апостола Павла – вся сущность подлинного Христианства, или Православия, так одушевленно принятого русским народом при св. князе Владимире, сроднившегося с его духом и как бы вошедшего в его плоть и кровь.

И в самом деле. Через все Слово Божие красной нитью проходит мысль о кратковременности и бренности нашего земного существования, – о том, что не должны мы чрезмерно привязываться к этой грешной земле со всеми ее тленными и ничтожными благами, но всеми своими мыслями, чувствами и желаниями должны постоянно устремляться в ожидающую нас будущую жизнь – жизнь вечную.

И все истинные христиане всех времен и всех народов, помышляя о том, что мы – только «странники и пришельцы на земле» (Евр. 11: 13), всегда исповдывали, что «мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный» и непрестанно «воздыхали, желая облечься в это небесное жилище» (2 Кор. 5: 1-2). Хорошо помня слова Христовы: «ЦАРСТВО МОЕ НЕСТЬ ОТ MIPA СЕГО» (Иоан. 18: 36), они не ставили себе специальной задачей устроения Царства Божия на земле, зная, что эта «земля и все дела па ней сгорят» (2 Петр. 3: 10) и что «НАШЕ ЖИТИЕ НА НЕБЕСЕХ ЕСТЬ, ОТОНУДУЖЕ И СПАСИТЕЛЯ ЖДЕМ, ГОСПОДА НАШЕГО ИИСУСА ХРИСТА» (Фил. 3: 20).

Вот почему христиане первых веков, когда еще так сильна была вера, с особой напряженностью ожидали открытия этой будущей вечной жизни. Живя здесь на земле только телом и не прилепляясь ни к чему земному, они духом жили уже в горнем мiре, всем внутренним существом своим устремляясь, по заповеди Апостола, туда, «ИДЕЖЕ ЕСТЬ ХРИСТОС ОДЕСНУЮ БОГА СЕДЯ» (Кол. 3: 1-2). Выражением этой горячей веры в ожидающую нас будущую нетленную жизнь и поныне являются заключительные слова Символа Веры, по изволению Духа Святого принятого Церковью на Втором вселенском Соборе в Константинополе; «ЧАЮ ВОСКРЕСЕНИЯ МЕРТВЫХ И ЖИЗНИ БУДУЩАГО ВЕКА. АМИНЬ».

Уповая на эту «жизнь будущаго века», целые сонмы святых мучеников радостно шли на страшные муки и умирали за имя Христово, а, – когда окончился период таких явных гонений на христианство, – множества преподобных добровольно отрекались от всех тленных и суетных благ земной жизни, чтобы еще здесь на земле проводить отрешенную от всего земного жизнь «небесных человеков» подготовляя себя тем самым к достойному переходу в жизнь будущую.

«Невозможное для человеков дело», говорит великий наставник христианского подвижничества преп. Иоанн Лествичник, «чтобы настоящий день провели мы благочестиво, если не думаем, что это последний день нашей жизни» (6: 24). Поэтому-то все подлинные подвижники христианского благочестия и разделяли убеждение, что «как хлеб нужнее всякой другой пищи, так и помышление о смерти нужнее всяких других деланий» (он же в 6: 4). Вследствие этого они и любили повторять изречение премудрого Сираха: «ПОМИНАЙ ПОСЛЕДНЯЯ ТВОЯ, – И ВО ВЕКИ НЕ СОГРЕШИШИ» (7: 39). Главными предметами постоянного сосредоточенного размышления для всех желающих жить истинно-христианской жизнью Святые Отцы поставляют четыре последних, ожидающих человека: СМЕРТЬ, СУД, РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО И АДСКИЕ МУКИ.

По мысли Св. Отцев, живущий на земле христианин должен не ублажать себя, а наоборот трезвенно внушать себе мысль об опасности своего положения. «Над тобою – меч правды, под тобою ад, готовый пожрать тебя, впереди – смерть, сзади – множество грехов, по правую и левую стороны – толпы злобных врагов: ТЕБЕ ЛИ БЫТЬ В БЕЗПЕЧНОСТИ?» – вот какие образы внушает нам напечатлевать в своем сознании великий подвижник и наставник христианского благочестия – отец Российской Церкви св. Тихон Задонский.

Каждую ночь, при совершении полунощницы, Св. Церковь влагает нам в уста умилительное песнопение «СЕ ЖЕНИХ ГРЯДЕТ В ПОЛУНОЩИ, И БЛАЖЕН РАБ ЕГОЖЕ ОБРЯЩЕТ БДЯЩА...», напоминая этим о необходимости постоянно помышлять о Втором Пришествии Христовом и готовить себя к нему. Мыслью об этом великом и страшном «дне Господнем» действительно только и жили всегда все истинные христиане, видя в нем осуществление всех своих упований. Чрезвычайно характерно, что молитвою о скорейшем наступлении этого дня заканчивается весь кодекс наших новозаветных священных книг: «ЕЙ, ГРЯДИ, ГОСПОДИ ИИСУСЕ!» (Апок. 22: 20).

Таков дух подлинного Христианства – веры Апостольской, веры Отеческой, веры Православной!

Таким именно настроением и были преисполнены души православных русских людей, на протяжении столетий, почему и называлась наша Родина СВЯТОЮ РУСЬЮ.

Под влиянием тесного сближения с Западом явились у нас другие – прямо-противоположные настроения, что, как мы видим, и повлекло за собой столь роковые для нашей Родины и всех нас последствия.

Еще св. Апостол и Евангелист Иоанн Богослов говорил о появлении в его время «духа антихристова», который он противополагает «духу Христову». Сущность этого «духа антихристова», в отвержении Божества Иисуса Христа и в стремлении привязать людей к «мiру лежащему во зле» с его похотями (I Иоан. 4, 1-5, 5, 19; 2, 15-18). Еще в Ветхом Завете, конечно, по наущению врага человеческого рода, было совершенно извращено представление о Царстве Мессии, и большинство иудеев, ко времени явления Христова в мiр, ожидало в лице Мессии земного царя, который дарует им чисто-земные блага и удовлетворит их земные вожделения. Совершенно подобно этому и в Новом Завете тот же вселукавый враг, желая отвлечь христиан от помышления о будущей, нетленной, вечной жизни и приковать их помыслы к земле, стал внушать им идею устройства Царства Божия здесь на земле. Отсюда – так называемый «хилиазм» – ложное истолкование слов Таиновидца о тысячелетнем царствовании праведников со Христом, отсюда же – все те извращения Христова учения на Западе, которые явно направлены на то, чтобы ослабить живую веру христиан в будущую жизнь и убедить их обратить свое главное внимание на устроение своей земной жизни. В этом смысле перетолковано все евангельское учение о кончине мiра и о Втором Пришествии Христовом, а крайние протестантские секты дошли постепенно уже до полного отрицания безсмертия души и веры в будущую жизнь. Этой вере они противопоставляют веру в «прогресс» – в «Царство Божие на земле» со всеми земными благами и «достижениями науки и культуры». При этом как бы забывается неизбежный для каждого человека конец – смерть. Впрочем, изобретаются средства для «победы над смертью» и, несмотря на все неудачи в этой области, все еще не теряется надежда, что такие средства будут найдены, и тогда, мол, человек будет жить на земле и наслаждаться жизнью вечно.

Это и есть тот самый «дух антихристов», который начал борьбу с духом Христовым еще в Апостольские времена, а «ныне», по словам Епископа Феофана (Вышенского Затворника), «начинает господственно водворяться среди нас» в мiре («Слова на праздничные дни» стр. 262). Этот заразительный тлетворный дух, охвативший сначала Запад, в результате его отступления от подлинного христианства, перешел и к нам на Восток, вследствие слишком неосмотрительного сближения нашего с антихристианской западной «культурой». Страшные, гибельные последствия этого для нашей Родины известны.

Слава Богу, немало русских людей, под впечатлением кровавой катастрофы, постигшей нашу Родину, отрезвилось и прозрело! Но «дух антихристов», вдохновляемый самим «отцом лжи и человекоубийцей искони» (Иоан. 8: 44), конечно, не прекращает своей гибельной работы и находит все новые и новые пути для того, чтобы захватить в свои льстивые сети все большее и большее число современных людей. Ныне он, не без успеха, стремится искоренить подлинно-христианское мiровоззрение и насадить, вместо него, прямо-противоположное мiровоззрение, в нужных случаях прикрывая его видимостью христианского. Ведь его конечная задача – создать в мiре благоприятные условия для явления личного Антихриста, который, как показывает самое его имя, будет не просто «противник Христов», но и мнимый «Христос», лже-Христос: он и руководит тем мiровым процессом, который у св. Апостола Павла назван «ОТСТУПЛЕНИЕМ» (2 Сол. 2: 3).

И если мы действительно верим в Евангелие, верим всем боговдохновенным предречениям апостольским, если мы верим в «жизнь будущаго века» и желаем спастись «от рода сего развращеннаго» (Деян. 2: 40), то должны трезво смотреть на все происходящее в мiре – на становящуюся все более и более удушливой нравственную атмосферу и на все усиливающийся процесс «отступления». Иначе мы не будем подготовлены к тому, чтобы избежать, по слову Евангелия, всех бедствий грядущих на вселенную «И СТАТИ ПРЕД СЫНОМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ» (Лук. 21: 36).

Ничем не обоснованный, глубоко противный Слову Божию, розовый оптимизм и опасен и преступен, ибо духовно разоружает христиан и внушает им безпечность, в то время как Христос Спаситель многократно и настойчиво внушал Своим последователям необходимость «БОДРСТВОВАТЬ НА ВСЯКОЕ ВРЕМЯ И МОЛИТЬСЯ» чтобы не быть застигнутыми врасплох.

«Дух антихристов», дабы отвлечь христиан от спасительного для них помышления о кончине мiра и Втором Пришествии Христовом, льстиво, как и все, что исходит от отца лжи – диавола, пользуется даже словами Писания: «О ДНИ ЖЕ ТОМ И ЧАСЕ НИКТОЖЕ ВЕСТЬ» (Матф. 24: 36), но при этом хитро умалчивает о других знаменательных словах Христовых: «ТАКО И ВЫ, ЕГДА ВИДИТЕ СИЯ ВСЯ ВЕДИТЕ, ЯКО БЛИЗ ЕСТЬ, ПРИ ДВЕРЕХ» (Матф. 24: 33). Мы и не должны и не собираемся вовсе гадать «о дне и часе», назначая точные сроки, – но закрывать глаза на слишком уж очевидные признаки близости конца, вопреки ясному повелению Христову распознавать знамения времен, не смеем, и тешить себя и других совершенно несбыточными мечтами о каком-то светлом будущем человечества здесь на земле, вразрез с учением Слова Божия, не можем.

Высказывается мысль, что и в прошлом не раз бывали времена тяжелые, когда многие ожидали кончины мiра и Второго Пришествия Христова, но тем не менее ожидания эти не сбылись, и мiр продолжает существовать доселе. Но кто знает: быть может, действительно мiр был уже близок к своему концу, но, за покаяние людей, Милосердный Господь дал ему отсрочку. Вспомним, как св. пророк Иона, по повелению Божию, пошел в Ниневию проповедывать: «Еще сорок дней, – и Ниневия будет разрушена», но ниневитяне, начиная с самого царя, принесли Богу искреннее покаяние в своих грехах, и Господь, жалея этот великий город, отменил свое определение об его гибели. (Ион. 3: 2-10).

Видим ли мы теперь примеры такого покаяния, сколько-нибудь похожего на покаяние ниневитян?

И не есть ли это самый характерный признак приближения последних времен и конца мiра, что об этом конце никто не хочет говорить и думать?

Столь же характерным признаком, как об этом свидетельствует в своем толковании на 2-ое послание к Солунянам святитель Феофан Затворник, является и то, что жизнь современных людей, не исключая считающих себя христианами, и даже священнослужителей, совершенно разошлась с Церковью. В храмах возглашается одно, а в жизни и говорится и делается совсем другое. Так, в храме постоянно возносится моление о даровании нам «доброго ответа на Страшном Судищи Христовом», а в жизни многие и слышать не хотят о Страшном Суде, говоря: «зачем пугать людей? к чему сеять панику?»

Но в таком случае зачем и читать Евангелие? Или уж мы дошли до такого состояния окамененного нечувствия, что только по обязанности или из приличия читаем Евангелие, а сами не придаем никакого значения тому, что в нем говорится?

Всем таковым, не хотящим вспоминать о кончине мiра и Страшном Суде приведем на память прещения Божии, которые изречены через св. пророка Иеремию на лживых пророков: «ОНИ ПОСТОЯННО ГОВОРЯТ ПРЕНЕБРЕГАЮЩИМ МЕНЯ: МИР! МИР! КОГДА НЕТ МИРА. И ВСЯКОМУ ПОСТУПАЮЩЕМУ ПО УПОРСТВУ СВОЕГО СЕРДЦА ГОВОРЯТ: «НЕ ПРИДЕТ НА ВАС БЕДА». ГОСПОДЬ САВАОФ ГОВОРИТ О ТАКИХ ПРОРОКАХ: «НЕ СЛУШАЙТЕ СЛОВ ИХ: ОНИ ОБМАНЫВАЮТ ВАС, РАЗСКАЗЫВАЮТ МЕЧТЫ СЕРДЦА СВОЕГО» (Иерем. 23: 16-17).

Дабы не уподобляться этим лживым пророкам-оптимистам, мы должны исповедывать и, не стыдясь, во всеуслышание проповедывать только чистое, безпримесное учение Слова Божия, уясняя его авторитетами святых и духоносных мужей древних и новых времен.

А это учение, вопреки мнению разного рода современных либералов, модернистов и обновленцев, ясно гласит, ЧТО МIР ИДЁТ К СВОЕМУ КОНЦУ, И МЫ, ХРИСТИАНЕ, ДОЛЖНЫ НЕ БОЯТЬСЯ ЭТОГО И «НЕ ВПАДАТЬ В ПАНИКУ», А УСИЛЕННО ГОТОВИТЬ СЕБЯ И БЛИЗКИХ СВОИХ, ЧТОБЫ ДОСТОЙНО, КАК ПОДОБАЕТ ИСТИННЫМ ХРИСТИАНАМ, ВСТРЕТИТЬ ЭТОТ КОНЕЦ И БЫТЬ В СОСТОЯНИИ ДАТЬ ДОБРЫЙ ОТВЕТ НА СТРАШНОМ СУДИЩИ ХРИСТОВОМ.

Вся наша надежда и все наше упование не на антихристов «прогресс человечества» и не на продление этой греховной, утопающей в похотях прелестных, земной жизни, а на ОТКРЫТИЕ НОВОГО НЕБА И НОВОЙ ЗЕМЛИ, «В НИХЖЕ ПРАВДА ЖИВЕТ» (2 Петр. 3: 13).

В празднуемый ныне нами праздник нашего великого Просветителя и Духовного Отца св. равноап. князя Владимира вспомним, что решающим для принятия св. Православной веры моментом, вызвавшим у него глубокий вздох, было то, когда, ученый греческий монах-философ в заключение своей беседы показал ему картину Страшного Суда.

Это спасительное помышление о неизбежно ожидающем нас конце все мы, по наставлению св. Апостола, должны напечатлеть в своем сердце, дабы «ЯВИТЬСЯ ПРЕД НИМ (Господом, грядущим судить живых и мертвых) НЕОСКВЕРНЕННЫМИ И НЕПОРОЧНЫМИ В МИРЕ» (2 Петр. 3: 14) и «НАСЛЕДОВАТЬ УГОТОВАННОЕ НАМ ЦАРСТВИЕ ОТ СЛОЖЕНИЯ MIPA» (Матф. 25: 34).

Обращение к русской молодежи ко дню св. Владимира в 1955 г.

Православная русская молодежь!
       Возлюбленные чада наши о Господе!

Милостию Божиею, вновь дожили мы до приближения столь дорогого сердцу каждого русского человека дня памяти Просветителя Руси Святого Равноапостольного Великого Князя ВЛАДИМИРА, "идольскую прелесть отринувшаго и светом познания Христова землю Русскую озарившаго". Как и в прошлые годы, мы горячо призываем всех вас принять участие во всенародном Свято-Владимирском торжестве в воскресение 11-24 июля на Владимирской Горке в Кассвилле; а накануне в субботу 10-23 июля – в Пятом Свято-Владимирском Съезде молодежи.

Какую цель преследуем мы, объединяя вас в св. Владимирские кружки?

Единственная наша цель – видеть вас подлинно-православными русскими людьми, достойными наших великих предков – строителей Святой Руси.

Свято-Владимирские кружки молодежи это не есть какая-либо светская организация, преследующая политические, социально-общественные, клубные или еще какие-либо иные цели. Это не есть отдельная организация, живущая своей самостоятельной жизнью: это – объединение нашей молодежи внутри нашей Церкви с одной единственной целью – воспитания в духе Святой нашей Веры и вековых идеалов Православия Русского народа.

Мы хотим, чтобы наша молодежь разумно и сознательно относилась к жизни, а не жила бы только одной животно-растительной жизнью. Мы хотим, чтобы в ведущейся сейчас страшной борьбе Христа с Велиаром, наша молодежь сознательно вступила в стан воинов Христовых под священным Св. Владимирским стягом. Слишком дорогой ценой заплатил русский народ за свой отход от Церкви в последнее время: это стоило ему гибели самых драгоценных сокровищ его я многих миллионов жизней лучших сынов его. Сатанинское зло, овладевшее нашей Родиной, ныне готовится торжествовать свою победу во всем мiре, если только мы не образумимся и не станем на путь покаяния и обращения к Богу. Единственный путь спасения – противопоставить сатане непобедимую силу Духа Божия.

К этому-то мы и зовем нашу молодежь, желая воодушевить ее на воплощение в своей жизни возвышеннейших и святейших заветов нашего великого Просветителя и Духовного Вождя Святого Равноапостольного Князя ВЛАДИМИРА.

Вера Православная и Русь Святая – вот, о чем должны мы всегда помышлять, вот единственное, ради чего еще стоит жить и трудиться! Горе тем, кто этого не хочет понять, кто ищет в жизни каких-то иных идеалов, иных путей! Ибо "нет другого имени под небом, которым надлежало бы нам спастись", кроме имени Господа Иисуса (Деян. 4: 12) и нет другого пути для подлинно русского человека, кроме единственно-спасительного Свято-Владимирского пути.

«Бдите и молитеся, да не внидите в напасть!»

Такими словами неоднократно увещевал и предостерегал учеников Своих Господь наш Иисус Христос. А дабы кто-нибудь не подумал, что это предостережение относится только к ближайшим ученикам Его, Он однажды добавил:

«А ЧТО ВАМ ГОВОРЮ, ГОВОРЮ ВСЕМ: БОДРСТВУЙТЕ! (Марка 13, 37)».

Кажется, ни одно из наставлений Господа не забыто современными христианами так основательно, как это наставление. Ибо едва ли не самой характерной чертой современности является противоположное бодрствованию состояние – безпечность. На все смотрят легко, все считают «нормальным», обыденным, не заслуживающим особого внимания, трезвенного к себе отношения, не принимают никаких мер предосторожности, не говоря уже о борьбе за истину, которой предпочитают компромисс и «мирное сосуществование» с ложью.

Просто поражает то легкомыслие, с которым относятся ныне многие к грозным событиям, совершающимся перед нашими глазами, ко всем тем уродливым явлениям современности, которые ясно показывают, каким тяжким духовным недугом поражено большинство современных людей, не только жить не хотящих по-христиански, но даже и мыслить согласно с Евангелием.

И невольно приходят на ум слова евангельской притчи: «ВОЗДРЕМАШАСЯ ВСЯ И СПАХУ» (Матф. 25: 5). Еще приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский отмечал это в своем вдохновенном дневнике: «Мiр находится в состоянии дремоты, греховного сна, спит. Будит его Бог войнами, моровыми поветриями, пожарами, бурями сокрушительными, землетрясениями, наводнениями, неурожаями» («Моя жизнь во Христе» т. 1, стр. 227). Но теперь все эти средства, вразумлявшие прежде человека, оказываются недействительными. За всеми этими бедствиями уже не видит современный человек карающей десницы Божией: все объясняет «естественным», «научным» путем – не приходит к уму-разуму, не исправляет своей жизни к лучшему, не обращается к Богу.

Греховный сон и духовная слепота настолько овладели современным человеком, что не видит он, за малыми исключениями, ни сатанинской сущности страшного богоборческого зла, поработившего нашу Родину и теперь готовящегося захватить весь мiр, ни того религиозно-нравственного растления, к которому привели людей властители судеб остального человечества в свободных еще странах мiра.

Вполне спокойное и безпристрастное наблюдение за жизнью людей, особенно в больших городах, так называемых «культурных центрах», не может не привести к заключению, что приблизилось то время, о котором так образно предупреждал Господь Иисус Христос: «КАК БЫЛО ВО ДНИ НОЯ, ТАК БУДЕТ И В ПРИШЕСТВИЕ СЫНА ЧЕЛОВЕЧЕСКАГО: ИБО КАК ВО ДНИ ПЕРЕД ПОТОПОМ ЕЛИ, ПИЛИ, ЖЕНИЛИСЬ И ВЫХОДИЛИ ЗАМУЖ ДО ТОГО ДНЯ, КАК ВОШЕЛ НОЙ В КОВЧЕГ, И НЕ ДУМАЛИ, ПОКА НЕ ПРИШЕЛ ПОТОП И НЕ ИСТРЕБИЛ ВСЕХ, ТАК БУДЕТ И ПРИШЕСТВИЕ СЫНА ЧЕЛОВЕЧЕСКАГО (Матф. 24: 37-39)». В этой живой картине погрязшего в греховном сне человечества наиболее примечательная черта выражена в словах: «и не думали». В наше время ужаснее всего то, что люди именно «не думают» о значении того, что происходит в мiре и к чему это их может привести, а живут какою-то животно-растительною жизнью, забывая о самом главном – о «едином на потребу». Вершители судеб современного человека, внушая ему бешеную погоню за накоплением земных благ и устройством жизненного комфорта, механизировали всю жизнь и самого человека обратили в бездушную машину, неспособную «думать» о том, чем единственно «жив будет человек», – не только в этой временной жизни, но что самое важное, – в жизни будущей, жизни вечной, неизбежно всех ожидающей.

Как дошло христианское человечество до такого состояния?

Конечно, это не случилось само собой, естественным путем. Поскольку мы – христиане, и еще веруем в истину евангельского учения, мы должны знать, и ни на один миг не забывать, что все происходящее в мiре единственно-верное себе объяснение может найти в той непрестанной борьбе, которую ведет против Бога и чад Божиих враг Божий и враг человеческого спасения, диавол. Вся мiровая история, это – БОРЬБА ДИАВОЛЬСКОЙ ЛЖИ ПРОТИВ ХРИСТОВОЙ ИСТИНЫ, причем ареной этой борьбы являются человеческие души. Чрезвычайно образно говорит об этой борьбе св. Апостол Петр, призывая христиан к тому же неослабному бодрствованию, как и Сам Христос Спаситель: «ТРЕЗВИТЕСЯ, БОДРСТВУЙТЕ, ЗАНЕ СУПОСТАТ ВАШ ДИАВОЛ, ЯКО ЛЕВ РЫКАЯ, ХОДИТ, ИСКИЙ КОГО ПОГЛОТИТИ» (1 Петр. 5: 8). Только бодрствование, при трезвенном отношении к себе и ко всему происходящему в мiре, может спасти человека-христианина от вовлечения в тот мiровой процесс «ОТСТУПЛЕНИЯ», который попущением Божиим, с каждым днем все возрастает и возрастает, пока не приведет, наконец, к открытию «человека беззакония, сына погибели», именуемого «Антихристом», как ясно предрекает об этом св. Апостол Павел (2 Сол. 2: 3). Нежелание думать и говорить об этом процессе, столь близко касающемся самого важного – вечной участи человека, досадливое «отмахивание» от разговоров на эту тему, а иногда даже насмешливое отношение, столь распространенное в наше время, не служит ли вернейшим признаком успешности действий противника Божия и слуг его, все большего и большего распространения идей диавольской лжи в современном обществе?

Самое характерное в процесс «отступления», это то, что все стороны жизни человека постепенно отравляются диавольскою ложью, которая нагло выдает себя за истину. Глубоко справедливы слова нашего выдающегося государственного мужа, который еще в конце прошлого столетия писал: «Никогда еще, кажется, отец лжи не изобретал такого сплетения лжей всякаго рода, как в наше смутное время, когда столько слышится отовсюду лживых речей о правде. По мере того как усложняются формы быта общественнаго, возникают новые лживые отношения и целые учреждения, насквозь пропитанныя ложью. На всяком шагу встречаешь великолепное здание, на фронтоне коего написано «Здесь истина». Входишь, и ничего не видишь, кроме лжи. Выходишь, и когда пытаешься разсказать о лжи, которою душа возмущалась, – люди негодуют, и велят верить и проповедывать, что это истина» («Московский Сборник» изд. К. П. Победоносцева, стр. 60).

Желая погибели человека, враг начинает с самого главного и основного – стремится отравить ложью Божественное учение Христово о вере и благочестии. Так ложью отравлена латинская система папства с ее мнимо-непогрешимым (или «безошибочным», что в сущности, все равно) «наместником Бога на земле». Ложью отравлен протестантизм с его безчисленными ответвлениями - сектами, лжемудрствующий, будто каждый может понимать и толковать Слово Божие, как ему заблагоразсудится, не считаясь с тем, как всегда учила и учит Св. Церковь. На лжи всецело и открыто основаны, так называемые «естественные религии», обоготворяющие тварь, вместо Творца, и пользующиеся человеческой философией, вместо Божественного Откровения.

И вот всю эту ложь нам предлагают ныне считать равною в правах с неповрежденной истиной Святого Православия!

Для того, кто духовно бодрствует, трезвится и молится по завету Христову, ясно, что истина ТОЛЬКО ОДНА и что эта истина – то учение Христово, которое хранится неизменным от времен апостольских. Все же человеческие измышления, как старые, так и новейшие, суть не более, как диавольская ложь, ставящая своей задачей отвлечь людей от спасительной истины, внести разделения, распри и вражду между христианами, разбить Единую Церковь Христову.

Неужели для духовно-трезвого человека могут быть сомнения в том, кому мы должны больше верить: ближайшим ли ученикам и преемникам св. Апостолов – «мужам Апостольским» и Святым Отцам Церкви, прославившимся святостью жизни, необыкновенными подвигами и чудесами, или жившим, спустя тысячу и больше лет после Рождества Христова, вполне светским по настроению и образу жизни людям? Не простою ли дерзостью, вдохновляемою отцем лжи, диаволом, следует считать все их попытки «реформировать» исконное церковное учение, имеющее апостольскую давность и святоотеческий авторитет? И не с определенною ли целью разложить христианство вводятся все эти многочисленные новшества, противные апостольскому и святоотеческому преданию, и фабрикуются все новые и новые секты и «деноминации», самим фактом своего появления как бы свидетельствующие о своем намерении дискредитировать Христову веру?

Вот почему не можем мы не признать самым губительным замыслом диавольской лжи все современные попытки «либералов» как-то «нивелировать», уравнять в правах все так наз. «христианские исповедания» или даже все религии.

ИСТИНА СВ. ПРАВОСЛАВИЯ, ВЕДУЩАЯ СВОЕ НАЧАЛО ОТ САМОГО ХРИСТА СПАСИТЕЛЯ, ПРОПОВЕДАННАЯ ЕГО СВ. АПОСТОЛАМИ, ПРОШЕДШАЯ СТОЛЬ МНОГО ИСПЫТАНИЯ И ЗАПЕЧАТЛЕННАЯ МУЧЕНИЧЕСКОЮ КРОВИЮ, ТЩАТЕЛЬНО ИСТОЛКОВАННАЯ БЛИЖАЙШИМИ УЧЕНИКАМИ И ПРЕЕМНИКАМИ СВ. АПОСТОЛОВ И БЛАГОГОВЕЙНО ХРАНИМАЯ СВ. ЦЕРКОВЬЮ НА ПРОТЯЖЕНИИ СТОЛЬКИХ ВЕКОВ, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРИРАВНЕНА НИ К СТАРЫМ, НИ К НОВЕЙШИМ ЧИСТО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ИЗМЫШЛЕНИЯМ. Поэтому ни один подлинно верующий православный христианин никогда не примирится с модными и широковещательными лозунгами современности, в роде «свободы совести», под которой понимается равноправие всех видов религиозной лжи с истиной св. Православия, или «отделения Церкви от государства» (поскольку государство является православно-христианским, каковым было наше Российское Государство).

Глубоко чужда истине Св. Православия идея инквизиции или всякого рода угнетения и преследования заблуждающихся, но РАЗВЕ МОЖЕТ БЫТЬ ИСТИНА БЕЗРАЗЛИЧНОЙ КО ЛЖИ И СЧИТАТЬ ЕЕ РАВНОПРАВНОЙ С СОБОЮ, ПОКРОВИТЕЛЬСТВОВАТЬ ЕЙ, ПОДДЕРЖИВАТЬ ЕЕ И УКРЕПЛЯТЬ ЕЕ?

ЭТО ОЗНАЧАЛО БЫ БЕЗРАЗЛИЧНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ДОБРУ И ЗЛУ, ОТРЕЧЕНИЕ ОТ ИСТИНЫ, ПРЕДАТЕЛЬСТВО ЕЕ!

Знает это враг истины и отец лжи, а потому и в данном вопросе «преобразуется во ангела светла» и служителям своим внушает принимать «вид служителей правды» (2 Кор. 11, 14-15). Как сам сатана пользовался некогда изречениями Слова Божия с целью искусить Господа, так и теперь эти мнимые «служители правды» пользуются изречениями евангельского учения с единственной целью – СМЕШАТЬ В СОЗНАНИИ ЛЮЛЕЙ ДОБРО И ЗЛО И ОТВРАТИТЬ ИХ ОТ ПОДЛИННОЙ ЕВАНГЕЛЬСКОЙ ИСТИНЫ.

МЫ НИСКОЛЬКО НЕ ПРЕУВЕЛИЧИМ, ЕСЛИ СКАЖЕМ, ЧТО ТАКОВА ИМЕННО ЗАДАЧА ОГРОМНОГО БОЛЬШИНСТВА ВЕРШИТЕЛЕЙ СУДЕБ И ДУХОВНЫХ ВОЖДЕЙ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.

Одним из видов такого смешения добра и зла и способа отвратить людей от подлинной евангельской истины является так наз. «экуменическое движение», прикрывающееся таким благовидным предлогом, как объединение христиан, а в действительности ведущее лишь к полному религиозному безразличию, что сознали теперь даже многие протестанты, первоначально породившие это движение.

В связи с «экуменизмом» находятся и многие другие организации и «движения». Насколько далеко отошли они от подлинной евангельской истины свидетельствует приводимое ниже в этом номере изречение, напечатанное в их официальном органе: «Не стояние в Церкви, не затворничество в приходе, не жажда покаяния и не забота о спасении своей души» ставится у них главной задачей, а «выход в мiр, живая тревога за судьбы человечества и даже больше – живой интерес к социальным и политическим вопросам своей страны и всего мiра», то есть, прямо вопреки Евангелию, всецелая забота о земном, а не о небесном.

Чрезвычайно характерно, что эти рьяные поборники экуменического единения всех «христианских исповеданий», являются, вместе с тем, лютыми врагами единства своей собственной Русской Зарубежной Церкви. Это они произвели в ней губительные расколы и, лживо истолковывая в своих целях церковные каноны, не иначе, конечно, как по наущению все того же отца лжи, ведут с ней исполненную злобы и непримиримости борьбу, пользуясь для этого всякого рода клеветой, извращениями истины и разного рода инсинуациями. Так, лживо-проповедуемая ими христианская «любовь», не будучи в состоянии постоянно носить на себе маску, открывает тут, по временам, свое подлинное лицо. Эта ожесточенная злоба их против истины доходить до того, что они не стесняются твердое стояние в истине заклеймить наименованием «мракобесия». Хорошо знакомое нам словечко, облюбованное в свое время у нас мнимыми радетелями народного блага, ввергшими нашу Родину в ужасы кровавого безбожия!

Каким же образом враг истины старается вовлечь возможно большее число людей в это пагубное состояние ослепления ложью?

Главное средство у него для этого – всевозможные духовно-нездоровые развлечения и увеселения, которые держат человека в постоянной разсеянности, отвлекая его от столь необходимой молитвенной сосредоточенности и самоуглубления. Эти развлечения и увеселения являются подлинным бичом нашего времени, что отметил еще в начале нынешнего столетия великий наш пастырь и молитвенник о. Иоанн Кронштадтский.

«Удивительная болезнь явилась нынче», говорил он в беседе с пастырями в Сарапуле в 1904 г.: «это СТРАСТЬ К РАЗВЛЕЧЕНИЯМ. Никогда не было такой потребности к развлечениям, как нынче. ЭТО ПРЯМОЙ ПОКАЗАТЕЛЬ, ЧТО ЛЮДЯМ НЕЧЕМ СТАЛО ЖИТЬ, ЧТО ОНИ РАЗУЧИЛИСЬ ЖИТЬ СЕРЬЕЗНОЙ ЖИЗНЬЮ, ТРУДОМ НА ПОЛЬЗУ НУЖДАЮЩИМСЯ И ВНУТРЕННЕЙ ДУХОВНОЙ ЖИЗНЬЮ. И начали скучать! И МЕНЯЮТ ГЛУБИНУ И СОДЕРЖАНИЕ ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ НА РАЗВЛЕЧЕНИЯ! Какое безумие! Точно дети, лишенныя разума! А между тем, РАЗВЛЕЧЕНИЕ – ЭТО УЖЕ ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРОК, УЖЕ ОБЩЕСТВЕННАЯ СТРАСТЬ!»

Что мы скажем о нашем времени, когда эти развлечения сделались главным содержанием жизни современных людей и стали устраиваться даже в часы Богослужений, как бы взамен церковной молитвы, с явным стремлением отвлечь от нее?

А если к тому же мы примем во внимание, что современные развлечения, в огромном большинстве случаев, чрезвычайно далеки от целомудренной скромности, и наоборот питают чувственные страсти, способствуя все большему и большему нравственному разложению современного общества, упадку нравов и расширению самого открытого и безстыдного разврата, то станет ясно, каково их происхождение, кто их организует и рьяно оправдывает всевозможными благовидными предлогами.

Конечно, все тот же «отец лжи» и «человекоубийца искони».

Как же избежать нам, современным христианам, желающим до конца сохранить верность Христовой истине, сетей диавольской лжи?

Для этого необходимо прежде всего помнить замечательное предостережение великого отца Церкви и вселенского учителя св. Иоанна Златоустого: «ЛОЖЬ КОГДА ХОЧЕТ, ЧТОБЫ ЕЙ ПОВЕРИЛИ, ВСЕГДА ОСНОВЫВАЕТСЯ ПОВИДИМОМУ НА ИСТИНЕ» (т. VI стр. 750). А потому будем крайне осторожны; будем прежде всего трезвенно беречь себя от опьянения греховными страстями и похотями и от ослепления мишурным блеском лже-истины, будем искренни в своем стремлении хранить всецелую преданность чистой истине, будем бодрствовать и молиться, по заповеди Христовой, и тогда Господь убережет нас от сетей диавольской лжи.

...И на земли мир.

«Всяческая днесь радости исполняются: Христос родися в Вифлееме». Возблагодарим же Господа, вновь сподобившего нас дожить до радостного праздника Рождества Христова! Как и всегда, исподволь, шаг за шагом, св. Церковь в течете целых сорока дней постепенно подготовляла нас к нему постом, богослужебными чтениями и песнопениями, для того чтобы мы глубже вошли в настроение этого праздника, осмысленнее и с большей пользой для души переживали величие его. И только тот, кто, как послушное чадо своей Матери-Церкви, надлежащим образом, соблюдая пост и посещая со вниманием и усердием церковные службы, готовил себя к встрече этого радостного праздника, способен по-настоящему переживать его. Для такого человека Рождество Христово не просто «сезонный праздник», на который принято поздравлять друг друга и делать подарки, но, действительно, великое и радостное торжество, исполняющее душу человека неземным ликованием.

В самом деле. День Рождества Христова это – день несказанной милости Божией к падшему человеку, день мира и благоволения, день душевной отрады и сладостного отдохновения для измученных и истерзанных утратою внутреннего мира человеческих сердец. Это – день, которого тысячелетиями ожидало человечество, зашедшее в безысходный нравственный тупик и отчаявшееся в своем спасении. То, «к чему праотцы столь сильно стремились, что пророки предвозвещали и праведные желали видеть, то сегодня совершилось» (Пр. Ефрем Сирин). Совершилась «велия благочестия тайна» - Сам Бог явился на земле во плоти и, «с человеки поживе» (1 Тим. 3, 16; Варух. 3, 38).

Как же не радоваться и не ликовать в такой день?

По выражению одного из наших отечественных богословов, уста наши как бы смыкаются перед священным безмолвием Вифлеемской ночи, и только сердце в тишине внемлет дивной ангельской песни:

«Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!»

В этих словах, как нельзя лучше, ярко выражен весь глубокий смысл, все значение происшедшего в этот день великого события.

Да будет слава Богу за безмерно-великое, уготованное Им чрез воплощение Его Единородного Сына, дело спасения человечества!

Но где же «на земли мир» и «в человецех благоволение»? – спрашивают, однако, многие, наблюдая окружающую жизнь, а иные дерзают даже богохульствовать, утверждая, что христианство якобы «не удалось» и не дало людям того, что должно было дать.

Отринем далеко эту гнусную хулу, распространяемую и утверждаемую среди людей явными и скрытыми врагами Христовой веры.

Мир, пришедший на землю в день Рождества Христова, это – Сам Христос. «Он есть мир наш», как говорит Апостол, пришедший «вражду убить» (Ефес. 2, 14-18). Христос пришел на землю для того, чтобы примирить падшего человека с Богом, побудить его оставить свою безумную вражду против Бога и предать свою буйную и непокорную волю воле Божией, что одно только и дает душе человека подлинный мир.

Это – мир особенный. Его нельзя смешивать с внешним спокойствием, внешним земным благополучием человека. Это – мир внутренний: мир совести, примиренной с Богом, с людьми и с самим собою. Только тот человек, который принимает в свою душу Христа, невозбранно наслаждается этим внутренним миром, что бы ни происходило вокруг него, как бы ни нарушался мир внешний.

«Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мiр дает, Аз даю вам» – так говорил Господь Своим ученикам на Тайной Вечери, подчеркивая эту разницу между «Его миром» – миром внутренним – и «мiрским, человеческим миром» – миром внешним. Предрекая далее ученикам Своим гонения и скорби, ожидающие их от враждебного Его учению человечества, Он тут же утешает их, говоря: «Сия глаголах вам, да во Мне мир имате: в мiре скорбни будете, но дерзайте, яко Аз победих мiр» (Иоан. 14, 27 и 16, 33). И мы знаем, с каким невозмутимым внутренним миром претерпевали св. Апостолы, а затем и все христианские мученики первых веков, страшные гонения и самые лютые муки за имя Христово, не только не боясь, а наоборот – даже радуясь, что могут умереть за Христа.

Это – мир не естественный, а сверхъестественный благодатный, непонятный и необъяснимый для обыкновенного грешного человека, работающего страстям и потому не принимающего в свое сердце Христа. Это – «мир Божий, превосходяй всяк ум» (Филип. 4, 7), то есть мир, который превыше всякого ума, превосходящий всяческое человеческое разумение и постижение, мир тихой и безмятежной совести, наполняющий души носителей его несказанным, ни с чем земным не сравнимым блаженством. Это и есть то Царствие Божие, которое, по словам Христа-Спасителя, «не придет приметным образом», ибо оно – «внутрь нас есть» (Лук. 17, 20 – 21). Это о нем и заповедано нам молиться в словах молитвы Господней: «да приидет Царствие Твое»!

И этим благодатным миром всегда наслаждались, со времени пришествия Христова, и будут наслаждаться все истинные последователи Христовы, искренно стремящееся жить по Евангелию и исполнять заповеди Его. Единственный верный залог получения этого мира – совершенная чистота совести. А этого достигнуть немыслимо без благодатного общения со Христом через Его Церковь, основанную Им, как благодатную сокровищницу и оплот мира на земле. Поэтому всем нам необходимо твердо знать и помнить, что столь вожделенный для всех мир, о котором пели ангелы в момент Рождества Христова, может быть неотъемлемой собственностью только того, кто душою и сердцем принадлежит к Истинной Церкви Христовой, почерпая из нее благодатные силы, «яже к животу и благочестию». Лишь в той степени, в какой истинная вера Христова проникает в души людей, мир Христов становится достоянием и внешней человеческой жизни.

Напрасны, однако, все надежды на установление постоянного и прочного внешнего мира в нынешней нашей земной жизни: Церковь решительно отвергла, как ложное, учение хилиазма о тысячелетнем Царстве Христовом на земле. «Гуманистическая» вера в «прогресс человечества» здесь на земле, в этой земной жизни, – противна христианству. Нынешняя земля, по учению Слова Божия, как и нынешние небеса «сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков» (2 Петр. 3, 7). Истинные христиане ожидают нового неба и новой земли, «в нихже правда живет» (2 Петр. 3, 13). Там и только там будет уже вечный и незыблемый мир. А здесь можно говорить лишь о мире внутреннем тех людей, которые душою и сердцем лежат к истинной Церкви и искренно стремятся в жизни своей исполнять заветы истинной Христовой веры.

Те же люди, которые, хотя и любят говорить о мире, но от истинной Церкви Христовой отделяются и даже от Христа отрекаются, не имеют, да и никогда не смогут иметь этого сладостного блаженного мира. В душах их господствуют страсти, которые выводят человека из состояния душевного равновесия, нарушают его внутренний мир и неизбежно порождают вражду и злобу, делающую жизнь человека еще здесь на земле настоящим адом.

Вот почему странно слышать в нынешнее время столько речей о мире без Христа, без упоминания о необходимости веровать в Него, любить Его и следовать Божественному учению Его, всем сердцем принадлежа к Истинной Церкви Его. Суетны, тщетны, лживы и лицемерны все такие речи, ибо единственный мир наш, «вражду убивший», это – Сам Христос, и без Христа нет и не может быть подлинного мира.

Мало того. Чрезвычайно зловредны и опасны эти лукавые речи о мире вне истинной веры и Церкви Христовой. Ибо по учению Слова Божия и великих наставников христианской жизни – Отцев Церкви не всякий мир есть мир Божий, и не всяким миром поэтому надобно дорожить. «Ибо есть прекрасное разногласие, и самое пагубное единомыслие. Но должно любить только добрый мир, имеющий добрую цель и соединяющий с Богом. Когда же идет дело о явном нечестии, тогда должно скорее идти на огонь и меч, не смотреть на требования времени и властителей (дерзну сказать: не только мiрских, но и духовных) и вообще на все, нежели приобщаться лукаваго кваса и прилагаться к зараженным. Всего страшнее – бояться чего-либо более, нежели Бога, и по сей боязни служителю истины стать предателем учения веры и истины!»

Поистине золотые слова великого Отца Церкви св. Григория Богослова! И как современны они стали опять в нынешнее время!

Но да не покажутся они кому-либо противными Слову Божию, проповедующему мир и любовь.

Сам Христос-Спаситель произнес слова, кажущиеся непонятными для тех, кто не хотят глубоко вникать в смысл Евангельского учения: слова, обличающие тех, кто лукаво и лицемерно стремятся себя представить и выказать более любвеобильными, чем Сам Божественный Учитель любви: «не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч и разделение» (Матф. 10, 34 и Лук. 12, 51).

Что это значить?

Это значить, что не может быть у истинного последователя Христова мира со всеми теми, кто упорно не верует во Христа и не приемлет учения Его: не может быть у истинного христианина, тем более, мира с врагом Божиим и врагом человеческого спасения – сатаною, не может быть мира с грядущим антихристом и слугами его, подготовляющими пришествие его, не может быть мира с теми, кто идет одним путем с ними, возставая на основанную Христом-Спасителем истинную Церковь Его, извращая и отвергая истинное учете Ее, попирая спасительные установления Ее.

Ибо какое может быть общение у света со тьмою? какое может быть согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверными? (2 Кор. 6, 14-15). Пытающиеся примирить и объединить непримиримое и необъединимое тем самым показывают, что они сами не. стоят в истине, что они не во свете ходят, а во тьме. Ибо такой мир, такая дружба с миром, враждебным Христу и Его истинной Церкви, есть, по учению Слова Божия, ни что иное, как «вражда против Бога» (Иаков. 4, 4), а, следовательно, и утрата того подлинного Божественного мира, который принес на землю Родившийся в Вифлееме Христос. Такие люди сами себя изобличают, как богопротивники, сколь бы они ни называли себя верующими и даже христианами.

Блюдите же, братие, како опасно ходите, и не дайте себя опутать, как сетями, лукавыми и вкрадчиво-льстивыми словесами отступников от истинной веры и Церкви, какою бы благовидною внешностью они ни прикрывались! Без чистоты совести, не изменившей Христу и не запятнавшей себя постыдным соглашательством с врагами Христовой Церкви, нет и не может быть подлинного мира, нет и настоящей радости в празднике Рождества Христова.

Чем можем мы наилучшим образом ознаменовать эту светлую праздничную радость? Конечно, сделав, насколько это от нас зависит, участниками этой радости возможно большее число людей, ближних наших, особенно же – скорбящих и обездоленных, дав им почувствовать, что они не забыты, не оставлены в эти великие дни радости. В этом номере читатели найдут несколько воззваний – просьб о помощи нуждающимся ко дню великого праздника Рождества Христова. Откликнемся на эти просьбы и, в лице тех, кого Господь благоволил Сам назвать Своими «меньшими братьями», принесем новорожденному Господу угодные Ему дары, как некогда волхвы. Тогда и наша радость, наше празднование в эти великие дни будут более полными и совершенными.

«Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» (1956 г.)

Все менее и менее способными становятся современные люди к истинному покаянно. И это не удивительно, ибо все направление современной жизни, господствующий дух ее, которому весьма трудно противостоять, идет совершенно вразрез с теми мыслями, чувствами и устремлениями, коими характеризуется истинное покаяние.

Не взирая, однако, на это, Св. Церковь, как попечительная мать, неустанно продолжает призывать нас к покаянию, а особенно – в известные периоды года. Вот и теперь вновь дожили мы, милостью Божиею, до подготовительных недель к Великому Посту, этому дивному поприщу покаяния. Вновь слышится в храмах умилительный вопль души, который как бы болезненно исторгается из груди грешника, начинающего отчаиваться в своем спасении и умоляющего Бога о помиловании:

«Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!..»

Но у многих ли в наше время этот призыв находить отклик в сердце?

Трудно, о, как трудно современному человеку, давно уже отравленному губительным ядом гуманистического мiровоззрения, уразуметь всю жизненную необходимость христианского покаяния, без которого нет спасения; еще труднее – полностью и до конца понять, в чем именно состоит подлинное покаяние.

Трудно это потому, что современный человек – такой, каким его в нынешнее время воспитывает и семья, и школа, и общество, по большей части, доволен собой: ему непонятно, почему же собственно и в чем он должен каяться, когда он и так хорош. «Самость» всякого рода: себялюбие, самолюбие, самомнение, самоуверенность, самочиние, самопревозношение, самоублажение, а как результат всего этого – надмение, хвастливость, тщеславие и гордость – вот естественные плоды того гуманистического мiросозерцания и порожденного им умонастроения, которые прочно внедрились в душу современного человека, иногда, по какому-то печальному недоразумению, все еще продолжающего считать себя христианином.

Но сколь ни печальна сама по себе эта картина нравственного падения христианского человечества на ХХ-ом веке христианской эры, еще печальнее непонимание того, или нежелание понять то, как дошел современный человек до такого состояния. Ведь все это – не что иное, как результат планомерной и настойчиво проводимой в мiре диавольской работы тех темных сил, которые сознательно, а, может быть, иногда и безсознательно, выступают в общественной и государственной жизни людей в качестве предшественников грядущего Антихриста, ставя себе задачей создание в мiре обстановки, благоприятствующей его явлению. Это они – эти именно слуги грядущего Антихриста, – руководя мiровым процессом «отступления», о котором предупреждал нас в своем втором послании к Солунянам св. Апостол Павел (2 гл.. 3. ст.), создали и продолжают создавать еретические отпадения и всякого рода разделения и расколы в Единой Христовой Церкви, это они требуют повсеместного безрелигиозного воспитания детей, провозглашения веры частным делом каждого человека, отделения школы от Церкви и Церкви от государства и т. п.

Прикрываясь мнимо-высокими, а в существе своем, весьма низменными идеями «гуманизма», как наименовали они свое направление, противопоставляемое ими христианству, они во многом возвратили христианское человечество к оставленному им двадцать веков тому назад язычеству и, в частности, возродили и узаконили положение, провозглашенное софистами, что человек является «мерою всех вещей», что абсолютной истины, как таковой, вообще не существует, что всякая истина относительна, что сам человек является мерилом истины, что «у каждого человека своя истина». В основе этого глубоко противного христианству гуманистического мiровоззрения лежит идея подлинно богоборческая: выше человека нет ничего: человек – сам для себя бог, он – самоцель, которой все окружающее должно служить.

Но если выше человека нет ничего, и если всё должно быть направлено к угождению ему, то нисколько не удивительно, что законом жизни современного человека, воспитанного в духе гуманистической «культуры», сделались те основные греховные страсти, которые разсматриваются христианином, как главные враги человеческого спасения и требуют решительного искоренения:

гордость и сластолюбие.

Духовная атмосфера, в которой господствуют эти страсти, и есть тот самый «мiр», против любви к которому предостерегает христиан возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов, говорящий, что все «еже в мiре, похоть плотская, и похоть очима, и гордость житейская» (1 Иоан. 2, 15-16) и что этот «мiр весь во зле лежит» (1 Иоан. 5, 19). На основании этих слов св. Апостола, Святые Отцы-подвижники в своих писаниях, посвященных духовной жизни христианина, указывают три первоисточника греховных страстей, от которых происходит все нравственное зло и с которыми надлежит бороться: сластолюбие («похоть плоти»), сребролюбие («похоть очей») и славолюбие («гордость житейская»).

Между тем, достаточно самого беглого наблюдения за современной жизнью, чтобы видеть, как в ней старательно культивируются именно эти три главнейшие страсти и как современному человеку «откуда-то свыше» настойчиво внушается, что именно в удовлетворении этих страстей заключается высшее благо человека и что он «имеет право» на удовлетворение этих страстей и «должен бороться за это право».

Вот почему наш великий наставник христианского благочестия святитель Феофан, Вышенский Затворник, еще почти сто лет тому назад (в слове своем в 1858 г.) со скорбью говорил: «Какой дух господствует ныне? Предлагаем сей вопрос не из любопытства и не по страсти все осуждать, а потому, что каков дух времени, таковы большею частью бываем и мы, и, следовательно, или спасаемся или гибнем по влиянию его... Смотря на то, что делается вокруг нас, можем решительно ответить: ныне начинает господственно водворяться среди нас дух мiра, тот дух, который побежден Господом нашим Иисусом Христом и должен быть побеждаем силою Его и чрез нас. Воды потопного нечестия устремляются на нас и готовы поглотить всех нас.» («Слова на Господские, Богородичные и торжеств. дни» стр. 261-262).

Нетрудно видеть, как далеко с тех пор ушел вперед этот тлетворный дух, вызвавший у нас на Родине такую страшную, безпримерную в истории, кровавую катастрофу и торжество богоборческой власти!

Нетрудно также видеть и то, насколько этот подлинно диавольский дух, умеющий иногда ловко и искусно скрывать свое лицо, несовместим с христианством и, следовательно, с действительным благом человечества.

А потому всякий, кто желает спасения, и лично себе и всему человечеству, от полной нравственной погибели – страшной мiровой катастрофы здесь на земле и вечных адских мук там, в жизни будущей – должен усвоить себе ту необходимейшую основную истину христианства, с проповеди которой начал Свое общественное служение человечеству Воплотившийся Сын Божий:

«Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное!» (Матф. 4, 17)

Покайтеся, то есть: сознайте себя грешниками, сознайте себя преступниками закона Божия, раскайтесь в своем безумном противлении Богу и учрежденной им на земле для вашего спасения Церкви, и переменитесь, станьте другими, чем вы были до сих пор, измените коренным образом к лучшему, в согласии с законом Божиим и установлениями Церкви, ваши мысли, чувства, желания!..

«Покаяние есть возобновление крещения», говорит великий учитель христианской подвижнической жизни Преп. Иоанн Лествичник: «покаяние есть обещание Богу новаго жития. Покаяние есть примирение с Господом посредством добрых дел, противоположных прежним грехам». (Слово 5-е).

Все это для желающего быть христианином совершенно необходимо, ибо сущность христианства в том, чтобы стать новою тварью (2 Коринф. 5, 17), а для этого, до образному выражению Апостола, нужно «совлечься ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, с делами его» - и «облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (См. Ефес. 4, 22-24 и Колос. 3, 9-10).

Но это-то как раз и есть самое неприятное для человека, любящего грех, не желающего отстать от греха, не желающего развязаться со своими любимыми грехами, как бы вошедшими в плоть и кровь и сделавшимися словно второй природой его. В этой привязанности ко греху укрепляет современного человека внушенное ему, как самое разумное, самое правильное будто бы отвечающее естеству, человеческой природе, гуманистическое мiровоззрение. И вот, современный человек, в основной массе, идет теперь, в наше время, двумя путями: он или совсем отвергает христианство, как «мешающее» ему «жить», или извращает его, пытаясь как-то примирить его со своими греховными страстями и заволакивая при этом простую и ясную истину христианства туманом сложной и запутанной философии, всевозможными замысловатыми хитросплетениями своего «лжеименнаго разума», против чего так предостерегает в своем послании св. Апостол Павел своего любимого ученика Тимофея (1 Тим. 6, 20), наставляя его, а в лице его, конечно, и всех христиан, хранить чистым и неповрежденным Апостольское Предание, или учение св. Церкви.

А сказано просто и ясно: «... яко ктому не работати нам греху» (Римл. 6, 6). то есть: «...дабы нам не быть уже рабами греху». В этом и только в этом – смысл и задача христианства!

Трудно, о, как трудно современному человеку решиться на такое настоящее, подлинное, спасительное покаяние, коренное изменение всей своей жизни: своих нравов, привычек, обычаев. Особенно трудно это тем, которые живут среди материального благополучия и благосостояния, ибо для того, чтобы по-настоящему покаяться, нужно, по словам нашего великого праведника о. Иоанна Кронштадтского, «перестать быть рабом чрева, театра, карт, цирка, рабом различного кутежа (банкетов), табачного зелья, рабом серебра и золота и затейливых мод» («Живой Колос» стр. 100).

Трудно, но совершенно необходимо! Нет ничего нужнее покаяния, ибо без покаяния нас ожидает неизбежная вечная погибель.

«Смотря на многоразличные развлечения людей», пишет в своем вдохновенном дневнике приснопамятный о. Иоанн: «на исключительные попечения о плоти, думаешь: есть ли в людях душа? А если есть, то почему они не заботятся, не думают о ее спасении, ибо она предана безчисленным грехам, которые составляют смерть ее, и смерть вечную? Есть ли вечные муки и блаженство? А если есть, то отчего так мало стараются, или вовсе нет старания избежать вечного мучения и наследовать вечное блаженство? вот, что меня удивляет. И еще: отчего людей не страшит страшный час смерти? Ведь не вечно же будем мы жить на земле. Когда-нибудь и до нас очередь дойдет, и нам скажут: обратитесь и вы, сыны человеческие, в персть, из которой созданы.

О, разсеянность наша, гордость наша, пристрастие, пригвождение к земле!

Грешники, думаете ли, что Богу нечем наказать вас?

О, есть чем! Это – геенна огненная, озеро огненное, тартар страшный, которого и сам сатана трепещет, червь не умирающий и скрежет зубов» («Моя Жизнь во Христе» том 2, стр. 10-11).

К тем же, кто не желает каяться, но весь смысл жизни своей полагает в накоплении богатств и услаждении земными благами, удовольствиями и развлечениями, сам Господь Иисус Христос, пришедший на землю грешников спасти, обращает в Евангелии Свое грозное обличительное слово:

«Горе вам, богатым, яко отстоите утешения вашего!

Горе вам, насыщеннии ныне, яко взалчете!

Горе вам, смеющымся ныне, яко возрыдаете и восплачете!» (Лук. 6, 24-25).

Воззвание Председателя Фонда имени приснопамятного отца Иоанна Кронштадтского.

Возлюбленные о Господе братие и сестры, православные русские люди!

С великою духовною радостью извещаем Вас, что нашему Фонду, который поставил себе задачей творить дела милости духовные и телесные, в прославление памяти великого праведника Земли Русской отца Иоанна Кронштадтского, Всемилостивый Господь помог осуществить чрезвычайной важности дело – издать впервые заграницей полностью замечательный дневник вашего приснопамятного пастыря "Моя жизнь во Христе" в двух томах (всего 840 страниц). Книга предположительно выйдет из печати в марте.

Этот совершенно своеобразный дневник представляет собою подлинное духовное сокровище. День за днем наш великий молитвенник о. Иоанн записывал свои необычайно возвышенные мысли о Боге, о Церкви и о путях человеческого спасения, которые являлись следствием благодатного озарения его души, коего сподоблялся он "в минуты глубокого к себе внимания и самоиспытания, особенно во время молитвы". Таким образом, дневник этот является отражением духовной жизни автора, красноречиво свидетельствуя о его несомненной святости, а вместе с тем представляет собою сборник неисчерпаемого назидания высочайшей ценности, который может сравниться только с вдохновенными творениями древних великих Отцов Церкви и святых подвижников веры и благочестия.

Особенная ценность дневника о. Иоанна в том, что он отвечает на многие животрепещущее вопросы современности и дает им авторитетное разрешение словами человека, святость которого засвидетельствована многочисленными знамениями и чудесами.

Даже инославные оценили по достоинству все великое значение этой книги, и она еще в 1897 г. была переведена на английский язык, сделавшись настольной книгой многих верующих англикан.

Темь более эта драгоценная книга должна стать настольной в каждой православной русской семье, и мы твердо веруем, что все русские люди, чтущие нашего великого праведника и чудотворца (кто из нас или наших близких не испытал на себе чудодейственную силу его молитв?!), сочтут своим непременным долгом приобрести эту книгу.

Ныне, нами объявляется предварительная, удешевленная подписка на эту книгу в сумме 6 долларов за оба тома. Подписку следует адресовать на Правление Фонда в г. Ютика:

Memorial Fund of John of Cronstadt

749 Bleecker St. Utica 3, N. Y., U. S. А.

Всем сомневающимся в том, что будет Второе Пришествие Христово.

"... Еще бо мало елико елико, Грядый приидет и не укоснит".
(... Ибо еще немного, очень немного, и Грядущий приидет и не умедлит).

К Евреям гл. 10 ст. 37.

"Увы мне, мрачная душе, доколе от злых не отреваешися,
доколе унынием слезиши; что не помышляеши о страшном
часе Смерти? что не трепещеши вся страшнаго судища Спасова?..."

Стихира в неделю Мясопустную.


Перед наступлением Великого Поста, в третью приготовительную неделю к нему, именуемую неделей Мясопустной, Св. Церковь живописует пред нашим мысленным взором потрясающее зрелище кончины мiра, Второго Пришествия Христова и Страшного Суда. Делает это она, как любвеобильная попечительная мать, пекущаяся о нашем спасении, с целью дать нам сильнейшее побуждение к искреннему раскаянию в своих грехах в течение предстоящего Великого Поста.

В полном согласии с учением Слова Божия, изложенном в Евангелиях (см Евангелие от Матфея главы 24-я, 25-я, от Марка гл. 13, от Луки гл. 12, 35-59; 17, 22-37 и 21, 8-36 и Иоан. 14, 3), в Апостольских Посланиях (см. 2 Петр. 3, 1-18; 1 Иоан. 18-22, 28; 4, 1-3; Иуд. 1, 14-15; 1 Кор. 1, 7-8; 3, 13-15; 15, 20-58; 2 Кор. 4, 14; 5, 1-10; Колос. 3, 4; 1 Солун. 4, 13-18; 5, 1-11; 2 Солун. 1, 5-10; 2, 1-15; Тит. 2, 11-14; Евр. 10, 30-37; 12, 26-29; 13, 14) и в Апокалипсисе, церковные песнопения недели Мясопустной внушают нам непрестанно помышлять о наступлении этого великого и страшного дня Господня и жить так, чтобы всегда быть готовыми ко сретению Господа, грядущего судить живых и мертвых. Не убеждать себя и других, как это ныне делают некоторые, что этот день наступить еще не скоро, что впереди еще много времени для того, чтобы заняться благоустроением своей земной жизни, а думать о нем постоянно, как о дне, который может наступить мгновенно и для нас совершенно неожиданно, – по образному выражение Слова Божия, «яко тать в нощи» (Матф. 24, 43; Лук. 12, 39; 2 Петр. 3, 10 и 1 Солун. 5, 2-4)..

Так именно настраивать себя и так готовиться к этому великому дню повелел нам, христианам, Сам Божественный Спаситель наш – Господь Иисус Христос, говоривший неоднократно: «Бдите убо, яко не весте, в кий час Господь ваш приидет» (Матф. 24, 42), «будите готови, яко в оньже час не мните, Сын Человеческий приидет» (Матф. 24, 44). Говоря о неизвестности дня и часа Своего Второго Пришествия (Матф. 24, 36), Господь Иисус Христос, тем не менее, учил распознавать «знамения времен»: указав целый ряд признаков близости Своего Второго Пришествия, Он заключил: «егда видите сия вся, ведите, яко близ есть, при дверех» (Матф. 24, 36).

Тот же, кто не захочет постоянно помышлять о Втором Пришествии Христовом и готовиться к нему, а будет говорить в сердце своем: «коснит господин мой приити», то есть: «не скоро придет господин мой» и станет жить легкомысленно и безпечно, будет подвергнуть строжайшему наказанию: «приидет господин раба того в день, в оньже не чает, и в час, в оньже не весть: и растешет (разсечет) его, и часть его с неверными положит» (подвергнет его одной участи с неверными (Лук. 12, 45-46). «Внемлите же себе», наставляет Господь: «да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством и печальми житейскими, и найдет на вы внезапу день той» (Лук. 21, 34), «яко сеть бо приидет на вся живущыя на лицы всея земли» (ибо он, как сеть, найдет на всех живущих по всему лицу земли – (Луки – 22, 35).

Весьма характерный признак близости Второго Пришествия Христова указывает нам св. Апостол Петр, предрекший, что «в последние дни явятся наглые ругатели, поступающие по своим собственным похотям и говорящие: «где обетование пришествия Его? ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала Творения, все остается так же» (2 Петр. 3, 3-4). Не приходится ли нам, в наше время именно, встречать множество таких «наглых ругателей», которые позволяют себе грубо и цинично издеваться над священным христианским верованием о кончине мiра, Втором Пришествии Христовом, Страшном Суде и будущей вечной жизни? Но что особенно типично для нашего времени, это то обстоятельство, что и среди лиц, считающих себя верующими христианами, все чаще и чаще встречаются такие, которые в вопросе о кончине мiра и Втором Пришествии, по какому-то печальному недоразумению, оказываются единомысленными с этими «наглыми ругателями». Они не терпят напоминаний о кончине мiра и разговоров о возможной близости ее, считая это признаком «сектантской психологи».

Печальное недомыслие, ведущее к самому пагубному умонастроению!

Живое исповедание одного из коренных догматов христианства, служащего венцом всех наших упований, мы уступаем заблудившимся в своих умствованиях еретикам-сектантам, отпавшим от истинной Церкви, а сами солидаризируемся с «наглыми ругателями».

Какой это позор для нас, современных христиан! Какое губительное для душ противление ясному учению Слова Божия и столь же ясному учению Святых Отцев Церкви и великих подвижников и наставников духовной жизни на протяжении целых двадцати веков – от первых времен христианства и до последнего великого праведника и угодника Божия приснопамятного отца Иоанна Кронштадтского!

Всякому мало-мальски знакомому с историей Церкви и с Житиями Святых известно, каким напряженным ожиданием Второго Пришествия Христова жили первые христиане, находя в этом радостном для них ожидании подкрепление и ободрение в переносимых ими скорбях и гонениях. И в позднейшие времена не раз бывали моменты, когда многим казалось, что время кончины мiра приблизилось. Значить ли это, однако, что все эти люди ошибались и что вообще не следует думать о кончине мiра и высказывать предположения о ее возможной близости?

Отнюдь нет! Помышлять о приближении кончины мiра и готовиться к ней заповедано Словом Божиим. Этому же учит и наставляет нас Св. Церковь устами св. Отцев и наших богослужебных песнопений. А если ожидание кончины мiра многими христианами, жившими в прежние времена, до сих пор не оправдалось, то на это есть прекрасное объяснение св. Апостола Петра: «Не коснит Господь обетования, якоже нецыи коснение мнят: но долготерпит на нас, не хотя да кто погибнет, но да вси в покаяние приидут» (2 Петр. 3, 9).

Кто знает? Быть может, время кончины мiра и в самом деле не раз уже приближалось, но Милосердный и Долготерпеливый Господь давал людям отсрочку, как отменил однажды Свое Божественное определение, провозвещенное через св. пророка Иону, о гибели Ниневии. Это долготерпение Божие и возможность таких отсрочек и продления существования мiра и в будущем нисколько не освобождают нас от обязанности «Ожидать и желать пришествия дня Божия», «ожидать блаженного упования и явления славы великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа» (Тит. 2, 13), «ожидать нового неба и новой земли, на которых обитает правда», как учат о сем св. первоверховные Апостолы Петр и Павел (2 Петр. 3, 12-13).

А если св. Апостол Павел и увещевал в своем втором послании Солунян «не спешить колебаться умом и смущаться..., будто уже наступает день Христов» (2 Солун. 2, 2), то это именно потому, что новообращенные Солуняне, вчерашние язычники, не должным образом отнеслись к преподанному им великим Апостолом языков учению о кончине мiра и Втором Пришествии Христовом. Это и естественно для людей, не успевших еще проникнуться, как бы следовало, духом Христовой веры. Истинные христиане, слыша о приближении кончины мiра, не будут, как иные теперь любят выражаться, «впадать в панику», и «поступать безчинно, ничего не делая и суетясь», как «некоторые», обличаемые св. Апостолом Солуняне (2 Сол. 3, 11). Они наоборот, воспрянуть духом, памятуя постоянно завещание Своего Господа: «Начинающим же сим бывати, восклонитеся и воздвигните главы ваша, зане приближается избавление ваше» (Лук. 21, 28). Не к бездействию и не к отчаянию будет это их побуждать, а напротив – к усилению подвига христианской жизни, молитвы и покаяния, в согласии с увещанием Св. Церкви: «воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог…». (Кондак Великого Канона).

Обратная же настроенность – отклонение от себя мысли о близости кончины мiра – она-то именно и приносит самые губительные для духовной жизни плоды – безпечность, нерадение и «окамененное нечувствие». Это то, против чего как раз и предостерегает Господь Иисус Христос в своей притче о неверном домоправителе: «аще же речет раб той в сердце своем; коснит господин мой приити, и начнет бити рабы и рабыни, ясти же и пити и упиватися: приидет господин раба того в день, в оньже не чает, и в час, в оньже не весть, и растешет его, и часть его с неверными положит» (Лук. 12, 45-46). Нежелание думать о возможной близости кончины мiра, служит причиной того греховного сна, в который ныне погружено далеко отошедшее от евангельского духа современное человечество, и о котором говорится в другой притче Христовой о десяти девах: «воздремашася вся и спаху».

Совсем не так были настроены все великие христианские подвижники и праведники, долженствующие служить для нас примером, и из них особенно почитаемый Св. Церковью преп. Ефрем Сирин, дивную покаянную молитву которого и исполненные духа подлинного христианского покаяния и умиления поучения, Святая Церковь предлагает нам Великим Постом. «Час присно провидя суда, рыдал еси горько, Ефреме»… в таких словах прославляет св. Церковь этого великого духоносного мужа, начертавшего так живо перед нашим мысленным взором потрясающее зрелище кончины мiра, Второго Пришествия Христова и Страшного Суда.

«Ни одна истина не сильна так умягчить нераскаянное сердце, как истина о Страшном Суде Божием. Знает сие враг и всячески ухищряется поставлять нас в такое состояние, что мы или совсем не помышляем о сем суде, или, если помышляем когда, помышляем поверхностно, не проводя сего помышления до сердца и не давая ему произвесть там полнаго своего действия. Еслиб и память суда не отходила от нас и сила его принимаема была всем сердцем нашим, – не было бы грешников, или были бы грешники только случайные, нечаянные, минутные, тотчас по нечаянном падении возстающие. Положим же, братие, – помнить непрестанно о суде, и сердцем воспринимать всю силу его и весь страх его» – так поучает нас современный нам великий подвижник Еп. Феофан, Вышенский Затворник: «Нарисуем в уме нашем картину Суда Страшнаго и будем носить ее непрестанно» («О покаянии» стр. 42). Только мыслью о близости кончины мiра и Страшного Суда еще можно пробудить современных христиан от греховного сна и растопить лед «окамененного нечувствия» на их сердцах. Кто думает иначе, показывает, что он сам слабо верит Слову Божию, что он сомневается...

Антихристианское «гуманистическое» мiровоззрение, пропагандирующее веру в прогресс человечества здесь на земле и подчинившее своему влиянию слишком многих в наши дни, в том числе – увы! – даже христианских священнослужителей, служит причиной того, что у современных христиан стало теперь «не модно» помышлять и говорить о кончине мiра, Втором Пришествии Христовом и Страшном суде. Страшно сказать! В наше время, если и говорят об этом, то – только в шутку. А говорить всерьез – значит навлечь на себя обвинение в сектантских настроениях. Вопреки Евангелию и учению нашей Церкви, современные умники не хотят даже и слышать об ожидающей нас вечности, а всеми мыслями своими устремляются только на то, чтобы на этой грешной земле, обреченной, по учению Слова Божия, на уничтожение огнем, устроиться получше, попривольнее. Что греха таить? Гуманистическая вера в земной прогресс и благоденствие человека на земле в душах многих современных христиан совершенно вытеснила веру в «жизнь будущаго века». И многие, очень многие, не смея совсем отвергать эту веру теоретически – ибо отвергнуть один из основных догматов христианства значило бы отречься от самого христианства – отвергают ее практически, не желая ничего слышать о возможной близости кончины мiра, Второго Пришествия Христова и Страшного Суда и досадуя на тех, кто еще осмеливается громко говорить об этом вслух.

Разве не являемся мы свидетелями такого массового «отступления» христианского человечества от Христа, какого никогда еще не было в прошлом?

Разве появлялось когда-либо в истории христианского человечества мощное государство, охватившее собою более нежели одну шестую часть света, которое ставило бы себе задачей искоренение христианства и самой веры в Бога вообще?

А это «отступление», по учению св. Ап. Павла, как раз и является главным признаком близости конца мiра, что и отмечали многократно, призывая русский народ к покаянию, наши великие праведники Еп. Феофан Затворник и приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский. Или и их слова мы оставим без внимания?

И не внушает ли нам естественную мысль о близости «конца» самая эта безпечность перед лицом переживаемых нами грозных мiровых событий: все эти безконечные увеселения и развлечения; балы, вечера, балеты, оперетки, водевили, с заманивающими зазываниями, вроде «несмолкаемого смеха», «пьянящего веселия» и т. п.? И все это – взамен всенощного бдения, в священную для христианина воскресную ночь, и даже теперь – в приготовительные недели к Великому Посту, когда вспоминается ожидающей всех нас Страшный Суд и изгнание наших прародителей из рая.

Тем, которые спят безпечно и ничего во всем этом не видят, убеждая себя и других, что все обстоит благополучно, напомним грозные предостерегающие слова св. Апостола Павла:

«Егда бо рекут: мир и утверждение (безопасность), тогда внезапу нападет на них всегубительство, якоже болезнь во чреве имущей, и не имут избежати» (1 Солун. 5, 3).

«Но вы, братия, не во тьме», убеждает благоразумных христиан, св. Апостол Павел: «чтобы день (Второго Пришествия Христова) застал вас, как тать, ибо все вы – сыны света и сыны дня: мы не сыны ночи, ни тьмы. Итак, не будем спать, как прочие, но будем бодрствовать и трезвиться!» (1 Солунянам 5, 4-6).

«Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною», говорит Господь (Апок. 22, 12).

В чем каяться?

Се время благоприятно, се время покаяния:
отложим дела тьмы, и облечемся во оружия света!...
(Стихира недели Сыропустной на вечерни).


Вот и опять сподобил нас Господь дожить до спасительных дней Великого Поста. Дивное, благодатное время! Используем же его, как должно.

Наша речь будет идти сейчас не к тем, кто окончательно погряз в смрадной тине страстей и похотей житейских. Тот, кто весь смысл жизни видит в одном лишь устроении своего земного благополучия, в накоплении земных богатств, в земных удовольствиях и наслаждениях, глух остается к голосу Церкви. Такого ничем не пробудить от греховного сна, пока не обрушатся на голову его отрезвляющие бедствия и страдания, какие часто попускает Господь для нашего вразумления. Но и это сильное средство воздействия, в наши дни «окамененного нечувствия», часто оказывается недействительным. Особенно трудно убедить внять голосу Церкви тех, которые не просто грешат, а грешат, как им кажется, «с идеей». Наиболее упорны и жестоковыйны те, которые «творят себе кумира» из политической и общественной и так называемой «культурно-просветительной» деятельности, совершенно забывая о том, что всякая земная деятельность, даже самая возвышенная и благородная, имеет цену и значение лишь постольку, поскольку она, в конечной цели своей, готовит граждан для будущего Царства Небесного и, следовательно не идет вразрез с учением Церкви Христовой, с Ее требованиями и уставами. Только страшная мiровая катастрофа, более страшная, чем недавняя война с ее воздушными бомбардировками, быть может, была бы способна образумить этих несчастных людей, пренебрегающих Церковью и пытающихся создать себе какие-то иные, собственные идеалы, вопреки единственному вечному идеалу, предлагаемому Церковью.

Наша задача сейчас более скромна. В связи с наступающим Великим Постом, мы хотим помочь тем людям, которые еще не совсем порвали с истинной Церковью, для которых авторитет Ее еще представляет какую-то ценность, которые еще не перестали считать своим христианским долгом исповедываться и причащаться Св. Христовых Таин, хотя бы раз в году. Мы имеем ввиду тех, которые приходят на исповедь и не знают, в чем им каяться.

Теперь это – весьма частое явление. Приходит человек на исповедь и молчит или отвечает священнику односложно: «Грешен, как все»; «грешен обычными человеческими грехами». А некоторые даже недовольны бывают, когда священник добросовестно исполняя свой пастырский долг, не удовлетворяется такими ответами и начинает разспрашивать, в чем же именно пришедший чувствует себя грешным.

«Покаяние есть Таинство, в котором исповедующий грехи свои, при видимом изъявлении прощения от Священника, невидимо разрешается от грехов Самим Иисусом Христом» («Православный Катихизис»). «Исповедующий грехи свои», - то есть открыто сознающийся в своих грехах и, следовательно, называющий, перечисляющий их – лишь такой кающийся разрешается от грехов, а не молчащий, и не желающий назвать их. Грехи, о которых кающийся не говорит на исповеди, ему не прощаются: они, как были, так и остаются на нем. Поэтому не нужно бояться или стыдиться называть свои грехи: это совершенно необходимо для их прощения. Грех неисповеданный – все равно, что заноза, остающаяся в теле, все равно, что рана, оставшаяся без уврачевания. Придет ли кому в голову, находясь в болезни, явиться к врачу и молчать о том, что у него болит? Но исповедь это, по учению нашей Церкви, есть не что иное, как духовное врачевание (см. увещание перед исповедью в Требнике), а священник, принимающий исповедь, есть врач духовный. Ему и надо открыть свою духовную болезнь, чтобы получить исцеление. На такое врачевание духовных болезней он поставлен, уполномочен Самим Богом, в силу дарованной ему благодати священства. Эту власть – прощать грехи – дал Своим ученикам, а в их лице и всем их преемникам Епископам и Пресвитерам, Сам Господь Иисус Христос, явившийся им по воскресении Своем и сказавший: «приимите Дух Свят: имже отпустите грехи, отпустятся им, и имже держите, держатся» (Иоан. 20, 22-23).

Все это каждому, желающему не напрасно носить имя христианина, надо знать и помнить. Тот совсем не христианин, кто не желает лечить свою душу от духовных болезней, в строгом согласии с установлениями св. Церкви, ведущими свое начало от Самого Божественного Основателя Церкви Господа Иисуса Христа.

Но главное зло нашего времени не столько в неведении самых простых церковных истин и в нежелании исполнять уставы Церкви, сколько в том, почти общем, состоянии «окамененного нечувствия», которое более всего мешает исповедываться, как должно. Область греха в наше время стала столь широкой, столь всеобъемлющей, что весьма многие виды грехов стали для большинства людей чем-то обычным, общераспространенным, а потому притупилась совесть и утратилось надлежащее чувство греховности. Многие, пожалуй, вполне искренно не знают, в чем им каяться. Как признать грехом и как каяться в том, что теперь все и повсюду делают, без всякого, как кажется, зазрения совести?

К такому пагубному состоянию «окамененного нечувствия» привела современного человека-христианина современная антихристианская гуманистическая «культура» со всеми ее исчадиями: богоборческой лженаукой, мнимым искусством, литературой, музыкой, прессой, всякого рода зрелищами, балами, вечерами – возбуждающими и укрепляющими в человеке греховные страсти. Не удивительно, что, вращаясь постоянно в такой нравственно развращающей обстановке и буквально дыша такой духовно-зловонной атмосферой, современный христианин постепенно утратил духовную чуткость, подлинное, ощущение греховности и не знает, в чем ему каяться.

Такому, отравленному ядом современной лже-культуры, но еще не потерявшему окончательно потребности в ежегодной исповеди и причащении св. Христовых Таин, лучше всего проверить свою совесть, сличив свою жизнь, свои поступки, свое поведение и настроение с 10-ью заповедями Закона Божия по порядку.

Если ты страдаешь маловерием, если ты не любишь помышлять о Боге, если угождение Богу не занимает первого места в твоей жизни, если кто-то или что-то, например, деньги, или слава, или плотские удовольствия, тебе дороже Бога и Его Св. Церкви, если ты надеешься на какого-либо человека, больше, чем на Бога, и предпочитаешь угождать более, нежели Богу, людям, от которых разсчитываешь получить что-либо для себя; если ты пренебрегаешь Богослужением, ленишься молиться Богу дома и в церкви, предпочитая заниматься, вместо этого, чем бы то ни было другим, и, забывая Бога, «творишь себе кумира» из какого бы то ни было лица, вещи или идеи, то вот и налицо – грехи против первой и второй заповеди, в которых необходимо самым тщательным образом исповедаться.

Если ты в разговорах легкомысленно, без благоговения, употребляешь Имя Божие или, что еще хуже, святыню обращаешь в шутку; или, не дай Бог, в припадке ожесточения, злобы или отчаяния когда-либо позволил себе дерзко роптать на Бога или даже хулить Бога; или, дав какую-либо клятву или присягу, потом нарушил ее, то это грех против третьей заповеди, в котором тоже необходимо принести на исповеди искреннее покаяние.

Если ты не чтишь воскресного дня и прочих великих праздников, установленных Св. Церковью: если ты работаешь в эти святые дни, ради выгоды или корысти, или если вместо праздничного Богослужения проводишь время на каком-либо увеселении – на балу, в театре, или хотя бы на каком бы то ни было собрании, где нет речи о Боге, где нет молитвы, коей надлежит встречать праздничный день, или, что еще хуже и преступнее, сам устраиваешь такие увеселения и собрания, отвлекая таким образом людей от посещения церкви, то ты совершаешь грех против четвертой заповеди, в котором и надлежит тебе исповедаться.

Если ты не относишься с должным, самою природою подсказываемым, почитанием к твоим родителям, если ты не заботишься о них в их болезни и в старости, не утешаешь и не радуешь их твоим добрым отношением и поведением, а после смерти их – не молишься Богу об упокоении душ их; если ты не чтишь подобным же образом духовных отцов и пастырей Церкви и отказываешь им в должном повиновении, когда они пекутся о спасении души твоей раздражаешься и озлобляешься на них, когда они указывают тебе правый путь жизни и обличают твои уклонения от него; если ты отказываешь в должном уважении людям почтенным и старшим тебя по возрасту, не желаешь повиноваться законно поставленным над тобою начальникам, бунтуешь против законной власти, не требующей от тебя ничего противного закону Божию, то это– грех против пятой заповеди, который ты также должен чистосердечно исповедать.

Если ты никого не убил физически в прямом и буквальном смысле, то подумай хорошо, не послужил ли ты причиной смерти кого-либо косвенным образом: мог помочь бедняку или больному, а не сделал этого – алчущего не накормил, жаждущего не напоил, странника не приютил, нагого не одел, больного и находящегося в темнице не посетил (см. Матф. 25, 34-46); проверь, как следует, совесть твою, не совершил ли ты духовного убийства, то есть не совратил ли кого с доброго пути жизни, не увлек ли в ересь или в раскол церковный, не соблазнил ли на грех; не убил ли кого духовно проявлением злобы и ненависти к нему; если что-либо из этого ты сделал, то совершил грех против шестой заповеди, в котором надо исповедаться

Если ты незаконно сожительствуешь с лицом другого пола, находясь с ним в плотских отношениях, подобных супружеским, без церковного брака, если ты позволяешь себе легкомысленно и нецеломудренно обращаться с лицами другого пола, если ты сам, наедине с собой, так или иначе оскверняешься, допуская себе предаваться нечистым и развратным мыслям и вожделениям, то ты грешишь против седьмой заповеди и должен помнить, что до тех пор, пока ты не исповедуешься в грехе незаконного сожительства и не прекратишь этого греха разлучением или вступлением в законный брак, ты вообще не смеешь приступать к причащению Св. Христовых Таин, как и не имеешь никакого права голоса в церковных делах.

Если ты каким бы то ни было образом присвоил себе чужую собственность или незаконно пользуешься чужим, не исполняя, как должно, того, что обязан исполнять за получаемое тобою вознаграждение, и вообще чрезмерно пристращаешься к земным благам, не желая делиться ими с другими, имеющими в них нужду, то это – грех против восьмой заповеди, который надо исповедать.

Если ты клевещешь на ближнего или любишь осуждать, злословить и поносить других людей, за действительные ли их пороки или только за мнимые; если ты находишь удовольствие в том, чтобы слушать о ком-либо дурную молву и сам потом охотно разносишь ее, увлекаясь всякими сплетнями и пересудами; если ты вообще падок на ложь и не стараешься быть всегда правдивым, – то ты грешишь против девятой заповеди, и в этом тебе нужно духовнику чистосердечно признаться.

Если ты завидуешь тому, что есть хорошего или ценного у других людей, то бойся, как бы это чувство зависти не довело тебя до какого-нибудь тяжкого преступления самим делом. Помни, что злобная зависть книжников и фарисеев возвела на крест Самого Сына Божия, пришедшего на землю спасти людей. Зависть и всегда приводить к злобе и ненависти и способна бывает довести до самых безумных поступков, вплоть до убийства. В целом ряде государств зависть произвела кровавые перевороты, так называемые «революции», и самую страшную и губительную – на нашей Родине, сделав ее из Святой Руси вертепом сатаны. Бойся же зависти, если заметишь проявление ее в себе: это – грех против десятой заповеди. Поспеши поскорее исповедаться в нем.

Над всеми же этими грехами стоит гордость – начальница и родительница всех греховных страстей, – к которой приводит и которую в нас укореняет постоянно удовлетворяемая страсть тщеславия. Гордость и тщеславие боле всего и мешают нам видеть свои грехи, сознать их и исповедаться в них. Современные люди не хотят каяться в грехах своих именно потому, что они гордо и надменно считают себя всегда и во всем правыми, или, по крайней мере, желают, чтобы другие считали их таковыми.

Каждый, кто даст себе труд, хотя бы так, как выше сказано, проверить себя, свою жизнь, свое поведение, свое настроение, уже не будет недоумевать, в чем ему каяться. К такой искренней, полной и чистосердечной исповеди, в наступившем Великом Посту, мы и призываем с любовию всех наших читателей, которые до сих пор еще не исповедывались по-настоящему.

Да поможет всем нам Всемилостивый Господь «подвигом добрым подвизатися, течение поста совершити, веру нераздельну соблюсти, главы невидимых змиев сокрушити, победителями же греха явитися, и неосужденно достигнути поклонитися и Святому Воскресению» (заамвонная молитва на Лит. Преждеосвящ. Даров).

Пасхальное приветствие духовного руководителя св. Владимирских кружков молодежи (1956 г.).

Х Р И С Т О С     В О С К Р Е С Е,

возлюбленные о Господе чада наши духовные – Свято-Владимирская молодежь!

Милостью Божиею, вновь сподобились мы дожить до светлой радости этого дивного, несравненного «праздника праздников и торжества торжеств», и я счастлив послать Вам всем это вечно-новое, всегда столь бодрящее и веселящее души пасхальное приветствие.

«Аще кто благочестив и боголюбив», взывает ныне великий Златоуст: «да насладится сего доброго и светлого торжества!» И действительно нет ничего выше, святее и радостнее того высочайшего духовного наслаждения, которое дает нам празднование Святой Пасхи в нашей Православной Русской Церкви. И хотя живем мы теперь на чужбине, среди иноверцев, но и тут не лишены мы возможности приобщиться к этому «доброму и светлому торжеству», поскольку не перестали мы ощущать себя православными русскими людьми. Надо только помнить, что существо этого светлого праздника не в «розговенах» (вообще не имеющих смысла, если в течение Великого Поста допускалось вкушение скоромной пищи), а в том светлом пире веры, который происходит в эту ночь в наших храмах.

О, дивная, священная, всепразднственная, спасительная нощь и светозарная, светоноснаго дне востания сущи провозвестница! Что может сравниться с этой ночью для того, кто еще не потерял способности переживать все величие, всю возвышенную красоту ее безподобного Богослужения, представляющего собою одно сплошное ликование, непрерывный, неумолкающий, торжественный гимн Воскресшему тридневно из гроба Победителю смерти и ада?!

Нигде так не праздновалась пасхальная ночь, как в прежнее время у нас на Родине. «Вся русская православная земля, по словам одного наблюдателя, представляла собою в эту ночь один великий алтарь, освещенный множеством разноцветных огней. Если бы мы могли окинуть своим взором все пространство, на котором раскинулось наше благословенное отечество, то мы увидели бы вокруг этих огней миллионы православного народа, который, забыв и сон и отдых, в духовном восторге поет победную песнь Воскресения; мы увидели бы, как эти миллионные толпы, соединенные одною верою и радостью, без различия сословий и состояний, называют себя братьями во Христе и обнимают друг друга для взаимного целования. Какая невидимая сила собрала этих верующих в эту ночь под своды храмов? Кто движет сердцами миллионов людей, наполняет их радостью и счастьем? Кто творит эти чудеса любви пред нашими глазами?

Христос воскресе из мертвых! – вот ответ на эти вопросы, вот причина, почему глубокою неземною радостью наполняется сердце каждого из нас в эту святую ночь».

Пасха Господня – день торжества Божественного Добра над диавольским Злом, день славной победы Божией Правды над сатанинской Ложью. И только тот, кому этот праздник всего на свете дороже, кто светло и радостно празднует и глубоко переживает его, только тот может быть признан находящимся в стане воителей на стороне подлинного Божиего Добра в той страшной битве между Добром я Злом, которая все более разгорается ныне в мiре, только тот может стать участником окончательной победы над Злом в приближающемся конце века сего.

К этому славному воинствованию за Божие Добро против диавольского Зла мы и призываем Вас, дорогая наша русская молодежь, объединяя Вас под священным стягом Просветителя Руси св. равноап. великого кн. Владимира. И да вдохновляет Вас на это святое воинствование, святую брань, наш победный клич – ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Пятидесятилетие архиерейского служения Митрополита Анастасия.

В нынешнем 1956 году в день памяти Святых Первоверховных Апостолов Петра и Павла – 29 июня по ст. ст. исполняется пятидесятилетие Архиерейского служения Высокопреосвященнейшего Митрополита АНАСТАСИЯ, Председателя Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей и нашего Первоиерарха.

Редкий и знаменательный юбилей!

До такого редкого юбилея сподоблялись дожить лишь очень немногие. В истории нашей Русской Церкви нам памятны только два подобных юбилея высоких иерархов, продолжавших занимать свои кафедры: Московского Митрополита Филарета и Санкт-Петербургского Митрополита Исидора. Известен еще и третий – Архиепископа Евгения (быв. Ярославского и Ростовского), уже ушедшего тогда на покой.

Этот знаменательный юбилей нашего Первоиерарха является подлинным праздником для всего русского церковного зарубежья и, хотя сам он, по присущей ему скромности и иноческому смирению, отказался благословить работу избранного нашей церковной общественностью Юбилейного Комитета, по организации достойного чествования его, православные русские люди, разсеянные по всем концам вселенной, конечно, не могут не отметить так или иначе столь выдающейся даты в жизни своего любимого и горячо почитаемого Первосвятителя.

И это вполне понятно.

Наш Первосвятитель, как истинный инок,. постник-аскет и молитвенник, не имеет своей личной жизни: его жизнь сливается с жизнью нашей Русской Зарубежной Церкви, он живет ее жизнью и весь принадлежит ей, полностью и всецело. Вот потому-то его торжество есть торжество всей Русской Зарубежной Церкви.

А значение нашей Русской Зарубежной Церкви, представляющей собою единственное в своем роде, исключительное явление в мiровой истории христианского человечества, чрезвычайно велико. В то время, как церковь у нас на Родине порабощена богоборческой властью и сделалась – страшно сказать: – ее послушным орудием, а другие православные церкви, почти все, находятся в большей или меньшей от нее зависимости или под ее давлением и влиянием, одна только наша Русская Зарубежная Церковь доселе сохраняет еще свою полную духовную свободу и независимость от каких бы то ни было давлений или влияний враждебных истинному христианству темных сил.

Храня нерушимо свою преемственную связь с прежней Российской Православной Церковью и оставаясь ее нераздельной частью, наша Русская Зарубежная Церковь выполняете данное ей от Господа высокое и ответственное послушание двоякого рода:

1) оберегает среди русских людей, «в разсеянии сущих», их драгоценнейшее достояние – Св. Православную Веру, и

2) являет всему инославному и иноверному мiру духовные сокровища св. Православия.

При такой высокой и ответственной миссии Русской Зарубежной Церкви чрезвычайно важным является вопрос о ее достойном возглавлении. И мы не можем не быть глубоко благодарными Всепремудрому Промыслу Божию за то, что Он даровал ей такое возглавление – сначала в лице Блаженнейшего Митрополита АНТОНИЯ, бывшего на Всероссийском Церковном Соборе 1917 года первым кандидатом в Патриархи, а после его кончины – в лице его достойнейшего преемника Высокопреосвященнейшего Митрополита АНАСТАСИЯ, нынешнего нашего Первосвятителя и высокого юбиляра.

Помимо своих личных высоких качеств истинного инока и подлинного Архиерея, Архиерея «Божией милостью», Архиерея того типа, который, увы, отходит уже в вечность, вместе со всеми прочими возвышенными и благодатными духовными красотами Святой Руси, наш Высокопреосвященнейший Владыка Митрополит Анастасий является в настоящее время единственным еще оставшимся в живых членом Священного Синода Российской Православной Церкви, избранного на последнем, свободном еще от всяких давлений и потому законном Всероссийском Церковном Соборе 1917/18 г. Следовательно, его должно разсматривать, как единственного представителя во всем мiре безспорно законной Высшей Церковной Власти для всей Русской Православной Церкви, и, в качестве уже такового, голос его должен быть особенно авторитетен. И мы знаем, что канонический авторитет нашего Первоиерарха, не говоря уже о личном уважении к нему Восточных Патриархов и всех выдающихся иерархов Православной Церкви, стоить весьма высоко.

Будучи очень строгим к себе и чрезвычайно снисходительным и милостивым по отношение к другим, готовым на максимальные уступки, что вызывает иногда естественное безпокойство у многих ревнителей нашей веры и Церкви, наш Владыка Митрополит Анастасий бывает мягок и уступчив лишь до известного предала, дойдя до которого обнаруживает обыкновенно большую твердость в отстаивании вековых канонических устоев Церкви.

Подрыв канонов церковных ведет к полному развалу всей церковной жизни. Вот почему в 1923 г. наш Владыка, будучи тогда еще Архиепископом и управляющим православными русскими общинами Константинопольского округа, так мужественно и решительно выступил против замышлявшихся «Всеправославным Конгрессом» в Константинополе, под председательством печальной памяти Вселенского Патриарха Мелетия IV, новшеств, направленных к ниспровержению священных канонов, как введение нового стиля, женатого епископата, второбрачия священников, упразднение постов, сокращение богослужения, разрешение светской одежды духовенству и т. п. Это выступление тогдашнего Архиепископа Анастасия вызвало горячее восхищение всех ревнителей Православия, начиная с Антиохийского Патриарха, который и выразил это в особом письме на имя Председателя Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей.

В этом отношении наш Первосвятитель дал нам высокий пример, и мы должны помнить, что наша Русская Зарубежная Церковь до тех пор будет стоять непоколебимо, несмотря на все безчисленные нападки врагов, пока она будет твердо и неизменно хранить такую же верность церковным канонам, всему отеческому преданию, исполненному духа подлинного православного благочестия. и всем благоговейным обычаям и традициям нашей родной старины.

Далее в этом номере из целого ряда статей, посвященных жизни и деятельности нашего Высокопреосвященного юбиляра, начиная от дня его торжественной хиротонии в 1906 году в Москве, читатели увидят, как наш Первоиерарх оставался верным самому себе на протяжении всего своего полувекового служения Церкви в Архиерейском сане и как он в течение всего этого времени неуклонно, с полным самоотвержением, старался идти тем путем подражания Пастыреначальнику-Христу, который он наметил себе в день своего наречения в своей вдохновенной речи: и доныне, несмотря на свои старческие немощи, естественные в столь преклонном возрасте, он нисколько не жалеет себя, ради служения Церкви и делу спасения душ своей паствы, а находится «постоянно в труде, бдении, изнурении» (см. ниже слово при наречении), чему мы все свидетели.

Да укрепит же Пастыреначальник-Христос душевные и телесные силы нашего возлюбленного Первосвятителя Своею всесильною благодатью и да дарует его нашей Русской Зарубежной Церкви, а, если суждено нам вернуться на Родину, освобожденную от горького мучительства безбожной власти, то и всей нашей Российской Церкви – в мире, цела, честна, здрава, долгоденствующа, право правяща слово Божественной истины!

Новостильники – без Петрова поста.

По весьма древнему установлению нашей св. Церкви, ведущему свое начало от самых апостольских времен, в понедельник после Недели Всех Святых, следующей за Пятидесятницей, начинается пост, который носит название Апостольского, или Петрова поста, так как служит подготовкой к великому празднику в честь свв. первоверховных Апостолов Петра и Павла, празднуемому 29 июня. Поскольку начало его зависит от дня празднования св. Пасхи, то он в разные годы бывает неодинаковой продолжительности: при самой ранней Пасхе – шесть недель, а при самой поздней – неделя и один день.

В нынешнем году, при сравнительно поздней Пасхе, православный поместные церкви, введшие у себя, вскоре после первой мiровой войны, новый стиль, совсем лишили себя этого поста, ибо, по новому стилю, в этом году день памяти свв. первоверховных Апостолов Петра и Павла пришелся в пятницу перед Неделею Всех Святых и, таким образом, пост этот сам собою уничтожился. То же самое случается всегда, когда Пасха приходится на 20 апреля и позже: Петров пост у новостильников тогда исчезает.

Терпимо ли такое явление?

Ни в коем случае. О Церковном установлении поста в честь свв. Апостолов, которые постом и молитвою приготовляли себя к всемiрной проповеди Евангелия, говорится еще в Постановлениях Апостольских: "После Пятидесятницы празднуйте одну седмицу, а потом поститесь: справедливость требует и радоваться по приняли даров от Бога и поститься после облегчения плоти" (кн. 5, гл. 19). Начиная с IV века, мы находим целый ряд святоотеческих свидетельств, подчеркивающих высокое уважение, которым пользовался этот пост у христиан того времени. Упоминают о нем св. Афанасий Великий, Амвросий Медиоланский, Лев Великий и Феодорит Киррский. Особенно обстоятельно и вразумительно говорит о смысле и значении Апостольского поста св. Лев Великий: "После продолжительного праздника Пятидесятницы пост особенно необходим, дабы подвигом его очистить нам мысли и соделаться достойными даров Св. Духа" (Слово 76). "За настоящим, возлюбленные, празднеством", говорит он же в другом своем слове, "которое Дух Святый освятил Своим сошествием, обыкновенно следует всенародный пост, благодетельно установленный для врачевания души и тела, и потому требующий, чтобы мы провождали его с должным благоговением. Ибо мы не сомневаемся, что после того, как Апостолы исполнились обетованною силою свыше, и Дух истины вселился в сердца их, между прочими тайнами небесного учения, по внушению Утешителя, преподано было также учение и о духовном воздержании, дабы сердца, очищаясь постом, делались способнейшими к принятию благодатных дарований. Хотя Всемогущий Своею помощью был присущ ученикам Христовым и начальниками возникавшей Церкви управлял Бог Отец, Сын и Св. Дух: однакож им нельзя было сражаться с предстоящими усилиями гонителей и яростными угрозами нечестивых, в изнеженном теле и утучненной плоти; поелику то, что услаждает внешнего человека, наиболее разрушает внутреннего, и наоборот, разумная душа тем более очищается, чем более умерщвляется плоть. Посему-то учители, примером и наставлениями просветившие всех чад Церкви, начало брани за Христа ознаменовали св. постом, чтобы выходя на брань противу духовного развращения, иметь для сего оружие в воздержании, которым можно было бы умертвить греховные вожделения... По сей-то причине установлен неизменный и спасительный обычай, после святых и радостных дней, празднуемых нами в честь Господа, воскресшего из мертвых и потом вознесшегося на небеса, и после принятия дара Св. Духа, проходить поприще поста. Сей обычай усердно должно соблюдать и для того, чтобы в вас пребывали те дары, которые от Бога сообщены ныне Церкви" (Слово 74).

"Пост сей для того заповедан", объясняет св. Лев, "чтобы предохранить нас от безпечности, в которую очень легко впасть по случаю долговременного разрешения на пищу, коим мы пользовались, потому что нива плоти нашей не возделывается постоянно: она легко произращает терния и волчцы и приносит такой плод, который не собирается в житницу, а обрекается на сожжение". (Слово 4).

А вот как говорит об установлении Апостольского поста бл. Симеон Солунский: "Пост Апостолов – в честь их установлен, потому что чрез них мы сподобились весьма многих благ, и они явились для нас деятелями и учителями поста, послушали даже до смерти и воздержания. Это против воли свидетельствуют и латиняне, чествуя Апостолов постом во дни памяти их; но мы, согласно с Постановлениями Апостольскими, составленными Климентом, после Сошествия Св. Духа одну неделю торжествуем, а потом, со следующей за тем, постом чествуем предавших нам поститься Апостолов" (Ответы на некоторые вопросы).

Все вышесказанное, как мы видим, презрели новостильники, несмотря даже на анафему, провозглашенную Антиохийским Патриархом ХII века Феодором Вальсамоном, который в одном из своих посланий к Антиохийской пастве писал: "за семь дней и больше до праздника Петра и Павла все верные, то есть мiрские и монахи обязаны поститься, и непостящиеся да будут отлучены от сообщения православных христиан".

Всем подлинно-верующим христианам, для которых "христианство" не одно лишь пустое название, лишенное внутреннего содержания, а действительное следование евангельскому учению, требующему подвига, необходимо помнить, что введение нового стиля в Православной Церкви – только одна из ряда реформ, замышлявшихся недоброй памяти Константинопольским Патриархом Мелетием IV. В числе этих реформ, наряду с новым стилем, упоминались и до сих пор лелеются в мечтах у модернистов, дышащих одним духом с нашими "живцами" и "обновленцами": женатый епископат, второбрачие духовенства, упразднение монашества, упразднение постов, сокращение богослужения, разрешение светской одежды и светского облика духовенству и т. п.

Не ясно ли каждому трезво смотрящему на вещи христианину, что все эти реформы, вместе с новым стилем, упразднившим фактически один из постов, нужны для того, чтобы упразднить в христианстве заповеданный Самим Христом Спасителем "путь узкий и тесный" и установить, вместо него, "путь широкий и пространный", ведущий в пагубу?

Кто же является вдохновителем таких реформ?

Достойно прославим память нашего Просветителя!

Приидите, стецемся вси в честней памяти отца Российскаго, наставника нашего Владимира! – взывает Св. Церковь (стихира на вечерни).

Последуем все этому призыву и соберемся, как и в прошлые годы, у подножья строящегося величественного Храма-Памятника нашего великого Просителя Св. Равноапостольного Князя Владимира. Перенесемся мыслью и сердцем в те отдаленные времена духовного рождения русского народа. Вспомним дивную молитву нашего духовного отца, "Апостолом равного", в которой завещал он нам все то самое главное и основное, без чего нельзя быть истинным христианином:

1. Стремление к Богопознанию,

2. Твердое стояние в Православной вере и

3. Непримиримая борьба со злом.

Только хранение и осуществление в жизни этих трех священных заветов нашего Просветителя делает нас подлинно православными русскими людьми; только они одни способны спасти нашу несчастную Родину "от горькаго мучительства безбожныя власти" и возродить ее к новой жизни. Ибо это – вековые исторически идеалы Русского народа, попрание которых и привело нашу Родину к страшной катастрофе.

Мы настоятельно зовем всю нашу русскую молодежь осознать это и твердо стать на путь, указываемый нам нашим великим Просветителем Св. Кн. Владимиром, отринув вся отвлекающие от этого пути пагубные соблазны.

Глядя на то, что совершается ныне в мiре, пора понять, что нет другого пути спасения ни для нас лично, ни для России, ни для всего мiра, кроме того единственного пути. Иначе – общая страшная гибель неизбежна, от чего да хранит нас Господь!

В нынешнем году шестой годичный съезд св. Владимирской Молодежи совпадает с самим днем памяти нашего Просветителя св. кн. Владимира в Субботу 15-28 июля, и это нам должно быть особенно дорого и радостно. Соберемся же все еще накануне в пятницу, чтобы достойно отпраздновать этот день совершением всенощного бдения, и в самый день праздника в субботу – Божественной литургии и молебного пения, радостно воспевая "начальнику благочестия и проповеднику веры" в нашем русском народе:

"Радуйся, Российская похвало, радуйся верным правителю, радуйся, Божественный Владимире, начальниче наш... Радуйся, всесвятый кореню веры и молебниче о поющих тя и величающих верно!" (Стихира на стиховне на вечерни).

К предстоящему Архиерейскому Собору 1956 года. О значении епископского звания и собора епископов.

В неделю 14-ую по Пятидесятнице, совпадающую в нынешнем году с днем памяти свв. мучениц, Веры, Надежды, Любви и матери их Софии – 17/30 сентября сего года намечен созыв Архиерейского Собора Русской Православной Церкви заграницей, который должен открыться торжественным богослужением, при участии всех съехавшихся на Собор Архиереев, как предположено, в Новой Коренной Пустыни в Магопаке.

Это, если Бог благословит, будет уже третий по счету Архиерейский Собор на территории Соединенных Штатов Америки. Первые два созывались в 1950 и 1953 годах.

Каково значение Архиерейских Соборов? И для чего нужно их созывать?

К сожалению, в наше время – время крайнего оскудения подлинного церковного сознания – многие этого не понимают.

А здесь в Америке – в местной русской церковной жизни, мы столкнулись и с совсем диким явлением; многие тут не понимают даже значения епископского сана, считая, по-видимому, епископское служение в Церкви излишним. По крайней мере, нам пришлось познакомиться здесь с «приходскими уставами», которые не хотят знать епископской власти над приходами и всячески от нее отгораживаются, явочным порядком устраивая у себя какую-то неслыханную в Православии приходскую «автокефалию». Имели место и далеко не единичные случаи, когда епархии, в лице представителей клира и мiрян кафедрального города, отказывались принять назначенного им нового епархиального епископа.

Все это – уже несомненный отход от Православия, постепенный скат в какое-то «пресвитерианство восточного обряда».

Вновь основанные в Сев. Америке приходы Русской Зарубежной Церкви этого у себя еще не допускают, и, пока существует Русская Православная Церковь заграницей, во всем хранящая преемственную связь с прежней Российской церковью, конечно, не допустит, ибо это – уже развал церковной жизни, анархия.

Великое значение для Церкви Архиерейских Соборов само собой явствует из того, что Епископам, как преемникам Святых Апостолов и продолжателям их служения, на которое они поставлены Самим Христом Спасителем, принадлежит высшая власть в Церкви троякого рода – учить, священно действовать и управлять. Поэтому, по словам великого Отца Церкви священномученика Киприана Карфагенского, без епископа нет Церкви, и кто не с епископом, тот не в Церкви.

Из глубочайшей христианской древности – от времен так называемых «Мужей Апостольских» – идет это церковное учение о непререкаемой важности, высоком достоинстве и величии епископского звания и служения.

Вот, как писал о нем, например, еще в самом начале второго столетия христианской эры непосредственный ученик величайших Апостолов Христовых священномученик Игнатий Богоносец, Епископ Антиохийский.

«Смотрите на епископа, как на самого Христа» (Посл. к Ефес. гл. VI);

«Нехорошо некоторые действуют без епископа: надобно не только называться, но и быть христианами, тогда как некоторые на словах признают епископа, а делают все без него» (Посл. к Магнез. гл. IV);

«Без епископа никто не делай ничего, относящегося к Церкви. Только та евхаристия должна почитаться истинной, которая совершается епископом, или тем, кому он сам предоставит это» (Посл. к Смирн. гл. VIII);

«Прекрасное дело – знать Бога и епископа. Почитающий епископа почтен Богом; делающий что-нибудь без ведома епископа служить диаволу» (там же, IX);

«Внимайте епископу, дабы и Бог внимал вам» (к Полик. гл. VI).

Это учение не есть только частное мнение св. Игнатия, хотя оно и, как таковое, должно было бы быть для нас высокоавторитетным, поскольку св. Игнатия наставляли в истинах св. веры такие великие Апостолы, как св. Петр, св. Иоанн Богослов и св. Павел. Мы находим это же самое учение и у всех великих Отцев и Учителей Церкви во все последующие времена. Вот почему Восточные Патриархи в своем «Послании о Православной Вере» 1723 года, которое почитается у нас «символической книгой», с полным правом писали:

«Дух Святый поставил епископов, как правителей, пастырей, глав и начальников... Поелику, между прочими нечестивыми мнениями, еретики утверждали и то, что простой Священник и Архиерей равны между собою, что можно быть и без Архиерея, что несколько Священников могут управлять Церковью, что рукополагать во Священника может не один Архиерей, но и Священник, и несколько Священников могут хиротонисать и Архиерея, – и разглашают, что Восточная Церковь разделяет с ними сие заблуждение; то мы, сообразно с мнением, издревле господствующим в Восточной Церкви, подтверждаем, что звание епископа так необходимо в Церкви, что без него ни Церковь Церковью, ни христианин христианином не только быть, но и называться не может. – Ибо епископ, как преемник Апостольский, возложением рук и призванием Святого Духа, получив преемственно данную ему от Бога власть решить и вязать, есть живый образ Бога на земле и, по священнодействующей силе Духа Святого, обильный источник всех таинств Вселенской Церкви, которыми приобретается спасение. – Мы полагаем, что епископ столь же необходим для Церкви, сколько дыхание для человека и солнце для мiра. – Очевидно также, что Епископский сан отличается от сана простого Священника. Ибо Священник рукополагается Епископом, а Епископ рукополагается не Священниками, но, по правилу Апостольскому, двумя или тремя Архиереями. При том Священник избирается Епископом, а Архиерея избирают не священники и не светская власть, но Собор высшей Церкви того края, где находится город, для которого назначается рукополагаемый» (чл. 10).

«Посему некоторые в похвалу Архиерейского сана хорошо говорят: «что Бог в Церкви первородных на небесах и солнце в мiре, – то каждый Архиерей в своей частной церкви; так что им паства освещается, согревается и соделывается храмом Божиим» (см. там же).

Вышеизложенное учение о великом значении сана и служения епископского, как свидетельствуют Восточные Патриархи в том же Послании, «всегда было признаваемо и исповедуемо всею Вселенскою Церковью» (см. там же в 10 чл.).

Из всего вышесказанного каждому благонамеренно-настроенному христианину должно быть ясно, что не могут почитаться и именоваться «Церковью» те религиозные группировки и организации, в которых игнорируется власть Епископа и в которых фактически распоряжаются всем священники и мiряне. Мало того: лица, не считающиеся с Епископом и не признающие над собой его власти, даже и «христианами» именоваться не могут.

Здесь необходимо, правда, принять во внимание и свидетельство другой нашей авторитетной символической книги – «Окружного Послания Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви» 1848 года. Оно гласит:

«У нас ни Патриархи, ни Соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое тело Церкви, то есть самый народ», но тут же и поясняется, в каком смысле надлежит правильно разуметь это: «который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцев» (пар. 17). Здесь, следовательно, имеется в виду тот случай, когда Епископ сам отступает от веры Отцев, то есть становится еретиком или раскольником. В этом случае паства естественно разрешается от повиновения ему, от необходимости следовать за ним. Примеры этого в наше время мы видели у нас на Родине, когда верующие русские люди, ревновавшие о хранении св. истины Православия, отказывались признавать своими Архипастырями Епископов, ушедших в так наз. «Живую Церковь» или «обновленчество», а также получивших свое поставление в этих группировках. В значительной части своей отвергли русские люди и более тонкий соблазн – «легализацию» Церкви богоборческой советской властью и противоестественный союз с нею, приведший к созданию советской патриархии, которая сделалась послушным орудием коммунизма для распространения его владычества во всем мiре. И в этом православный русский народ вполне естественно усмотрел отступление от веры Отцов и создал так наз. «Катакомбную Церковь».

Пример такого твердого стояния за веру Отцев обнаружили в 1923 году и наши братья по вере православные греки в Константинополе, принудившие отказаться от патриаршего престола Вселенского Патриарха Мелетия IV, который замышлял провести в Православной Церкви ряд реформ, противных духу истинного Православия.

Епископ лишь до тех пор епископ, пока он сам стоить в истине, ибо «Церковь Бога живаго», высшим служителем которой он является, есть «столп и утверждение истины» (1 Тимоф. 3, 15). Но, конечно, для такого суждения об отступлении Епископа от Истины должны быть налицо весьма веские основания и факты.

В наше поистине лукавое время все более и более ширится мнение, будто бы истина Св. Православия заключается вся только в догматах, как каких-то сухих и отвлеченных положениях, которые необходимо только формально признать, чтобы иметь право именоваться «православными».

Какое в этом губительное извращение истины, внушаемое подлинно не кем иным, как самим врагом истины, врагом человеческого спасения!

Догматы это – «глаголы Божии», о которых Сам Господь Иисус Христос засвидетельствовал, что они – «дух суть и живот суть» (Иоан. 6, 63).

Православие истинное – не в одном формальном признании, холодном принятии на веру, одним умом, известной суммы отвлеченных догматических положений, а – в духе и жизни. В истинном Православии – вера и жизнь по вере, или благочестие, неотделимы. Прекрасно говорит об этом великий Отец Церкви св. Кирилл Иерусалимский:

«Образ благочестия состоит из двух вещей: из благочестивых догматов и добрых дел. И догматы без добрых дел не благоугодны Богу, и дела, совершаемые без благочестивых догматов, не приемлются Богом. – Что пользы хорошо знать догматы о Боге, и срамно любодействовать?» (Огласит. п. IV).

Вот почему, как древние Отцы Церкви, так и наши Российские (см. напр. у св. Тихона Задонского и у Еп. Феофана Затворника), ясно учат, что истинно-православным является не тот, кто лишь холодным умом принимает догматы св. Православия, но тот, «кто православно мыслит, православно чувствует и православно живет».

Каково же значение Архиерейского Собора в свете всего вышесказанного?

Архиерейский Собор, или собрание Епископов, съехавшихся в одно место для взаимного молитвенного братского общения и для решетя в духе истинной веры и благочестия церковных дел, есть прежде всего великое и радостное торжество веры, воодушевляющее паству и поднимающее дух всех истинных чад Церкви. Как Епископу принадлежит вся полнота духовно-благодатной власти в его Епархии, так Собору Епископов принадлежит вся полнота власти в каждой Поместной Церкви, а Вселенскому Собору – во всей Вселенской Церкви.

Чем чаще созываются Архиерейские Соборы, тем это лучше и полезнее для Церкви. В первые века христианства они созывались, согласно каноническим правилам (Апост. 27, Перв. 5, Четв. 19, Ант. 20), дважды в год, а потом, по разным неудобствам, однажды в год (Шест. 8, Седьм. 6, Карф. 27). В нынешних условиях жизни нашей Русской Зарубежной Церкви, распространившейся по всем пяти частям света, такой частый созыв Соборов стал невозможным, и мы стараемся созывать их хотя бы один раз в каждые три года.

Согласно каноническим правилам, эти Соборы тем важны и необходимы, что они «благоучреждают дела своей области», «разсуждают о догматах благочестия» и «разрешают церковные прекословия и сомнительные случаи», «разбирают жалобы на Епископа», «решают споры Епископов о приходах», «исправляют определения меньших Соборов», «избирают и поставляют Епископов» и «судят Епископов». (См. «Книгу Правил»).

Постановления таких Соборов, поскольку они не идут вразрез с Священным Писанием и Священным Преданием нашей Св. Церкви и ни в чем не нарушают и не повреждают «благочестивых догматов нашея веры», являются для всех христиан общеобязательными.

Все преданные чада Русской Зарубежной Церкви вправе ожидать от нашего Архиерейского Собора утверждения и укрепления их в истинной вере и благочестии, твердом стоянии за истину, среди общего малодушного шатания, неверия, маловерия и безнравственности, и принятая важных и необходимых для укрепления нашей церковной жизни решений.

Да благословит Господь труды предстоящего Архиерейского Собора и да поможет всем нам еще крепче сплотиться друг с другом и объединиться вокруг нашей Русской Зарубежной Церкви, столь ненавистной врагу человеческого спасения, судя по множеству выпадов против нее злобных противников ее! Да вразумит и помилует их Господь, насколько еще способны они к образумлению, а нас, чрез предстоящий Собор, да укрепит еще больше в вере и верности Ему и Его истинной Церкви!

К предстоящему Архиерейскому Собору. О значении Русской Зарубежной Церкви

Приближается день созыва Архиерейского Собора Русской Православной Церкви заграницей, который назначен на воскресение 17/30 сентября с. г. На Собор ожидается, если Бог благословит, прибытие большинства Архиереев Русской Зарубежной Церкви, со всех концов света. Собору этому предстоит разрешение целого ряда важных вопросов, касающихся всей нашей заграничной Церкви.

Каково значение этих Архиерейских Соборов?

Значение их определяется тем несомненно великим значением, какое имеет наша Русская Зарубежная Церковь для русского зарубежья и для всего человечества, – самым смыслом ее существования. Каково же это значение Русской Зарубежной Церкви и в чем смысл ее существования?

Для каждого благонамеренно-настроенного православного русского человека вопрос этот настолько ясен, что не требует объяснений.

Великое значение Русской Зарубежной Церкви и смысл ее существовали заключается в том, что она духовно объединяет и окормляет многие и многие сотни тысяч православных русских людей, «в изгнании и разсеянии сущих», являет всему иноверному человечеству духовные сокровища Святой Православной веры и самым фактом своего существования, громче всяких слов, свидетельствует о неприятии значительной частью русского народа того сатанинского зла, которое поработило нашу Родину и ныне стремится овладеть всем мiром.

Отсюда само собой понятно, кому неприятен факт существования нашей Русской Зарубежной Церкви и кто хотел бы ее уничтожить.

Неприятно существование Русской Зарубежной Церкви всем явным и тайным врагам Св. Православной Веры и, в частности, конечно, богоборцам, вот уже почти 40 лет терзающим нашу несчастную Родину и старающимся вытравить все святое из души русского человека. Как прежде, в свое время, они всячески подрывали веру у нас на Родине, хулили и поносили нашу св. Церковь и ее верных служителей и, наконец, ввергли нашу Родину в страшную, безпримерную в истории христианского человечества катастрофу, так и теперь они продолжают свою разрушительную работу здесь заграницей. Только их враждебной пропагандой и можно объяснить то крайне-прискорбное обстоятельство, что далеко не все русские люди заграницей признают и по достоинству оценивают все великое и, казалось бы непререкаемо-очевидное значение Русской Зарубежной Церкви, а некоторые и совсем ослеплены какой-то поистине безумной враждой к своей Матери.

Нетрудно догадаться, кто вдохновляет эту борьбу против Русской Зарубежной Церкви и кто ею руководит. Ведь главное оружие в этой борьбе – ложь. Отсюда само собою понятно, что руководить врагами Русской Зарубежной Церкви в их борьбе против нее не кто иной, как сам враг человеческого спасения, который, по словам Христа-Спасителя, «ложь есть и отец лжи» (Иоан. 8, 44). Вот почему они и пользуются в своей пропаганде против Русской Зарубежной Церкви преимущественно ложью – иногда открытой (в разсчете на неосведомленность большинства русских людей в церковных делах), а чаще всего – прикрытой, как и сами они являют собою образ тех «волков во одеждах овчих», от которых так предостерегал Своих последователей Господь наш Иисус Христос (Матф. 7, 15), и подражают своему учителю, который, по слову св. Ап. Павла, «преобразуется во ангела светла» (2 Коринф. 11, 14).

Самым ходким аргументом, содержащим в себе не для всех очевидную ложь, является тот наиболее распространенный довод против законности существования Русской Зарубежной Церкви, что она будто бы неканонична и что она упразднена Святейшим Патриархом Тихоном.

Говорят, что, по канонам, не может быть единой Русской Церкви, охватывающей все страны мiра, где живут русские, что в канонах принят строго-территориальный принцип и что все православные русские люди, живущие на территории, где есть какой-либо православный епископ, непременно должны в духовном отношении подчиняться только ему.

Нет сомнения, что многие из канонов в известном отношении действительно устанавливают территориальный принцип, но почему?

Разве потому, что Церковь состоит из территории, связана какой-то территорией?

Думать так было бы нелепостью. Какая территория была у Св. Апостолов, проповедывавших Евангелие по всему мiру? – Впоследствии же, для большего порядка и удобства управления верующими, был установлен территориальный принцип, поскольку верующие, принадлежащее к известной народности, как это нормально бывает, живут на одной определенной территории.

Но Церковь составляют именно люди, а вовсе не бездушная территория. Иначе 34-ое правило Св. Апостол не гласило бы так, как оно гласит: «Епископам всякого народа подобает знати первого в них»..., а было бы сказано: «Епископам всякой территории»...

Епископ духовно окормляет народ, а не территорию.

Мнимая безусловность и категоричность «территориального принципа», на которых так настаивают враги Русской Зарубежной Церкви, опровергаются самой жизнью, самой церковной практикой. Это особенно наглядно видно здесь в Соединенных Штатах Америки, где на одной и той же территории давно уже существует целый ряд разных народных церквей: русская, греческая, сирийская, сербская, болгарская, румынская, и ни одна из них не осуждает другие за «неканоничность» их совместного существования с другими на одной и той же территории. То же мы видим и в Западной Европе, и в Австралии, и, отчасти, в других частях света.

Почему же тогда только Русская Зарубежная Церковь «неканонична»?

И почему ей одной отказывают в естественном праве иметь своих епископов и священников во всех тех странах, где ныне разсеяно так много православных русских людей, нуждающихся в духовном окормлении своей, родной, близкой им по духу русской церковной иерархии?

Надо только вдуматься во всю несообразность, нелогичность, несправедливость и даже прямо-таки противохристианскую жестокость такого суждения!

Все это для каждого благомыслящего человека, конечно, совершенно ясно, и возражать против этой очевидности может только человек заранее предубежденный.

Не можем мы здесь не отметить и того удивительного, слишком уж в глаза бросающегося явления, что такую сверхмерную ревность по канонам обнаруживают часто лица, которые в других вопросах, связанных с канонами, проявляют нередко самый крайний либерализм, доходящий порою до полного вольнодумства. Резко осуждая Русскую Зарубежную Церковь за самую высокую и благородную цель, какую она себе ставит, – за стремление духовно объединить разбросанных по всему мiру русских изгнанников и дать им надлежащее духовное окормление, – они, эти мнимые ревнители канонов, находят для себя возможным нисколько не считаться с канонами, регулирующими внутреннюю церковную жизнь, и, в особенности, с канонами, имеющими свое основание в самом существе христианской веры и нравственности.

Что греха таить? Будем совершенно откровенны. Сколько завелось сейчас таких «умников», которые чисто-формальные канонические правила, вызванные к жизни местными и временными историческими условиями и обстоятельствами, считают во веки нерушимыми и не подлежащими никакому изменению, а правила, по самой сути своей, действительно неизменные, как вытекающие из основных требований христианства, объявляют «устаревшими» и требуют их отмены. Так, не все ли равно, например, для спасения души, какого патриарха считать первым по чести и на какую именно территорию признавать распространение его иерархических прав, – но далеко не безразлично для нашего вечного спасения, будем ли мы соблюдать или нет все те немалочисленные канонические правила, которые касаются религиозно-нравственной жизни мiрян и священнослужителей, каковы, например, правила о хранении святости воскресных и праздничных дней, об обязательном соблюдении постов, о неприличии известного рода развлечений и увеселений, правила о браках, правила, карающие блуд и прелюбодеяние мiрян и священнослужителей (согласно коим мiрянам полагается более или менее продолжительное отлучение от причащения св. Таин, а священнослужителям – извержение из сана), правила, запрещающие второбрачие Священников и брак епископов, и мн. др.

Враги Русской Зарубежной Церкви нередко любят приводить, как весьма сильный, по их мнению, довод против законности существования ее, слова Константинопольского Патриарха Мелетия IV (кстати сказать, вольнодумца, пытавшегося ниспровергнуть канонические устои Православной Церкви путем созыва так наз. «Всеправославного Конгресса» и изгнанного из Константинополя самими верующими греками):

«Возможно ли помыслить о православной «Зарубежной Церкви» с Собором, ею управляющим? В каких правилах находите вы термин «Зарубежная Церковь»?

В правилах действительно нёт такого термина, но правила и не предвидели самой возможности возникновения «Зарубежной Церкви» – Церкви, объединяющей верных за рубежами их отечества, ибо канонические правила создавались в обыкновенных условиях и для обыкновенных, нормальных условий жизни, а самое пребывание громадного количества – сотен тысяч верующих – за рубежами своего отечества, да еще не по своей воле, есть явление необыкновенное, ненормальное.

Но значит ли это, что наша Русская Зарубежная Церковь противоканонична и не имеет права на существование?

Делать такое заключение – слишком смело, чтобы не сказать больше.

Христианство – дух, а не буква. Не даром Господь так обличал лицемерие иудейских законников, книжников и фарисеев, слепо привязанных к «букве законной»: «суббота для человека, а не человек для субботы» (Марк. 2, 27). Подобно этому и мы вправе сказать:

Каноны для Церкви, а не Церковь для канонов. Каноны всегда ставили своею целью духовную пользу верующих, достижение ими вечного спасения. Они не возникали, как какое-то отвлеченное, сухое, оторванное от жизни законодательство, а вызывались самою жизнью, ее насущными потребностями, и, конечно, не вразрез, а в полном согласии с духом евангельского учения. Когда какое-либо жизненное явление требовалось регулировать известными церковными нормами, отвечающими духу Священного Писания и Священного Предания, тогда и являлись каноны.

Но разве имело место когда-либо в прошлом такое безпримерное явление в истории христианского человечества, при котором многие сотни тысяч верующих, вместе со своими епископами и священниками, покидали бы свое отечество и разселялись бы по всем странам мiра?

А если не было, то откуда бы взяться тогда каноническим правилам, регулирующим подобное явление?

Но все же подобные прецеденты, хотя и в слабой степени напоминающие этот великий исход русских людей за пределы родной земли, имели место, и церковный вопрос тогда и канонически и практически решался совсем не так, как решают его теперь враги Русской Зарубежной Церкви, а совсем наоборот – в духе подлинной христианской любви и во вполне благоприятном для нас смысле. Это мы видим, например, из 39-го правила Шестого Вселенского Собора об Архиепископе Кипрском Иоанне, переселившимся купно со своим народом, по причине варварских нашествий, в Геллеспонтскую область, входившую в юрисдикцию Константинопольского Патриарха, согласно которому Архиепископ Кипрский сохранил все свои прежние права по управлению паствою, покинувшею вместе с ним остров Кипр.

Нас осуждают за бегство из России. Выносящие столь безжалостный суд над своими братьями, преследуемыми от лютых безбожников, в сатанинской злобе своей потерявших человеческий облик, тем самым обнаруживают не только отсутствие у них христианской любви, но и незнание Священного Писания и истории Церкви.

Разве не сказал Сам Христос Спаситель Своим ученикам:

«Внемлите же от человек», то есть: «Остерегайтесь же людей!... «Егда же гонят вы во граде сем, бегайте в другий» (Матф. 10, 17, 23)?

Разве не бегали и не скрывались в убежищах от язычников и еретиков, не говоря уже о многих рядовых христианах, даже такие великие святители и Отцы Церкви, как св. Григорий Неокесарийский, св. Киприан Карфагенский, св. Николай Мирликийский, св. Афанасий Великий и другие.

И спрашивается, что лучше и спасительнее? – Бежать от гонителей веры и Церкви или остаться с ними, подчинившись всем их требованиям, и служить им, сделав тем самым себя послушным орудием выполнения их адских планов?

А Откровение св. Иоанна Богослова ясно говорит нам, что во времена антихриста вся истинная Церковь бежит, скрывшись от его преследований: «жена убежала в пустыню, где приготовлено было для нея место от Бога, чтобы питали ее там тысячу двести шестьдесят дней» (12, 16). Под этой таинственной «Женой», как известно, Св. Отцы понимали «Церковь». И не наступает ли уже это время? По крайней мере, там, на нашей несчастной Родине, давно уже образовалась так называемая «катакомбная церковь», из лиц не желавших запятнать свою совесть служением богоборческой советской власти. Быть может, приближается время, когда и всем нам, желающим сохранить неизменную верность Христу Спасителю и Его истинной Церкви, придется уйти в катакомбы. Во всяком случай, все те, кто не желают преклонить колена пред современным «Ваалом», должны быть к этому готовы.

Враги Русской Зарубежной Церкви говорят еще, что Святейший Патриарх Тихон упразднил Русскую Зарубежную Церковь и при этом ссылаются на указ его канцелярии, за подписью Архиепископа Фаддея, от 22 апреля / 5 мая 1922 года, коим Высшее Русское Церковное Управление заграницей, за его «политические выступления» объявлялось упраздненным.

Как неблагородно и нечестно врагам Русской Зарубежной Церкви до сих пор продолжать пользоваться этим «указом» в борьбе против нее, когда всем еще тогда было ясно, что этот «указ» не представляет собою свободного волеизъявления самого Патриарха Тихона, а издан по требованию безбожников-большевиков, которые испугались «политических выступлений» свободной Русской Церкви заграницей! Как приводящий чисто политические мотивы, он уже по одному этому не имеет канонически-обязательного значения и силы. Характерно, что даже Митрополит Евлогий, впоследствии отколовшийся от Русской Зарубежной Церкви, признал это и вошел в состав новоизбранного, вслед за упразднением Высшего Церковного Управления, Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей, подписав его первый указ «за Председательствующаго».

Всем желающим добросовестно разобраться в этом деле напомним еще одно важное обстоятельство. Когда спустя восемь лет, Митрополит Евлогий, отколовшийся от нашей Русской Зарубежной Церкви в 1926 году, будто бы ради «верности Матери Русской Церкви», был этою «Матерью Русской Церковью» отрешен от управления и запрещен в священнослужении, тоже за «политические выступления» (участие в лондонских молениях о жертвах советской власти), то он этому акту, присланному из Москвы, не подчинился, заявив, что он издан «под давлением большевиков... ». И перешел в юрисдикцию Константинопольского Патриарха.

И этот поступок его врагами Русской Зарубежной Церкви был сочтен за нормальный и законный, не возбуждающей сомнения в своей каноничности.

Так, где же здесь правда? где здесь самая элементарная честность в суждениях?

Почему один политический акт, исходящий от безбожников-большевиков, (упразднение Высшего Церковного Управления), признается обязательным, а другой, точно такой же политический акт (запрещение Митрополита Евлогия) – необязательным?

Вот точно такая же ложь и нечестность проявляется и во всех других безчисленных, иногда безобразно-грубых, а иногда лукаво-коварных, нападках на Русскую Зарубежную Церковь всех врагов ее, заодно с богоборцами-большевиками, жаждущих ее уничтожения. Не о канонах они ревнуют, а только хитро и безчестно пользуются мертвой буквой канонов, совершенно так же, как пользовался Искуситель на Сорокодневной горе текстами из Священного Писания, в напрасной надежде отклонить Господа Иисуса Христа от того великого дела спасения человечества, на которое Он пришел. Творя волю «отца лжи» и врага человеческого спасения, в полном единодушии с богоборцами, осквернившими нашу Родину, они стремятся уничтожить Русскую Зарубежную Церковь только потому, что существование ее необходимо для духовного окормления и спасения душ многих и многих сотен тысяч православных русских людей, разсеянных по всему мiру. Русская Зарубежная Церковь потому им ненавистна, что она – единственная Церковь, которая не признала противоканонически созданного в Москве церковного центра, назначение коего – укреплять власть нечестивых богоборцев среди угнетенного русского народа и содействовать распространению их владычества во всем мiре.

Неужели наша Русская Зарубежная Церковь «неканонична» лишь потому, что желает сохранить свою полную духовную свободу и, не порабощая себя безбожникам, служить только Одному Христу-Спасителю, выполняя свою высокую миссию духовного окормления русских изгнанников?

Неужели «каноничны» все те, кто выполняют политическая задания богоборческой советской власти там в СССР и разрывают, в угоду ей, наше церковное единение здесь заграницей?

Нет! Храни нас Бог от такого подлинно-фарисейского лицемерия, от такой подлинно-диавольской лжи и лукавства!

Для каждого русского человека, не желающего изменять вере своих отцов и ставящего главной задачей своей жизни спасение души, нет в настоящее время другого пути, кроме честного и прямого пути Русской Зарубежной Церкви. И какое это счастье, какая это милость Божия к нам, изгнанникам, что мы ее имеем!

Ценим ли мы все это сокровище, которым обладаем, дорожим ли мы им, боясь, как бы не потерять его?

В свете этого сознания особое значение приобретает для нас каждый Архиерейский Собор, в котором мы хотим слышать облагодатствованный голос всей нашей Русской Зарубежной Церкви, призывающий нас в нынешнее страшное и лукавое время к верности Христу-Спасителю и исповедническому подвигу словами Его Самого:

«Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Апокал. 2, 10).

К предстоящему Архиерейскому Собору. Путь Русской Зарубежной Церкви - путь духовной свободы

Немного уже остается времени до созыва Архиерейского Собора Русской Православной Церкви заграницей, который назначен на 17/30 сентября с. г. Перед лицом этого важного в жизни нашей Церкви события, дадим себе ясный отчет в том, почему мы так дорожим нашей Русской Зарубежной Церковью и в чем видим несомненную правоту ее пути?

Наша Русская Зарубежная Церковь дорога нам тем, что среди общего, поработившего почти весь мiр духовного мрака, она ставит своей главной задачей сохранение полной духовной свободы от безбожных и антихристианских сил.

Божественный Основатель Церкви – Господь Иисус Христос Своею крестною смертью и преславным Воскресением из мертвых освободил человечество от власти диавола, и с тех пор духовная свобода сделалась неотъемлемой принадлежностью христианства – истинной Церкви Христовой.

«Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (Галат. 5, 1) – увещевает христиан Св. Апостол Павел.

«К свободе призваны вы, братие», говорит он дальше: «только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти» (Гал. 5, 13).

Эта христианская свобода неразрывно связана с истиной, неотделима от нее и ею именно обуславливается.

«Познаете истину», так говорил Сам Господь Иисус Христос нежелавшим веровать в Него иудеям: «и истина сделает вас свободными» (Иоан. 8, 32). «Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Иоан. 8, 36).

Там, где нет истины, – где воцаряется ложь, там утрачивается и драгоценное благо христианской свободы.

Самой губительной ложью нашего времени является усиленно распространяемая многими мысль о том, что «религия есть частное дело каждого человека» и что общественная и государственная жизнь людей должна протекать вне религии, должна быть «отделена» от нее. И никто не хочет замечать абсурдности такого утверждения. Ведь это – все равно, что сказать: частная жизнь человека – сама по себе, а общественная и государственная – сама по себе. Источник, из которого проистекает эта и подобного рода ложь, искусно прикрываемая разными благовидностями, для нас ясен. Кому, как не врагу человеческого спасения, важно обезбожить общественную и государственную жизнь людей, дабы через это создать условия, благоприятствующие обезбожению и каждой человеческой личности в отдельности?

И не это ли мы как раз наблюдаем в современном мiре?

Ведь вся история человечества есть не что иное, как упорная и жестокая борьба диавола против Бога за души человеческие. Церковь Христова – оплот Божий в этой борьбе для верующих. Вот почему главные удары врага направлены на Церковь. Враг стремится уничтожить Церковь или хотя бы поработить ее и тем лишить ее благодатной силы и влияния на верующих. Вся история Церкви Христовой на земле и есть в сущности борьба за духовную свободу – борьба за истину против диавольской лжи, стремящейся поработить Церковь. Когда врагу человеческого спасения не удается поразить Церковь совне, путем внешних гонений, он пытается поразить ее извнутри, путем лжи – подмены истины ложью. Так, после страшных кровавых гонений на Церковь в первые века христианства, явились ереси – лжеучения, назначение которых было – взорвать Церковь Христову изнутри.

То же мы видим и теперь. Вот откуда появляется такое множество разных «христианских исповеданий», в то время как Христом Спасителем основана лишь одна Церковь. Все это дело врага человеческого спасения, действующего по принципу: «Разделяй и властвуй!»

Не то же ли мы наблюдаем и у нас на Родине? Сначала – страшные кровавые гонения, а потом – порабощение Церкви, пленение ее ложью. Может ли быть ложь страшнее той, которая официально провозглашена там с высоты патриаршего престола в книге, изданной пол заглавием: «Правда о религии в России». (Московская Патриархия 1942)? И пусть нам не говорят о каком-то «подвиге мученичества лжи», лукаво измышленном и якобы спасающем Церковь. Такого «подвига» никогда не знала да и не может знать наша Св. Церковь, ибо она есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3,15). Спасалась и утверждалась Церковь совсем иным подвигом – не ложью, а безбоязненным исповеданием истины, которое запечатлевалось пролитием крови. По выражению знаменитого апологета Тертуллиана, эта кровь мучеников была семенем христиан – она-то и явилась основанием Церкви. За это Церковь и прославляла святых мучеников, не боявшихся проливать за Христа кровь свою, но мы не знаем ни одного святого, который был бы прославлен Церковью за «мученичество лжи». Те, кто во время гонений, страшась мук, притворно воздавали поклонение идолам, разсматривались, как падшие, но ни одного из них Церковь не ублажала, как «спасителей веры и Церкви».

Никоим образом наша христианская совесть не может примириться с такой страшной и безсовестной ложью, как утверждение, будто в СССР никогда не было и нет никаких гонений на веру и Церковь, что новые мученики Российские это – «политические преступники» и «пособники черного дела». Не может быть приемлемым для нашего христианского сознания прославление богоборца и палача русского народа Джугашвили-Сталина (ныне «развенчанного» даже своими недавними сотрудниками и приспешниками), как «избранника Божия, ведущего наше отечество к славе и благоденствию», как «первого часового мiра», исполненного будто бы «великою любовью к людям», чествование его всею Русскою Православною Церковью в СССР в день его 70-летия, стояние у гроба его в почетной страже иерархов этой Церкви, служение по нем панихид, участие представителей Церкви в коммунистической пропаганде по всему свету и т. п.

Мы не восхищаем суда Божия над творящими таковая, но не можем не отмежевываться от них со всею решительностью, ибо не желаем приобщаться их лжи и через это терять нашу духовную свободу, А тем, кто защищает их поведение, напомним слова Христовы: «Никто не может служить двум господам» (Матф. 6,24). Коммунистическая власть открыто провозгласила лозунг: «Религия есть опиум для народа» и нисколько не скрывает, что ее главная задача – искоренение веры в Бога и в духовный мiр вообще. Как же могут служители официальной Церкви в СССР признавать ее властью, данною от Бога, и даже идти ей в услужение, прославляя ее и способствуя торжеству ее, а, следовательно, и торжеству безбожия, во всем мiре? – Или совсем уж забыто изречение Апостола: «что общего у света со тьмою? какое согласие между Христом и Велиаром? или какое соучастие верного с неверным?» (2 Кор. 6, 14-15).

Вот почему наша Русская Зарубежная Церковь, руководствуясь исключительно голосом христианской совести, должна была стать на путь временно – самостоятельного существования. Не желая подвергаться игу рабства, во исполнение слов Христовых, приведенных нами выше (Галат. 5,1), она избрала путь духовной свободы. При создавшемся положении, этот путь нельзя не признать единственно-правильным, а, следовательно, и каноничным, ибо канонично то, что приносит пользу Церкви, а не вред ей. И никакими канонами не может быть оправдан противоположный путь – путь духовного порабощения Церкви богоборческой власти, сколь бы ни старались об этом современные казуисты – апологеты советской патриархии.

Истинная Церковь Христова должна быть совершенно свободна и независима от каких бы то ни было давлений или влияний. Поэтому не может она, роняя свое высокое достоинство и опутываясь житейскими страстьми и попечениями, вступать в какие бы то ни было объединения и организации, устраиваемые людьми с чисто-земными целями. Нет ей места и в так наз. «экуменическом движении», поскольку оно создано людьми, отпавшими от Церкви, и не видящими или не желающими видеть истину, но ведущими своих адептов, в конечном результате, к полному безразличию в отношении к истине – к так называемому «религиозному индифферентизму». Особенную же опасность представляет собою всякого рода материальная зависимость, которая неприметно ведет к духовному подчинению и утрате духовной свободы.

По всем этим соображениям, Русская Зарубежная Церковь и наметила себе путь духовной свободы, с самого начала, несмотря ни на какие соблазны и приманки, несмотря на угрозы и запугивания, а кое-где и преследования. Этот путь в течение всего этого истекшего времени оставался неизменным. Были, правда, и отпадения. Но это уже особый вопрос. Ведь и из лика 12-ти Апостолов отпал один – Иуда Искариотский, и это, однако, не наложило никакой тени на прочий лик Апостольский, точно так же, как и многочисленные ереси, на протяжении всей церковной истории, нисколько не омрачили и не опорочили чистой веры Христовой.

Важна самая идея, положенная в основу существования Русской Зарубежной Церкви. И пока будет жить эта идея, будет существовать и наша Русская Зарубежная Церковь, сколько бы ни гнали и не хулили ее, отказывая ей в прав на существование и сколь бы ни становилась она малочисленной, вследствие отпадения от нее малодушных и безпринципных иерархов, священников и рядовых мiрян, ищущих не славы Божией и спасения души, а личной выгоды, денег и карьеры. Святоотеческие предречения говорят нам о массовых отпадениях от истинной Церкви, по мере приближения к последним временам, и о появлении «лже-церкви», или «антицеркви», которую создадут слуги грядущего антихриста, в противовес истинной Церкви. Подводя итоги всем этим святоотеческим свидетельствам, Еп. Феофан Затворник так говорит об этой лже-церкви, которая будет являть собой лишь видимость истинной Церкви: «хотя имя христианское будет слышаться повсюду, и повсюду будут видны храмы и чины церковные, но все это – только видимость, внутри же – отступление истинное» (Толков. на 2 Посл. к Солун. стр. 492).

Разве и теперь не одна видимость христианства в тех священнослужителях, которые устами славят Христа, а сердцем – антихриста, будучи так или иначе связаны с разными безбожными и антихристианскими организациями?

Вот этого-то порабощения безбожным и антихристианским силам, уже преобладающим в современном мiре, и боится наша Русская Зарубежная Церковь, а потому она так и дорожит избранным ею путем духовной свободы, вопреки всем нечестным, лукавым и злобным нападкам на нее. И пусть в результате всех этих нападок и даже организованной борьбы против нее, которая вполне возможна в будущем, от нее станут отпадать со временем иерархи, священники и мiряне, поклонившись антихристу, – в лице ли его самого, когда он придет, или хотя бы только в лице его предшественников, слуг его, так старательно ныне подготовляющих приход его, мы этого не должны бояться. Останется то «малое стадо», которому изречено Самим Господом Иисусом Христом великое обетование: «не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоизволил дать вам царство» (Лук. 12, 32). Мы знаем ведь, что на вопрос: «Господи! неужели мало спасающихся?» (Лук. 13, 23) Господь дал образный ответ, что спасающихся действительно мало, и не раз заключал Свои притчи словами: «много званных, а мало избранных» (Матф. 20, 16).

Не должны мы бояться никаких лишений, никаких гонений: только бы нам оказаться милостью Божиею в лике этих «избранных». А для этого нам прежде всего необходимо беречь свою полную духовную свободу, то есть идти как раз тем именно путем, который избрала для себя в нынешнее злокозненное время наша Русская Зарубежная Церковь.

С этой точки зрения, вполне понятно, что главную цель работ каждого Архиерейского Собора, все подлинные ревнители веры и Церкви видят во все более и более ясном и полном раскрытии самим себе и другим, к нашей Церкви не принадлежащим, этого пути духовной свободы и всего великого значения его, в наше время, столь очевидно на наших глазах ширящегося отступления.

Да благословит же Господь труды нашего Собора и да поможет ему укрепить нашу Русскую Зарубежную Церковь в твердом стоянии на этом единственно верном и спасительном пути!

К предстоящему Архиерейскому Собору. Себя ли мы хвалим или нашу св. веру и Церковь?

В ближайшие дни начнется Архиерейский Собор Русской Православной Церкви заграницей. Торжественное открытое Собора состоится в воскресение 17/30 сентября с. г. в Вознесенском кафедральном храм на Бронксе. Занятия его будут вестись ежедневно в Новой Коренной Пустыни в Магопаке, в течение двух недель подряд или несколько больше. Обсуждению и решению, подлежат многие важные вопросы, касающиеся как обычной повседневной церковно-административной и богослужебной жизни, так и самой идеологии Русской Зарубежной Церкви. Все истинные ревнители веры и Церкви всегда столь многого ожидают от каждого вновь созываемого Архиерейского Собора, а более всего – утверждения себя и всех верующих в чистой, неповрежденной православной вере, в духе нашего исконного подлинного православного благочестия и во всецелой верности и преданности истинной Православной Церкви, служащей только Христу Спасителю и больше никому.

В связи с предстоящим Собором находим своевременным изобличить еще одну ложь, которой нечестно пользуются враги Русской Зарубежной Церкви в своих нападках на нее, с целью дискредитировать служителей и верных чад ее. Весьма лукаво путая в сознании, русских людей истинные понятия о добре и зле, и принимая на себя личину христианского смирения, они пытаются обвинять нас в противохристианской гордости, приписывая нам «самовосхваление», когда мы говорим о правоте пути нашей Русской Зарубежной Церкви и горячо призываем всех к неуклонному и твердому следованию по этому единственно-правому пути.

В чем ложь такого обвинения?

В том, что оно злонамеренно смешивает совершенно различные понятия из совершенно различных областей внутренней жизни: смиренное сознание своей личной греховности и горделивое превозношение своей личной добродетелью, с одной стороны, и – нестойкость в своих вероисповедных и церковных убеждениях и твердое стояние за церковную истину, с другой стороны.

Смирение – высшая христианская добродетель, без которой невозможно спастись, ибо «Бог гордым противится» и только «смиренным дает благодать» (I Петр. 5, 5). Если мы подлинно желаем себе спасения, мы должны всячески смирять себя пред Богом и людьми, считая себя окаяннейшими из грешников. Для сколько-нибудь знающего Слово Божие и учение Святых Отцев это – азбучная истина.

Но не может быть и речи о каком-то «смирении» там, где дело касается отстаивания истин нашей святой веры, где подвергаются хулению и опорочиванию истины нашей святой веры, где кто-то покушается отнять от нас истинную веру и подменить ее лжеучением, где пытаются заставить нас признать себя неправоверующими.

Так, нельзя «по смирению» согласиться, что язычество или магометанство выше христианства или хотя бы равно ему по достоинству; нельзя «по смирению» признать инославные исповедания – латинство, протестантизм или какую-нибудь секту – высшими Православия или хотя бы равными ему; нельзя «по смирению» признать себя заблуждающимся – еретиком.

Это будет уже не истинное смирение, а ложное смирение – не спасающее смирение, а губящее души отречение от истинной веры.

Прекрасной иллюстрацией к вышесказанному может служить замечательная повесть о великом подвижнике христианской древности Авве Агафоне.

«Пришли к нему», так повествуют «Достопамятные Сказания о подвижничестве Святых и Блаженных Отцев», «некоторые, услышав о великой его разсудительности. Желая испытать, не разсердится ли он, спрашивают его: ты – Агафон? мы слышали о тебе, что ты блудник и гордец? Он отвечал: да, это правда. Они опять спрашивают его: ты, Агафон, пустослов и клеветник? Он отвечал: я. И еще говорят: ты, Агафон, еретик? Он отвечал: нет, я – не еретик. Затем спросили его: скажи нам, почему ты на первые вопросы соглашался, а последнего не вынес? Он отвечал им: первые пороки я признаю за собою, ибо эта признание полезно душе моей, а быть еретиком значит быть в отлучении от Бога, но быть отлученным от Бога я не хочу. Услышав сие, они удивились разсудительности его и отошли, получив назидание (стр. 40-41.)».

Современные «умники», стремящиеся в «экуменическом движении» нивелировать все вероисповедания и считающие, по ложному смирению, что в Православии нет полной и абсолютной истины (хотя бы вслух они этого и не решались бы высказывать), конечно, от такой беседы с Аввою Агафоном, по своей духовной слепоте и предубежденности, не получили бы никакого назидания, а еще его самого провозгласили бы «гордецом».

Но для нас, смиренно держащихся Апостольского и Святоотеческого, почти двутысячелетнего Православия, из этого случая с Аввою Агафоном ясно:

Твердое сознание правоты своей веры – не гордость и не самовосхваление.

Иначе, – страшно сказать! – пришлось бы счесть «гордецами» и «самохвалами» христианских мучеников, восхвалявших свою веру перед лицом языческих царей и правителей и запечатлевших верность этой вере пролитием своей крови; пришлось бы осудить за «гордость» и «самовосхваление» величайших иерархов Православной Церкви – Святых Отцев, всю жизнь ревностно и неустанно боровшихся с еретиками и раскольниками за чистоту св. веры и за истинную Христову Церковь.

С точки зрения обвинителей и поносителей нашей Русской Зарубежной Церкви, первые христианские мученики напрасно так резко обличали нечестие язычников и решительно отказывались участвовать в языческих жертвоприношениях: они должны были «смириться» перед своими гонителями-язычниками и, «по смирению», принести жертвы идолам. Равным образом, и Святые Отцы должны были бы «смириться» перед еретиками и прекратить борьбу с ними, признав их, «по смирению», правыми, а себя виноватыми, их – стоящими в истине, а себя – заблуждающимися, или самое меньшее – не возражать против их «сосуществования» с Православием, во имя «веротерпимости», уважения к чужим взглядам и религиозной свободы.

Вот, что получается, если нравственно-христианскую добродетель смирения из свойственной ей области христианской нравственности перенести в несвойственную ей, совершенно иную область – догматическую или церковно-каноническую, где не может быть смирения перед уводящими с правого пути на погибельный путь заблуждения.

Но это-то как раз и делают, наперекор всем, самым элементарным законам логики и психологии, враги Русской Зарубежной Церкви, конечно, с пропагандной злонамеренной целью, стараясь обвинить нас в «гордости» и «самовосхвалении» и в отсутствии «смирения».

Хвалим ли мы самих себя или нашу святую веру и Церковь?

Это ведь две совершенно различные вещи.

Мы не утверждаем, что мы – святые, безгрешные, что мы украшены разными нравственно-христианскими добродетелями, а утверждаем только, что тот церковный путь, которым идет наша Церковь, есть правый путь.

Хвалить ту веру, которую мы исповедуем, хвалить ту Церковь, к которой мы принадлежим, – это совсем не значить хвалить самих себя.

Себя мы сознаем немощными, грешными людьми. Скорбим о наших грехах и пороках, которых не лишены, конечно, и лица, исповедующие истинную веру и принадлежащие к истинной Церкви. Мы нисколько не скрываем и не отрицаем того, что и среди нас имели место и в будущем могут иметь место разного рода предосудительные и отрицательные явления – там, где забывается или попирается высокая идея, которой мы служим, и где выступают на первый план личные человеческие страсти. Это вполне естественно, ибо люди – всегда люди, и ничто «человеческое» (в смысле наклонности ко греху) им не чуждо.

Но тем не менее, даже сознавая и признавая все это, мы никак не можем по ложному «смирению», отказаться от исповедания истин своей веры и своего правого церковного пути и признать законность и равноценность отступления от истинной веры и ложного церковного пути – пути заблуждения.

Не себя мы хвалим, а нашу святую веру – чистую непорочную Православную Веру – и тот прямой, безкомпромиссный путь, которым идет наша Церковь, ставящая себе задачей – ничего не потерять из духовных сокровищ Апостольского и Святоотеческого Православия и сохранить свою духовную свободу.

Мы решительно отметаем всякие новшества, реформаторства, обновленчества и живоцерковничества, в какой бы малой дозе и скрытом виде они нам ни преподносились. Мы не допускаем и мысли о возможности какого бы то ни было соглашательства, сговора или сотрудничества с сомнительными, скрыто – или явно – антихристианскими организациями, а тем более – с сатанинскими богоборческими силами, овладевшими нашей Родиной и теперь пытающимися овладеть всем мiром.

Не себя мы хвалим, а эту идею, во имя которой существует наша Русская Зарубежная Церковь, поскольку эта идея всецело зиждется на Священном Писании и Священном Предании Вселенской Православной Церкви и поскольку она самым тесным образом связывает нашу Русскую Зарубежную Церковь с прежней Российской Православной Церковью, делая ее единственной законной преемницей последней.

Этой идеей мы и «хвалимся» – хвалимся не по какому-либо личному тщеславию или самопревозношению, – ибо не видим в этой идее своей заслуги, но только милость Божию, ограждающую нашу Церковь от всех современных соблазнов, – а для того лишь, чтобы и самим глубже осознать и другим лучше дать понять, каким сокровищем мы обладаем, как надо дорожить им и как надо стараться его не потерять.

Нам дорог этот ясный, чистый, светлый и прямой путь Русской Зарубежной Церкви. Им мы и хвалимся! Хвалимся, не самих себя превознося, а так, как учит христиан хвалиться Св. Апостол Павел, говоря:

«Хваляйся, о Господе да хвалится». (1 Коринф. 1, 31).

Рождественское приветствие св. Владимирской молодежи в 1956 г.

"Христос рождается – славите! Христос с небес – срящите! Христос на земли – возноситеся! – сими радостными словами рождественского песнопения приветствую я вас, дорогая наша о Господе православная русская молодежь, в нынешний великий день праздника Рождества Христова.

Откликаются ли ваши сердца на этот столь вдохновенный и полный мощной силы призыв ко Христу, нас ради ныне плотью рождшемуся в Вифлееме от Безневестной и Пречистой Девы Марии?

"Высокий Бог на земли явися смиренный человек" – ощущаете ли вы всем существом своим все величие, всю премирную радость этого дивного праздника?

Славите ли вы от всей души своей Господа, так безмерно умалившего Себя и принявшего зрак раба, нас ради человек и нашего ради спасения?

Готовы ли вы внутренно встретить Его, Грядущего к нам с неба на землю, с умиленным восторгом?

Он "на землю сниде, да нас на небеса возведет" – возноситесь ли вы умом и сердцем своим на небо, в чувстве глубочайшей благодарности и преданности Ему?

Если Рождество Христово для Вас – не просто "сезонный праздник", в который принято поздравлять друг друга и делать подарки, а – действительно духовный пир веры, высоко поднимающий вас над этой грешной землей, то мы, духовные руководители ваши, можем возблагодарить за вас Бога, радуясь, что труды наши не остаются безплодными.

Да будет это так, по милости на земли Родившегося и мiру плотью Явльшегося Господа!

Епископ АВЕРКИЙ,
Духовный Руководитель
Свято-Владимирских Кружков
Православной Русской Молодежи.


Новый год - 1957 год

Вот и еще один год отошел в вечность, и мы – на пороге Нового 1957-го года. Что несет нам с собою этот Новый Год?

При наступлении Нового Года у нас, русских людей, издавна было принято поздравлять друг друга словами: «С Новым Годом, с Новым счастьем!»

Но заслуживаем ли мы этого «нового счастья?»

Зададим себе этот вопрос, в частности, мы, православные русские люди, «в изгнании и разсеянии сущие»: заслуживаем ли мы великого счастья увидеть нашу несчастную Родину освобожденной от «горькаго мучительства безбожныя власти» и возрожденной к новой жизни?

Велики сейчас надежды на это у многих, в связи с событиями последнего времени, с целым рядом фактов, как будто бы дающих некоторые основания для таких радужных надежд. А настроенные среди нас мистически склонны даже видеть благоприятный знак близ грядущего освобождения и возрождения России в том, что 1957-й год – сороковой год со времени водворения у нас безбожного большевизма. «Как ветхий Израиль, по правосудному приговору Божию, сорок лет странствовал по пустыне, прежде чем войти в Обетованную Землю, так и мы, новый Израиль, по истечении сорока лет нашего странствования заграницей, должны удостоиться возвращения на освобожденную от большевизма Родину» – говорят они.

Не дано нам, однако, знать времена или сроки, которые Отец наш Небесный положил в Своей власти (Деян. I, 7), но одно для нас должно быть совершенно ясно. Если мы желаем друг другу на Новый Год «нового счастья», то должны помнить и то, как совершенно справедливо гласит старая русская поговорка, что «каждый человек – сам кузнец своего счастья». И, следовательно, это «новое счастье» зависит от нас самих. От нас, православных русских людей, зависит и освобождение и возрождение к новой жизни нашей несчастной изстрадавшейся Родины.

Как, – спорят некоторые, – а разве не от воли Божией?

Да! конечно, – от воли Божией. Но поскольку Господь наделил нас еще при сотворении великим Богоподобным даром свободной воли, сама воля Божия, в Своих определениях о человеке, всегда сообразуется с тем направлением, какое даем мы нашей свободной воле – добрым или злым, и, в зависимости от этого, устраиваем нашу жизненную судьбу – награждает нас или карает, милует или бичует, посылает радость или скорбь, живит или умерщвляет.

А потому будущее наше – «новое счастье» или, не дай Бог, может быть, и «новое горе», или «новые беды», могущие постигнуть нас в наступающем Новом 1957-м году, зависят прежде всего от нас самих – от того направления, какое мы сами дадим нашей свободной воле.

И... – прежде всего – от самого нашего отношения к наступлению Нового Года.

Что такое «Новый Год» и что, собственно, он для нас знаменует?

Разве не то же ли самое будет в нем и впредь чередование дней и ночей, месяцев и времен года, как это было и прежде, до сих пор?

«Что было, то и будет», – говорит премудрый Екклесиаст». – «И что делалось, то и будет делаться, – И НЕТ НИЧЕГО НОВОГО ПОД СОЛНЦЕМ... Видел я все дела, какие делаются под солнцем, и вот, все суета и томление духа» (I, 9-14).

И этот «Новый Год» будет для нас таким же старым, как и все прежде прожитые нами годы, если мы сами не захотим обновиться – стать в этом 1957-м году новыми, по сравнению с тем, какими мы были в прошлые годы.

А для этого что нужно?

Нужно прежде всего ясно осознать, что означает для нас наступление «Нового Года». Встречая Новый Год, мы должны, первым долгом, подумать о том, что вот еще один год нашей жизни канул в вечность, еще на один год сократилась наша жизнь, еще на один год стали мы ближе к могиле – к общему для всех нас, смертных людей, неизбежному концу, и все ближе и ближе становится к нам тот час, когда мы должны будем, хотим того или не хотим, предстать перед нелицеприятным Судиею для того, чтобы дать отчет в том, как провели мы всю эту быстротекущую земную жизнь.

Чем дальше живем мы, тем быстрее летит время, и мелькает год за годом, пока не наступить, наконец, тот страшный последний час бытия Вселенной, когда и самого «времени больше не будет» (Апокал. X, 6). И все мы постоянно должны готовить себя, как к исходу из этой земной жизни, так и к этому последнему страшному часу, согласно повелению Господню:

«Будьте готовы, ибо в который час не думаете, приидет Сын Человеческий» (Матф. XXIV, 44); «Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа, в который приидет Сын Человеческий» (Матф. XXV, 13).

Вот с такими именно мыслями и чувствами и должны мы, православные христиане, встречать наступление Нового Года.

Так ли его действительно встречают у нас?

Собираемся ли все мы в полунощный час наступления Нового Года в наши храмы или отдаемся ли, по крайней мере, у себя дома (если нет возможности встретить Новый Год в храме) горячей молитве в этот час о том, чтобы Господь простил нам «безчисленная беззакония и лукавая наша деяния, в мимошедшем лете зле нами содеянная», чтобы «отвратил от нас весь гнев Свой, праведно на ны, грех ради наших движимый», чтобы «отогнал от нас вся душетленныя страсти и растленные обычаи» и «страх Свой Божественный всадил в сердца наша ко исполнению заповедей Его», чтобы «обновил дух правый во утробах наших и укрепил нас в православной вере» и «соделал способными к доброделанию и исполнению всех заповедей Его», чтобы «избавил Церковь Свою Святую, страждущее Отечество наше и всех нас от всякия скорби, беды, гнева и нужды, и от всех врагов видимых и невидимых» и «оградил» бы нас вообще от всякого зла «Ангел Своих ополчением», даровав нам «лето благоприятное», «времена мирная» и «безгрешную жизнь» со «здравием и довольством?» С таким ли молитвенным обращением к Богу, в руках Которого наше будущее и наше «новое счастье», с такими ли мыслями и чувствами о внутреннем духовном обновлении встречаем мы наступление Нового Года?

Пусть ответит на это совесть каждого из нас.

Но одно лишь можно сказать наверное.

Не увеселениями и банкетами, хотя бы и с широковещательными и высокопатриотическими речами, можем мы добиться «нового счастья» в наступающем Новом 1957-м году и привлечь милость Божию к нашему страждущему Отечеству, но только слезной покаянной молитвой и всецелым устремлением и обращением к Богу. Не странно ли – забывать Бога, проводить свою жизнь, не считаясь с Его святыми заповедями, пренебрегать молитвою, попирать уставы Святой Церкви, мыслить и жить по-язычески – и в то же время питать необоснованные надежды на какое-то лучшее будущее для себя и нашей родины, которая именно и стала жертвою богоотступничества сбившихся с правого церковного пути несчастных обезумевших русских людей?

Не развлекаться нужно нам, если мы желаем себе «нового счастья» и искренно скорбим о бедствии, постигшем нашу Родину, жаждая ее спасения, а «перестать», по словам нашего великого праведника приснопамятного отца Иоанна Кронштадтского, – «перестать быть рабами чрева, театра, карт, цирка, рабами различного кутежа (банкетов), табачного зелья, рабами серебра и золота и затейливых мод» («Живой Колос» стр. 100).

Да звучат громко в наших ушах, побуждая нас к духовному обновлению в наступающем 1957-м году, пламенные призывы того же нашего прославленного пастыря:

«Нужно нравственное очищение, всенародное глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские... омоемся слезами покаяния, очистимся, примиримся с Богом, и Он примирится с нами!» (слово на 1 марта 1881 г.)

В добрый час! С Новым Годом, с новым счастьем!

В преддверии Великого поста 1957 г.

Все премудро и разумно в нашей Св. Церкви, матерински пекущейся о нашем спасении. А потому от вас ничего более не требуется, как только тщательно усваивать, впитывать в себя все, чему учит и наставляет нас Св. Церковь, и становиться церковными людьми, то есть не формально лишь числиться, а действительно быть членами Церкви – жить жизнью Церкви.

Жизнь Церкви наглядным и ощутительным для всех образом проявляется прежде всего в Богослужении – в нашем исполненном глубочайшего назидания годовом круге Богослужения. Вот почему так необходимо стараться не пропускать ни одного Богослужения, вникать в Богослужение, сливать свою личную жизнь с жизнью Церкви в ее Богослужении. Так оно и было в старину у нас на Руси, когда наш народ все события своей личной, семейной и общественной жизни тесно связывал с церковными праздниками и постами и самое время определял по ним. «Это было на святках», говорили тогда; а «это случилось в Великом Посту» и т. д.

Все церковные праздники, дни памяти святых и посты с их Богослужебными чинопоследованиями имеют своей задачей духовно воспитывать наши души, преобразовывать нас в «новую тварь», годную для наследования предназначенного нам Богом вечного блаженства. А это совершенно необходимо, ибо ничто скверное и нечистое не имеет наследия в Царстве Божием и не может войти в него (Ефес. 8, 5 и Откр. 21, 27).

Но особенно важное значение в этом отношении имеет Великий Пост, как время нарочито определенное Св. Церковью для всеобщего вашего нравственного очищения и освящения, ради достойной подготовки к празднованию величайшего христианского праздника Пасхи, когда мы «смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития вечнаго начала» и когда Св. Церковь как бы дает нам вкусить предначатие уготованного нам райского блаженства.

Еще задолго, исподволь и заблаговременно начинает Св. Церковь подготовлять нас к подвигу Великого Поста, дабы мы вступили в него с полным сознанием того, что от нас требуется, и тем благотворнее проводили его.

Великий Пост имеет как бы свое преддверие, состоящее из четырех предшествующих ему воскресных дней, каждый со своим глубоко назидательным содержанием.

Милостью Божиею и в этом году мы вновь поставлены в преддверии Великого Поста. Какая глубокая премудрость сокрыта в этом «преддверии», в этих так называемых «приготовительных неделях» к Великому Посту!

Вот первая из них – Неделя Мытаря и Фарисея. До самых глубин пронизывает грешную душу умилительный призыв к покаянию в столь трогательном песнопении: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче...», которое повторяется затем на всех воскресных утренях в течение всего Великого Поста. Церковь зовет нас к покаянно и при этом в образной притче о мытаре и фарисее живо напоминает, что истинному покаянию более всего препятствует «фарисеево высокоглаголание» – гордость и превозношение, самодовольство и самолюбование, самохвальство и самоублажение, невидение, незамечание своих грехов и легкое нахождение их у других людей, с безжалостным осуждением и уничижением их.

К сожалению, современное ходячее понятие о «фарисействе» слишком сужено и упрощено, почему многие современные христиане далеки от мысли признать себя «фарисеями». Принято считать, что «фарисей» это тот, кто любить молиться на показ и притворяется перед людьми благочестивым, не будучи таковым на самом деле. Но, в действительности, понятие «фарисейства» гораздо шире: «фарисей» это тот, кто уверен в своей добродетели, кто высоко ценит свои труды и заслуги, кто не находит нужным каяться и исправлять свою жизнь, кто охотно судит и уничижает других, считая себя выше и лучше их. «Фарисейство», по учению Св. Отцев, – самый тонкий и опасный недуг, которым, в большей или меньшей степени, заражены все люди, поскольку они грешат, а каяться не хотят, и даже не видят своих грехов, не сознавая для себя нужды в покаянии.

В своем Богослужении на неделю Мытаря и Фарисея св. Церковь убеждает нас «отринуть высокохвальную гордыню, лютое возношение и мерзкое надмение фарисея» и «поревновать мытареву смирению», «смирить себя воздыханиями», «Богу беседующе теплыми слезами», «дух сокрушенный Богу приносяще» и, вопия в сердечном сокрушении о своих грехах, подобно мытарю: «Боже, милостив буди мне грешному!»

О, как далек современный человек, воспитанный в духе идей «гуманизма» от «мытарева смирения»! как трудно ему, упоенному гордыней от своих «достижений», сознать себя грешником, нуждающимся в помиловании!

Ведь вся современная «культура» заквашена на гордыне, и ей чуждо даже самое понятие греха. Не потому ли основой человеческой жизни стало «самолюбие», и нередко даже из уст людей, считающих себя христианами, можно слышать слова: «я горжусь»...

Но Евангелие Христово учит иначе: «всяк возносяйся, смирится: смиряяй же себе, вознесется» (Лук. 18, 14). И как часто видим мы исполнение этих слов уже в этой земной жизни. Но что будет с гордецами, нежелающими смиряться, в жизни будущей – страшно сказать! Участь их – с сатаною и бесами злыми, в гордыне своей возставшими против своего Творца-Бога.

Как утешительна для нас притча о Блудном Сыне, выражающая собою назидание второй «приготовительной недели» к Великому Посту! Бог – наш любящий Отец, и сколь бы ни были велики наши грехи, мы никогда не должны отчаиваться в своем спасении: лишь бы не утратили мы способности к покаянию. А если мы искренно каемся, признавая себя блудными сынами, ушедшими из отеческого дома, «на страну далече», то Щедрый и Милостивый Господь, Который «всем человеком хощет спастися и в познание истины приити», радостно приметь нас в Свои отеческие объятия.

Но и тут опять требуется от нас, чтобы мы сломили свою гордыню и сознали бы, что мы – не более, как «блудные сыны» ничего доброго не имеющие, расточившие все свое духовное богатство с блудницами; чтобы мы ни на что не притязали, а смиренно исповедали: «Отче, согреших на небо, и пред Тобою, и уже несмь достоин нарещися сын Твой: сотвори мя, яко единаго от наемник Твоих» (Лук. 15. 18-19). И тогда Господь, Которому всего любезнее добродетель смирения, все нам простит, все потерянное нами возвратит и устроит в честь нашу радостный пир духовный, ибо «великая радость бывает на небеси о едином грешнице кающемся», большая, нежели о девятидесятих и девяти праведниках, не требующих покаяния (Лук. 15, 7).

Какая умилительная это картина всепрощения Божия! И как неправы те неразумные люди, которые дерзают обвинять Бога в жестокости за наказание грешников временными и вечными муками. Не Бог нас наказывает, а сами мы себя наказываем, безумно отвергая любовь Божию и всепрощение через наше упорство во грехах, через наше нежелание каяться. Не потому ли жизнь современных людей, отступивших от Бога, отвергающих Бога, все более и боле уже здесь на земле начинает походить на ад кромешный, чуждый подлинных светлых радостей и исполненный мук и страданий, душевных и телесных?

Тут мы подходим к потрясающему душу назиданию, которое предлагает нам третья «приготовительная неделя» к Великому Посту – Неделя Мясопустная, когда по уставу Церкви, бывает «мяса отпуст», то есть прекращение ядения мяса. Св. Церковь, в Евангельском чтении, а также в живых и образных песнопениях, напоминает в эту неделю то, что ожидает всех упорных нераскаянных грешников – Страшный Суд, когда «возгласят трубы, и истощатся гробы, и воскреснет все человеческое естество трепещущее», когда «книги разгнутся и явлена будут деяния человеков пред нестерпимым судилищем», когда «ничтоже может помощи нам, Богу сушу судии, ни тщание, ни козни, ни слава, ни дружба», но «дела наша осудят нас».

Через все Священное Писание красной нитью проходит мысль о воздаянии в будущей жизни, ожидающем, как праведников, так и грешников. «Се, гряду скоро, и мзда Моя со Мною, воздати коемуждо по делом его», говорит Господь (Апок. 22, 12). Вот почему неправы те современные умники, даже из числа будто бы верующих, которые, вопреки ясному учению Слова Божия, не любят думать и говорить о кончине мiра, о Втором Пришествии Христовом и о Страшном Суде, относя все это в какое-то неопределенное, безконечно-далекое будущее. Для них этот день и час, о котором они не помышляли и к которому они не хотели готовиться, будет особенно страшным, ибо он застигнет их врасплох, как и предрекает о сем Слово Божие, уподобляя его сети, которая внезапно найдет на всех живущих по всему лицу земли (Лук. 21, 35).

Не так учит Св. Церковь. Она внушает нам постоянно помышлять об этом «страшном дне судном» и «трепетать» его: «Помышляю день страшный, и плачуся деяний моих лукавых: како отвещаю безсмертному Царю? коим же дерзновением воззрю на Судию блудный аз? Благоутробный Отче, Сыне Единородный, Душе Святый, помилуй мя!»

«Поминай последняя твоя, и во веки не согрешиши», учил еще в Ветхом Завете премудрый Сирах (7, 39). Эти слова его часто любят повторять, приводя в своих писаниях, Святые Отцы-подвижники, считавшие память о смерти, суде и воздаянии необходимым основанием подлинной духовной жизни христианина.

Как далеко от всего этого умонастроение современных христиан, которые не только гонят от себя мысль о том, чего «никто не избежит», но и в самые дни и часы Богослужений, напоминающих об этом, устраивают развлечения и увеселения – всякие скоморошества и «балы-маскарады», давно осужденные Св. Церковью, по своему неприличию для звания христиан!

И, наконец, последнее воскресение перед Великим Постом – Неделя Сыропустная, когда вспоминается самое печальное событие в жизни человечества – то именно, что послужило причиною всех зол и бедствий для человека, – грехопадение первых людей и изгнание их из рая. «Плач Адама» – так лучше всего охарактеризовать умилительное Богослужение этого дня.

«Милостиве, помилуй мя, падшаго!» – учит нас взывать в этот день к Богу Св. Церковь, напоминая нам, что мы – потомки падшего Адама, и все, без всякого исключения, унаследовали его поврежденную грехом природу, влекущую нас ко греху и нуждающуюся в покаянии. Следовательно, неправильно думать, будто грех есть что-то естественное и законное, с чем не следует бороться. Грех есть болезнь души, причиняющая ей тяжкие скорби и страдания; грех есть корень всех зол и бедствий в мiре. А Великий Пост, установленный Св. Церковью, есть поприще борьбы с грехом, курс спасительного лечения для наших душ, измученных, истерзанных язвами греха.

А так как прародители наши пали через невоздержание и непослушание Богу, то главное, в чем состоит подвиг Великого Поста это – воздержание и послушание. Мы воздерживаемся от всего того, что питает и укрепляет в нас греховный страсти: от вкушения тучной пищи, от многоядения и многопития и от всякого удовлетворения своим страстям и похотям, стараясь тщательнее, чем обычно, исполнять все заповеди Божии и все уставы Св. Церкви.

Кто отвергает пост, не желая и не признавая нужным для себя поститься, тот отвергает свое собственное спасение. Такой напоминает собою больного смертельной болезнью, не желающего лечиться. Но больной телом, пренебрегающий лечением, умирает лишь временно, телесной смертью, – а нежелающего каяться и поститься грешника ожидает вечная, духовная смерть.

Молясь, постясь и каясь в своих грехах Великим Постом, мы просим Бога о прощении наших грехов. Это прощение подается нам при условии, что и мы простим грехи наших ближних против нас, ибо «суд без милости» ожидает «не сотворшаго милости» (Иак. 2. 13), по естественному закону Высшей Божественной Правды, о чем свидетельствует и самая совесть наша.

«Аще отпущаете человеком согрешения их» – слышим мы в этот день слова Самого Господа в евангельском чтении за литургией: «отпустит и вам Отец ваш небесный. Аще ли не отпускаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших» (Матф. 6, 14-15). Вот потому-то издревле и установлено Св. Церковью в этот день, после вечерни, при самом вступлении в Великий Пост, испрашивать друг у друга прощения, чтобы чистым, облегченным сердцем и умиротворенною душою проходить поприще покаяния.

Впитаем же в себя, братие, эти спасительные наставления Св. Церкви: отринем фарисейскую гордыню, стяжем мытарево смирение, сознаем себя блудными сынами, будем трепетать ожидающего нас Страшного Суда и горько оплакивая свои греховные падения, подобно прародителю Адаму, начнем предлежащий нам подвиг покаяния, примирившись со всеми, кого мы обидели или кто нас обидел, – «да сподобимся вси видети всечестную страсть Христа Бога, и святую Пасху, духовно радующеся». Поступая так из года в год мы несомненно удостоимся праздновать и вечную нетленную Пасху в невечернем дни Царствия Христова».

Епископ Аверкий.

На реках Вавилонских (1957 г.)

Многие любят это глубоко-трогательное песнопение – псалом 136-ой, который воспевает наша Церковь в течение трех предшествующих Великому Посту воскресных дней, непосредственно вслед за обычными полиелейными псалмами.

Да и как не любить его?

Сколько невыразимо-скорбной тоски, сколько необычайной силы и глубины чувства сокрыто в этом печально-величественном гимне иудеев, за грехи свои потерявших свое возлюбленное отечество – светлый Сион – и отведенных в мрачный плен вавилонский!

«На реках Вавилонских тамо седохом я плакахом, внегда помянути нам Сиона... На вербиих посреде его обесихом органы наша… Яко тамо вопросиша ны пленшии нас о словесех песней, и ведшии нас о пении: воспойте нам от песней Сионских!... Како воспоем песнь Господню на земли чуждей? - Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя! (Псал. 136, 1-5).»

Какое поучение, какой назидательный смысл для нас, однако, в этом песнопении, и почему поется оно перед наступлением Великого Поста?

Скорбный гимн этот, как и все поучительные прообразы Ветхого Завета, имеет в христианстве весьма важное общечеловеческое значение, но для нас, православных русских людей, подобно ветхозаветным иудеям, лишившихся своего отечества, он особенно близок и не может не затрагивать самых чувствительных и сокровенных струн нашего сердца.

Как это несомненно явствует из всей многовековой истории нашего народа, мы, православные русские люди, представляем собою в Новом Завете или, по крайней мере, до сего времени представляли, новый избранный народ Божий – «Новый Израиль». Об этом красноречиво свидетельствуют безчисленные сокровищницы Божественной благодати, которыми так обильно была наделена русская земля, в виде множества чудотворных икон и св. мощей прославленных угодников Божиих, постоянно источавших дивные знамения и чудеса. Это же утверждали и многие духоносные мужи, которых воздвигала благодать Божия из среды нашего народа. И чудесный Промысел Божий над русским народом столь во многом напоминает нам те ветхозаветные времена, когда Господь Вседержитель «рукою крепкою и мышцею высокою» Сам направлял судьбы Своего избранного народа.

Это, – следовательно, не пустая похвальба. Это – великая милость Божия к нам, которой мы – увы! – не ценили, как должно, а в последнее время и совсем перестали ценить.

Последствия нашего неразумия – налицо!

«Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной Веры» – так говорил об этом нашем призвании приснопамятный праведник наш, великий молитвенник и чудотворец о. Иоанн Кронштадтский. Ведь в течение всей второй половины новозаветного периода, в котором мы ныне живем, русский народ был таким же верным хранителем и твердым оплотом единой истинной веры в Бога, каким в ветхозаветный период был народ иудейский – Ветхий Израиль. И не удивительно поэтому, что в судьбах того и другого – так много общего.

Нам вверен был Богом «великий спасительный талант Православной Веры» - без сомнения не для того, чтобы мы зарывали его в землю или безумно расточали, оскверняя святость и чистоту его неподобными делами. Назначение наше было в том, чтобы, через ревностное приумножение этого великого таланта, стать светильниками для всего мiра, не ведущего Христа, или, в ослеплении своем, от Христа и подлинной веры в Него отступившего.

Но, увы! Позавидовал нам враг вселукавый и прельстил нас, как некогда Адама и Еву, прельщением пагубным. В ложном освящении представил он все милости Божии к нам – все те безчисленные сокровища благодати Божией, которыми мы обладали. Тесно и скучно показалось нам в Дому Пресвятой Богородицы, как издревле именовалась наша Родина – Святая Русь. Потянуло нас, как евангельского «блудного сына», «на страну далече»: прельстились мы мишурным блеском и обманчивыми благами глубоко чуждой нам и ничего не дающей, ни уму ни сердцу, западной лже-культурой, бездушной и безбожной, человека в его безумной гордыне на место Бога поставившей.

И так как, «познавши Бога», мы «не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачились несмысленныя сердца наша; называя себя мудрыми, мы обезумели, то и предал нас Бог постыдным страстям и превратному уму делать непотребства... Так что исполнены мы всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы, зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия, злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безразсудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы» (Римл. I, 21-31).

Неправда ли, как все эти черты, которыми св. Апостол Павел охарактеризовал языческий мiр, отступивший от истинного Бога, подходят и к нам, православным русским людям, не устоявшим на высоте своего призвания?

Какая живая тут нарисована картина всего того, что творилось у нас в последнее время перед революцией и что именно привело нашу Родину к страшной, потрясающей кровавой катастрофе!

И вот, вследствие всего этого, сидим мы ныне в изгнании, «на реках Вавилонских», а братия наши, оставшиеся дома, на родной земле, страждут под страшным гнетом рабства, не лучшим Вавилонского пленения. И все вместе мы горько воздыхаем о своем прежнем, по безразсудству нашему утраченном отечестве.

«Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя!...»

Где ты теперь, некогда Святая Русь? Где наш пресветлый Дом Пресвятыя Богородицы? И можно твердо и уверенно сказать: тот уже не русский человек, у кого трогательное песнопение: «На реках Вавилонских» не вызывает подобных мыслей и чувств, у кого слезы не подступают к горлу, когда он его слышит...

Так оно нам близко и так отвечает теперешнему нашему положению!

Но при всем том, не забываем мы, однако, и общечеловеческого, общехристианского значения этого песнопения. И не только не забываем, а под впечатлением бедствия, постигшего нашу родину, даже еще сильнее его переживаем.

Эта наша русская скорбь, как и скорбь ветхого Израиля, есть только образ, земное отображение великой скорби всего человеческого рода, отлученного за грехи свои от своего небёсного отечества – от той вечной славы Божией, от того райского блаженства, к которому мы от сотворения предназначены. Все мы, грешники, поскольку мы коснеем в своей нераскаянности и упорно продолжаем жить во грехе противления Богу и Его святым заповедям, находимся в мрачном томительном плену у мучащего нас врага Божия и врага человеческого спасения – диавола, на мысленных «реках Вавилонских», далеко от своего вожделенного отечества – уготованного нам Богом вечного блаженства. Все мы – «странники и пришельцы на земли сей» скорбим и тяжко страдаем в этой земной «юдоли печали и слез». И сознательно или безсознательно все мы воздыхаем о нашем небесном отечестве, и ничто на этой грешной земле не может дать нам полного удовлетворения, ибо здесь не бывает ни одной «житейской сладости», которая была бы «печали непричастна».

Так это и должно быть, ибо, по слову Апостола, «наше житие на небесех есть, отонудуже и Спасителя ждем Господа нашего Иисуса Христа» (Фил. 3, 20).

Не напрасно, не без особой цели приводит нам на память в эти дни Св. Церковь Страшный Суд. Как бы ни отгоняли от себя современные «христиане» неприятную для них мысль о кончине мiра, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суд, все сие неизбежно должно совершиться. И услышат тогда все неверы, все упорные нераскаянные грешники, все слишком «умные» и «перед собою разумные (Ис. 5, 21) страшный приговор нелицеприятного Судии: идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Матф. 25, 41).

«И идут сии в муку вечную» (Матф. 25, 46).

Все это напоминает нам, сынам и дщерям падшего Адама, Св. Церковь перед наступлением Великого Поста для того, чтобы мы осознали бедственность своего изгнаннического положения, в отлучении от Бога, в плену у диавола, на мысленных «реках Вавилонских», и всей душой возжелали избавления и возвращения в «дом отчий»: чтобы мы, подобно евангельскому блудному сыну, твердо решили покаяться и начать совершенно новую, иную жизнь, по сравнению с той, какую вели до сих пор, и какая привела нашу Родину – Святую Русь – к страшному падению.

Мы должны ясно сознать все наши грехи, как личные, так и общественные: все то, чем мы грешили и продолжаем грешить пред Богом, Его святым законом и спасительными уставами Матери нашей Св. Церкви. Не оправдывать себя и не говорить что так, мол, «все» живут вокруг нас, и что так-де жили отцы и деды наши «еще в царской Росси», а честно осудить себя за все грехи свои и беззакония. И прежде всего – осудить себя за то постыдное равнодушие к невыносимо-тяжким, кровавым страданиям наших братий на Родине, которое так ярко проявляется в устройстве шумных увеселений и развлечений в нашем беженском разсеянии. Это – подлинный «пир во время чумы», свидетельствующий о нашем «окамененном нечувствии».

«Како воспоем песнь Господню на земли чуждей?» – вот какими чувствами должно характеризоваться наше настроение в беженстве, если мы на самом деле, а не на словах только, любим нашу Родину и скорбим об ее утрате. И не повторять заграницей всего того, что привело нашу Родину к гибели!

Мы должны решиться начать жить так, как повелевает звание и достоинство православного христианина: не так, как жили те неразумные русские люди, которые навлекли праведный гнев Божий на нашу Родину, а так, как жили те наши благочестивые предки, для которых христианский идеал СВЯТОСТИ был высшим идеалом жизни, вследствие чего Родина наша получила возвышенное наименование СВЯТОЙ РУСИ.

Только тогда можем мы надеяться, что Господь вернет нам и наше земное отечество – возстановит нашу Святую Русь, а без этого – безплодны, безсмыслены, безцельны все наши политические организации, объединения, соглашения, программы, собрания и т. п. и т. п.

«Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущии» (Пс. 126, 1).

В истине этого изречения, казалось бы, давно мы должны были бы убедиться! Об этом так красноречиво свидетельствует и вся наша многовековая история и многие рухнувшие надежды последних лет изгнания.

Но что, собственно, мешает нам покаяться?

Гордыня наша. Она и есть злейший враг наш, исконный враг всего человечества, увлеченного ею на путь погибели, в мрачный плен Вавилонский – в рабство диаволу.

Сломим же гордыню нашу, примиримся с Богом, Которого мы прогневали, примиримся с ближними нашими, которых мы онеправдовали, простим все, от сердца друг другу, и покаемся. Вот опять широко раскрываются пред нами «двери покаяния». Войдем же ими, пока не затворил их Господь, «яко недостойным нам!»

Наступает Великий Пост, братие. «Се, ныне время благоприятное, се, ныне день спасения» (2 Кор. 6, 2)!

Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи (1957 год)

Христос Воскресе!

Со светоносным днем преславного Воскресения Христова приветствую Вас, возлюбленные о Господ чада мои духовные!

Вновь сподобил нас Господь дожить до этого радостного праздника – "царицы времен", как именует его св. Церковь, но опять – вдали от нашей дорогой, все еще страждущей Родины, где когда-то он так светло и торжественно праздновался, как нигде больше в мiре.

Но пусть ничто не умаляет для нас радости этого дивного праздника!

Мы постоянно должны сознавать, что достойно, по грехам нашим, находимся в изгнании. И должны твердо знать и помнить, что лишь тогда сможем мы удостоиться великой радости воскресения нашей Родины, когда светлая пасхальная радость – радость о Воскресшем Господе – станет для нас, современных русских людей, подлинно высшей радостью, превосходящей собою все земные радости.

А для этого необходимо нам оцерковить нашу жизнь, изгнать из нее все суетное, греховное, страстное, все противящееся Закону Божию и уставам нашей св. Церкви, очистить сердца наши от всякого недоброжелательства, вражды и злобы, проникнуться взаимною святою любовью о Господе друг ко другу думая не об угождении себе и своим греховным страстям, а о служении Богу и ближнему, Матери нашей св. Церкви и общему делу спасения нашей Родины всеми доступными для нас средствами.

Да сияет всегда в сердцах наших ярким немеркнущим светом эта благодатная, ни с чем земным несравнимая, радость Воскресения, как сияла она в сердцах наших благочестивых предков на Святой Руси, столь глубоко и трогательно переживавших нынешний призыв Церкви:

"Воскресения день, и просветимся торжеством, и друг друга объимем, рцем: "братие", и ненавидящим нас простим вся воскресением и тако возопиим: "Христос воскресе из мертвых, смертью смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!"

Оцерковление жизни. Практические указания

Практические указания по оцерковлению жизни естественно вытекают из самого понятая "оцерковления жизни".

Но что мы понимаем под "оцерковлением жизни"?

Это ясным становится из понятия "Церкви".

Что такое Церковь?

По учению Слова Божия, особенно образно и ярко выраженному в посланиях Св. Апостола Павла, Церковь есть Тело Христово, у коего Глава – Сам Христос, а все мы – члены этого Тела (см. Ефес. 1, 22-23; 2, 18-22; 4 глава вся, а особенно 11-24; 5, 23-25; Колос. 1, 18-24).

Другое образное сравнение, которое употребляет Слово Божие для того, чтобы уяснить нам понятие Церкви, представляет Церковь в виде величественного здания – "дома духовного", устроенного из "живых камней", в котором "краеугольным камнем" и единственным "основанием", в собственном смысле, является Сам Христос (Деян. 4, 11; I Петр. 2, 4-7; I Кор. 3, 11-16; 10, 4). Христос – основание этого величественного здания Церкви, а все мы – "живые камни", из которых это здание сложено.

Из этого должно быть совершенно ясно, что надо понимать под "оцерковлением жизни". "Оцерковить" свою жизнь это значит – ЖИТЬ С ЯСНЫМ И ГЛУБОКО-УБЕЖДЕННЫМ СОЗНАНИЕМ, ЧТО ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ ЧЛЕНОМ ТЕЛА ХРИСТОВА, ОДНИМ ИЗ ТЕХ "ЖИВЫХ КАМНЕЙ", ИЗ КОТОРЫХ ПОСТРОЕНА ЦЕРКОВЬ. И ЖИТЬ ТАК, КАК ЭТОГО ТРЕБУЕТ ТАКОЕ CОЗHAHИE, чтобы не стать негодным членом, который отсекается от тела, камнем, выпавшим из постройки, или по образному сравнению Самого Господа Иисуса Христа, ветвью засохшею, которая как не приносящая плода, отсекается от виноградной лозы и бросается в огонь, где и сгорает (Иоан. 15, 1-6).

Вот для того, чтобы не испытать такой горькой участи и не погибнуть навеки необходимо "оцерковить" свою жизнь: необходимо не только "числиться" в Церкви, но и "жить" в Церкви, быть в полном смысле слова ЖИВЫМ ЧЛЕНОМ ЦЕРКВИ, УЧАСТВУЮЩИМ В ОБЩЕЙ ЖИЗНИ ЦЕРКВИ, КАК ТЕЛА ХРИСТОВА, КАК ЕДИНОГО ЦЕЛЬНОГО ОРГАНИЗМА.

Все ли современные христиане "живут" в церкви?

Увы! далеко нет. Поэтому-то и приходится нам теперь поднимать вопрос о необходимости оцерковления жизни, о чем было бы странно говорить в первые века христианства, когда все, принадлежавшие к Церкви, действительно "жили в Церкви". Как мы знаем из книги Деяний Апостольских, первые христиане настолько "жили в Церкви", что их личная жизнь как бы сливалась с жизнью всей Церкви: "они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах... были вместе и имели все общее: и продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого; и каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа" (Деян. 2, 42-47). Само по себе то обстоятельство, что первые христиане не только числились в Церкви, но и "жили в Церкви" имело громадное миссионерское значение: "Господь ежедневно прилагал спасаемых к Церкви" (2, 47) – настолько вдохновлял и влек к подражанию высший пример такой истинно-христианской жизни, что и окружающие христиан, видя их жизнь, возгорались желанием стать христианами.

И далее Дееписатель характеризует, жизнь первых христиан такими же чертами: "У множества уверовавших было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее... Не было между ними никого нуждающагося, ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданнаго и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду. Апостолы же с великою силою свидетельствовали о воскресении Господа Иисуса Христа, и великая благодать была на всех их" (Деян. 4, 32-35)).

Что это, как не наглядное исполнение на верующих замечательной, так называемой "первосвященнической молитвы" Господа Иисуса Христа: "да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино" (Иоан. 17, 21)?

Такое приискреннейшее, теснейшее единение всех верующих, во образ единства Трех Лиц Пресвятой Троицы, и есть ЦЕРКОВЬ. И тот, кто искренно, всем сердцем, всем внутренним существом своим участвует в таком единении благодатной Истины и Любви, – тот именно и "ЖИВЕТ В ЦЕРКВИ".

Недолго, к сожалению, продолжалась эта, почти идеальная вначале, жизнь первых христиан, и чем дальше, тем все боле и более отходила она от своего идеала – расцерковлялась. Причин этому было много, и не наша задача разбирать теперь подробно все эти причины. Главная из них была – постепенное возобладание в христианах "духа мiра сего, во зле лежащаго" (I Иоан. 5, 19), оскудение веры и любви, умножение беззаконий и, вследствие этого, превращение христианского общества в "соль обуявшую" – потерявшую свою силу, от чего так предостерегал Своих последователей Сам Господь Иисус Христос (Матф. 5, 13). И в настоящее время жизнь христианского общества настолько "расцерковилась", что большинство христиан нашего времени – "христиане" только по имени: они лишь формально принадлежат к Церкви, но не "живут" в Церкви.

Вот почему для христианских пастырей нашего времени во всей остроте встал, как главный вопрос их пастырской деятельности, – вопрос об оцерковлении своей паствы, а в какой-то мере, быть может, вопрос и об оцерковлении самих себя, поскольку этот процесс "отступления", о котором предрекал св. Апостол Павел (2 Солун. 2, 3) постепенно захватываете все больше и больше не только рядовых пасомых, но и самих пастырей, стремясь и их сделать "солью обуявшей".

Все должны бороться с этим захватывающим христианское общество расцерковлением жизни, во имя спасения своей души и душ своих ближних, но в первую очередь этот долг лежит, конечно, на пастырях Церкви. Главная задача современного христианского пастыря это – оцерковление самого себя и своей семьи, дабы дело это велось успешно и дабы никто не мог сказать пастырю, ревнующему об оцерковлении своей паствы: "Врачу, исцелися сам!" (Лук. 4, 23).

Какие же можно предложить практические указания для такого оцерковления жизни?

Разсмотрим для этого прежде всего по порядку все те черты, которыми характеризовалась жизнь первых христиан, в согласи с вышеприведенными нами местами книги Деяний Апостольских,

"Они постоянно пребывали в учении апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах"... Каждый день единодушно пребывали в храме... хваля Бога"... – вот это и есть первое и необходимое условие того, чтобы "жить в Церкви". Надо постоянно изучать Слово Божие и все то, чему учит нас Церковь: все ее правила, постановления, благочестивые обычаи и традиции. Надо непрестанно молиться, хваля и прославляя нашего Творца и Спасителя Бога. Молиться своею частною, домашнею молитвою и, вместе с тем, стараться, если не каждый день, что по нынешним условиям жизни для большинства невозможно, то как можно чаще бывать в храме, принимая участие в общей церковной молитве. Надо участвовать в "преломлении хлеба", то есть в величайшем Таинстве Причащения Тела и Крови Христовой, а также, конечно, принимать и другие благодатные таинства, установленные Церковью, всю жизнь свою освящая благодатью Духа Святого, неизменно пребывающей в Церкви с великого дня христианской Пятидесятницы, и не делать ничего без благословения Церкви.

"У множества уверовавших было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее"... так как все христиане высшим своим авторитетом должны признавать Слово Божие и учение Церкви, то в их среде естественно, благодаря этому, должно царить полное единомыслие и единодушие, и взаимное единение их в благодатной Истине и Любви само собой должно исключать всякое разномыслие и разногласие, всякие несогласия, распри и раздоры, не говоря уже о вражде и ненависти. Взаимная любовь их настолько объединяла их, как бы в одну семью, что не оставалось места никакому себялюбию – эгоизму, почему в христианском обществе и не должно быть такого подчеркивания "прав собственности", которое соединено с обидою и лишением других всего необходимого для жизни. Истинный христианин всегда должен жертвовать собой и своими материальными благами, ради такого благополучия своих ближних, которым он сам пользуется, а если нужно, то и самую жизнь свою отдать за ближних, как учил об этом Господь Иисус Христос на Тайной вечери: "больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя" (Иоан. 15, 13).

"Не было между ними никого нуждающагося, и все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданнаго, и полагали к ногам апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду"... – вот основа подлинной христианской благотворительности, единственным побуждением которой должна являться любовь, но не тщеславие и не какие-либо иные греховные чувства, какие часто лежат в основании так называемой "общественной благотворительности" современного расцерковленного общества.

Из всего вышесказанного нам должно быть ясно, что в основе жизни, весьма близко приближавшегося к идеалу первого христианского общества, лежало исполнение той заповеди, которую Сам Господь назвал главною заповедью в законе. Это – заповедь о любви к Богу и о любви к ближним. Следовательно, и весь труд современного христианского пастыря, направленный на оцерковление жизни, должен идти в этом направлении – он должен быть направлен прежде всего на возгревание, как в самом себе, так и в душе своих пасомых любви к Богу и к ближним (Матф. 23, 35-40).

Без этого безпредметны, безсмысленны, безвольны все пастырские труды его, и все сетования на упадок веры и нравственности в пасомых, и все разговоры об оцерковлении жизни.

Другой вопрос, какими путями идти к этому, как достичь этого.

Но мы установили самое главное положение и, исходя из него, уже легче определить и самые пути какими надо идти, чтобы оцерковить нашу жизнь.

Надо пастырю начинать прежде всего с самого себя. Неопустительно, со всем усердием совершать ежедневно свое утреннее и вечернее домашнее молитвенное правило. Как можно чаще, насколько это позволяют обстоятельства, совершать Богослужение в храме и считать высшею радостью для себя, в особенности, совершение Божественной литургии, готовясь к ней со всем усердием, со всею тщательностью, как это предписывают церковные правила. Всякое Богослужение, не исключая треб, совершать истово, благоговейно и благолепно – так, чтобы пасомые чувствовали искренность молитвы своего пастыря и были убеждены, что пастырь их действительно молится и священнодействует, а не "отбывает" только свою служебную повинность, как равнодушный к своему делу "наемник", или, не дай Бог (что уж совсем плохо!), как тяготящийся им и старающийся скорее "отделаться" от него.

Пастырю необходимо хорошо изучить все канонические правила, касающиеся его образа жизни и определяющие его поведение, и стараться со всею возможною строгостью (насколько это, конечно, позволяют обстоятельства) исполнять их. Совершенно недопустима приверженность пастыря к разного рода страстям греховным или "страстишкам", вроде курения табаку, карточной игры и т. п. Особенно важно соблюдать все посты, установленные Церковью, и без уважительных причин не допускать нарушения их в своем доме, в своей семье. Соблазны этого рода действуют на паству часто весьма губительно.

Вообще, ради блага своих пасомых, ради спасения их душ, а равным образом и для облегчения скорбей их временной земной жизни, пастырь должен приучать себя жертвовать собою, своими собственными личными интересами и вкусами, по слову Христа Спасителя: "пастырь добрый душу свою полагает за овцы" (Иоан. 10, 11). И должен постоянно помнить грозные, предостерегающие слова Господа: "кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской" (Матф. 18, 6) и "горе человеку тому, через котораго соблазн приходит" {Матф. 18, 7) – тем более "горе" пастырю, вводящему в соблазн своих пасомых.

К этому же, к подобному же самоотвержению, пастырь должен приучать и свою семью, воспитывал детей своих в страхе Божием, дабы они ничем не роняли в очах верующих достоинства своего отца, и стараясь, чтобы семья его подлинно была "домашнею церковью".

Вот первое и основное практическое указание оцерковления жизни для пастыря, о сем ревнующего: позаботься со всем усердием "оцерковить" прежде всего свою собственную личную жизнь и жизнь своей семьи!

Это – первый и важнейший шаг на пути оцерковления своей паствы, на пути оцерковления всего современного общества. Только "оцерковив" самого себя и свою семью, пастырь может надеяться на какой-то успех в деле оцерковления окружающих его, являясь для всех живым примером "церковности" – "светильником горящим и светящим", во исполнение слов Христовых: "вы есте свет мiра" (Матф. 5, 14-16).

Как вести затем дело оцерковления своей паствы?

Главное внимание необходимо сосредоточить на воспитании детей, еще с младенческих лет, в духе подлинной православной церковности, всячески влияя на родителей и стремясь иметь как можно более частое общение с детьми. Высокий пример для этого наш Пастыреначальник-Христос, так любивший детей, обнимавший их, благословлявший их и сказавши однажды: "не препятствуйте детям приходить ко Мне ибо таковых есть царство небесное" (Матф. 19, 14 и Марк. 10, 14). Все то, что воспринимается всеми пятью органами чувств в раннем детстве, все самые ранние младенческие впечатления – все это наиболее прочно напечатлевается в душе и обыкновенно остается на всю жизнь. Прекрасно говорит об этом в своей замечательной книге святитель Феофан, Вышенский Затворник: "Как первая пища имеет значительное влияние на темперамент тела, так и первые предметы, коими занимается душа, имеют сильное влияние на характер души или тон ея жизни. Развивающияся чувства доставляют материал воображению; воображенный предмет хранится в памяти и составляет так сказать содержание души. Пусть чувства получают первыя впечатления от предметов священных: икона и свет лампады для глаз, священныя песни для слуха и проч. Дитя не понимает еще ничего из того, что у него пред глазами, но его глаз и слух привыкают к сим предметам, и они, предзанимая сердце, тем самым ставят вдали другие предметы. За чувствами и первыя упражнения будут священными: ему легче будет воображать эти предметы, чем другие: таковы его первые сгибы. Затем, на будущее время, изящное, которое одною стороною существенно связано с формами чувств и воображения, будет привлекать его не иначе, как под священными формами. – Итак, пусть ограждают дитя священными предметами всех видов; все же могущее развратить в примерах, изображениях, вещах – удаляют" ("Путь ко спасению" стр. 35).

Пастырь всеми силами должен убеждать родителей, чтобы они, как можно чаще, еще младенцами, приносили своих детей в церковь на Богослужение и, конечно, тоже чаще причащали их Св. Христовых Таин, в Которых – главный залог подлинного оцерковления жизни.

Вообще, как для детей, так и для взрослых нет лучшего училища благочестия, нет лучшей школы оцерковления жизни, чем храм с хорошо поставленным Богослужением и совершаемыми в нем благодатными таинствами. Важно только, чтобы все в храме было благолепно, чтобы все привлекало и располагало к себе молящихся: и внутреннее устройство и убранство его, и истовое служение, внятное, строго молитвенное чтение и пение и все прочее. Основной заботой своей пастырь, ревнующий об оцерковлении своей паствы, должен поставить заботу о таком всестороннем церковном благолепии, чтобы каждый посещающий его храм мог говорить, подобно нашим предкам, посетившим Константинопольский храм св. Софии во времена св. кн. Владимира: "мы не знали, на земле ли мы были или на небе: забыть этой красоты мы не можем"... Само собою разумеется, что говоря о красоте и благолепии церковного Богослужения, мы имеем ввиду внутреннюю, духовную красоту и благолепие, которые обуславливаются прежде всего искренней молитвенной настроенностью участников Богослужения, а отнюдь – не какие-либо внешние театральные эффекты и приемы, которым вообще не должно быть места в православном Богослужении.

Первое условие истинной церковности – жизни в Церкви – любовь к Богу возгревается через Богослужение. Если частную молитву каждого отдельного верующего Св. Отцы называют "дыханием духа", то Богослужение, совершаемое собранием верующих, есть как бы дыхание всего церковного организма, всего Тела Церкви. Как дыхание необходимо для всех членов обыкновенного телесного организма, ибо оно оживляет их через кровь, которая постоянно очищается получаемым ею из воздуха кислородом, так постоянное участие в Богослужении совершенно необходимо для всех членов Тела Христова – Церкви, ибо оно точно также духовно оживляет их через получаемую путем церковной молитвы и тайнодействий благодать Святого Духа. Кто не участвует в Богослужении, тот духовно умирает и отпадает от Церкви, как отмирает и отсекается тот член, в котором прекращается кровообращение, как отсекается засохшая ветвь от лозы, по образному сравнению Господа (Иоан. 15, 6).

Вот почему в древности пропустившие подряд три воскресных литургии отлучались от Церкви.

Отсюда очевидно, что главной задачей пастыря, желающего оцерковить свою паству, должно быть стремление крепче связать верующих с происходящим в храме Богослужением, дабы они не были только безучастными зрителями и слушателями, приходящими в храм, как на какой-то концерт или театральное зрелище, и скучающими от непонимания того, что в храме происходит, как это в теперешнее время весьма часто бывает. Пастырь должен знакомить свою паству с Богослужением и, мало того; он должен дать ей возможность законного участия в Богослужении – того участия, на которое дает ей право и христианская древность и самый текст наших Богослужебных книг. Священнодействующий на Божественной литургии призывает молящихся славить и воспевать Бога не только "единем сердцем", но и "единеми усты". На деятельное участие мiрян в Богослужении указывают и те многочисленные примечания Типикона и богослужебных книг, где слово "лик" очень часто заменяется местоимением "мы", как например: "Мы же поем в прилучившийся глас "Господи воззвах", или: "И мы поем: "Свете тихий" (Тип. гл. 2). Очень часто, вместо слова: "лик", употребляется выражение: "людие": "и поют людие" (напр., последование вел. суб. на вечерни). В Служебнике прямо указано, что на возглас священника перед Евангелием: "Мир всем" отвечают "людие": "И духови твоему". Не только в глубокой христианской древности, но кое-где, как например, на Карпатской Руси и теперь весь молящийся народ принимает самое активное участие в Богослужении общим всенародным путем. И это вполне правильно, ибо отвечает самой идее нашего Богослужения, так как Богослужение есть общественная молитва, в которой все должны принимать участие: пасомые молятся вместе со своим пастырем, как бы подкрепляя его молитву своей, а не стоять безучастными зрителями и слушателями, ничего не понимающими из того, что в храме происходит.

Итак, весьма важной, быть может, даже первостепенной задачей, после оцерковления самого себя и своей семьи, является для пастыря, ревнующего об оцерковлении своей паствы, забота о церковном воспитании детей и затем – привлечение всех, и детей и взрослых, к деятельному участию в Богослужении, путем возстановления всенародного пения в храмах. Конечно, при современном духовном одичании паствы, особенно интеллигентной, эта задача не легкая, но, при желании всегда есть возможность подходить к осуществлению ее постепенно, что кое-где уже и делается: сначала петь всею церковью наиболее известные всем молитвы и песнопения, как например: "Царю Небесный", "Отче наш", а потом прибавлять понемногу, по мере усвоения старых, новые песнопения: "Богородице Дево радуйся", "Воскресение Христово видевше" на всенощном бдении и др.

И тут опять-таки, само собой понятно, что лучше всего приучать к такому общему участию в Богослужении свою паству еще с самого раннего детского возраста. Как важно поэтому каждому пастырю иметь при своем храме церковно-приходскую школу! Не так-то просто "оцерковить" взрослого или, тем более, пожилого человека, всю жизнь свою прожившего вдали от Церкви, но зато какой благодатный и подлинно благодарный труд воспитывать в духе церковности столь восприимчивые и отзывчивые ко всему доброму и святому души детей! И можно со всею решительностью сказать, что пастырь, пренебрегающий этой своею главною и священною обязанностью, не исполняет своего основного пастырского долга и самого себя лишает величайшего утешения и высокого духовного удовлетворения. Никогда не следует при этом смущаться малочисленностью детей в приходе и этим оправдывать свое небрежение: надо помнить, что, по словам Христовым, одна душа человеческая ценнее всего материального мiра (Марк. 8, 36-37).

Надлежит при этом пастырю помнить, что самый опасный у детей возраст это так называемый "переходный!" – приблизительно от 12 до 16 лет, – когда он сугубо должен блюсти, дабы дети, попав под разного рода недобрые влияния, не ушли от Церкви "на страну далече".

Для того, чтобы удержать в Церкви подростков, превращающихся в юношей и девушек, назначаются Св. Владимирские кружки молодежи или соответствующие им церковные организации. И тут не следует смущаться малочисленностью таких представителей молодежи в приходе, а вести регулярные занятия с ними, сколько бы их ни было, хотя бы двое или трое.

Наконец, весьма важным способом воспитания всей своей паствы в духе церковности, после всего вышесказанного, является регулярное произнесение проповедей и ведение внебогослужебных бесед по воскресным или по иным дням, где как удобнее, в зависимости от местных обстоятельств. И в проповедях и во внебогослужебных беседах пастырь непрерывно должен проводить и подчеркивать ту основную мысль, что все верующие являются живыми членами единого Тела Христовой Церкви, и все должны принимать самое деятельное участие в общей жизни этого Тела, возгревая в себе любовь к Главе этого Тела – Христу Спасителю нашему – я к сочленам своим – ближним нашим. Очень важно чаще возвращать мысль и чувство слушателей к жизни первых христиан, стремясь воодушевить их ревностью подражать им. Не нужно чрезмерно увлекаться разными высокими и отвлеченными религиозно-философскими темами, желая угодить образованным прихожанам, а надо больше и чаще говорить о том, к чему обязывает нас жизнь в Церкви: как мы должны жить, чтобы не быть чужими в Церкви, но чтобы, наоборот: все, чему учит, что заповедует нам Церковь, было бы для нас своим, родным, близким, дорогим, таким кровным достоянием нашим, за которое мы готовы были бы жизнь отдать. И прежде всего надо начинать с обучения верующих их внешнему поведению, ибо, как говорят Св. Отцы, "внутреннее без внешняго не спеется"; как правильно осенять себя крестным знамением, как молиться утром и вечером, перед едой и после еды, перед началом всякого дела и по окончании его; как помещать в комнатах своей квартиры св. иконы и возжигать перед ними лампады и как правильно чтить их, дабы быть в состоянии дать должную отповедь хулящим св. иконы сектантам; как входить в церковь и как вести себя в ней во время Богослужения: как правильно прикладываться к св. иконам и прочим святыням, как возжигать перед ними свечи, как класть поклоны поясные и земные, когда не полагается делать земных поклонов и почему; как готовиться к исповеди и в чем должно состоять говение, как приготовляться ко Св. Причащению, как подходить к св. Чаше, как вести себя после Причащения и т. д. и т. д.

Верующие, чтобы быть людьми церковными, непременно должны знать о существовании книги "Требник" и о том, что эта книга содержит весьма важные молитвословия и последования Таинств, освящающих всю их жизнь, начиная от появления человека на свет и кончая преданием тела земле после смерти и молениями об упокоении душ усопших. Крайне важно внушать верующим, чтобы они при всяком случае своей жизни обращались к молитвословиям этой книги и на все, что ни предпринимают, испрашивали таким путем благословения Церкви.

Как важно добиться пастырю такого знания Богослужения его пасомыми, чтобы он никогда не чувствовать затруднения в его совершении в любой день недели: чтобы всегда нашлись в его приход верующие, которые могли бы читать, петь и прислуживать, даже при отсутствии официального псаломщика, и пономаря.

Необходимо постоянно внушать пасомым важность соблюдения постов, установленных Церковью, и при этом указывать, что нарушающий пост, "кроме немощи телесныя" и без благословения своего духовника, тем самым отпадает от Церкви, поскольку 69-ое Апостольское правило повелевает тех, кто не постится в св. Четыредесятницу, а также в среду и пяток, отлучать от Церкви. Важно знакомить верующих и с другими каноническими правилами, определяющими их жизнь и поведение, как членов Христианской Церкви, – особенно с правилами о брачной жизни, о развлечениях и увеселениях, несовместимых с христианским званием и друг.

Немалое значение имеет также напоминать верующим о всех тех благочестивых обычаях и традициях, которые хотя и не являются прямым церковным установлением, но вполне согласны с духом подлинной церковности и православного благочестия и в то же время – предостерегать от разного рода чуждых нашей вере, а зачастую и прямо противных духу Церкви, обычаев и традиций, вторгшихся к нам с Запада, растлевающих подлинную церковность и разрушающих наш исконный православный быт. Вообще, укрепление в жизни паствы унаследованного от наших благочестивых предков православного церковного быта чрезвычайно важно и потому тоже должно входить в задачу пастыря. Но не только в проповедях и внебогослужебных беседах надлежит пастырю стремиться внедрить в своих пасомых дух церковности; он должен использовать для этого каждый благоприятный случай: при всякой встрече со своими прихожанами, у себя ли на дому, у них ли в гостях или где-нибудь в другом месте, даже при случайной встрече на улице, истинный пастырь не смеет забывать о своем основном долге – воспитывать в своих пасомых дух истинной церковности и при этом действовать не только словом, но и личным примером, который бывает иногда сильнее и действеннее слова. И надо твердо помнить, что нет хуже – когда слово у пастыря расходится с делом. Многие, особенно в наше время, часто этого совсем не прощают, осуждают и хулят пастыря и тем подрывают в корне весь его, даже самый искренний пастырский труд, направленный на оцерковление паствы.

Вслед затем перед пастырем лежит высокая задача – оцерковить, одухотворить весь внутренний мiр своих пасомых, расположив их к чтению духовно-нравственной литературы и внушив им отвращение к чтению тех омерзительных, растлевающих душу и сердце книг, которые в настоящее время сотнями тысяч выбрасываются на книжный рынок. Он должен внушить любовь к чтению Книги книг – Слову Божию, к житиям святых угодников Божиих и дивным вдохновенным творениям Святых Отцев, раскрывающих нам красоты подлинной духовной жизни – сокровенной жизни в Боге; так тонко, образно и наглядно, как никакой светский психолог, рисующих всю возвышенную привлекательность христианской добродетели и всю низменную, отталкивающую природу греха и греховных страстей, столь омрачающих земную жизнь человека и ввергающих его поистине в бездну зол, а по смерти уготовляющих ему геенну огненную.

Вот, в общих чертах, весь круг оцерковления жизни, современного христианского общества, в значительной части своей, если не в большинстве своем, далеко-далеко отошедшего от духа подлинной православной церковности. Громадная задача! Велик и тяжек подобный труд пастыря и был бы он совсем непосилен ему, если бы не сопутствовала пастырю во всех делах его дарованная ему в таинстве Священства всесильная благодать Божия, "всегда немощная врачующая и оскудевающая восполняющая". Уповая на эту благодать и твердо веруя, что "невозможное человеку возможно для Бога" (Матф. 19, 26), пастырь многого может достигнуть на этом благодатном поприще, если начнет этот труд оцерковления жизни с самого себя.

Обращение к русской молодежи Духовного Руководителя Свято-Владимирских кружков молодежи епископа Аверкия

Православная русская молодежь! Дорогие чада мои о Господе!

"НАЧАЛЬНИКА НАШЕГО ВО БЛАГОЧЕСТИИ ХРИСТИАНСТЕМ, ПРИИДИТЕ, ВОСХВАЛИМ, ЛЮДИЕ РОССИЙСТИИ, ПРИСНОСЛАВНОГО ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИPА, ИДОЛЫ ПОПРАВШАГО И СВЯТЫМ КРЕЩЕНЬЕМ ЗЕМЛЮ РУССКУЮ ПРОСВЕТИВШАГО" – так призывает нас Св. Церковь почтить нашего Просветителя, нашего Духовного Вождя и Отца в высокоторжественный для нас, русских людей, и знаменательный день его памяти 15 июля ст. ст. (28 июля по нов. ст.).

Призываю и я вас, дорогие чада мои духовные, собраться – вот уже в седьмой раз – накануне этого дня – в субботу 14/27 июля, по установившемуся у нас обычаю, у подножья строящегося в Кассвиле Храма-Памятника Св. Кн. Владимиру, для того, чтобы достойно прославить там нашего великого Просветителя общей церковной молитвой и провести время с пользою для душ наших, в назидательных собеседованиях и хорошем дружеском взаимообщении.

Призываю собраться всех – всю нашу православную русскую молодежь, кому только дорога наша родная, отеческая православная вера и здоровое национальное русское самосознание. Наша Св. Владимирская организация молодежи есть не что иное, как объединение всей православной русской молодежи в недрах нашей Св. Православной Церкви, а потому место в ней каждому, кто сознает себя православным и русским, независимо от того, состоит ли он в какой-либо иной организации.

Главная наша задача – оцерковить молодежь и сделать ее сознательными и деятельными членами Св. Православной Церкви, достойными сынами и дщерями СВЯТОЙ РУСИ, как именовалась наша Родина на протяжении многих столетий, пока не случилось с ней страшная катастрофа, единственной причиной коей было богоотступничество и "расцерковление" русского народа, за что он и платит теперь такой дорогой кровавой ценой.

Мало быть просто "русскими": чтобы быть истинно-русскими, надо прежде всего стать православными и притом церковными, какими были наши предки, создавшие Святую Русь. Надо знать и помнить, что всем своим духовным величием, всей своей возвышенной красотой духовной Родина наша обязана Святой Православной Вере и Церкви. А эту дивно-прекрасную веру и свято-хранящую ее Церковь мы получили от нашего Духовного Отца и Наставника "Второго Константина" и "Апостолом равного", "Ревнителя благочестия в стране нашей" и "Начальника нашего" Владимира. Какое же другое имя может нас так объединить и сделать подлинно-русскими, как не имя нашего великого Просветителя, которому мы, в полном смысле этого слова, обязаны решительно всем, что только было и есть у нас самого лучшего – истинно-прекрасного, возвышенного и святого?

Поэтому-то и зовем мы всю русскую молодежь объединиться под этим священным для каждого русского человека Св. Владимирским стягом и твердыми ногами стать на наш исконный Св. Владимирский путь, который один только способен духовно возродить весь русский народ и спасти нашу Родину от страшного лихолетья, постигшего ее за измену этому пути.

Все – на Свято-Владимирскую Горку, и да поможет нам Всемилостивый Господь, молитвами угодника Своего Св. Кн. Владимира, утвердиться в его спасительных заветах.

Храним ли мы заветы св. кн. Владимира?

В нынешний высокоторжественный день всенародного праздника нашего – день памяти Просветителя Руси Святого Равноапостольного Великого Князя Владимира – благовременно каждому из нас задать себе вопрос: храним ли мы священные заветы нашего Просветителя?

Ответ на этот вопрос чрезвычайно важен. Сделанный добросовестно он явится одновременно ответом и на мучащий всех нас вопрос: почему, сорок лет уже, так страждет наша несчастная Родина, обливаясь слезами и кровью, под игом лютого безбожия, и отчего до сих пор не видно еще никакого просвета, никаких признаков приближающейся свободы?

Впрочем, все ли русские люди в наше время знают эти заветы – заветы, оставленные нам, сынам и дщерям православного русского народа, нашим Просветителем, нашим Духовным Вождем и Отцом Святым Князем Владимиром?

А знать их надо! Они достаточно ясно выражены в замечательной молитве, которую произнес объятый священным восторгом Святой Князь в торжественный момент крещения русского народа. Молитву эту, сохраненную для нас преп. Нестором, летописцем Печерским, каждому русскому человеку следовало бы знать наизусть.

Вот она:

«Боже, сотворивый небо и землю! Призри на новыя люди сия, и даждь им уведети Тебе, истиннаго Бога, якоже уведеша страны хрестьянския, и утверди в них веру праву и несовратну, и мне помози, Господи, на супротивнаго врага, да надеяся на Тя и на Твою державу, побежю козни его».

Краткая, но и всеобъемлющая по своему внутреннему содержанию, молитва эта заключает в себе, всю программу истинно-христианской жизни. В словах этой вдохновенной молитвы излилась вся душа, уже возрожденного банею пакибытия князя-христианина, глубоко переживавшего всем существом своим дивное зрелище обновляемого благодатью св. крещения всего своего народа. А так как словами ее Св. Князь молился о своем народе и о себе, как о духовном вожде его, то из слов этой молитвы мы можем ясно видеть, чего именно желал Св. Равноапостольный Князь новокрещенному русскому народу, то есть, иными словами: молитва эта заключает в себе заветы св. кн. Владимира русскому народу.

Какие же это заветы?

«... И даждь им, Господи, уведети Тебе, Истинного Бога...» – вот в каких словах выражен первый священный завет нашего Просветителя.

Это – завет Боговедения, завет познания Бога в Его отношении к мiру и человеку, – Бога, как нашего Творца, Промыслителя, Спасителя, Искупителя, Освятителя и Мздовоздаятеля. На таком познании Бога и основывается вся истинно-христианская жизнь: вера в Бога, надежда на Бога, любовь к Богу и к ближним, ради Бога. Такое познание Бога ведет к конечной цели христианства – Богообщению, через молитву и таинства церковные.

«... И утверди в них веру праву и несовратну...» – вот второй завет – завет нерушимого хранения правой, то есть, православной веры и твердого, непоколебимого стояния в ней, несмотря ни на какие соблазны и испытания, вплоть до готовности жизнь свою отдать за нее.

Третий завет говорит о необходимости неустанной борьбы с «супротивным врагом», вплоть до окончательной победы над ним, при помощи Божией: «... помози, Господи, на супротивнаго врага, да надеяся на Тя и на Твою державу, побежду козни его».

Кто этот «супротивный враг»?

Это – враг Божий и враг человеческого спасения диавол и всякого рода зло, от него происходящее. Своими собственными слабыми человеческими силами победить диавола, победить зло, от него происходящее, мы не можем, а потому и говорит св. Владимир: «...надеяся на Тя и на Твою державу»...

Это – завет неустанной, никогда не прекращающейся борьбы со злом, гнездящимся прежде всего в душе самого человека – со своими греховными страстями и похотями, – а затем и со злом в окружающей жизни. Истинный христианин непримирим к диавольскому злу. Всю жизнь свою он должен бороться с ним, почему и именуется «воином Христовым». Ни на один миг не смеет он складывать своего оружия, но всю надежду на победу в этой борьбе должен возлагать единственно на благодать Божию: всякая самоуверенность, всякое «самонадеяние» в этой «брани» всегда посрамляется и карается поражением нашим и торжеством врага.

Нужно ли говорить, как хорошо помнил и исполнял русский народ, в лице своих многочисленных лучших представителей, эти священные заветы на протяжении всей своей прежней, почти тысячелетней истории. Иначе не прославляли бы мы память – «Всех Святых, в Земле Российстей просиявших», и Родина наша не именовалась бы «Святою Русью».

А если и нарушал иной раз русский человек эти заветы, то и каялся в этом и как каялся! Знаем мы много примеров такого искреннего покаяния, и единичного и всенародного. А за искреннее покаяние все прощается. Падший, по немощи, через покаяние вновь возстает и снова идет вперед, продолжая свою непримиримую борьбу с «супротивным врагом».

Как обстоит у нас дело теперь?

Знаем ли мы все эти священные заветы нашего Просветителя? помним ли о них всегда? исполняем ли их?

Помним ли все мы, современные русские люди, о Боге и о Его святом законе? Веруем ли мы в Бога, надеемся ли на Бога, любим ли Бога и ближних наших во имя Божие? Любимым чтением наших благочестивых предков, пока не внедрилась к нам отрава западного вольнодумства и безбожия, были книги, дающие нам познание о Боге и о жизни в Боге: Слово Божие и, в особенности, Псалтирь и Евангелие, Жития Святых Угодников Божиих, глубоко назидательные Творения Святых Отцев и великих наставников подвижнической жизни.

Что у нас читают теперь? какими книгами увлекаются?

Предки наши ничего не жалели для сооружения великолепных храмов, украшая их серебром и золотом и драгоценными камнями; любили продолжительные уставные Богослужения, принимая в них деятельное участие чтением и пением; дома держали святые иконы, возжигая перед ними лампады и воскуряя фимиам, совершали утром и вечером молитвенное правило, а нередко и целое Богослужение, обращая свои жилища в подлинные «домашние церкви»; строго соблюдали все посты, все церковные уставы, благочестивые обычаи и традиции; – самый уклад жизни в семейных домах во многом напоминал монастырский.

Таково ли и теперь отношение современных русских людей к храмам и к совершаемым в них Богослужениям? Является ли и для всех нас храм Божий такой великой святыней, ради которой мы не остановимся ни перед какими жертвами? Любим ли все мы строго-уставные Богослужения, стараемся ли не пропустить никогда, без уважительной причины, ни одного из них, хотя бы в дни воскресные и великие праздники? Молимся ли мы со всем усердием каждое утро и каждый вечер перед святыми иконами дома? Боимся ли нарушать посты и прочие церковные установления?

В прежние времена даже грамоте малые дети обучались по Богослужебным книгам – Часослову и Псалтири.

Как теперь наши дети обучаются грамоте?

Знакомы ли современные русские люди с нашим священным церковно-славянским языком, умеют ли вообще читать по церковно-славянски? Воспитываются ли они в духе церковности, любви к Церкви, послушании к ней и ее уставам? Не грешат ли часто современные родители чрезмерной заботой о теле своих детей, об их земном благополучии, без всякого попечения об их душе, с ранних лет приучая их нисколько не считаться с Церковью и ее уставами? Видят ли наши дети в своих собственных родителях добрый пример религиозно-нравственной жизни?

Прекрасно усвоили себе наши благочестивые предки спасительную мысль о временности и бренности всего земного и о необходимости подготовить себя к достойной христианина смерти – к переходу в жизнь вечную и доброму ответу на Страшном Судищи Христовом.

Так ли настроены и современные русские люди? Не грешат ли они, наоборот, чрезмерной привязанностью к земным благам, удовольствиям и наслаждениям; с полным забвением о вечности? О чем другом, как не об этом губительном для душ забвении свидетельствуют все эти безчисленные «вечера», с безстыдными, безнравственными танцами, увеселениями и развлечениями, которые устраиваются притом в часы церковных богослужений и накануне праздников? Ведь это прямой и дерзкий вызов Самому Богу, надругательство над Его святыми праздниками, в чем многие – увы! – уже не отдают себе отчета. А вменение почти ни во что святости семейного союза, постоянные разводы, легкомысленные внебрачные связи и сожительства! Все это поистине стало «болезнью века», с которой весьма трудно бороться: так глубоко проникла зараза, отравившая духовный организм многих.

Посмотрим, как обстоит дело со вторым заветом – о непоколебимой верности и преданности нашему Святому Православию?

В нашем прошлом для русского человека дороже всего на свете была чистота его православного исповедания, за которую он жизнь свою готов был отдать. Понятия «православный» и «русский» в его представлении были как бы синонимами, понятиями однозначащими, неотделимыми одно от другого. Православие всегда было душой русского народа. Именно Св. Православию обязан русский народ всем, что есть у него действительно великого, прекрасного, возвышенного и святого. Ни одна из настойчивых попыток римских пап подчинить себе русский народ не могла поэтому увенчаться успехом. Не возникало на русской почве никаких сект до тех пор, пока не поддался русский человек тлетворным влияниям Запада. Лишь эти зловредные влияния отравили и растлили душу русского человека сначала расшатывающими идеями либерализма и рационализма, а затем убийственным ядом материализма, социализма и коммунизма.

Что же мы видим теперь? Ценим ли мы свое Православие превыше всего на свете, сознаем ли мы все его безмерное превосходство над всеми другими «верами» и «исповеданиями»? Воспитываем ли мы во всецелой преданности Св. Православию наших детей? Посылаем ли их в наши церковно-приходские школы где преподается православный Закон Божий?

Увы! Многие у нас запутались в сетях так называемого «экуменизма» и модных идей равноправия и даже равноценности всех «вероисповеданий». Иные попались на удочку всякого рода безчисленных сектантов, начиная с баптистов и адвентистов и кончая такими, у которых вообще ничего, кроме названия, христианского нет. А некоторые погрязли в бреднях теософии, оккультизма, спиритизма и т. п. «суррогатов» религии и разных тайных организаций.

Вот потому-то весьма трудно для современного русского человека исполнение и третьего завета св. кн. Владимира – о непримиримой борьбе с диавольским злом. Где уж тут бороться со злом, когда вообще не ясно, где добро, а где зло? когда поистине сам диавол, через своих служителей, сумел напустить на многих русских людей такой туман, что спутал все их понятия, и настолько затмил в их сердцах истину Св. Православия, что они нередко готовы считать равноценными с верою их предков всякую сумасбродную и изуверную секту, всякий фантастический, иногда даже недоброкачественный вымысел?

Не о всех, конечно, мы говорим это, но, к сожалению, все же о многих. Если бы не было таких много, то не было бы в нашей церковной жизни стольких нестроений, раздоров, брожений, смут и даже расколов. Откуда бы явилось тогда «живоцерковство», «обновленчество» и разные «юрисдикции»?

Иные воодушевляются идеей борьбы со злом, вступая в разные «политические партии». Но учат ли эти «партии» борьбе со злом в своей собственной душе, с чего только и можно начинать эту борьбу, дабы она была плодотворной? Учат ли они призывать помощь Божию, без которой эта борьба не может увенчаться победой? Все эти «партии» берутся «спасти Россию» от поработившего ее диавольского зла, но предлагают для этого все средства, кроме самого главного и единственно верного – всенародного покаяния и возвращения к вере наших предков – чистому и безкомпромиссному Православию. И все наивно уверены, что им удастся победить большевизм на русской земле, не побеждая и не искореняя его в собственных душах. Ибо, что такое «большевизм», в существе своем, как не отрицание духовного мiра, духовной жизни – жизнь только плотская, угождение чреву и страстям своим, откуда, естественным образом уже, порождается противление Богу и Его Святой Церкви?

К несчастью нашему, многим все еще неясно, что большевизм это – диавольское зло, и что победить его можно только силою Божиею. Не боится диавол ни громких лозунгов, ни политических программ, ни атомной бомбы. Боится он только Честного и Животворящего Креста Господня: «трепещет бо и трясется, не терпя взирати на силу его».

Могут ли победить большевизм те люди, которые на словах борются с большевиками, а на деле – сами настроены так же, позволяя себе легкомысленное отношение к Святой нашей вере, глумление над Св. Церковью, Ее священными канонами и установлениями?

Посте стольких горьких и безплодных опытов борьбы с большевизмом, пора бы уже осознать, что победить зло большевизма смогут лишь те люди, которые до конца изживут большевизм в своей собственной душе, и материалистической идеологии этого сатанинского учения противопоставят православно-христианскую идеологию, со всем тем, к чему это обязывает, то есть давая всем живой пример христианского подвига в своей личной жизни.

Без этого – надо это, наконец, признать! – безцельны, безсмысленны, суетны все громкие лозунги, все политические программы и вся внешняя борьба, направленная на свержение безбожной советской власти в России.

«Без Бога – ни до порога!» – так выразительно гласила основательно забытая теперь многими старая русская пословица.

Итак: храним ли мы священные заветы нашего Просветителя, нашего Духовного Вождя и Отца Святого Равноапостольного Князя Владимира?

Пусть ответит на это совесть каждого из нас!

Высокопреосвященный Иосиф, Митрополит Скоплянский

(К его кончине в Югославии).

Сербские эмигрантские газеты принесли нам известие о том, что в первых числах июля с. г. в Югославии скончался Высокопреосвященный Иосиф, Митрополит Скоплянский, находившийся в течение ряда лет, после второй мiровой войны, вдали от официальной церковной жизни, в монастырском заточении.

Мы не можем обойти молчанием кончины столь близкого нам по духу иерарха-исповедника братской нам Сербской Православной Церкви, оказавшегося способным на редкий в наши дни подвиг – иерарха, решившегося предпочесть изгнанническую смерть в заточении славе и почестям высшего служения в церкви.

Родом Ужичанин (из Ужицы в Старой Сербии), Митрополит Иосиф (Цвиович), по окончании Богословии (так называются в Сербии Духовные Семинарии) св. Саввы стал приходским священником, и в качестве такового ярко проявил уже тогда основные качества своего характера – необыкновенную живость, бодрость духа, неутомимость, готовность к полному самоотвержению. Истинный сын своего народа он стал подлинно народным пастырем, глубоко чувствовавшим и переживавшим все нужды своей паствы. Овдовев, он поступил в Киевскую Духовную Академию и закончил ее с успехом, прекрасно усвоив русский язык, которым владел совершенно свободно. Приняв иноческий постриг, он продолжал свое служение на духовно-педагогическом поприще, в качестве профессора Богословии св. Саввы, воспитанником которой сам был. Пережив столь трагичные для сербского народа ужасы первой мiровой войны, он в годы эмиграции руководил Богословией, открытой им в Англии, а затем, по окончании войны, возвратившись на родину, снова вернулся на прежнюю должность в Богословии св. Саввы. Здесь застало его избрание на кафедру Епископа Битольского в Южной Сербии (Македонии). Благодаря его стараниям, на большую духовную высоту было поднято воспитание и образование в Битольской Богословии, в которую им были привлечены и русские преподаватели и, среди них, иеромонах Иоанн (Максимович), впоследствии Епископ Шанхайский, а ныне Архиепископ Брюссельский и Западно-Европейский.

Боле 30-ти карпаторусских юношей получили законченное богословское образование в этой Богословии и, возвратившись на родину, приняли священство, пополнив собою ряды старого карпаторусского духовенства, не имевшего, по большей части, никакого образования, кроме начального. Духовным наставником и воспитателем этих юношей в Семинарии был как раз иеромонах Иоанн (Максимович), воспитывавший их в строго-православном и национальном русском духе, о котором они постоянно потом сохраняли благодарное воспоминание.

В сане Епископа Битольского Преосвященным Иосифом было совершено дело величайшей важности – благоустроение возстановленной Православной Епархии Мукачевско-Пряшевской на Карпатской Руси, куда он был временно отправлен Священным Синодом Сербской Православной Церкви в качеств администратора. Епархия эта возникла в результате стихийного движения в так называемой прежде "Угорской Руси", присоединенной после первой мiровой войны, на правах самой широкой автономии, к Чехословацкой Республике с официальным названием "Подкарпатской Руси". Этим стихийным движением было полное высокого духовного порыва массовое возвращение насильственно обращенной в унию части русского народа, обитавшей на южных склонах Карпат, в свою прежнюю отеческую православную веру. Благодаря добрым дипломатическим отношениям между Югославией и Чехословакией, Синоду Сербской Православной Церкви удалось взять это движение под свое покровительство и образовать там целую епархию под своей юрисдикцией, каковая епархия получила наименование Мукачевско-Пряшевской. Отправленный Сербским Синодом в конце 1930 г. на Карпатскую Русь Епископ Иосиф, с необыкновенной энергией и большой пастырской мудростью, в течение лишь одного года, провел все многотрудное дело организации этой епархии, образовав в ней около 120 приходов, признанных, в качеств таковых, чехословацкими государственными властями, и учредив постоянно действовавшее Епархиальное Управление с необходимым штатом служащих, которое регулярно получало от чехословацкого правительства необходимые денежные, суммы ("субвенции") на административные нужды и на постройку новых храмов.

Пробыв на Карпатской Руси всего лишь около года, епископ Иосиф успел посетить все эти 120 приходов и во всех совершить торжественные архиерейские Богослужения. Всюду его радостно встречал народ, выходя навстречу, нередко многотысячными крестными ходами. Часто бывало, что Вечерня служилась им в одном селе, утреня и литургия на другой день – уже в другом ближайшем сел, а затем снова вечерня – в третьем селе. Предприняты им были и замечательные поездки на так наз. "Верховину" – в села Тютковцы и Прислоп на самом "водоразделе", где проходила чехословацко-польская граница и где вершины Карпат отделяли Карпатскую Русь от Галиции. Туда невозможно было добраться не только на автомобиле, но и на крестьянской телеге. Привели коней, и Преосвященный Иосиф мужественно возсев на них, вместе со своими спутниками – архимандритом и иеродиаконом – проделал целых семь километров такой "верховой езды" по крутым и обрывистым горным тропинкам, чтобы доставить великую духовную радость верующим крестьянам, еще никогда не видавшим у себя Епископа. В обоих селах были заложены, а потом освящены скромные деревянные храмы.

Весьма строг и требователен, но и предельно справедлив, был Владыка Иосиф в отношении к священнослужителям, стоявшим во главе этого стихийного православного движения, поощряя одних и наказывая других, оказавшихся недостойными. Главной заботой его было – увенчать все эти свои многообразные труды поставлением достойнейшего архипастыря, который смог бы плодотворно продолжать начатое им дело. И выбор его остановился, действительно, на достойнейшем кандидате – Протосингеле (впоследствии Архимандрите) Иycтине (Поповиче), строгом ученом монахе подвижнической жизни, также прекрасно владевшем русским языком и большом руссофиле. К общей скорби верующих карпатороссов, о. Иустин, пробыв на Подкарпатской Руси некоторое время, отказался от епископства и возвратился в Югославию, где сталь профессором Богословского факультета.

После избрания Скоплянского Митрополита Варнавы (Росича) Патриархом Сербским, Преосвященный Иосиф удостаивается избрания Митрополитом Скоплянским и на этой важной исторической кафедре развивает столь же неутомимую архипастырскую церковно-просветительную деятельность.

Но подлинным исповедническим подвигом являются последние годы архипастырского служены Митрополита Иосифа. Изгнанный из Скопле, во время второй мiровой войны, болгарами, занявшими этот город, он и по окончании ее не смог вернуться на свою кафедру и остался в Белграде, где на него, как на старейшего оставшегося в живых иерарха был возложен тяжкий крест возглавления Сербской Православной Церкви до возвращения на родину находившегося заграницей Патриарха Гавриила. Мужественно и неустрашимо держал себя в отношении новой коммунистической власти Иосифа Броза-Тито не шедший ни на какие компромиссы с богоборцами Митрополит Иосиф. Бежавшие из Югославии сербы передавали нам следующий факт из этого периода его деятельности, ярко обрисовывающий его с этой стороны. Шедшая однажды по улицам Белграда антирелигиозная манифестация направилась к зданию Патриархии, где жил Митрополит Иосиф, и остановившись перед окнами начала кричать: "Долой Иосифа! долой Иосифа!" Нисколько не потерявший присутствия духа Митрополит вышел на балкон и зычным своим голосом, каким он обычно проповедывал перед многотысячными толпами верующих, воскликнул, как бы недоумевая, о ком идет речь: "Долой Иосифа? – Какого Иосифа: Броза или Сталина?"

По возвращении Патриарха Гавриила, Митрополит Иосиф естественно стал его ближайшим сотрудником по управлению Сербской Православной Церковью. С необыкновенною твердостью и непоколебимостью и, вместе с тем, с большим искусством отстаивал он права и свободу Сербской Православной Церкви от порабощения ее богоборческой коммунистической властью. После смерти Патриарха Гавриила всем верным чадам Церкви было ясно, что естественным и действительно достойнейшим преемником его должен стать Митрополит Иосиф. Но, конечно, боровшаяся с Церковью безбожная власть не могла допустить избрания Митрополита Иосифа в Сербские Патриархи. И вот перед самыми выборами он подвергается аресту и высылается из Белграда.

Очень мало что известно нам о дальнейших, последних годах жизни этого мужественного сербского иерарха. Известно только, что он тяжко болел, не имея возможности лечиться, и постепенно угас в своем изгнанническом заточении.

Покойный иерарх – высокий пример для всех современных иерархов Православной Церкви, пример непоколебимого стояния за истину, что и является самым главным для служителя Церкви, которая есть столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15). Он образец той твердости духа, которой – увы! – так многим не достает в наше лукавое время всяческих компромиссов и соглашательств с диавольской ложью. По образному выражению эмигрантской сербской газеты "Искра", поместившей прочувствованный некролог о нем, Митрополит, Иосиф "не был тестом, которое дает себя месить по воле других", а "еще менее он был человеком, который дает себя соблазнить почестями и притворно-ласковым отношением со стороны власти, ставящей себе целью уничтожить Церковь". Сану Патриарха, угодливо служащего безбожникам и богоборцам, он предпочел смерть в изгнании, лишь бы сохранить чистой свою совесть. Да будет вечная память об этом великом и мужественном исповеднике веры не только в родном ему сербском народ, но и среди всех верных чад Православной Церкви, ненавидящих всякую ложь и богопротивное лукавство, столь ныне многими похваляемое, и стремящихся остаться верными Христовой Истине до смерти!

В чем значение Русской Зарубежной Церкви?

Великое значение Русской Зарубежной Церкви заключается в том, что она, в настоящее время, является единственной свободно-действующей, ни от каких безбожных и антихристианских сил независящей, неоспоримо-законной Православной Русской Церковью.

Каждому благонамеренно-настроенному православному русскому человеку это ясно. Сомневаться в этом могут лишь те, кто поддались лживой пропаганде врагов кашей веры и Родины.

Русская Зарубежная церковь духовно окормляет и объединяет многие сотни тысяч православных русских людей, «в изгнании и разсеянии сущих», помогая им сохранить во всей чистоте свою отеческую православную веру и свое историческое национальное русское лицо. Всему остальному человечеству она являет подлинные духовные сокровища Св. Православия, и самим фактом своего существования красноречивее всяких слов свидетельствует о неприятии русским народом того сатанинского зла, которое насильственно поработило нашу Родину, а ныне стремится овладеть всем мiром.

Отсюда само собой понятно, кому так неприятно существование Русской Зарубежной Церкви и кто хотел бы ее уничтожить.

Неприятно существование Русской Зарубежной Церкви всем явным и тайным врагам Св. Православной Веры и всем ненавистникам высокой идеи Святой Руси, носительницей коей была наша Родина.

Неприятно оно всем тем, кто в течение долгих дет вели преступную работу для того, чтобы ввергнуть нашу Родину во все ужасы кровавого безбожия.

Неприятно оно неистовым богоборцам, сорок лет уже терзающим нашу Родину и старающимся вытравить все святое из души русского человека.

Неприятно оно всем единомышленникам и попутчикам лютых безбожников и палачей русского народа, которые стремятся обезличить русскую эмиграцию и принудить русских людей заграницей – или слиться с окружающей их иноверной средой или, примирившись с богоборческой советской властью, «вернуться на родину».

Умело используя ложь и клевету, эти люди, вдохновляемые врагом человеческого спасения – диаволом, разрушили нашу Родину, как ненавистный ему оплот Св. Православной Веры, а теперь, употребляя то же оружие, хотят разрушить Русскую Зарубежную Церковь. Только Русская Зарубежная Церковь решительно стоит им на пути, препятствуя осуществлению их адских планов порабощения грядущему Антихристу всего человечества. Поэтому они и ведут с ней такую упорную борьбу, как совне, так и изнутри, стараясь возбуждать в ней раздоры, смуты и нестроения. И настолько успели в этой своей подрывной «работ», что произвели в ней губительные расколы, заставив отпасть от нее Американскую Митрополию, возглавляемую ныне Митрополитом Леонтием и Западно-Европейский Экзархат, возглавляемый Митрополитом Владимиром.

Этих расколов вначале не было. Да их и не должно бы было быть, ибо существование Русской Зарубежной Церкви, как единого цельного церковного организма в русском разсеянии, в современных условиях, и естественно и законно.

В этом убеждает нас сама история возникновения Русской Зарубежной Церкви. Вот какова она!

После захвата власти в России в 1917 году, лютыми гонителями Веры и Церкви – «большевиками», самоотверженно настроенное офицерство русское и молодежь начали героическую борьбу с ними «за Русь Святую», вылившуюся в так наз. «Белое Движение». Благодаря образовавшемуся военному фронту, целый ряд епархий был отрезан от Высшего Церковного управления в Москве. Да и само это Управление со Святейшим Патриархом Тихоном во главе, оказалось в порабощении у безбожной власти и лишено было свободного голоса. В основе канонического церковного управления лежит принцип соборности: Церковью управляет Собор Епископов – ни одна епархия не может существовать сама по себе. (См. 34 пр. Св. Апостолов). В силу этого на Юге России и образовалось особое церковное управление. 6 мая 1919 г. в г. Ставрополе Кавказском состоялся Южно-Русский Церковный Собор, на котором было создано временное Высшее Церковное Управление на Юго-Востоке России. Оно было признано Святейшим Патриархом Тихоном.

Понимая всю необходимость существования такого свободного Управления в свободной части Русской Церкви, на основах канонической соборности, сам Святейший Патриарх Тихон издал постановление за № 362 от 7/20 ноября 1920 года, в котором говорилось:

«В случае, если епархия окажется вне всякого общения с Высшим Церковным Управлением или само Высшее Церковное Управление во главе со Святейшим Патриархом почему-либо прекратит свою деятельность, Епархиальный Архиерей немедленно входит в сношение с Архиереями соседних Епархий на предмет организации высшей инстанции церковной власти. В случае невозможности этого, Епархиальный Архиерей принимает на себя всю полноту власти».

На основе этого строго-канонического постановления и должна существовать заграницей Единая Соборная Русская Зарубежная Церковь, – до тех пор, пока не будет в России избрано законным путем Высшее Церковное Управление, свободное от всяких давлений врагов нашей веры и церкви.

Нам иногда возражают, что такое церковное управление заграницей нельзя обосновать канонами.

Это – неправда!

Мы имеем 39-е правило Шестого Вселенского Собора, которое говорит об Архиепископе Кипрском Иоанне, переселившемся «по причине варварских нашествий купно со своим народом» в Геллеспонтскую область, которая входила в юрисдикцию Константинопольского Патриарха. Согласно этому правилу, Архиепископ Кипрский сохранил все свои прежние права по управлению паствою, покинувшей вместе с ним остров Кипр

Почему же наши русские архипастыри и пастыри, покинувшие в несравненно большем числе порабощенную богоборцами Россию, не могут сохранить своих канонических прав по управлению и духовному окормлению своей многотысячной паствы, разсеявшейся по всем странам мiра и подвергающейся столь многообразным испытаниям и опасностям?

Положительно смотрели на такое церковное управление заграницей и Святейший Патриарх Тихон, издавший вышеуказанное постановление, и его преемники, поскольку они еще могли свободно выражать свою волю.

Руководствуясь этим мудрым постановлением, Высшее Церковное Управление продолжало свою деятельность, перейдя, после потери Северного Кавказа, сначала в Симферополь, а затем, поел эвакуации армии генерала Врангеля из Крыма заграницу, – в Константинополь. На пребывание его там было дано официальное согласие Константинопольской Патриархией особым актом от 29 декабря 1920 г.

Вскоре, по приглашению Сербского Патриарха Димитрия, Высшее Церковное Управление переехало в королевство С.ХС. (Югославию) и обосновалось в Сремских Карловцах. Никто не оспаривал его законности, и вокруг него объединилось 34 русских Архиерея, находившихся за пределами плененной большевиками России.

Все принимали участие в созванном им 8/20 ноября 1921 г. в Сремских-Карловцах Русском Всезаграничном Церковном Соборе, на котором председательствовал старший из русских иерархов заграницей Митрополит Киевский и Галицкий Антоний, бывший на Всероссийском Церковном Соборе 1917 г. в Москве первым кандидатом в Патриархи. Самое деятельное участие принимали в этом Соборе и отколовшиеся от Русской Зарубежной Церкви впоследствии Митрополиты Платон и Евлогий.

Когда из Москвы был получен указ Патриаршей Канцелярии от 22 апреля/5 мая 1922 г., кстати сказать подписанный даже не самим Патриархом, а неким «Архиепископом Фаддеем», коим Высшее Русское Церковное Управление заграницей, за его «политические выступления» объявлялось упраздненным, всем было ясно, что этот указ издан не свободно, а по требованию безбожников-большевиков и под их давлением. Даже Митрополит Евлогий тогда так думал и предлагал этому «указу» не подчиняться. В своем письме от 3/16 июля 1922 г. Митрополиту Антонию он прямо говорит, что «документ этот имеет характер политический, а не церковный», а потому за ним он «не признает никакой обязательной силы».

Не странно ли после этого, что враги Русской Зарубежной Церкви до сих пор упорно продолжают ссылаться на этот документ, которым безбожные большевики пытались ликвидировать нашу Зарубежную Церковь?!

В ответ на этот указ, Архиерейский Собор 31-го августа 1922 г. постановил: «Высшее Церковное Управление упразднить. На основании же постановления Патриарха и органов церковного управления при нем от 7/20 ноября 1920 г. за № 362 – образовать временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви заграницей». Председателем Синода естественно стал старейший из заграничных иерархов Митрополит Антоний, а после его кончины в 1936 г. – митрополит Анастасий.

Никто против учреждения Синода не возражал, и Русская Зарубежная Церковь сохраняла свое единство до 1926 г., когда от нее откололись: Митрополит Платон, управлявший Северо-Американской Епархией, и митрополит Евлогий, стоявший во главе Западно-Европейской Епархии.

Митрополит Платон, поддерживаемый нецерковными, чуждыми истинного Православия и идеи Святой Руси элементами в Сев. Америке начал стремиться к полной самостоятельности – к автокефалии. Эта мысль об автокефалии пропагандируется здесь и до сих пор. Но о какой автокефалии может тут идти речь, когда православной Американской Церкви вообще не существует, а имеются лишь отдельные национальные церкви – Русская, Греческая, Сирийская, Сербская, Румынская и др., которые зависят каждая от своего духовного центра и не обнаруживают никакого стремления слиться в одну Американскую Церковь?

Одновременно, ища для себя точки опоры, после отрыва от Русской Зарубежной Церкви, Митрополит Платон поддерживал сношения с Митрополитом Сергием в Москве, пока тот не объявил его церковной организации «раскольническим обществом» и не запретил в священнослужении с преданием суду.

Митрополит Евлогий откололся от Русской Зарубежной Церкви во имя «верности Матери Русской Церкви» и вошел в подчинение Митрополиту Сергию в Москве, издавшему в 1927. г. «декларацию» о признании безбожной советской власти законной «властью от Бога». По требованию последнего, он, вместе со всем своим духовенством, дал подписку «в лояльности» к советской власти. Тем не менее, когда он, не угодив большевикам, указом Митрополита Сергия от 30 июня 1930 г. был отрешен от должности, а 24-го декабря 1930 г. даже запрещен в священнослужении, он «Матери-Церкви» не подчинился, а перешел в юрисдикцию Константинопольского Патриарха.

Таким образом, оба этих иерарха-раскольника, порвавших с Русской Зарубежной Церковью, оказались под запрещением той церковной власти, которую они противопоставляли, после учиненного ими раскола, нашему Архиерейскому Синоду, и которую считали «единственно-законной».

В 1935 г. большой друг Православной и Национальной России Святейший Патриарх Сербский Варнава сделал попытку возстановить единство Русской Зарубежной Церкви. С этой целью он пригласил в Югославию Митрополита Евлогия и Митрополита Феофила, который заменил скончавшегося в 1934 г. Митрополита Платона, на совместное совещание с иерархами Русской Зарубежной Церкви. Единство было возстановлено. Но окружение Митрополита Евлогия, когда он вернулся в Париж, заставило его вновь порвать с Русской Зарубежной Церковью. Американская же Епархия, возведенная в ранг Митрополии, возсоединилась с Русской Зарубежной Церковью и оставалась с ней в полном единении целых 11 лет – до 1946 г. Митрополит Феофил открыто выражал по этому поводу свою радость, заявив газетным корреспондентам: «Наша церковная жизнь налажена: под нее теперь подведен прочный канонический фундамент».

При окончании второй мiровой войны Митрополит Евлогий проявил себя, как ярый «советский патриот», взял советский паспорт и подчинился советскому патриарху Алексию. Но заместивший его после смерти Митрополит Владимир вновь подчинился Константинопольскому Патриарху, который учредил из подведомственных ему русских приходов свой Экзархат.

Представители этого Экзархата не раз, однако, высказывались в печати, что они признают «законным» избранного по указке безбожников «московского патриарха» и не подчиняются ему «только по политическим причинам».

Равным образом, и в Америке взрыв «советского патриотизма» повлек за собой постановление Кливландского собора 1946 г., согласно которому Сев. Американская Митрополия отделилась от Русской Зарубежной Церкви и подчинилась советскому патриарху Алексию. Но в результат последовавшего затем охлаждения американо-советских отношений это подчинение не было оформлено до конца, сношения с московской патриархией прерваны, и Американская Митрополия заняла странное противоканоническое положение, не признавая над собой никакой Высшей Церковной Власти. Многие представители ее все же и до сего времени продолжают твердить о «духовном признании» советского патриарха, и кое-где в церквах ее еще недавно поминалось его имя и стояли красные советские флаги.

После смерти Митрополита Феофила в I950 г. Американскую Митрополию возглавил Митрополит Леонтий, при котором еще более утвердился отрыв ее от Русской Зарубежной Церкви, Мало того: она возымела странную и ничем не оправдываемую претензию – вмешиваться в церковную жизнь приходов Русской Зарубежной Церкви за пределами Северной Америки, вызывая и в них смуты, нестроения и расколы. Внутренняя жизнь ее все больше и больше отходит от исконных обычаев и традиций Русской Православной Церкви и ведет ее к постепенному отходу от Православия и слиянию с протестантским мiром.

Из всего вышесказанного каждому добросовестно настроенному русскому человеку должно быть ясно, сколь велико значение нашей Русской Зарубежной Церкви, идущей неуклонно прямым и честным путем.

Наша Русская Зарубежная Церковь – единственная законная преемница прежней дореволюционной Российской Церкви; хранительница священных заветов просветителя Руси Святого Равноапостольного Великого Князя Владимира, носительница и проповедница высокой идеи Святой Руси.

Мистическое значение ее в том, что она спасает и ограждает чад своих от всяких влияний и давлений темных богоборческих сил, столь напряженно ныне действующих в мiре, а потому она должна и будет существовать – или до возстановления законной Высшей Церковной Власти в освобожденной от ига богоборцев России – или до конца мiра сего и второго пришествия Христова.

"Что есть истина?"

Такой вопрос, как мы знаем из Евангелия, задал некогда римский прокуратор Понтий Пилат Господу Иисусу Христу в ответ на слова Его, что Он «на та родился и на то пришел в мiр, чтобы свидетельствовать об истине» (Иоан. 18, 37). В этом вопросе гордого римлянина, на который он, по-видимому, и не ждал ответа, звучало горькое разочарование древне-языческого мiра, отчаявшегося в поисках истины и утратившего веру в ее существование.

Древне-языческий мiр, в лице разных мудрецов, волхвов и философов, более или мене добросовестно искал истину, стремился познать «что есть истина», и если ему это не удалось, то в этом нет ничего удивительного. Духовный мрак окутал душу человеческую со времени грехопадения, и в этом мраке невозможно было отличить истину от лжи: все перемешалось.

В течение ряда тысячелетий люди, в полном смысле слова, «сидели во тьме и сени смертней» (Матф. 4, 16) и все более и более закосневали в своем греховном омрачении, дойдя ко времени Рождества Христова до полного умственного и нравственного растления и изверившись в самой возможности существования истины. По явились даже так называемые «софисты», которые открыто проповедывали, что абсолютной истины вообще не существует и что «человек есть мера всех вещей».

Но вот, «егда прииде кончина лета» (Гал. 4, 4) – когда наступила предопределенная Богом, желавшим спасения человечества, «полнота времени», когда люди окончательно сознали свое полное безсилие познать истину без Бога, – «посла Бог Сына Своего Единороднаго». Сам Сын Божий воплотился, стал человеком и пришел на землю для того, чтобы открыть людям Истину – «чтобы свидетельствовать об истине» (Иоан. 18, 37).

Он был «Свет истинный просвещающий всякого человека» (Иоан. 1, 9), разсеивающий ту греховную тьму, которая в течение столь долгого времени окутывала человека. Мало того: Он Сам был Воплощенная Истина, как Он засвидетельствовал это в своей прощальной беседе с учениками: «Аз есмь путь и истина и живот» (Иоан. 14, 6). И проповедывал Он о необходимости прежде всего познать истину: «познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Иоан. 8, 32). Кто отметает Слово Божие, или Слово Истины, принесенное на землю Воплощенной Истиной – Господом нашим Иисусом Христом, тот «раб греха», тот раб диавола, который «не устоял в истине, ибо нет в нем истины; когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Иоан. 8, 34-44).

Ради сохранения на земле принесенной Им Божественной Истины, ради обезпечения ее от искажения людьми, возлюбившими «паче тьму, нежели свет» (Иоан. 3, 19) и служащими отцу лжи – диаволу, Господь Иисус Христос учредил Церковь Свою, которая есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15) и дал ей великое обетование: «созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют Ей» (Матф. 16, 18).

Не сказал Господь, что созиждет несколько или много разных церквей, но лишь одну Церковь. И в Своей первосвященнической молитве, по окончании Тайной Вечери, Он завещал всем Своим истинным последователям такое полное внутреннее единение в недрах основанной Им единой Церкви, которое подобно единству трех лиц Пресвятой Троицы: «Да будут все едино: Как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Иоан. 17. 21).

К стоянию в истине и к полному единомыслию и единодушию постоянно призывали последователей Христовых– христиан Св. Апостолы. «Для меня нет большей радости, как слышать, что дети мои ходят в истине», писал св. Апостол Иоанн Богослов «возлюбленному Гаию» (3 Иоан. 1, 4). «Бодрствуйте, стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся!» (1 Кор. 16, 13) наставляет св. Апостол Павел. «Имейте одне мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны: ничего не делайте по любопрению или по тщеславию»... поучает он в другом послании (Филип. 2, 2-3), а «еслибы даже мы, или ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Галат. 1, 8).

Как все эти свидетельства Слова Божия не вяжутся с умонастроениями многих современных людей, даже из числа именующих себя «христианами», с их самоуверенными высказываниями и горделивыми заявлениями, что «все веры равны», что «все вероисповедания равноценны и одинаково спасительны» или, что «абсолютной истины нет ни в одном вероисповедании», а надо всем объединиться и создать какую-то новую «церковь» на «началах равноправия» и «взаимного уважения».

Словно забываются слова Господа Иисуса Христа и Его великое обетование: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют Ей» (Матф. 16, 18). Если все вероисповедания равны и одинаково имеют право на существование, то где же эта Единая Истинная Церковь, основанная Христом Спасителем, принесшим Истину на землю и даровавшим ее Своей Церкви?

Или слова Его оказались ложными, и врата адова одолели Церковь, и ее больше нет на земле?

Может ли это быть?

Обезумели современные «христиане», а вернее – отступники от христианства, возводя такую страшную хулу на Самого Сына Божия, пришедшего в мiр спасти человека.

Истина только одна, и Истинная Церковь тоже – только одна.

Это – Церковь, сохранившая во всей чистоте и неповрежденности подлинное учение Христово, проповеданное и записанное Святыми Апостолами, тщательно изъясненное и истолкованное их ближайшими учениками и преемниками – Мужами Апостольскими и Святыми Отцами. Эта Церковь, как ни в чем не погрешившая против истины учения Христова, одна только право, или правильно славит Бога, а потому, по всей справедливости, и именуется православной.

Где находится теперь истинная Церковь Христова, это должно быть ясно каждому человеку, не заглушившему в себе голос совести и давшему себе труд добросовестно познакомиться с историей Церкви, от апостольских времен до нашего времени. История сама говорит за себя.

К сожалению, большинство современных «христиан» весьма далеки от того безпристрастного, искреннего, добросовестного стремления познать истину, которым отличался древне-языческий мiр. Безыдейность, безпринципность, легкомыслие и безпечность – характерные черты нашего времени. Истина, как таковая, мало кого интересует. Преследуются лишь свои собственные, личные, эгоистические, своекорыстные цели, и им приносится в жертву все – даже Истина, принесенная на землю Господом Иисусом Христом для спасения человека. На первое место ставится материальное благополучие. Все интересы сводятся к обладанию всякого рода земными благами, удовольствиями и наслаждениями.

Удивительно ли поэтому, что Истина, требующая самоотвержения и самоотречения, встречает иной раз даже явно-враждебное к себе отношение?

Современный мiр настолько далеко отошел от идеала духовной жизни, проповедуемого истинным христианством, требующим несения креста и самораспятия (см. напр. Марк. 8, 34), что ему гораздо более приемлемы все те безчисленные суррогаты «христианства», которые так умножились за последнее время в виде всевозможных сект или, как здесь принято выражаться, «деноминаций».

Вот он и клевещет на Истину, пропагандируя равноправие и равноценность всех «вероисповеданий», под видом так называемой «веротерпимости» и столь модного ныне «экуменизма».

Самая Церковь разсматривается теперь многими лишь как объект для достижения все тех же материалистических устремлений, чисто-земных целей. Все политические партии стремятся ее так или иначе использовать в своих видах, совершенно забывая или, попросту, не желая знать, что она не является такою же земной организацией, как они сами, или как все другие человеческие организации, а есть учреждение небесное, основанное Господом Иисусом Христом не для каких-либо земных целей, а для вечного спасения людей.

Кто не считается с Церковью, с проповедуемой ею Божественной Истиной, кто желает подчинить ее себе и сделать ее своим орудием, с целью достижения своих земных видов, тот грешит против самого себя – тот готовит самому себе и всем своим единомышленникам и сообщникам вечную погибель.

Судия Праведный и Нелицеприятный никогда не попустит, чтобы Его Чистая и Непорочная Невеста – Святая Церковь могла стать каким-то игралищем земных страстей. «Страшно есть еже впасти в руце Бога живаго» {Евр. 10, 31).

Тем более необходимо всем подлинным ревнителям чистой и безкомпромиссной Христовой Истины объединиться вокруг истинной Церкви – для нас, русских, – Русской Зарубежной Церкви, – и всячески хранить чистоту ее от всякой скверны, или порока, «или чего-либо от таковых» (Ефес. 5, 27).

Пусть диавольская ложь, в тех или иных видах и формах, даже под внешним обличием «Церкви» – лже-церкви – пока торжествует победу и господствует в этом мiре, подлинно во зле лежащем. Настанет час, и кто знает, быть может, он уже и недалек, когда явится Господь – Упование наше – и убиет антихриста духом уст Своих (2 Солун. 2, 8). Тогда диавол, под образом зверя, и слуги его будут ввержены в озеро огненное, горящее жупелом (Апок. 19, 20 и 20, 10), а Истина восторжествует, и все верные служители ее войдут с Господом Победителем зверя на «брак Агнчий» (Апок. 19, 9).

«Ей, гряди, Господи Иисусе!» (Апок. 22, 20).

Сорокалетие безмерного падения и неслыханных страданий.

Приближается страшная для нашей Родины-России дата – 25 октября ст. ст. И в этом году исполняется ровно сорок лет с этого зловеще-жуткого дня, когда так ярко проявилось безмерное падение русского народа, повлекшее за собой неслыханные страдания его.

Мы подчеркиваем – безмерное падение и неслыханные страдания. Ибо не найти в истории человечества другого такого примера, когда бы такой могущественный многомиллионный народ, занимавший шестую часть света и удостоенный от Бога великой чести быть хранителем единой истинной веры – оплотом Св. Православия, так низко пал и подвергся бы за это таким тяжким страданиям, которых и вообразить себе не может тот, кто их не испытал.

Какова причина этого?

И можно ли было бы избежать тогда, в 1917 году, этой страшной, безпримерной в истории катастрофы принятием тех или иных внешних мер, как это думали и до сих пор продолжают думать многие общественные и политические деятели?

Ответ на этот столь важный и существенный вопрос дает нам единственная историческая параллель, которую мы можем привести, пытаясь найти хотя бы некоторое подобие нашей российской катастрофы в минувшей истории человечества.

Судьбы русского народа в очень многом чрезвычайно сходны с судьбами избранного Богом в Ветхом Завете народа еврейского. Как евреи в ветхо-заветной истории человечества были хранителями единой истинной веры – веры во Единого Бога, так и русский народ, со времени принятия им христианства, был хранителем и твердым оплотом для всего мiра единой истинной веры – веры Православной. Среди все более и более охватывавшего весь остальной мiр отступления от истинного христианства и явного нечестия и богоборчества, только русский народ долгое время сиял своим истинно-христианским благочестием и был подлинно СВЯТОЮ РУСЬЮ, НАРОДОМ-БОГОНОСЦЕМ, а русские Государи, будучи верными и преданными сынами Св. Православной Церкви, являлись вместе с тем высокими державными защитниками и покровителями Православия во всем мiре. Как на таковых, на них всегда смотрели все прочие православные народы и в трудные моменты своей жизни от них ожидали себе помощи и поддержки.

«Господь вверил нам русским великий спасительный талант православной веры» – так говорил великий праведник и чудотворец нашего времени о. Иоанн Кронштадтский. Он же, во многих своих вдохновенных речах и поучениях, как и другой великий духоносный муж, современный ему, Святитель Феофан, Вышенский Затворник, утверждал, что «удерживающим», который не дает до времени явиться Антихристу (Солун. 2 гл.), является никто иной, как Самодержавный Русский Царь.

Из всего вышесказанного должно быть ясно, какое важное значение имели и для русского народа все те грозные предостережения, какие давал Господь в Ветхом Завете Своему избранному народу Израилю.

Вот они, эти предостережения, которым – увы! – на беду свою, не внял до конца ветхозаветный Израиль:

«Твердо храните заповеди Господа Бога вашего, и уставы Его, и постановления, который Он заповедал тебе» (Второзаконие 6, 17)...»

«Берегись, чтобы ты не забыл Господа Бога твоего, не соблюдая заповедей Его, и законов Его, и постановлений Его... Смотри, чтобы не надмилось сердце твое (от земного благосостояния) и не забыл ты Господа Бога твоего... Если же ты забудешь Господа Бога твоего, и пойдешь вслед богов иных, и будешь служить им и поклоняться им, то свидетельствуюсь вам, что вы погибнете» (Там же гл. 8 ст. 11, 14 и 19).

«Если будешь Слушать гласа Господа Бога твоего, тщательно исполнять все заповеди Его, то Господь Бог твой поставит тебя выше всех народов земли и придут на тебя все благословения сии... И увидят все народы земли, что имя Господа Бога твоего нарицается на тебе и убоятся тебя. И даст тебе Господь Бог твой изобилие во всех благах... Если же не будешь слушать гласа Господа Бога твоего и не будешь стараться исполнять все заповеди Его и постановления Его, то придут на тебя все проклятия сии и постигнут тебя... Пошлет на тебя Господь проклятие, смятение и несчастие во всяком деле рук твоих, доколь не будешь истреблен, и скоро погибнешь за злые дела твои, за то, что ты оставил Меня» (Второзаконие 28 гл. 1, 2, 15 и 20 ст.).

А вот и чрезвычайно знаменательные-конкретные указания бедствий, какие постигнут избранный народ Божий за Богоотступничество:

«... дом построишь – и не будешь жить в нем; виноградник насадишь – и не будешь пользоваться им. Вола твоего заколют в глазах твоих, и не будешь есть его; осла твоего отведут от тебя и не возвратят тебе; овцы твои отданы будут врагам твоим, и никто не защитит тебя... И сойдешь с ума от того, что будут видеть глаза твои (ст. 30-31, 34)».... «За то, что ты не служил Господу Богу твоему с веселием и радостию сердца, при изобилии всего, будешь служить врагу твоему, в голоде и жажде, и наготе, и во всяком недостатке он возложит на тебя – на шею твою железное ярмо, так что измучит тебя»... .

А вот и еще замечательное пророчество, буквально над евреями исполнившееся, и нам, русским людям, в изгнании и разсеянии сущим, особенно близкое и понятное:

«И разсеет тебя Господь Бог твой по всем народам, от края земли до края земли... но и между этими народами ты не успокоишься, и не будет места покоя для ноги твоей, и Господь даст тебе там трепещущее сердце, истаевание очей и изнывание души: жизнь твоя будет висеть пред тобою. И будешь трепетать ночью и днем, и не будешь уверен в жизни твоей»... (ст. 64-67).

И как величественно-вразумительно звучали заключительные слова этого грозного предостережения Божия:

«Жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое, любил Господа Бога твоего, слушал глас Его и прилеплялся к Нему, ибо в этом жизнь твоя и долгота дней твоих» (30 гл. 19-20 ст.).

Как поразительно точно исполнилось все вышеизложенное на судьбе ветхозаветного избранного народа Божия – народа Израильского, и как замечательно сходна с ним судьба нашего русского народа – избранника Божия в Новом Завете!

Уже из одних этих, вышеприведенных мест Священного Писания, ясно видно, что единственная основная причина страшного бедствия, постигшего русский народ, – в том, что он не устоял на высоте своего призвания и отступил от Бога, подобно ветхозаветному Израилю. Обратим внимание на то, как даже отдельные мелкие черты этого бедствия, столь предусмотрительно перечисляемые Словом Божиим, буквально исполнились и на нас, русских людях: и потеря всех видов имущества, и всевозможные ужасы, способные довести человека до потери разсудка, и голод, и холод, и гнетущее рабское состояние, и постоянный страх за свою жизнь, и, наконец, – разсеяние по всем народам земли.

Вспомним и то, что еще задолго до страшной даты 25 октября 1917 года многие великие духоносные мужи предупреждали русский народ о надвигающейся на него каре Божией за Богоотступничество. Сколько было таких прозорливых праведников и среди благочестивых мiрян, и среди иноков-подвижников, и среди исполненных духа истинной ревности пастырей и великих наших святителей, которые ужасались, духовным взором своим прозревая ту страшную кровавую бездну, в которую несется начавший все более и более отступать от Бога и от Церкви православный русский народ! И не только прозревали, а и открыто это высказывали, призывая русских людей к образумлению.

Из таковых особенно замечательны почти современные друг другу подлинно великие праведники и молитвенники: Преосвященный ФЕОФАН, Вышенский Затворник (1815-1894 г. г.) и приснопамятный протоиерей ИОАНН КРОНШТАДТСКИЙ (1829-1908 г. г.). Оба они во второй половине прошлого 19-го столетия и начале нынешнего 20-го столетия, с великою силою, являли собой, обреченной, все более и более погружавшейся в нечестие России, как бы грозных пророков Божиих, проповедующих истину, обличающих ложь, призывающих к покаянию. Оба они предрекали близкую неизбежную кару Божию, как естественное следствие измены православных русских людей Богу, измены Св. Православию, отступления от Церкви, попрания священных церковных заветов и установлений

Замечательно, что святитель Феофан говорил о неизбежности страшной кровавой революции в России, «если все пойдет таким путем», еще в 60-тидесятых годах прошлого столетия. Вот его подлинные слова: «Воды потопного нечестия устремляются на нас и готовы поглотить всех нас», ибо «Ныне начинает господственно водворяться среди нас дух мiра – тот дух, который побежден Господом Иисусом Христом и должен быть побеждаем силою Его и чрез нас»; «Если у нас все пойдет таким путем, то, что дивнаго, если и между нами повторится конец осмнадцатаго века (намек на великую французскую революцию) со всеми его ужасами» (Слова на торж. дни стр. 262 и 187).

Совершенно согласно со святителем Феофаном, много лет позже, и о. Иоанн Кронштадтский предупреждал: «Царство русское колеблется, шатается, близко к падению. Если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвергнуты праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древния царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие, за свои беззакония» (Слово 1907 г.).

«Кайтесь, кайтесь!» пламенно взывал в одной из своих проповедей в подворье Леушинского монастыря о. Иоанн: «Приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете». Игумения Таисия, 80-летняя старица, спросила о. Иоанна: «когда же, батюшка, это время будет?» – На это о. Иоанн ответил: «Мы с тобою, матушка, не доживем, а вот они – указал он рукою на монахинь, – доживут».

Все это, как мы видим, исполнилось.

И каким жалким, наивным детским лепетом представляются нам, после всего этого, самоуверенные утверждения некоторых политических и общественных деятелей, что если бы, мол, приняты были те или другие меры, осуществлены такие-то и такие-то необходимые, по их мнению, реформы, то революции и последовавших за нею кровавых бедствий не было бы.

Революция и притом такая, какая она была, – страшная, кровавая, неизбежно должна была бы быть, поскольку не было вразумления у русского народа, зарвавшегося в своем отступлении от Церкви, в своем безумном богоборчестве. А это отступление от Церкви, это безумное богоборчество началось, хотя и не всегда смело себя открыто проявлять, еще задолго до 25 октября 1917 года. В 1917 году произошло лишь то, что давно подготовлялось, давно назревало – как бы некое извержение вулкана, которое безполезно было бы стараться пресечь чисто внешними мерами.

Могли быть лишь одни средства к пресечению постигших Россию кровавых ужасов – средства духовно-благодатные, но к ним не пожелали прибегнуть: столь далеко зашло отступление русского народа во всех его слоях от Церкви!

И Россия должна была естественно испить до дна чашу праведного гнева Божия.

Но почему именно России выпал такой тяжкий жребий – испытать все эти ужасы, которые, как показало истекшее сорокалетие, действительно превзошли всякое человеческое представление?

По слову Писания: «Кому много дано, с того больше и взыщется» (Лук. 12, 48).

Сколькими благодатными сокровищами наделил Господь Россию, даровав ей величайшее в мiре сокровище – чистую и неповрежденную св. Православную Веру, сделав ее «Святою Русью», «Домом Пресвятыя Богородицы», сколько дивных знамений показал над нею, «избавляя ее от врагов сильнейших и покаряя ей народы», «сколько даровал ей постоянных сокровищниц, источающих непрестанныя знамения – в св. мощах и чудотворных иконах», и «однакож», как отмечал это еще в конце прошлого столетия святитель Феофан: «россияне начали уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падала в неверие, другая отпадала в протестантство, третья начала тайком сплетать свои верования, в которых думала совместить и спиритизм и теологическия бредни с Божественным Откровением»... И вот – «Зло растет», скорбел святитель Феофан: «зловерие и неверие поднимают голову; вера и православие слабеет. Ужели же мы не образумимся? – и будет, наконец, то же и у нас, что, например, было у французов (то есть революция) и других»… («Мысли на каждый день года» стр. 187-188).

Кажется, сказано ясно!

Революция в России произошла потому, что темные духи зла, в своей упорной вековечной борьбе с Богом, не могли не употребить всех своих вышеестественных усилий для того, чтобы сломить такой оплот истинной веры на земле, которым была Святая Русь. С другой стороны, и русский народ-Богоносец не мог не понести самой тяжкой кары Божией за свою измену Богу.

Вот и наступил столь страшный для русского народа день 25 октября 1917 года!

Где же теперь искать спасения? И не только для русского народа, а и для всего человечества, судьбы которого ныне так тесно связаны с судьбами русского народа?

И на это мы находим ясный ответ все у тех же прозорливых мужей, предрекших постигшее нас бедствие.

Спасение наше в том, чтобы осознать все происшедшее так, как оно есть, и не строить себе никаких иллюзий и воздушных замков. Необходимо понять, что кровавые ужасы попущены нам Богом, как очистительный огонь, что они имеют промыслительное значение, как все страдания, которым попускает Бог подвергнуться человеку для его спасения. «Душа, закосневшая во грехах всякого рода», говорит о. Иоанн Кронштадтский: «не легко поддается чистке и врачеванию... Господь, как искусный Врач, подвергает нас разным искушениям, скорбям, болезням и бедам, чтобы очистить нас, как золото в горниле» (Нов. слова стр. 5).

Горе нам, если мы этого не понимаем!

Горе нам, если мы будем чрезмерно увлекаться исканием чисто внешних причин русской революции, вроде несовершенства прежнего социального и политического строя, каких-нибудь ошибок экономики или недостатков техники или чего-либо подобного!

Не о политических программах, в первую очередь, должны мы думать, и не организацией политических партий, всегда вносящих разделения и раздоры, должны мы, православные христиане, заниматься. НИКАКИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ И НИКАКИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОГРАММЫ, СКОЛЬ БЫ ОНИ НИ ПРЕКРАСНЫ БЫЛИ САМИ ПО СЕБЕ, НЕ СПАСУТ НАС, ЕСЛИ МЫ БУДЕМ ПРОДОЛЖАТЬ ЖИТЬ БЕЗ БОГА, ИЗМЕНЯТЬ СВ. ПРАВОСЛАВИЮ И ПОПИРАТЬ УСТАВЫ СВЯТОЙ ЦЕРКВИ.

СПАСЕНИЕ РОССИИ, А С НЕЮ И ВСЕГО ОСТАЛЬНОГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, ОТ КОНЕЧНОЙ ГИБЕЛИ НЕ ПРИДЕТ ИНАЧЕ, КАК ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ РЕШИТЕЛЬНОЕ, КОРЕННОЕ OTCTPAHEHИE ВСЕХ ТЕХ ПРИЧИН, КОТОРЫЕ ПРИВЕЛИ РОССТЮ К ПОСТИГШЕЙ ЕЕ СТРАШНОЙ КРОВАВОЙ КАТАСТРОФЕ 1917 ГОДА.

И в этот страшный день подлинно-сатанинского беснования, охватившего нашу несчастную родину и заковавшего весь русский народ на целые сорок лет в рабские кровавые цепи, мы все должны особенно-внимательно прислушаться к пламенному призыву нашего великого всероссийского пастыря:

«Нужно нравственное очищение, всенародное глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские. Омоемся слезами покаяния, очистимся, примиримся с Богом, и Он примирится с нами!» (Слово о. Иоанна Кронштадтского на 1 марта 1881 г.).

Мир и непримиримость.

Сорокалетие страшной кровавой большевицкой революции 25 октября 1917 года было ознаменовано русской эмиграцией во всех пяти частях света устройством так называемых «дней непримиримости». Обычай устраивать такие «дни непримиримости» давно уже вошел в жизнь русских людей, оставивших свое отечество, превращенное безбожными большевиками в некое преддверие ада. Эти «дни» устраивались повсюду, а особенно в больших центрах скопления русских людей, непримиримых к большевизму, ежегодно. Зло, причиненное большевицкой революцией 1917 года русскому народу, столь велико, что устройство таких «дней», с чисто-человеческой точки зрения, вполне понятно и оправдано.

Но время от времени приходится нам слышать и некоторые возражения. Говорят, например, так: «христианское ли это чувство – непримиримость? разве может быть христианин непримирим к кому бы то ни было? разве не заповедано нам всегда прощать друг друга? разве не учил Христос любить даже врагов своих?»

Исходя из таких соображений, лица, подобным образом настроенные, считают устройство «дней непримиримости» несовместимым с христианским достоинством, а участие в них, особенно для пастырей Церкви, предосудительным и недопустимым. Многие из этих лиц (в числе их встречаются и лица духовного звания), в силу тех же соображений, весьма примирительно относятся к богоборческой советской власти и оправдывают поведение и образ действий иерархов советской церкви. Некоторые из них готовы считать советскую власть «властью от Бога», как бы закрывая глаза на то, что эта власть главной целью своего существования поставляет «борьбу с Богом» и искоренение религии. Другие, менее решительные, говорят только, что «большевизм есть карающий меч Господень», а потому быть непримиримым к нему и призывать к борьбе с ним нельзя, так как это значит идти против воли Божией.

Так ли все это?

Прежде всего необходимо помнить, что для правильного понимания подлинного евангельского учения ни в коем случай не следует подражать сектантам, которые выхватывают из Священного Писания отдельные,. выгодные для себя тексты, чтобы обосновать на них свое предвзятое лжеучение. Отдельные тексты Слова Божия непременно должны сопоставляться с контекстом и с параллельными местами, что одно дает ключ к правильному их пониманию. Кроме того высочайшим авторитетом для нас должны быть те люди, которые несомненно правильно понимали и толковали Слово Божие, поскольку святость их жизни засвидетельствована Церковью, причислившей их к лику святых угодников Божиих, как истинных христиан, осуществивших в своей жизни евангельское учение и могущих быть примером для других.

Каково же истинное учение Слова Божия по интересующему нас вопросу?

Христианство есть несомненно религия мира, а не вражды и ненависти – непримиримости.

Сам Христос, по определению Слова Божия, есть «Начальник мира» (Ис. 9, 6). Он, как учит св. Апостол Павел, есть «мир наш», разрушивший преграду вражды между Богом и человеком, воздвигнутую грехопадением первых людей. Он пришел на землю для того, чтобы «благовествовать мир» – примирить падших людей с Богом и призвать их к миру друг с другом (Ефес. 2, 14-17; 1 Кор. 7, 15). Вот почему и Ангелы в момент Рождества Христова пели: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение» (Лук. 2, 14).

«Мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам» – такое торжественное завещание сделал Сам Господь Иисус Христос на Тайной Вечери Своим ученикам, а в лице их и всем Своим истинным последователям. Еще в самом начале Своего общественного служения человеческому роду, посылая Апостолов на проповедь, Он заповедал им, входя в дом, приветствовать его словами: «мир дому сему!» (Матф. 10, 12). «Мир имейте между собой» – учил Он Своих последователей, постоянно окружавших Его (Марк. 9, 50).

Следуя завету Своего Божественного Учителя, св. Апостолы «благовествовали людям мир чрез Иисуса Христа» (Деян. 10, 36) и учили «искать мира и стремиться к нему» (1 Петр. 3, 11). Каждое почти послание свое христианам св. Апостолы начинают и заканчивают пожеланием мира: «Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа» (1 Коринф. 1, 3 и др.). А Св. Ап. Павел в своем послании к Римлянам особенно настойчиво увещевает: «Аще возможно, еже от вас, со всеми человеки мир имейте» (Рим. 12,18), и советует «искать того, что служит к миру» (Рим. 14, 19) стараясь «блюсти единение духа в союзе мира» (Ефес. 4, 3). «Будьте в мире между собою», убеждает он же Солунян (5, 13), а своего любимого ученика Тимофея, поставленного им епископом во Ефесе, наставляет: «держись правды, веры, любви, мира со всеми призывающими Господа от чистого сердца» (2 Тим. 2, 22). И своим соотечественникам Евреям Св. Павел пишет: «Старайтесь иметь мир со всеми» (12, 14).

Самого Бога Св. Апостолы неоднократно именуют в своих посланиях «Богом мира» (Рим. 15, 33; 16, 20; 1 Коринф. 14, 33 и мн. др. места).

И святые угодники Божии – Святые Отцы Церкви, великие подвижники и наставники подлинно-христианской, духовной жизни и словом и примером учили и до сих пор продолжают учить нас чрез свои вдохновенные писания той же великой истине, то есть, что мир есть главное неотъемлемое свойство и качество души истинного христианина. Особенно образно, как бы подводя итоги всему сказанному прежде, говорить о значении мира для христианина наш величайший христианский подвижник последнего времени преподобный Серафим Саровский: «Стяжи дух мирен, и около тебя спасутся тысячи»; «ничего нет лучше во Христе мира, которым разрушается всякая брань воздушных и земных духов»; «Кто в мирном устроении неуклонно ходит, тот как бы лжицею черпает духовные дары».

Таково учение нашей Христианской Церкви о мире и о его значении для христианина.

Но если так, то может ли истинный христианин питать в своем сердце какую бы то ни было непримиримость к кому бы то ни было? Совместимо ли самое чувство непримиримости со званием последователя Христа-Спасителя, принесшего на землю мир и проповедывавшего мир?

Ответ на этот вопрос мы можем получить, лишь тщательно изследовав, все ли по данному вопросу исчерпывается вышеизложенными данными.

Оказывается, – нет.

Помимо учения о мире мы находим и в Слов Божием и у Святых Отцев ярко выраженное учение и о непримиримости.

«Не думайте, что Я пришел принести мир на землю» – так учил Сам Христос-Спаситель: «Не мир пришел Я принести, но меч; ибо Я пришел разделить человека со отцом его, и дочь с матерью ея, и невестку со свекровью ея. И враги человеку – домашние его». А дальше объясняется, в каком смысле это сказано: «Кто любит отца или матерь более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня» (Матф. 10, 34-38). В еще боле решительных тонах выражено это же учение Господа Иисуса Христа у Евангелиста Луки: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены, и детей, и братьев, и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лук. 14, 26).

Высшая заповедь, которую, в первую очередь, должен исполнять христианин, это заповедь о любви к Богу. А потому совершенно естественно и понятно, что все, идущее вразрез с этой первой и наибольшей заповедью (Матф. 22, 36-38), мешающее христианину исполнять ее, должно быть ему ненавистно: ко всему этому христианин должен быть абсолютно непримирим.

Так, непримирим должен быть христианин к врагу Божию и врагу человеческого спасения диаволу и ко всем его пособникам и служителям.

Непримирим должен быть христианин к «мiру сему, во зле лежащему», то есть ко всякому злу, происходящему от диавола, и проявляющемуся во всевозможных греховных страстях и пороках, воюющих в мiре, о чем так ясно и просто говорит св. Апостол Иаков, брат Господень: «Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с мiром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом мiру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4, 4).

Непримирим должен быть христианин к своей собственной греховной воле, поскольку она мешает ему исполнять волю Божию, почему и заповедано каждому желающему быть последователем Христовым «отвергнуться себя и взять крест свой» то есть быть готовым на какие угодно лишения, скорби и страдания за Христа вплоть до мученической смерти за Него (Марк. 8, 34-37).

Непримирим должен быть христианин и к злой, греховной воле других людей, стремящихся отклонить его от служения Богу и последования за Христом.

Непримирим он должен быть, как это видно из вышеприведенных слов Христовых, даже к своим ближайшим сродникам по плоти – отцу и матери, сыну и дочери и другим, – вплоть до «спасительной», по выражение Святых Отцев, «ненависти к ним», если они отвлекают его от любви ко Христу.

Тем боле должен быть непримирим истинный христианин ко всем явным богоборцам, богохульникам, гонителям веры и Церкви, отступникам, еретикам и раскольникам.

Что это так, об этом ясно свидетельствует Слово Божие.

«Аще (кто) Церковь преслушает, буди тебе, якоже язычник и мытарь» – сказал Сам Господь Иисус Христос (Матф. 18, 17).

«Какое согласие между Христом и велиаром? или какое соучастие вернаго с неверным?» – говорит в своем послании к Коринфянам Св. Апостол Павел: «... и потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и нечистоте не прикасайтесь»… (2 Кор. 6, 15, 17).

«Кто приходит к вам и не приносить сего учения (истинного учения Христова), того не принимайте в дом и не приветствуйте его; ибо приветствующий его участвует в злых делах его» (2 Иоан. 1, 10-11) – учит никто иной, как именуемый «Апостолом любви» возлюбленный ученик Христов Св. Апостол и Евангелист Иоанн Богослов.

«Кто не любит Господа Иисуса Христа, да будет отлучен до пришествия Господня» («Анафема маранафа»), то есть с тем не должно иметь христианам никакого общения – наставляет Св. Апостол Павел.

«Еретика, после перваго и втораго вразумления, отвращайся» – наставляет он же своего ученика Тита, поставленного им во епископа на острове Крите (3, 10).

Итак, христианство вовсе не проповедует безразборчивого мира в отношении ко всем, а наоборот – внушает непримиримость ко злу и нечестию и предостерегает от дружественного общения с носителями этого зла и нечестия.

Что это так, об этом особенно живо и вразумительно говорит в своем 6-м «Слове о мире» великий отец Церкви и вселенский учитель св. Григорий Богослов, сам давший высокий пример миролюбия своим отказом от кафедры Архиепископа Константинопольского:

«Да не подумают, однако же, будто бы я утверждаю, что всяким миром надобно дорожить. Ибо знаю, что есть прекрасное разделение, и самое пагубное единомыслие; но должно любить добрый мир, имеющий добрую цель и соединяющий с Богом ... Но когда идет дело о явном нечестии, тогда должно скорее идти на огонь и меч, не смотреть на требования времени и властителей и вообще на все, нежели приобщаться лукаваго кваса и прилагаться к зараженным. Всего страшнее – бояться чего-либо более, нежели Бога, и по сей боязни служителю истины стать предателем учения веры и истины» (Часть I, стр. 192).

А вот другое, замечательное свидетельство также великого Отца Церкви преп. Исидора Пелусиота, которое решительно отвергает всякую мысль о том, что советскую власть можно признавать «властью от Бога». Указав наперед богоустановленный повсюду в жизни словесных и безсловесных существ порядок подчинения одних другим, он заключает:

«Поэтому в праве мы сказать, что самое дело, разумею, власть, то есть начальство и власть царская установлены Богом. Но если какой-нибудь злодей-беззаконник восхитить сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему изблевать сие лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил иудеев» (Творения, ч. 2, письмо 6-е).

Советская власть, по самому существу своему, есть власть богоборческая и антихристианская, а потому не может быть и речи о том, чтобы признавать ее богоустановленной.

«Живи в мире с врагами, но со своими врагами, а не с врагами Божиими» – поучает нас другой великий столп Вселенской Церкви св. Иоанн Златоуст.

Третий из этой достохвальной троицы великих вселенских учителей (занимающий первое место в ряду их) св. Василий Великий собственным примером учит нас, каково должно быть наше отношение к этим «врагам Божиим», врагам Церкви Христовой. Когда лютый враг Церкви император Иулиан Отступник отправился в поход против персов, грозясь, что, в случае успешности похода, он по возвращении окончательно уничтожит христианство, св. Василий Великий горячо молился перед иконой Пресвятой Богородицы и св. великомученика Меркурия о том, чтобы он не возвратился с поля битвы живым. И молитва святителя была услышана.

Из всего вышесказанного с очевидностью явствует, что мы должны быть абсолютно непримиримы к богоборческому учению современности, которое решилось во всеуслышание провозгласить, что «религия есть опиум для народа», и к его безумным фанатичным последователям, хулящим Бога, оскверняющим и разрушающим храмы Божии, злословящим и преследующим верующих во Христа и стремящихся к полному искоренению веры и уничтожению Церкви. С ними не может быть у нас никакого общения, не говоря уже о каких бы то ни было дружественных отношениях, сотрудничестве или соглашательстве.

Если такова идея наших «дней непримиримости», то в них нет ничего противного истинному христианству. Но и все те, кто по каким-либо иным мотивам действительно непримиримы к большевизму, являются нашими союзниками. Необходимо, однако, всем полностью и до конца понять и осознать, что истинная и разумная непримиримость к большевизму отнюдь не есть только политическая непримиримость – точно так же, как и борьба с большевизмом не есть лишь обыкновенная политическая борьба. Ибо коренная сущность большевизма именно в его богоборчестве, в его враждебном отношении к вере и Церкви. А потому – вникнем в это поглубже! – всякий противник веры в Бога, всякий богохульник, враг веры и Церкви, уже по тому самому, является попутчиком богоборцев-большевиков, хотя бы он и считал и провозглашал сам себя борцом с большевизмом.

Да сознают это все устроители и участники «дней непримиримости» и да поймут, что истинно-благословенная непримиримость к большевизму есть ни что иное, как непримиримость к диаволу во Имя Божие, непримиримость к антихристу во Имя Христово! В наше страшное время с особенною силою чувствуется, что есть только два пути в этой жизни – путь жизни и путь смерти, путь благословения и путь проклятия (Второз. 30, 19-20) – путь служения Богу или путь служения диаволу.

Третьего пути нет!

А потому будем твердо помнить замечательное изречение Св. Иоанна Златоуста, что лишь «тогда, когда мы враждуем с диаволом, – мы находимся в мире с Богом». Только такая, истинно-христианская непримиримость может привести нас к истинному миру.

Духовный большевизм.

На устроенном в этом году в Нью-Йорке «Дне Непримиримости» один из ораторов очень хорошо и удачно определил сущность большевизма процитированными им на память словами Священного Писания. Он отнес к большевикам то, что сказал однажды Господь Иисус Христос нежелавшим веровать в Него иудеям:

«Вы отца вашего диавола есте, и похоти отца вашего хощете творити: он человекоубийца бе искони и во истине не стоит, яко несть истины в нем: егда глаголет лжу, от своих глаголет, яко ложь есть и отец лжи» (Иоан. 8, 44).

«Человекоубийство» и «ложь» – вот действительно основные черты, которыми так ярко проявляет себя большевизм.

Это – так, но этим далеко еще не все сказано, не исчерпана до конца сущность большевизма, как уродливого явления духовной жизни. Большевизм есть нечто гораздо более страшное.

Корни большевизма – в том пагубном настроении духа свободного и разумного существа, созданного Богом, которое Денницу сделало диаволом. Возгордился Денница – высшее и совершеннейшее творение Божие, залюбовался собой и возомнил о себе, что он ничуть не уступает Богу в своих совершенствах, что он – равен Богу. И это послужило причиной его мгновенного страшного падения с той высоты, на которой он находился, в низины ада, а сам он сделался родоначальником всякого зла – всякой гордыни, непослушания и противления Богу.

«Как пал ты с неба, денница, сын зари!» – горестно восклицал о нем пророк: «а говорил в сердце своем: взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой... взойду на высоты облачныя, буду подобен Всевышнему. Но ты низвержен во ад, в глубины преисподней... в преисподнюю низвержена гордыня твоя, со всем шумом твоим»... (Исаии гл. 14, 11-15).

Став на путь гордыни, непослушания противления Богу, падший Денница, в слепой злобе своей против Бога, этому же научил и первозданных людей, внушив им нарушить данную им в раю заповедь Божию, и через них ядом своей гордыни отравив весь происшедший от них человеческий род.

Не все, однако, полностью и целиком поддались этому богоборческому настроению. По признаку своего отношения к нему, по степени своего сопротивления ему или порабощения им, еще в самые древние времена, как свидетельствует Библия (см. кн. Бытия гл. 4-6), возникло деление людей на «сынов Божиих» и «сынов человеческих». Последних правильнее, впрочем, было бы называть теперь «сынами диавола», как и назвал Господь упорно неверовавших в Него иудеев.

Между «сынами Божиими», стоявшими за правду Божию, и «сынами диавола», пытавшимися насадить всюду ложь диавольскую, естественно возникла борьба. Эта борьба, в сущности, и составляет главное содержание всей так называемой «истории человечества». Она будет продолжаться и впредь – до скончания века, ибо диаволу, ненавидящему Бога, ненавистны и служители правды Его – «сыны Божии». По ясному предречению Слова Божия, именующего диавола «князем мiра сего» (Иоан. 12, 31), ложь диавольская будет приобретать все большую и большую власть и силу в этом мiре, о котором потону и сказал Апостол, что он «во зле лежит» (1 Иоан. 5, 19). Мало того: по особому попущению Божию, в «последния времена» – времена антихриста – наступит кажущееся временное торжество лжи диавольской на земле, пока не явится Господь, Который «убиет антихриста духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего» (2 Солун. 2, 8). Тогда ложь диавольская сгинет, и восторжествует окончательно правда Божия, которая и будет обитать на новом небе и новой земле, после того как прежние «небеса с шумом прейдут», а «земля и все дела на ней сгорят» (2 Петр. 3, 10-13).

К атому времени произойдет отсеивание «пшеницы» от «плевел», решительное размежевание между «сынами Божиими» и «сынами диавола», которое получит свое окончательное утверждение на Страшном Суде (Матф. 25, 31-46). Ясные признаки такого «отсеивания», или «размежевания» наблюдаются уже в наши дни – дни такого явного безстыдно-открытого богоборчества, дерзкого бунта, непослушания и противления Богу, какого никогда еще не знала история человечества. Вместе с тем никогда еще не было и такого господства лжи, не являлось стольких «прельщений» всякого рода, как в наши подлинно «лукавые» дни: с особо-изощренным искусством облекается ныне диавольская ложь в призрачную видимость правды, дабы «прельстить, аще возможно, и избранных» (Матф. 24, 24). И сколь многие действительно прельщаются или, по крайней мере, становятся в тупик, не будучи в состоянии разобраться, где ложь, а где правда.

Поистине страшное время мы переживаем, и горе тому, кто этого не сознает, не понимает!

А не понимают многие и не понимают самого главного.

Не понимают того, что большевизм уже повсюду торжествует свою духовную победу – далеко за пределами СССР – и в других странах и в рядах самой нашей русской эмиграции, будто бы борющейся с ним.

Забывают то, что большевизм это отнюдь не одна только политическая система, а прежде всего – наиболее яркое и откровенное выражение, в наши дни, диавольской гордыни, дерзкого неистового бунта, своеволия, непослушания и противления Богу и Его Божественному закону. Именно в этом заключается коренная сущность человекоубийственного и исполненного диавольской лжи большевизма, а «человекоубийство» и «ложь» это только «производные» – естественные, так сказать, логические последствия такого богоборческого настроения.

На наших глазах, не без успеха, стремится большевизм к мiровому господству. И при нынешних умонастроениях масс он легко этого может достигнуть, если люди, наконец, не поймут, что борьба с большевизмом не есть политика и не должна вестись в области одной только политики. Большевизм это – целостное мiровоззрение, но отнюдь не атеистическое, как принято думать, а богоборческое. Он претендует на то, чтобы стать всеобъемлющей идеологией, совершенно вытеснив веру в Бога и заняв место этой веры в сердцах людей. А потому борьба с большевизмом в сфере одной только политики ни к какому положительному результату привести не может. Целостному мiровоззрению большевизма должно быть, прежде всего, противопоставлено столь же целостное мiровоззрение, и притом не отвлеченное, а жизненное, находящее себе действительное осуществление в жизни людей.

Борьба с большевизмом настоящая, последовательная, разумная – это борьба за правду Божию против лжи диавольской.

Это – борьба «сынов Божиих» против «сынов диавола».

Только тот и может надеяться на успех в этой борьбе, кто сознает себя «сыном Божиим», кто ведет себя и живет достойно этого высокого звания. Кто же, заявляя себя «антибольшевиком», в душе своей остается причастным большевицкой идеологии богоборчества, гордыни, бунтарства, своеволия, непослушания и противления Богу и Его Божественному Закону, тот и сам себя и других обманывает. Не под силу такому борьба с большевизмом, и ни к чему она не приведет.

Печальные опыты прошлого, казалось бы, всех нас должны бы были научить, что диавольскую силу большевизма победить можно только силою Божиею. Лишь креста Господня боится диавол, а человеческое оружие, вплоть до самой атомной бомбы и всех ухищрений современной разрушительной техники, ему не страшно.

Еще менее страшны диаволу политические программы, которыми некоторые наивные политические деятели думают запугать и победить большевизм. Бумага ведь все терпит! И разве мы не видели, к чему привели на деле такие прекрасные сами по себе лозунги, как «свобода», «братство» и «равенство»?

Довольно празднословия и празднописания!

Кто хочет не на словах, а на деле спасать Россию (а с нею теперь и весь мiр!) от большевизма, тот должен начать с самого себя. Он должен тщательно проверить себя, не живет ли в его собственной душе чего-либо от богоборческой идеологии большевизма? нет ли в нём непослушания и противления Богу и Его Божественному Закону? не одержим ли он гордыней, самолюбием и своеволием? не чванится ли он своим материалистическим мiровоззрением и не прикрывает ли им свою порабощённость разным низменным страстям и порокам, оправдывая свои животные инстинкты и считая их законными для себя? не переживает ли он, хотя бы по временам, бунтарского настроения духа, отвергая все высокие духовные авторитеты и ставя ни во что своих законных, от Бога поставленных пастырей, духовных руководителей, родителей, наставников и начальников? не бывает ли в нем резких проявлений грубости, дерзости и разнузданного противления, когда кто-либо или что-либо становится на пути осуществления им его эгоистических, самолюбивых, тщеславных или низменных страстных стремлений и вожделений?..

У кого живут в душе подобные настроения, кто легко поддается им, не борясь с ними и не обуздывая их голосом трезвенного благоразумия, тот по-настоящему бороться с большевизмом не способен, ибо такой – одно с богоборцами-большевиками, он единодушен и единомышлен с ними, а сатана, как засвидетельствовал об этом Сам Господь Иисус Христос, «разделиться на ся» (сам с собою) не может (Матф. 12, 26).

В том и заключается главное зло и безнадежность нашей эмигрантской жизни, что многие из нас – едва ли не большинство! – совсем не вникают в диавольскую сущность большевизма. Выступая в качестве борцов с большевизмом, они не замечают того, что сами являются носителями, а иной раз – и яркими выразителями его духа, вводя, таким образом, в заблуждение и самих себя и других. Именно в этом причина, что, несмотря на столь очевидную для многих губительность человеконенавистнического большевизма, он до сих пор не мог быть побежден. И никогда не сможет быть побежден, пока борющиеся с ним сами будут носить яд большевицкий в своих душах.

Нельзя забывать, что большевизм это – духовная зараза, которой начало болеть наше русское общество еще задолго до революции 1917 года. А потому крайне неразумно, в противовес гнусным хулителям царской России, злословящим то, чего не знают (Иуд. 1, 10), идеализировать полностью все, что было в прежней дореволюционной России. Только крайняя духовная слепота (если не преднамеренная злоумышленность) может оправдывать разного рода вакханалии и безобразные безнравственные явления в нашей эмигрантской жизни тем, что так, мол, было и прежде в царской России. Если бы все было тогда хорошо и благополучно, то не было бы революции, не было бы кровавого торжества большевизма! Не призывал бы еще в те времена наш великий всероссийский пастырь приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский к нравственному очищению, ко всенародному глубокому покаянию, к перемене нравов языческих на христианские, грозя в противном случае неизбежной карой Божией за богоотступничество, за безбожье, за умножение беззаконий.

А мы – увы! – испытав на себе все страшные, кровавые последствия этого богоотступничества и попав в результате этого заграницу, продолжаем и здесь, в основной своей массе, идти все тем же путем, который привел нашу Родину к большевизму. Где же тут здравый смысл? где простая человеческая логика?

И не к нам ли следует отнести теперь слова великого ветхозаветного пророка Исаии, обращенные им некогда, по повелению Божию, к жестоковыйному Израилю:

«Во что вас бить еще, продолжающие свое упорство?» (Ис. 1, 5).

И не понимают, в большинстве своем, православные русские люди, оказавшиеся заграницей, что все наши здешние беды и нестроения, все наши нелады, распри, несогласия, взаимная вражда и разделения, начиная со столь печальных церковных расколов, церковно-приходских смут и волнений, постоянных разладов и распадов в среде наших национальных и общественных организаций и кончая скорбными явлениями развала настоящей, нормальной семейной жизни и обезличением отдельных русских людей, продающих свое первородство за чечевичную похлебку и сливающихся с окружающей их, зачастую глубоко преступной средой, – объясняются не чем иным, как живущей в душах их большевицкой заразой – духом диавольской гордыни, непреклонно-упрямого, до смешного доходящего самолюбия и самомнения, явного или скрытого богоборчества, дерзкого, наглого бунтарства, своеволия, разнузданности, непослушания и противления Богу, Святой Церкви, церковным правилам и установлениям, тысячелетним священным традициям.

Необходимо, наконец, понять, что кроме большевизма в сфере чисто-политической, есть еще большевизм духовный, извнутри разлагающий человеческие души, а потому еще более губительный и опасный; что область этого духовного большевизма в настоящее время во много-много раз шире, чем область большевизма политического, и что последний черпает главную для себя силу и поддержку в этом духовном большевизме.

Духовный большевизм – главная опора большевизма политического в предпринятом им грандиозном плане завоевания всего мiра. И пока мы не обратим должного внимания на борьбу с этим духовным большевизмом в наших собственных душах, на решительное искоренение и преодоление его в нашей церковной, общественной, семейной и личной жизни, безплодными останутся все наши надежды на какое-то лучшее будущее для нас, для России и для всего мiра.

И если мы действительно, а не на словах только, стремимся к этому лучшему будущему и к спасению нашей Родины, а с нею и всего мiра от нависшей уже над ним страшной угрозы большевизма, то должны понять, что – путь к этому лежит не через нынешнее нездоровое увлечение устройством постоянных парадных банкетов и всевозможных увеселительных собраний, балов и вечеров, «с танцами до утра», праздно-мечтательными речами и легкомысленным времяпрепровождением, столь не вяжущимся с серьезностью переживаемого нами времени, – а только через полное обновление нашей жизни в духе истинной Христовой веры, в духе подлинной православной церковности, соединяющей нас с Богом и подающей нам ту благодатную силу Божию, без которой невозможно сокрушить сатанинское царство большевизма.

Ибо – «без Мене не можете творити ничесоже», ясно сказал Господь (Иоан. 15, 5).

Рождественское приветствие св. Владимирской молодежи 1957 года

Христос рождается – славите!

Сердечно приветствую вас, возлюбленные о Господе чада мои духовные, с великим и радостным праздником РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА – чудесным пришествием в мiр воплотившегося от Безневестной и Пречистой ДЕВЫ МАРИИ Единородного СЫНА БОЖИЯ.

"Всяческая днесь радости исполняются – Христос родися в Вифлееме".

Да возрадуемся и мы с вами, едиными усты и единым сердцем прославляя Господа и принося Ему, как некогда волхвы, свои дары! Этими нашими дарами да будут: искренняя ВЕРА в Него, которая драгоценнее злата; непоколебимая НАДЕЖДА на Его всеблагой и премудрый Промысл, с всецелым преданием себя в волю Его, что благоугоднее Ему всякого ливана; и самоотверженная ЛЮБОВЬ к Нему и ближним нашим, ради Него, которая благоуханнее смирны.

Тяжкие времена, каких еще никогда не было, переживаем мы, но будем помнить: С НАМИ БОГ! И если сами мы в безумном ослеплении и омрачении наших душ и сердец не отвращаем лица своего от Него, Спасителя нашего, нас ради ныне в убогом вертепе Рожденного, то нам ничего не страшно. Никакого "страха" мы "не убоимся", "ниже смутимся", как поет ныне Церковь, если только Он Сам "будет нам в страх", то есть если мы Его Одного будем благоговейно бояться и заповеди Его преступить будем страшиться, возгревая в себе спасительный СТРАХ БОЖИЙ.

С такими мыслями и чувствами будем встречать и радостно прославлять велики день Его Преславного Рождества, твердо решившись в наступающем НОВОМ ГОДУ начать новую жизнь, во всем согласную с Его святыми заповедями, и тогда Он благословит венец наступающего лета Своею благостью и воистину дарует нам ЛЕТО БЛАГОПРИЯТНОЕ, в чем все мы так нуждаемся и чего сознательно или безсознательно жаждем. Аминь.

Всему свое время.

"Всему свое время, и время всякой вещи
под небом... время плакать, и время
смеяться; время сетовать, и время
плясать"...
(Екклесиаст, 3, 1-4).


Такую самоочевидную, казалось бы, истину высказал, по вдохновению от Духа Божия, еще в далекие от нас ветхозаветные времена премудрый Екклесиаст. Тот самый Екклесиаст, который, будучи царем над Израилем в Иерусалиме, изследовал и испытал мудростью все, что делается под небом, видел все дела, какие делаются под солнцем, и нашел, что "все суета и томление духа" (Еккл. 1, 12-14). И вот к какому заключению пришел он:

"Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом – все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно или худо" (Еккл. 12, 14).

Все эти Богооткровенные и непреложные истины навеки запечатлены для нас в Слове Божием и постоянно проповедуются Святою Церковью. Но не внемлет им человеческая греховная испорченность: упорно силится она на место Закона Божия поставить свой собственный закон. И делает это весьма часто вопреки всякому здравому смыслу... на собственную погибель.

Так, много, очень много, нездорового, ненормального, противного Закону Божию, нравственно-разлагающего, духовно-растлевающего вошло в жизнь нашего русского общества перед страшной катастрофой, постигшей русскую землю, так называемой "революцией". Тяжко сетовали на это, постоянно говорили об этом и писали наши выдающиеся архипастыри, пастыри и лучшие представители верующего русского народа.

Одной из таких нравственных болезней, подточившей здоровый нравственный организм православного русского народа и сыгравшей свою пагубную роль в деле крушения России, была все усиливавшаяся в последнее время у нас страсть к развлечениям – развлечениям неумеренным, нездоровым.

Вот как говорил об этом еще в самом начале нынешнего ХХ-го столетия (в 1904 г.) наш великий всероссийский пастырь, молитвенник и чудотворец приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский в своей высокопоучительной беседе с сопастырями – священнослужителями г. Сарапуля:

"Удивительная болезнь явилась нынче – это страсть к развлечениям. Никогда не было такой потребности к развлечениям, как нынче. Это – прямой показатель того, что людям нечем стало жить, что они разучились жить серьезной жизнью – трудом на пользу нуждающихся и внутренней духовной жизнью. И начали скучать! И меняют глубину и содержание духовной жизни на развлечения! Какое безумие! Точно дети, лишенныя разума! А между тем, развлечение – это уже общественный порок, уже общественная страсть!"

Много и других подобного же рода сетований находим мы в замечательном дневнике приснопамятного о. Иоанна: "Моя Жизнь во Христе", которому надлежало бы быть настольной книгой в каждой русской семь.

И не удивительно.

Достаточно вспомнить, что погубило древний, никогда "железный", как его называли Рим, перед именем которого трепетали все народы земли и который сделался подлинной столицей тогдашнего мiра.

"Хлеба и зрелищ!" – этот зловещий клич римской толпы, столь хорошо известный нам из истории, красноречиво характеризовал собою то моральное разложение римского общества, которое в привело, в конце концов, к страшному падению славившуюся в начале своими высокими нравственными доблестями великую мiровую империю, легко сделавшуюся добычей варваров.

Чего же хорошего можно было ожидать нашему христианскому обществу, которое отреклось от небесных высот духовной жизни, променяло глубину и богатство сокровенной жизни в Боге на телесные наслаждения и развлечения и таким образом пошло по тому же гибельному пути римского языческого общества?

Страшное кровавое бедствие, постигшее Россию, служит нам ответом на этот вопрос. Нравственное разложение духовно-опустошенного русского общества явилось причиной крушения нашей исторической России, катастрофического падения ее и подчинения ее власти лютых безбожников.

Казалось бы, после такого страшного потрясения, всем русским людям следовало бы окончательно протрезвиться.

Увы! такого настоящего массового отрезвления, по крайней мере заграницей, мы, к несчастию нашему, не видим.

Зато видим все ту же нездоровую страсть к развлечениям, на которую так сетовал наш великий всероссийский пастырь. И не с большим ли еще правом мы можем повторять вышеприведенные слова его в настоящее время?

Современные газеты, выходящие на русском языке, просто пестрят объявлениями о всевозможных "балах", "вечерах" и тому подобных увеселениях и развлечениях, с "танцами до утра", какими-то "бочками счастия", "выборами королевы" и самыми широковещательными зазываниями на них в виде целых статей, занимающих иногда большую часть страницы, под разными благовидными предлогами. И это притом –совершенно безотносительно от того, какие дни мы переживаем. Устраиваются эти развлечения чаще всего в кануны воскресных и праздничных дней, когда в храмах наших совершаются всенощные бдения, в дни постов, когда Церковь вообще запрещает всякое веселие, а тем более объядение и пьянство, даже в дни скорби и траура, когда поминаются усопшие – убиенная Царская Семья наша и неисчислимые жертвы безбожников, заливших кровью нашу несчастную Родину!

Устроителям и участникам этих легкомысленных, претящих нравственному христианскому чувству, увеселений, все нипочем. Додумались они даже до совершенно невероятного, неслыханного понятия – "траурных балов", о чем не стыдясь объявила не так давно одна из наших эмигрантских газет.

Куда уж идти дальше? Что сказал бы по поводу такого современного "опьянения" увеселениями наш приснопамятный праведник о. Иоанн и какими словами выразил бы он свою скорбь?

Если страсть к развлечениям показывает, по его словам, что "людям нечем стало жить", то страсть эта в наше время свидетельствует уже о полном и безнадежно-неисцельном духовном опустошении современного русского общества, ибо в переживаемое нами время она еще преступнее, еще предосудительнее.

Пусть в те времена (в 1904 году) еще не всем было ясно, куда может привести нас эта духовная пустота, которую стремились заполнить несчастные русские люди развлечениями. Теперь, после страшного 1917 года, мы уже не можем не видеть, к чему она нас привела, какие грозные последствия для нас за собою повлекла.

Неужели же и дальше, после всего того кроваво-жуткого, что стряслось над нашей Родиной, продолжать нам идти все тем же путем – все тою же духовной пустотой наполнять нашу жизнь?

ВСЕМУ СВОЕ ВРЕМЯ.

Развлекаются ли и пляшут ли дети в доме, где есть тяжело больные, где находятся при последнем издыхании умирающие, где лежит на столе мать-покойница?

А ведь мы именно в таком положении. Наша мать-Родина вот уже сорок лет истекает кровью, лежа как бы на смертном одре. Миллионы и миллионы русских людей – наших отцов и матерей, наших братий и сестер, наших сынов и дщерей – невинно гибнут от рук безбожных палачей, умирают от непосильного труда, от голода и холода в страшных "концлагерях".

А мы, вместо того, чтобы молить Бога о них, плакать и каяться во грехах своих, приведших к такому лютому несчастию, даже часы церковных Богослужений проводим на "вечерах смеха".

ВРЕМЯ ПЛАКАТЬ, И ВРЕМЯ СМЕЯТЬСЯ; ВРЕМЯ СЕТОВАТЬ, И ВРЕМЯ ПЛЯСАТЬ...

Сейчас для нас время ПЛАЧА, а не время смеха, время СЕТОВАНИЯ, а не время плясания. И это тем более так потому, что не только наша несчастная страждущая Родина, но и весь мiр, несмотря на свое видимое материальное благополучие, находится на краю гибели, грозящей ему от рук обезумивших, осатаневших, потерявших человеческий облик и зарвавшихся в своем страшном Богоборчестве людей.

И ЕСЛИ КТО МОЖЕТ СПАСТИ НАС ОТ УЖАСОВ, НЕСОМНЕННО ГРЯДУЩИХ НА ВСЕЛЕННУЮ, ТО ТОЛЬКО САМ ГОСПОДЬ – НАША СЛЕЗНАЯ ПОКАЯННАЯ МОЛИТВА И ВСЕЦЕЛОЕ ОБРАЩЕНИЕ К НЕМУ.

Устроители всех этих безчисленных увеселений часто любят оправдывать себя тем, что увеселения устраиваются ими "с благотворительной целью". Даже "для помощи военным инвалидам" устраиваются "инвалидные балы", причем нередко в дни поста и даже Великого Поста. На нашей памяти такой "инвалидный бал" был устроен в Париже в ночь под Неделю Крестопоклонную, когда выносится на всенощной Крест Христов для поклонения. Газеты взывали: "Приходите все на бал, чтобы помочь вашим инвалидам!"

А разве нельзя помочь инвалидам, не приходя на такой кощунственный бал, устраиваемый в дни поста, в дни воспоминания Страстей Христовых?

К чести наших военных надо сказать, что этот бал вызвал тогда резкую и решительную отповедь одного из наших заслуженнейших старых воинов и самих же инвалидов. Но газеты отказались напечатать их протест.

Не странно ли и не стыдно ли нам, православным русским людям, сынам и дщерям Святой Руси, что такое святое дело, как помощь нуждающимся, особенно инвалидам, проливавшим за нас кровь свою, непременно должно связываться с танцами, со всякого рода веселым и легкомысленным времяпровождением, с объядением и пьянством? И все это к тому же соединяется еще с грубым попранием церковных правил, с оплеванием всех наших исконных благочестивых традиций и обычаев, с подрыванием тех вековых устоев, на которых созидалась наша Святая Русь?

Разве так благотворили ближним первые христиане, которые ничего не хотели называть "своим", но продавали имения и всякую собственность и вырученные за них деньга приносили и полагали к ногам Апостолов, "и каждому давалось, в чем кто имел нужду" (Деян. 4, 35)?

Разве такая благотворительность была прежде у нас на Святой Руси, до того, как наша народная жизнь была отравлена тлетворным влиянием Запада, когда наши князья и богатые люди щедрой рукой раздавали милостыню "Христа ради", а нередко отправляли нуждающимся целые подводы, нагруженные хлебом и всевозможными съестными припасами?

Нет! современная мнимая "благотворительность", неразрывно связанная с балами и вечерами, это – вовсе не благотворительность, а только благовидный предлог к разнузданному и нескромному веселию, и плохо-прикрытому разврату, какой представляют собою современные танцы в полуобнаженном виде. Кто без посещения бала и участия в этих танцах не желает жертвовать на нуждающихся, тот не ради помощи ближним идет на бал, а ради того, чтобы получить нескромное удовольствие. И деньги, которые он платит, это вовсе не жертва на нуждающихся, а плата за получаемое им удовольствие.

Неужели это кому-нибудь может быть неясно?

Но кроме благотворительности мы видим много и других предлогов к этим нескончаемым увеселениям. Например, так называемая "встреча Нового Года". Сколько боролись наши пастыри в предреволюционной России с этой "гражданской встречей", которая носит вполне языческий характер и основана на суеверном убеждении язычников, что чем веселее встретить момент наступления Нового Года, тем счастливее будет наступающий год. Напрасно внушалось русским людям, что наше счастие зависит только от Бога, а потому Новый Год надо встречать не танцами и не пьянством, а молитвою. А теперь заграницей додумались даже до такой нелепости, как двойная "встреча Нового Года" – и по новому и по старому стилю. И что безсмысленнее всего, "встречают" Новый Год по старому стилю даже те, которые старый стиль принципиально отвергают.

Радуются тому, что находят еще лишний повод к веселию!

"Встречающие" Новый Год по новому стилю нисколько не желают считаться с тем, что это – дни Рождественского поста, когда Св. Церковь наша призывает нас молитвою и постом достойно подготовить себя к великому празднику Рождества Христова и когда неуместно, поэтому, никакое веселие и недопустимо вкушение скоромной пищи.

Устроители и участники всех этих "пьянящих", как они сами выражаются, увеселений любят обыкновенно в оправдание свое ссылаться на то, что все это позволялось и было принято еще в "царской России".

Весьма плохое оправдание!

Потому-то царскую Россию и постигло такое страшное крушение, что к началу "XX-го столетия все религиозно-нравственные устои жизни в России были окончательно подорваны. Торжество безбожного большевизма систематически и задолго до 1917 года подготовлялось. В течение весьма длительного периода времени шла эта упорная и планомерная работа по расшатыванию всех религиозно-нравственных основ русской народной жизни. И в этой работе видное место занимала борьба против христианских праздников и постов. До такой степени, что даже наши гражданине законы – Законы Российской Империи, в начале во всем согласовавшиеся с уставами Церкви, постепенно все более и более ослабляли строгость своих требований. Тем не менее все же до самого начала ХХ-го столетия мы видим, насколько строго еще оберегала ваша государственная власть святость праздничных дней и постов. Вот, напр., текст Закона ОБ ОХРАНЕНИИ ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ, глава ХХV:

пар. 979. Публичные маскарады и зрелища (кроме драматических представлений на иностранных языках) запрещаются двадцать третьего, двадцать четвертого и двадцать пятого декабря, накануне воскресных дней и дванадесятых праздников, в течение всего Великого Поста, в неделю Св. Пасхи, в Успенский пост, в день Усекновения главы Иоанна Предтечи и в день Воздвижения Креста Господня (Ст. 155 Уст. Пред. Прест. по прод. 1883).

пар. 980. Запрещается давать публичные концерты как светские, так и духовные на первой я страстной неделях Великого Поста, накануне Благовещения, в Вербные Субботу и Воскресение. По другим же субботним дням Великого Поста как и во весь круг года, а равно накануне дванадесятых праздников дозволяются лишь духовные концерты (Ст. 156 Уст. Пред. Прест. изд. 1876)

И нет ничего удивительного, что в 1900 г. строгость этого нашего гражданского закона была значительно ослаблена. С началом "прогрессивного" ХХ-го века, все в России особенно быстро покатилось вниз по наклонной плоскости. А в 1905 г. по мудрому выражению одного из выдающихся наших миссионеров, была в сущности объявлена "свобода от совести". С Церковью и ее уставами в нашем обществе не только перестали считаться, но и над людьми, сохранявшими верность Церкви, стали насмехаться, как над "отсталыми". Эта тлетворная зараза затронула и наименее стойкие круги духовенства: в их среде появились такие "либеральные" течения, которые породили потом "Живую Церковь", дух коей дает себя знать еще до сих пор, даже здесь заграницей.

Одним словом, еще задолго до революции уже чувствовалось во всем "начало конца". Нужен был только сильный толчок, чтобы Россия покатилась в кровавую пропасть. И этот толчок сделан был большевиками.

Так неужели нам и теперь, после всего случившегося, картина чего столь ясна, надо жить прежними настроениями? Теми пагубными настроениями, которые так характерны были для русского предреволюционного общества, еще в царской России?

И продолжать отрекаться от высоких духовных ценностей нашего Св. Православия, презирать Церковь и ее спасительные уставы, "менять глубину и содержание духовной жизни на развлечения?"

Какое безумие делать это, особенно теперь! – не можем не повторить мы горестного и скорбного восклицания нашего великого всероссийского пастыря: "точно дети, лишенныя разума!".

Время ли сейчас так неумеренно и безудержно предаваться веселию и при том во дни и часы, когда Св. Церковь призывает нас к молитве?

Подумайте об этом серьезнее, братие! ...пока не поздно…

Помни последняя твоя!

Вот и опять, милостию Божиею, дожили мы до подготовительных недель к Великому Посту. Какое это благодатное время! Дивное и премудрое это установление Церкви, и блажен кто глубоко вникает в него и переживает его, как должно!

«Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» – слышим мы в храмах от нашего имени обращенный к Богу вопль души. Словами евангельской притчи и умилительных церковных песнопений внушается нам, что, если мы действительно хотим каяться, то нам прежде всего необходимо решительно отвергнуть «фарисеево высокоглаголание» и «мытареве научиться высоте глагол смиренных», надо возненавидеть «велехвальный глас фарисея» и поревновать «благоумиленной молитве мытаря». «Сила молитвы», по словам одного из великих наставников благочестия, «дух сокрушен, сердце сокрушенное и смиренное», ибо, как учит Слово Божие, «сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50, 19).

Возношение уничтожает в человеке все доброе, а смирение, наоборот, потребляет все злое, искореняя самые греховные страсти, а потому, подготовляя нас к великопостному подвигу покаяния, Св. Церковь внушает нам необходимость попрать в себе фарисейскую гордыню и самопревозношение и усвоить смирение мытаря, видевшего в себе одни грехи свои и, в сердечном сокрушении, взывавшего к Богу: «Боже, милостив буди мне, грешнику!»

В следующую неделю св. Церковь убеждает нас в необходимости сознать себя «блудными сынами», легкомысленно ушедшими из отеческого дома «на страну далече» и безумно расточившими полученное нами духовное богатство. В ярких образах представляя нам всю бедственность нашего положения, она вместе с тем указывает нам на то, как легко и просто можем мы получить прощение от Бога и возвратить себе вновь то, что было нами так безрассудно потеряно. Для этого надо только последовать примеру блудного сына евангельской притчи, который, «пришел в себя», решил возвратиться к своему любящему отцу с покаянными словами: «Отче, согреших на небо и пред Тобою, и уже несмь достоин нарещися сын Твой: сотвори мя, яко единого от наемник Твоих» (Лук. 15, 18-19). И если будет у нас такое искреннее покаянное настроение, мы можем не сомневаться, что Отец Небесный с любовью примет нас в Свои отеческие объятия.

Из всего этого становится ясной для нас великая и утешительная истина: «Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостивы» и «не до конца прогневается» (Пс. 102, 8-9), как поет Псалмопевец.

Но вслед за тем, в предостережение нам, св. Церковь открывает и другую, уже устрашающую нас, тоже великую и несомненную истину: Господь не только милосерд, но есть, вместе с тем, и «Судия Праведнейший». Он придет некогда «суд праведный сотворити» – «грешныя мучити, праведныя же спасти». Искренно кающихся Он милостиво прощает, но те, которые упорствуют в своем нераскаянном настроении, те, которые, несмотря ни на какие призывы и увещания, не желают смириться, подобно мытарю евангельской притчи, и «придти в себя» и раскаяться, подобно блудному сыну, будут осуждены на вечные нескончаемые муки. Как бы мы ни успокаивали, ни ублажали себя, как бы ни дурманили свою совесть всевозможными удовольствиями и наслаждениями, развлечениями и увеселениями, наступит неожиданно для нас «День Страшный всенеизглаголаннаго пришествия Христова», и тогда каждый должен будет дать отчет в своих лукавых деяниях.

Какой страх, какой трепет и ужас охватит тогда тех, которые в своем безумном упорстве не желали сознать себя грешниками, имеющими нужду в прощении, не желали смириться пред Богом и принести искреннее покаяние в своем противлении Богу и Его Божественному Закону!

А перед самым Постом св. Церковь рисует нам скорбное зрелище изгнания Адамова из рая, за преслушание, внушая тем самым, что все мы – потомки Адама – падшее творение Божие и потому нуждаемся в прощении и возстановлении нас Богом. Не гордыня, не превозношение и самовосхваление приличествует нам, а скорбный вопль праотца Адама, изгнанного от «райския сладости и непрестанныя радости»: «Милостиве, помилуй мя, падшаго!»

Сознавая самих себя грешниками, нуждающимися в прощении, мы не можем злобствовать на людей, подобных нам грешников. А потому св. Церковь внушает нам необходимость примириться со всеми, простить друг другу взаимные обиды и огорчения, дабы, в свою очередь, удостоиться всепрощения от Бога. «Аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный: аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших» – слышим мы в тот день за литургией слова Самого Господа Иисуса Христа, пришедшего в мiр «грешныя спасти» (Mф. 6, 14-15).

Как все это просто, понятно, убедительно и разумно!

Но только не для «современного» человека, в душе которого все извращено и развращено.

И это неудивительно! Ведь со времени эпохи так называемого «Возрождения», или «гуманизма», в духе которого преимущественно воспитываются современные люди, вся человеческая «культура», в сущности, отвратилась от Христа и Его Божественного учения и пошла по пути подготовки на земле царства антихриста.

Только духовно-слепые этого не видят, да злонамеренно настроенные, сами участвующие в этом антихристовом делании, могут это отрицать: настолько самоочевидно для трезвого взгляда все происходящее ныне в мiре, какою бы внешней благовидностью оно ни облекалось.

Разве не странно, что теперь так редко можно встретить человека, который бы и мыслил и чувствовал вполне по-христиански – так, как учит нас Евангелие, как проповедует наша Св. Церковь, как заповедуют Св. Отцы, наставники и учители христианского благочестия, – как еще сравнительно недавно были настроены наши предки на Святой Руси?

Нет спора: жить по-христиански, – быть в жизни истинными христианами очень трудно: это требует большого подвига. Но мыслить и чувствовать так, как это подобает людям, носящим звание христиан, это не так уже трудно – это, казалось бы, даже естественно для всех тех, кто еще не отрекся от Христа, кто еще носит на себе Имя Христово.

Но этого-то как раз теперь почти и нет!

Сколько встречаем ныне «христиан», которые и мыслят и чувствуют совсем не по-христиански, которым христианское мiровоззрение вполне чуждо.

Ведь одно дело, – когда грешат по немощи и, греша, сознают, что они грешат, и каются. Но совсем другое дело, – когда грешат сознательно, не вменяя своего греха в грех, и, греша, не желают признавать себя грешниками, а оправдывают себя, лукаво подводя под свой грех всякие идеологические обоснования.

Именно это последнее и делает большинство современных людей, воспитанных в духе «гуманистического возрождения», вознесшего на пьедестал человека в состоянии его падения, со всеми его греховными страстями и похотями.

Как последовать им призыву св. Церкви в эти подготовительные к Великому Посту недели, если фарисейская гордыня для них – явление вполне нормальное и законное, а мытарево смирение – признак слабости, заслуживающей лишь презрение? Как признать себя блудными сынами и слезно каяться, если, с их точки зрения, это – унижение «человеческого достоинства»?

К этому одно необходимо добавить. Если эти «сыны гуманизма» еще не вполне отреклись от христианства и, по недоразумению, конечно, продолжают считать себя «христианами», то христианство для них не больше, как красивая традиция, но отнюдь не жизненная идеология, которой следует руководиться. Они могут иногда даже умиляться некоторыми чертами христианства, подходя к ним поверхностно и чисто-формально (не вникая в их глубину и сущность), могут и богослужения посещать, восхищаясь их эстетической стороной; могут даже, по привычке, и к исповеди и ко св. Причастию приходить и некоторые обряды исполнять, но все это у них скользит по поверхности, не затрагивая их внутреннего существа – истинное христианство, в его подлинной сущности, остается для них чем-то вполне чуждым, идущим совершенно вразрез с их собственными мыслями, чувствами, настроениями, убеждениями.

Страшно сказать, но разве это не так?

Разве не такими настроениями дышит в наше злокозненное время большинство современных людей, даже из числа принадлежащих к нашей Св. Православной Церкви, – еще страшнее! – даже из числа стремящихся руководить церковной жизнью?

И разве это не знамение времени?

Разве это не яркий признак того именно «отступления», о котором пишет, в предупреждение всем христианам, св. Апостол Павел в своем 2-м послании к Солунянам (гл. 2, ст. 3)?

Наиболее характерно и показательно это то, что эти «сыны гуманизма», среди которых – увы! – в наше время встречаются даже служители Церкви, никак не хотят примириться с ожидающим всех нас неизбежным концом. Пусть в теории они даже и признают этот «конец», но говорить о нем и слышать напоминаний о нем они не хотят.

А между тем, еще в Ветхом Завете Премудрый Сирах учил: «Помни последняя твоя»... (28, 6). Это его изречение особенно любили и часто употребляли христианские подвижники и наставники духовной жизни, изъясняя, что под этими «последними», о которых всегда надлежит христианину помнить, надо понимать: смерть, суд, вечное блаженство праведников и вечные муки грешников.

И это так естественно, ведь к этому сводится все!

И наш христианами Символ Веры, в первой его части, заканчивается словами: «.... И паки Грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца», а во второй – «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века. Аминь.»

Почему же в таком случае не только считающие себя верующими рядовые мiряне, не только ученые профессора богословия, но даже некоторые современные священнослужители так не любят вспоминать о том, что составляет, в сущности, венец и достойное завершение всех наших христианских упований и самых заветных чаяний, и нередко с какой-то иронической усмешкой говорят об «эсхатологии» и даже, как они выражаются, об «эсхатологической истерике»? Не потому ли, что они, сами того ясно не сознавая, уже перестали быть христианами, по своему мiровоззрению, а сделались «сынами гуманизма», или, проще говоря, слугами грядущего антихриста, каковы, по существу все эти «сыны гуманизма», верующие не в Бога, а в человека?... человека, за которым скрывается противник Христов – антихрист и вдохновляющий его враг Божий и враг человеческого спасения падший Денница – сатана. И верят они поэтому не «в жизнь будущего века», а в мнимый «прогресс» человечества на земле, в «научное» преодоление смерти, в земной рай и земное блаженство людей, не разстающихся со всеми своими греховными страстями и похотями.

И так называемый марксизм-коммунизм – всего лишь только одна из разновидностей этого господствующего ныне в мiре гуманистического-антихристова мiровоззрения. Этим и объясняется, что он до сих пор все еще существует и грозит весь мiр залить кровью. «Сыны гуманизма» бороться с ним по-настоящему не могут, да и не станут. И напрасно ожидать этого от них!

Сатана сатану изгонять ведь не будет.

Отсюда и так называемое «сосуществование», и все компромиссы с засевшей у нас на родине богоборческой властью. Расхождение только в методах – в способах овладения мiром, порабощения душ и сердец людей для окончательная торжества и воцарения антихриста, – а мiровоззрение у тех и других в главном и основном одно и то же: и те и другие не хотят слышать о Втором Пришествии Христовом, о кончине мiра, о Страшном Суде, о вечном блаженстве праведников и о вечных муках грешников. И для тех и других одинаково несносна мысль о покаянии – одинаково "приятно и законно все то» что христианство признает грехом, и от чего призывает, при помощи благодати Божией, освободиться.

Да! далеко зашел мiр в своем «отступлении», и истинное, безкомпромиссное христианство стало для него опять, как и было первоначально для язычников, по известному изречению св. Апостола Павла, «безумием» (1 Кор. 1, 23).

Вот почему так мало лиц, понимающих высокую идею, во имя которой существует Русская Зарубежная Церковь, не желающая вступать ни в какое «сосуществование», ни в какие компромиссы с «сынами гуманизма» – этими слугами грядущего антихриста, а тем более – лиц, сочувствующих этой идее.

Нас не понимают или делают вид, что не понимают, и хулят, обвиняя в гордыне и самоутверждении и ненависти к «инакомыслящим». Смиренно примем эти поношения, памятуя, каким хулам и поношениям подвергался вознесенный ненавистью фарисеев на крест Сам Господь наш Иисус Христос, а после Него – св. Апостолы, св. мученики и все Его истинные последователи.

«Несть раб болий Господа своего» (Иоан, 15, 20).

Не поношений этих будем бояться, а того, как бы не увлекли нас за собой эти «инакомыслящие», как бы не поддались мы чувству ложного смирения и не впали бы вместе с ними в ров погибели, оказавшись в порабощении у слуг грядущего антихриста.

«Блюдите убо, како опасно ходите... яко дние лукави суть» (Ефес. 5, 15-16).

Истинное смирение в том чтобы смирить себя перед Законом Божиим и учением св. Церкви, а не в том, чтобы лукаво и лицемерно обходить все это, ради льстивого угождения врагам св. Веры и Церкви.

А Св. Церковь призывает нас к покаянию в содеянных нами греховных деяниях и к памятованию о Страшном Суде, который грозит вечными муками всем нераскаянным грешникам, и всем инакомыслящим последователям антихристова гуманизма – всем, идущим на компромисс «сосуществования» с сатаною.

Не отгонять от себя мысль о Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде Его должны мы, но как можно чаще взывать к Богу словами умилительного песнопения, которое влагает нам в уста св. Церковь в эти дин, подготовляющие нас к Великому Посту:

«Помышляю день страшный, и плачуся деяний моих лукавых: како отвещаю безсмертному Царю? коим же дерзновением воззрю на Судию блудный аз? Благоутробный Отче, Сыне Единородный, Душе Святый, помилуй мя!»

Пасхальное приветствие св. Владимирской молодежи в 1958 г.

С великим и радостным праздником Светлым Воскресения Христова поздравляю вас, возлюбленные о. Господе чада мои духовные, и шлю всем вам обычный пасхальный привет: XРИСТОС ВОСКРЕСЕ.

Каждый год, в день Св. Пасхи, приветствуем мы друг друга этими словами, но сколь ни привычны они для нас, для верующих сердец всегда звучит в них нечто новое. Все старо в этом мiре, кроме веры христовой. Все ветшает и стремится к уничтожению, кроме вливающей в нас непостижимую свежесть и бодрость духа радости о воскресшем Господе. Светлая пасхальная радость напоминает нам, что мы, христиане, – "люди обновления", "новая тварь во Христе", и нас не коснется общий закон умирания, которому подвержено все в этом временном тленном мiре, что мы "аще и умрем, оживем", что смерть для нас – не более, как временный сон, "успение", от которого мм проснемся к вечной нетленной и блаженной жизни.

Вот почему так радостен для нас день св. Пасхи. Вот почему даже нецерковных и равнодушных к вере людей, и не только православных, но и инославных какая-то сила влечет в эту ''священную и всепразднственную нощь" в наши храмы. В эту ночь как бы приоткрывается для нас отчасти то Царство Славы, которое все мы, христиане, призваны наследовать, как бы дается нам предощутить ту вечную нетленную Радость, которой все мы будем наслаждаться, если окажемся того достойными.

Для многих падающих духом и изнывающих под гнетом житейских скорбей и невзгод бывает иногда достаточно вспомнить дорогие для всех нас с детства настроения и переживания пасхальной ночи, чтобы воспрянуть от уныния и найти в себе силы для несения своего жизненного креста.

Блажен поэтому всякий, в сердце которого всегда живет эта дивная лучезарная радость, неизменно освещающая жизненный путь. Этого именно мы и желаем вам, дорогие наши чада духовные! Будем твердо знать и помнить, ЧТО НЕТ НИЧЕГО НА СВЕТЕ РАДОСТНЕЕ НАШЕЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ХРИСТИАНСКОЙ ВЕРЫ, ИБО НАША ВЕРА – ЭТО РАДОСТЬ О ВОСКРЕСШЕМ ГОСПОДЕ, ЭТО – РАДОСТЬ ВОСКРЕСЕНИЯ. Если Христос воскрес, то воскреснем и мы. Будем же стариться жить на земле так, чтобы сподобиться этой вечной нетленной радости в "невечернем дни Царствия Христова": ''ХРИСТОС БО ВОСТА – ВЕСЕЛИЕ ВЕЧНОЕ!"

Сила веры, смирения и неотступности в молитве.

(В ДЕНЬ 60-ЛЕТИЯ СВЯЩЕННОСЛУЖЕНИЯ АРХИЕПИСКОПА ВИТАЛИЯ).

"О, жено, велия вера твоя! буди тебе якоже
хощеши".
(Матф. 15, 28).


Вы слышали, возлюбленные о Господе братие и сестры, эти слова высокой похвалы, обращенные Господом Иисусом Христом в ныне чтенном Евангелии к жене-хананеянке, молившей Его об исцелении ее дочери.

Сколь назидательно для нас это замечательное евангельское повествование!

Оно учит нас, какой должна быть молитва – какими чувствами должна она сопровождаться и какими качествами обладать, дабы быть услышанной Богом. Оно убеждает нас также в непреложной истине слов Христовых: "Просите и дастся вам, ищите и обрящете, толцыте и отверзется вам: всяк бо просяй приемлет, и ищяй обретает, и толкущему отверзется" (Матф. 7, 7-8).

В самом деле. Как часто встречаются ныне, даже среди верующих, люди, которые иногда ропщут на Бога: "вот я молюсь, молюсь, а не слышит меня Господь, не исполняет моей просьбы: стоит ли тогда и молиться!" Нынешнее евангельское чтение заграждает уста этим неразумным ропотливцам, наглядно показывая, какой должна быть истинная молитва.

Желая, как человек, отдохнуть немного от постоянно окружавшей Его толпы, а, может быть, и от преследовавших Его по пятам книжников и фарисеев, Господь Иисус Христос отошел однажды в пределы языческой страны Тира и Сидона. Там увидала Его жена-хананеянка, язычница, видимо слышавшая о Нем, как о великом чудотворце, и уверовавшая в Него всем сердцем, как в Посланника Божия – Мессию, и стала громко кричать, моля Его об исцелении ее беснующейся дочери: "Помилуй мя, Господи, Сыне Давидов, дщи моя зле беснуется" (Матф. 15, 22). Но Он, испытывая ее веру, ничего не отвечал ей, так что даже ученики Его, пожалев ее, стали просить Его: "отпусти ю, яко вопиет в след нас". Как бы применяясь к иудейским понятиям Своих учеников, Господь отвечал им: "Несмь послан, токмо ко овцам погибшым дому Израилева". Но хананеянка не впала в отчаяние от этих слов, а с еще большей неотступностью продолжала молить Господа о помощи. Она, по-видимому, забежала даже вперед и, преградив Господу дорогу, просила Его: "Господи, помози ми". И тогда столь человеколюбивый обычно и безконечно милосердный к страждущим людям Господь произнес страшные слова, которые для каждого могли бы показаться жестокими и, вместе с тем, крайне оскорбительными: "Несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом". С псом сравнил Господь хананеянку, но смирение ее было столь велико, что она не только не оскорбилась, но даже как бы нашла в этих словах для себя еще большее основание умолять об исполнении своей просьбы: "Ей, Господи, ибо и пси ядят от крупиц, падающих от трапезы господей своих".

Испытание ее веры и смирения было кончено. "О, жено, велия вера твоя!" – воскликнул Господь: "буди тебе, якоже хощеши. И исцеле дщи ея от того часа". Просьба ее была исполнена.

Итак, вот что необходимо, дабы молитва наша была услышана: горячая пламенная вера, ничем не сокрушимое смирение и неотступность, не останавливающаяся ни перед какими препятствиями

О необходимости веры, как первого и главного условия для получения просимого, неоднократно говорил Господь: "Веруйте, яко приемлете, и будет вам" (Марк. 11, 24).

Второе условие – искреннее смирение, сознание своего глубокого недостоинства, безправия на услышание, если бы не милосердие Божие. Христианское смирение не есть, однако, какое-то слабодушие, мягкотелость, признак слабости, как это думают обыкновенно мiрские люди, далекие от духа истинного христианства. Подлинное христианское смирение это не слабость, а сила, великая сила, но сила не человеческая, а сила Божия, ибо истинное смирение привлекает к человеку всесильную благодать Божию, для которой нет ничего невозможного.

И, наконец, третье условие – это неотступность в молитве. Мы никогда не должны падать духом и унывать, если нам кажется, что Господь нас не слышит. В своей замечательной притче о судии неправедном Господь Сам учит такой неотступности в молитве. Судия неправедный долго не хотел исполнить просьбы одной вдовы. Но так как она неотступно умоляла его об этом, то он, только чтобы отделаться от нее, наконец, удовлетворил ее желание. "Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь?" – так закончил Господь эту притчу: "хотя и медлит защищать их". Христианин вообще никогда не должен унывать и падать духом, ни при каких обстоятельствах, твердо надеясь на милосердие Божие. Он должен быть неотступен, как в молитве, так и во всяком добром деле, предпринимаемом ради Бога и во Имя Божие, зная, что помощь Божия непременно придет, лишь бы он молил Бога о ней с горячей верой и искренним христианским смирением.

Высоки примерь такой горячей, пламенной веры, искреннего христианского смирения и неотступности в добре мы видим в лице нашего Аввы – Высокопреосвященнейшего Архиепископа Виталия, нашего Епархиального Архиерея, Настоятеля Свято-Троицкого монастыря и основателя Св. Троицкой Семинарии, пятидесятилетие священнослужения которого мы ныне торжественно празднуем.

С юных лет всецело посвятивший себя на служение Богу и Святой Церкви, наш Авва Архиепископ Виталий не знал личной жизни. Всей его деятельностью руководила горячая вера в Бога и подлинное иноческое смирение, выражавшееся в полной самоотверженности. Совершенно отрекаясь от себя, от каких бы то ни было личных интересов, он всего себя приносил в жертву долгу, обнаруживая при этом, как наиболее характерную черту своей личности, непреклонную неотступность, не останавливающуюся ни перед какими препятствиями. Он никогда не падал духом и не унывал, в самых тяжелых обстоятельствах, возлагая все свое упование на милость Божию, которая, по вере его, всегда приходила к нему на помощь.

Назначенный в Почаевскую лавру, не отличавшуюся в то время уже строгостью иноческого жития, он образовал в ней свое особое иноческое братство, которое руководилось в своей суровой аскетической жизни примерами древних иноков-подвижников. Возстановив историческую типографию преп. Иова Почаевского, он начал свою, имевшую громадное значение, миссионерскую работу, и вскоре сделался подлинным духовно-народным вождем, имя которого прогремело на всю Россию. Будь у нас больше в то время таких строго-идейных и самоотверженных духовно-народных вождей, каким был всем хорошо известный Архимандрит Виталий, быть может, и не постигла бы нашу несчастную Родину та ужасная кровавая катастрофа, от которой не в состоянии она оправиться вот уже более сорока лет.

Несомненно, только горячая молитва веры спасла от преждевременной смерти нашего Авву, дважды (поляками и большевиками) приговоренного к смертной казни. Промысел Божий чудесно хранил его для дальнейшей плодотворной деятельности на пользу Св. Церкви и русского народа, в разсеянии сущего. Оказавшись в эмиграции, Архимандрит Виталий и тут, в самых тяжелых и неблагоприятных условиях, продолжал свою самоотверженную миссионерскую работу, совершенно не думая о себе, о каких-либо своих личных выгодах и удобствах. Все та же пламенная вера, иноческое смирение и столь характерная для него неотступность побудили его отправиться в самый дикий и заброшенный уголок древне-русской земли, находившийся в пределах вновь образовавшегося государства Чехословакии – в так называемую Пряшевскую Русь – чтобы содействовать возвращению тамошнего народа из навязанной ему унии с Римом в свою отеческую православную веру. Только такой смиренный инок, исполненный горячей веры в Бога, каков был Архимандрит Виталий, мог переносить все те крайние лишения и скорби, каким он здесь подвергался.

Но смирение и терпение его все превозмогли и были щедро вознаграждены Богом. В результате его напряженных трудов, в селе Ладомировой возникла целая иноческая обитель с самоотверженно подвизавшимся в ней миссионерским иноческим братством, большим каменным храмом и типографией. Типография эта обслуживала все русское зарубежье, издавая не только церковную газету и книги духовно-нравственного содержания, но и столь необходимые богослужебные книги, благодаря которым стало возможным совершать Богослужение по уставу на всех многочисленных приходах русского разсеяния.

В 1934 году Архимандрит Виталий, исключительно за послушание своему Авве Блаженнейшему Митрополиту Антонию, принял сан Епископа, от которого в прошлом не раз, по своему глубокому иноческому смирению, отказывался. Новохиротонисанный Епископ Виталий был отправлен в Северную Америку с заданием внести мир и успокоение в тамошнюю церковную жизнь и постараться возсоединить с Русской Зарубежной Церковью отпавших. Все с тою же горячей верой в помощь Божию, с искренним иноческим смирением и самоотвержением и с присущей ему неотступностью принялся он, возведенный вскоре в сан Архиепископа Северо-Американского и Канадского, за выполнение данного ему ответственного послушания. Неустанные труды его и подлинное смирение, снискавшие ему великое уважение и почитание паствы, милостью Божиею, увенчались успехом. Американская митрополия в 1935 году возсоединилась с остальной Русской Зарубежной Церковью и пребывала в дружном единении с нею целых 11 лет, вплоть до 1946 года, когда на так называемом, "Кливлендском соборе" возник новый раскол. На этом "соборе", на котором взяли верх антицерковно-настроенные лица и который с полным правом можно назвать "разбойничьим", по подобию печальной памяти "собора", бывшего в 449 году в Ефесе, большинством голосов мiрян было вынесено решение отколоться от Русской Зарубежной Церкви и подчиниться духовной власти московского патриарха, ставленника богоборческой коммунистической власти. Необыкновенную твердость духа и неотступное стояние в истине проявил тогда Архиепископ Виталий, сохранивший верность Русской Зарубежной Церкви и отделившийся со своими собратьями, единомышленными ему епископами, от этого раскольничьего скопища. В данном случае он, как и всегда, совершенно забывая себя и не помышляя ни о каких своих личных выгодах и интересах, действовал со свойственной ему безкомпромиссной решительностью, буквально следуя наставлению Апостола в нынешнем апостольском чтении: "Кое общение свету ко тьме? Кое же согласие Христови с Велиаром? Или кая часть верну с неверным?... Темже изыдите от среды их и отлучитеся, глаголет Господь, и нечистоте не прикасайтеся"... (2 Коринф. 6, 14-17).

Благодаря Архиепископу Виталию была сохранена наша Русская Зарубежная Церковь в Америке. Благодаря ему же, русские беженцы в Европе, так наз. "Ди-Пи", получали щедрую помощь и поддержку, а затем смогли приехать в США, где и нашли каноническое духовное окормление под омофором Владыки Архиепископа Виталия и его собратьев, образовав в короткое время около 100 новых приходов, из которых многие имеют уже собственные храмы и церковные дома.

Архиепископу Виталию своим существованием и успешным развитием обязаны Свято-Троицкий монастырь, по всей справедливости называемый паломниками "уголком Святой Руси", типография в нем и духовная семинария – это единственное духовно-учебное заведение в Русской Зарубежной Церкви. Основанный еще до прибытия Владыки Виталия в Америку, монастырь этот имел всего несколько человек братий, и трудно было бы рассчитывать на пополнение его новыми братиями, ибо условия сытой и привольной, изобилующей всевозможными мiрскими благами и соблазнами американской жизни отнюдь не располагают к монашеству, если бы Владыка Архиепископ Виталий не постарался перевезти туда свою прежнюю иноческую братию из Ладомировой, а также известное число братии из новооткрытого монастыря преп. Иова близ Мюнхена в Германии. Монастырь разросся, прекрасно расписанный внутри стильный храм привлекает общее внимание и вызывает восторг, как многочисленных богомольцев, так и иноверцев; типография снабжает все русское зарубежье своим печатным словом и столь необходимыми богослужебными книгами, без которых невозможно было бы совершать Богослужение на возникающих повсюду, во всех концах русского разсеяния новых приходах; семинария подготовляет новых пастырей Церкви, в которых ощущается теперь все более и более острый недостаток.

И всем этим мы обязаны пламенной вере, иноческому смирению и неотступности в молитве, в достижении поставленных целей нашего Аввы Владыки Архиепископа Виталия.

Вознесем же наше усердное моление Господу о его здравии и спасении и о даровании ему благоденствия и еще многих лет жизни. Самое пребывание его с нами нам дорого, ибо является живым напоминанием для нас, ярким символом того, каков должен быть истинный христианин, желающий искренно угождать Богу, и каков должен быть истинный пастырь, желающий честно и нелицемерно служить Христовой Церкви.

Постимся постом приятным (1959 г.).

Вот и Великий пост – «время покаяния», «жительство ангелов и спасете человеков», духовная отрада для истинно-верующих душ.

Отношение к посту, в наше время особенно, есть яркое мерило «церковности». Церковно-настроенные христиане радуются при наступлении Великого поста, ибо спасительная стихия поста, очищающего и освящающего их души, это – их родная стихия. Люди, отошедшие от Церкви, утратившие дух подлинной церковности, как бы не замечают наступления поста, он для них словно не существует, а некоторые из них относятся к посту прямо враждебно. И таких в нынешнее время большинство.

Отчего это?

Это оттого, что современные люди, даже из числа считающих себя православными христианами, настолько далеко отошли от истинной веры в Бога, от истинной Церкви, настолько перестали жить подлинной духовной жизнью, что правильное понятие о посте сделалось им совершенно чуждым. Поэтому они и не чувствуют потребности в посте и не постятся. Мало того: многие из них, отрицательно относясь к посту, осуждают верующих, которые постятся, называя их «ханжами» и тому подобными именами.

Такое отношение к посту, если оно не связано с явным богоборчеством, объясняется, главным образом, тем ужасающим религиозным и церковным невежеством, в котором живут современные люди, и совершенно превратным, вследствие того, представлением о посте. Большинство современных людей наивно считают, будто вся сущность поста заключается лишь в запрещении есть мясо, молоко, сыр, яйца и всю так называемую «скоромную» пишу, и негодуют на это, ибо главный интерес жизни сводится у них к получению как можно большего числа чисто-животных удовольствий и наслаждений. Они не могут себе представить, как обойтись, хотя бы в течение нескольких дней, без мяса и других видов лакомой и утучняющей плоть пищи, и ожесточенно возражают против поста, находя даже подходящие, как им кажется, изречения из Священного Писания (с которым вообще по большей части, они даже не знакомы), в род того, что «входящее в уста не оскверняет человека» (Матф. 15, 11) и, по-видимому, не зная, что сказавший это Христос Спаситель Сам постился и притом так строго, как никто из нас не постится теперь, сорок дней и сорок ночей совсем ничего не вкушая (Матф. 4, 2). Он же дал нам и заповедь о том, как мы должны проводить пост, о чем и напоминает нам св. церковь в установленном ею евангельском чтении перед наступлением Великого поста в неделю Сыропустную (Матф. 6, 16-18): поститься мы должны для Бога, а не для людей. Сам же Господь указал нам и на всю великую важность поста, как на одно из двух могущественных средств борьбы с темной бесовской силой.

«Сей же род (то есть бесовский род) не исходит, токмо молитвою и постом» (Матф. 17, 21) – сказал Он Своим ученикам, в объяснение почему они не смогли изгнать беса из жестоко бесновавшегося юноши, которого привел к ним с просьбой об исцелении несчастный отец.

Вот почему так важно знать, как следует по-настоящему поститься и в чем заключается истинный пост, и всем неведущим и непонимающим разъяснять это, всячески разбивая нелепые представления о посте людей чуждых и враждебных Церкви.

В чем же состоит сущность поста, по учению Церкви?

Это так ясно и понятно разъяснено в целом ряде наших прекрасных церковных песнопений, из коих особенно выразительна стихира, которая поется в понедельник на первой седмице Великого поста. Вот эта стихира:

«Постимся постом приятным, благоугодным Господеви: истинный пост есть злых отчуждение, воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, оглаголания, лжи и клятвопреступления. Сих оскудение – пост истинный есть и благоприятный».

Итак, вот что такое истинный пост: не отказ только от скоромной пищи, но прежде всего – «злых отчуждение», то есть отчуждение себя, своей души от всякого зла. А далее в стихире идет яркое и понятное перечисление – от каких именно видов зла.

Предостерегают наши церковные песнопения и от неправильного поста – тех, кто всю суть постного подвига видят в одном только телесном воздержании от скоромной пищи и решительно осуждают таких «постников».

«От брашен постящися, душе моя, и страстей не очистившися, всуе радуешися неядением: аще бо не вина ти будет ко исправлению, яко ложная возненавидена будеши от Бога, и злым демоном уподобишися, николиже ядущим»... так поется в стихире на подготовительной к Великому посту сырной седмице (в среду на утрени). Это значит: напрасно радуется своему посту тот, кто, хотя не ест скоромной пищи, однако, не заботится об очищении себя от греховных страстей. Такой лишь уподобляется злым демонам, которые совсем ничего не едят. Пост, который не служит внутреннему исправлению души, есть лицемерие, навлекающее гнев Божий.

Пост приятный и благоугодный Господу заключается в разумном сочетании телесного воздержания от скоромной пищи с духовным воздержанием от служения греховным страстям, при чем это телесное воздержание должно разсматриваться не как самоцель, а лишь как средство, для успешной борьбы с греховными страстями.

Сущность поста – именно в этой борьбе за освобождение своей души от порабощения ее злом.

С каким же злом надлежит нам прежде всего бороться?

Вышеприведенная стихира указывает, что истинный пост состоит, в первую очередь, в «воздержании языка». В самом деле. Наблюдая повседневную жизнь, мы не можем не убедиться, что больше всего зла в жизни происходит от невоздержания языка. Замечательно ярко и выразительно говорит об этом св. Апостол Иаков в своем соборном послании: «Язык – небольшой член, но много делает. Посмотри, небольшой огонь, как много вещества зажигает; и язык – огонь, прикраса неправды; язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны; ибо всякое естество зверей и птиц, пресмыкающихся и морских животных укрощается и укрощено естеством человеческим, а язык укротить никто из людей не может: это – неудержимое зло; он исполнен смертоносного яда. Им благословляем Бога и Отца, и им проклинаем человеков, сотворенных по подобию Божию. Из тех же уст исходит благословение и проклятие: не должно, братия мои, сему так быть» (Иак. 3, 5-10).

Всегда это так было, но особенно в нынешнее время потери всякого уважения к человеческому слову, слова так часто расточаются на ветер и приводят к совершенно неожиданным последствиям, меняя иногда всю обстановку жизни, что страшно становится, как легкомысленно играют люди, эти «словесныя твари», великим даром слова – даром Своего Творца Бога-Слова. Мы не говорим здесь о злонамеренном злоупотреблении словом, о чем речь ниже, а лишь о так называемом «празднословии», которое само по себе уже есть великое зло, почему и сказано Самим Господом:. «всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово (то есть: «дадут они ответ») в день судный» (Матф. 12, 36).

Вот почему во дни Великого поста св. Церковь учит нас молиться словами преп. Ефрема Сирина: «Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми».

Многие подвижники христианского благочестия любили говорить, что они часто жалели о произнесенных ими словах, но никогда не жалели о том, что молчали. Потому-то высшая степень христианского подвижничества и носит название безмолвия. «Если любишь покаяние», говорит преп. Исаак Сирин: «возлюби и безмолвие. Ибо вне безмолвия покаяние не достигает совершенства. Паче всего возлюби молчание. Молчание есть тайна будущего века, а слова суть орудия этого мiра» (Слово 41-е и 42-е).

Вся жизнь человечества преобразилась бы к лучшему, если бы все люди сознали эту великую истину и перестали бы легкомысленно бросать на ветер слова, предпочитая молчание.

На втором месте признаком истинного постничества наша стихира указывает «ярости отложение». И это для нас должно быть совершенно ясно. Сколько ужасающего зла, делающего жизнь людей еще на земле кромешным адом, происходит от «ярости», или от необузданного гнева!

«Гнев бо мужа правды Божия не соделовает» («Ибо гнев человека не творит правды Божией»), – говорит Слово Божие. Поэтому, «Солнце да не зайдет во гневе вашем», – увещевает христиан св. Апостол Павел (Ефес. 4, 26): «всякое раздражение, и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас» (Ефес. 4, 31). Единственный гнев, который не только допустим, но и заслуживаете похвалы в христианах, это – гнев на родоначальника всякого зла сатану и на собственные грехи и страсти. В отношении же друг ко другу христиане должны быть, как завещает св. Апостол Павел, добры, сострадательны и исполнены всепрощения, как и Бог во Христе простил всех нас, следуя наставлению Самого Господа: «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим» (Матф. 11, 29). Без кротости и смирения нет и не может быть покоя в душах человеческих, не может быть мира и благосостояния в жизни людей.

«Если вы друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом» (Галат. 5, 15), – предупреждает нас Слово Божие.

Как мало думает об этом современное человечество, в гордыне своей самонадеянно отвергнувшее веру в Бога и Святое Евангелие!

И вот призрак гибели от вновь изобретенных страшных орудий разрушения повис над всею нашею планетою. Сами обезумевшие в злобе и ярости своей люди собственными руками своими уготовляют себе эту погибель.

Далее, как мы видим, истинный пост есть «похотей отлучение» – освобождение своей души от порабощения похотями. Человек, хотя и состоит из души и тела, и по телу своему подобен животным, но он – все же человек, а не животное, и имеет разум и свободную волю, которыми и должен руководиться в своей жизни, а не «безсловесными стремленьми», каковы суть похоти, унижающие человеческое достоинство, когда человек неразумно и всецело удовлетворению их предается, и доводящие иногда человека подлинно до скотского состояния по слову Писания: «Человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им» (Псал. 48, 13).

Похоти эти многовидны и многообразны, но более всего из них в настоящее время господствуют блуд, чревоугодие, пьянство и курение табаку, которым современный человек с особенным безстыдством и безстрастием предается, большей частью, уже не видя в них ничего предосудительного. И это делает современную жизнь особенно гнусной и отвратительной, ибо нет ничего более мерзкого, чем вид человека, созданного по образу Божию, который доходит до скотского состояния и готов на всякое преступление, лишь бы иметь возможность удовлетворения своим похотям. И что всего ужаснее и губительнее – для полного и окончательного усыпления совести даже мнимая наука привлекается на помощь. Эта мнимая наука не стыдится провозглашать эти похоти законными и чуть ли даже не необходимыми потребностями человеческого естества.

Между тем, Слово Божие нам ясно говорит: «Не обманывайтесь, братие: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6, 9). О курении табаку здесь не говорится, так как этой особенно противоестественной и зловредной страсти в то время еще не существовало.

Задача истинного христианина, желающего обрести душевный мир и стать наследником Царствия Божия, которое «не есть пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17), – бороться со своими страстями и похотями вплоть до полной победы над ними. Христианин должен быть господином над своими низменными животными влечениями, а не жалким рабом их.

«Иже Христовы суть», говорит Слово Божие: «плоть распяша со страстьми и похотьми» (Галат. 5, 24).

Наконец, истинный пост состоит в «оскудении» «оглаголания, лжи и клятвопреступления» Здесь речь идет о самой высшей степени злоупотребления человеческим словом. Если преступно всякое праздно-словие, то насколько грешнее и преступнее всякого рода зло-словие.

«Оглаголание» (оговаривание), или злоречие и клевета, ложь и клятвопреступление, как бы смертоносным ядом отравляют человеческие души и, наряду с вышеперечисленными страстями и похотями, делают мрачной, несносной и мучительной человеческую жизнь, нередко доводя человека до отчаяния и самоубийства. Думают ли об этом современные клеветники, пересудчики, сплетники, злобные лжецы и клятвопреступники, для которых поистине нет ничего святого?

Не только отдельные люди, но и целые государства гибнут от лжи и клеветы, как мы это наглядно видели на примере нашей несчастной родины – России.

Особенно пагубно исполненное лжи современное печатное слово, ибо оно представляет собою великую силу, и горе современному человеку от того, что эта мощная сила теперь почти полностью вся обращена на зло!

В душе каждого человека живет прирожденное ему, вложенное от Бога, вместе с дыханием уст Божиих, стремление к правде, но отход от Бога неизбежно извращает это доброе стремление и толкает человека в духовный плен к врагу Божию – диаволу, который, по слову Самого Христа-Спасителя, «ложь есть и отец лжи» (Иоан. 8, 44). Правда в душе человека, отошедшего от Бога, от Церкви, которая одна есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15), иногда неприметно для него самого, подменяется ложью, и человек провозглашает ложь и служит лжи, порою даже искренно думая, что он – последователь истины.

Но ужаснее всего клевета и ложь, питаемые злобою. Они не знают для себя предала, и человек, впавший в это страшное губительное состояние, становится подлинно как бы одно, один дух с сатаною, самые имена которого значат: «сатана» – «обольститель», а диавол – «клеветник», тем самым характеризуя его природу.

Вот и мы – русские эмигранты, покинувшие нашу Родину во имя правды – мы нередко ублажаем сами себя, применяя к себе 8-ю заповедь блаженства: «Блажени изгнани правды ради»...

Но есть ли в нас самих эта правда?

Она есть в нас лишь постольку, поскольку мы твердо держимся истинной Церкви. Но лишь только мы отходим от Церкви и провозглашаем истиной свое собственное мудрование, мы тотчас же попадаем в сети лжи и начинаем провозглашать ложь, выдавая ее за истину. А отсюда уже проистекает и всякая клевета, оговаривание и злоречие, чем, к сожалению, так полна наша эмигрантская жизнь на чужбине. И все наши дрязги, смуты и нестроения, как в церковной, так и в политической и общественной жизни, имеют один и тот же источник – диавольскую ложь, которую противопоставляют люди, отошедшие от Бога, от истинной Церкви, чистому и безпримесному учению нашей святой православной христианской веры, проповедуемой истинной Церковью.

Самое важное и самое ценное в христианине – это стояние в истине и полная непримиримость к диавольской лжи, в каких бы благовидных формах она ни являлась.

«Для меня нет большей радости», говорит возлюбленный ученик Христов Св. Апостол Иоанн Богослов: «как слышать, что дети мои ходят в истине» (3 Иоан. 4).

И это потому, что «Сам Господь Бог есть Истина» (Иерем. 10, 10).

Вот почему время Великого поста и должно быть для нас временем усиленной борьбы за искоренение из душ наших всякой лжи и за насаждение истины, которая приближает нас к Богу.

Что сказать о тех, которые постятся иначе?

Пост их безплоден.

Наш великий святитель Тихон Задонский ясно говорит, что один телесный пост без поста духовного, «ничтоже есть».

Но вместе с тем нельзя относиться безразлично и пренебрежительно и к посту телесному, как это многие делают, в особенности в настоящее время. Не устанавливала бы Церковь телесного поста, если бы он был не нужен или маловажен.

Телесный пост – великое и могущественное орудие в борьбе с нашими страстями и похотями. И он настолько важен и необходим, что без него не может быть у нас надлежащего успеха и в посте духовном. Воздерживаясь от недозволенной постом пищи, мы оказываем послушание Церкви, которое смиряет нашу гордыню, являющуюся родоначальником всех греховных страстей и похотей. Вместе с тем телесный пост помогает нам совладать с нашей плотью, в которой как раз и гнездятся страсти и похоти, питаемые и укрепляемые невоздержанием в пище и питии. Дух в человеке должен занимать господствующее положение, а плоть – подчиненное. Но если плоть не смирять телесным постом, она начинает господствовать над духом, порабощая и угнетая его до такой степени, что духовная жизнь в человеке как бы замирает. Человек падает тогда с высоты своего человеческого достоинства и обращается в плоть бездушную, неспособную иметь общение с Богом. Дух Божий тогда отступает от человека по слову Самого Господа: «Не имать Дух Мой пребывати в человецех сих во веке, зане суть плоть» (Быт. 6, 3).

Но если Дух Божий отступает от человека, тогда в сердце его открывается доступ бесу.

Вот почему сказано Господом; «Сей род (бесовский) не исходит, токмо молитвою и постом».

С этой точки зрения вполне понятно все то, что произошло с нашей несчастной Родиной. Русский народ, отступивший от Бога, поправший завет Евангелия и правила св. Церкви, в том числе и правило о посте, подвергся страшному беснованию. Подобное же беснование, только в разных видах и формах, наблюдается ныне и во всем богоотступническом человеческом роде и влечет все человечество к конечной погибели. Единственное спасение для мiра – в этом обоюдоостром оружии против бесов, по выражению наших великопостных церковных песнопений, – в молитве и посте.

Потому так и радуется еще не окончательно погрязшая в тине бесовского зла душа человеческая наступлению Великого поста, чувствуя в нем единственное мощное средство своего спасения. И зная это, Св. Церковь радостно взывает ко всем верным чадам своим:

«Постное время светло начнем, к подвигом духовным себе подложивше: очистим душу, очистим плоть, постимся якоже в снедех от всякия страсти, добродетельми наслаждающеся духа: в нихже совершающеся любовию, да сподобимся вси видети всечестную страсть Христа Бога, и святую Пасху, духовно радующеся».

С нами Бог!

"Всяческая днесь радости исполняются,
Христос родися в Вифлееме".


Как величественно и торжественно звучит на всенощном бдении под праздник Рождества Христова древнее пророчество св. Исаии: «С нами Бог, разумейте языцы, и покоряйтеся, яко с нами Бог!» Сколько самой возвышенной и светлой радости, сколько самой твердой и ничем непоколебимой надежды на милость и помощь Божию внушает оно нам, странствующим в неверной и изменчивой земной юдоли – юдоли греха, печали и слез.

Какой это чудный праздник – день Рождества Христова! какое дивное торжество! Уста смыкаются пред священным безмолвием Вифлеемской ночи, сердце в тишине внемлет ангельскому пению:

«Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!»

«Ныне не время поучений», говорит отечественный наш подвижник и вития святитель Феофан: «ныне не время поучений, но время славословий; ныне не время наставлений, но время благодарений». И к этому-то и зовет нас Церковь.

«Христос раждается – славите!» взывает она: «Христос с небес – срящете! Христос на земли – возноситеся! Пойте Господеви вся земля, и веселием воспойте людие, яко прославися».

Что еще к этому можно прибавить? Разве можно выразить чувство радости и ликования сильнее, чем оно выражено в этих немногих, но столь много говорящих сердцу верующего словах? Сколько пламенной веры и горячего вдохновения слышно в этих словах, какая неотразимо-влекущая сила мощного призыва ко Христу заключается в них!

Да и в самом деле: как не радоваться, как не ликовать нам в этот преславный день Рождества Христова? Ведь в этот день совершилось то, чего тысячелетиями ожидало погрязшее во грехах, страстях и пороках, уже отчаявшееся в своем спасении человечество, измученное враждой и отсутствием высоких и осмысленных интересов и целей в жизни. Сладостной мечтой об этом дне сознательно или безсознательно только жили и дышали на протяжении более пяти тысяч лет все лучшие представители человечества до Христа – ветхозаветные праведники и пророки, и славные мудрецы языческого мiра, верившие в то, что только пришествие в мiр Сына Божия сможет облегчить человеку путь добродетельной жизни, избавить его от тяготеющего над ним чувства какой-то мучительной обреченности, водворит на земле мир, принесет общее счастие и новую блаженную жизнь.

И вот оно – совершилось. Совершилась «великая благочестия тайна: Бог явился во плоти» и поселился между людьми, став истинным человеком, но не переставая в то же время быть Богом.

С нами Бог!

Он явился на землю для того, чтобы действительно даровать нам эту новую блаженную жизнь, чтобы научить нас, как ее достигнуть и, что особенно важно, дать нам необходимые силы к ее достижению. Взошло «Солнце Правды» и озарило весь мiр Своим Божественным светом. Оно дало нам «Свет и разум, да познаем Бога истиннаго и да будем в истиннем Сыне Его Иисусе Христе» (1 Иоан. 5, 20).

И теперь, после всего того, что было нам дано и сделано для нас Воплотившимся и явившимся на землю Сыном Божиим, если не видим мы среди современных людей райской жизни, если не возносится постоянно среди нас слава в вышних Богу, если нет на земле прочного мира и в человеках благоволения, то кто в этом виновен?

Виновата в этом только одна наша упорная, злая, коснеющая в пороках и преступлениях человеческая воля, отвращающаяся от своего Спасителя, – воля, которая не имеет для себя уже никаких оправданий и которая понесет страшную кару, страшное возмездие во Второе славное Пришествие Христово, когда Христос явится, как Мздовоздаятель, «судити живым и мертвым».

Как не убояться нам этого? как не вострепетать при помышлении о приближении к нам этого страшного дня судного?

Убоимся же этого! Но убоимся не вечного огня и страшных мук, как презренные рабы, не сотворившие воли господина своего, а убоимся лучше своей черной неблагодарности Богу, своей безчувственности к Его безчисленным благодеяниям, убоимся, как сыны, лишения Отчей любви, убоимся оскорбить безмерную, несказанную любовь Божественную к нам, окаянным грешникам. Сознаем наше высокое сыновнее достоинство, дарованное нам Богом. Ведь мы – сыны Его по благодати, как подчеркивается это в замечательном Апостольском чтении, приуроченном к празднику Рождества Христова. Мы – сыны Божии и наследники Иисус Христом (Галат. 4, 7).

А для того, чтобы быть достойными того великого наследства, которое уготовал Он нам во Царствии Своем, возьмем пример с Него – пример смирения и послушания. Когда в предвечном совете Божием было решено спасти человека чрез воплощение и крестные муки Сына Божия, Сын Божий не отрекался этого, не прекословил, но тотчас же изрек: «Се иду, еже сотворити волю Твою, Боже» (Евр. 10, 9).

Вот каково было Его сыновнее послушание! И чего-чего только не перетерпел Он, Всемогущий Бог, равночестный и сопрестольный Богу Отцу, лишь бы только исполнить велю Отца Своего Небесного. Как безгранично умалил и уничижил Он Себя, сойдя во утробу Девы и родившись от Нее безпомощным младенцем! Какое безмерное смирение показал Он, Творец вселенной, обладатель всех сокровищ мiра, Которому с трепетом предстоят ангельские силы, положившись в убогих яслях в мрачной подземной пещере и повившись пеленами!

И все это Он сделал для нас, единственно по несказанной любви Своей к нам, чтобы нас обогатить, нас осчастливить, сделать вечно-блаженными.

Что же мы?

Неужели не стыдно, не грешно оставаться нам безчувственными к такой любви?

Но чем мы можем отблагодарить Его?

Возьмем пример с Него, убогого Младенца, лежащего «в скотиих яслех».

Научимся от Него всецелой преданности вол Божией, научимся Божественному смирению, этому венцу добродетелей, предадим себя с полной покорностью в руце Его, дабы мог Он на Страшном Суде Своем сказать о нас Отцу Своему Небесному: «Се Аз и дети, яже Ми дал есть Бог» (Евр. 2, 13).

С нами Бог, братие. Потщимся же и мы, несмотря ни на что, не прельщаясь никакими соблазнами и искушениями временного и скоропреходящего мiра сего тленного, быть с Ним. В этом единственный верный залог нашего счастия, нашего благополучия не только в этой временной, но и в вечной, ожидающей неизбежно всех нас жизни. Не станем скрываться и убегать от Него, как некогда согрешивший Адам в раю, но наоборот – смело и радостно пойдем к Нему, мысленно припадем к Божественным стопам Его и, поклонившись Ему, как некогда волхвы, от глубины сердца возопием:

«Рождейся от Девы, Боже, помилуй нас!»

Ещё один год…

"Ей, гряди, Господи Иисусе!" (Апокал. 22, 20)

Еще один год отошел в вечность. Еще на один год сократилась жизнь каждого из нас. Еще на один год приблизились мы к общей, ожидающей весь мiр неизбежной кончине.

Что же? – Неужели можно видеть в этом повод к веселию и танцам – к тем легкомысленным "встречам Нового Года", которые, в безумии своем, измыслил для себя погибающий человеческий мiр.

Нет! не место там, на этих "встречах", в чаду табачного дыма и в угаре нескромных развлечений, истинно-верующему православному христианину. Место ему – в храме Божием, на молитве. Напряженная, обще-церковная, "едиными усты и единым сердцем" возносимая, всенародная покаянная молитва – вот единственное, что еще может спасти нас.

Неужели все еще так слепы мы, что не видим всего совершающегося в мiре? Неужели не ужасает нас то, что происходит в современной церковной жизни, как среди нас, православных христиан, так и в религиозной жизни вообще – среди иноверцев? Разве во Имя Христово сейчас раздаются все эти призывы к единству с одновременным, столь, казалось бы, очевидным, попранием единой спасительной Христовой Истины?

Разве может быть какое-нибудь единение у Христа с Велиаром?

Разве может быть что-нибудь общее у света со тьмою? (2 Коринф. 6, 14-15).

Да1 не дано нам знать времена и сроки, которые Отец Небесный положил в Своей власти. Но сказано ясно и определенно: "Когда увидите все сие, знайте, что близко, при дверях" (Матф. 24, 33). И дано грозное предостережение; "Бодрствуйте... будьте готовы, ибо в который час не думаете, приидет Сын Человеческий" (Матф. 24, 42-44). И заповедано молиться: "Ей, гряди, Господи Иисусе!", как молилась вся первохристианская Церковь.

Каждый день поэтому св. Церковь в своем полунощном богослужении напоминает нам об этом страшном и славном часе Второго Пришествия Христова и внушает нам быть готовыми к нему словами умилительного песнопения: "Се Жених грядет в полунощи, и блажен раб, егоже обрящет бдяща: недостоин же паки, егоже обрящет унывающа. Блюди убо, душе моя, не сном отяготися, да не смерти предана будеши, и Царствия вне затворишися, но воспряни зовущи: свят, свят, свят еси, Боже, Богородицею помилуй нас" (Тропарь на повседневной полунощнице).

Когда сильна была вера вообще, живой и действенной была в сердцах людей-христиан и вера в близость Второго Пришествия Христова: как только ослабевала вера и начинали господствовать в людях греховные страсти и привязанность ко всему земному, ослабевала вера и в близость Второго Пришествия Христова. О таких людях, поступающих по собственным своим похотям, и говорит св. Апостол Петр в своем соборном послании, предупреждая, что в "последния времена" их будет особенно много, и они станут смущать верующих, внушая им сомнения в истинности учения о Втором Пришествии Христовом. "Где обетование пришествия Его?" – станут говорить они: "ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала Творения, все остается так же" (2 Петр. 3, 3-4). Отсрочку дня Второго Пришествия Христова св. Апостол объясняет только долготерпением Божиим, ибо Господь не желает, "чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию" (2 Петр. 3, 9). Тем не менее, "День Господень", то есть день Второго Пришествия Христова, все же придет – "придет, как тать ночью", а потому мы и должны быть всегда готовы его встретить, должны "ожидать и желать" его, по буквальному выражение Апостола, ибо тогда только и наступит исполнение всех наших чаяний – явится "новое небо и новая земля", на которых будет "обитать правда", чего мы никогда не дождемся на нынешней нашей грешной земле, осужденной Богом на сожжение огнем (2 Петр. 3, 7-13),

Каждое утро, при чтении утренних молитв, Св. Церковь внушает нам исповедывать эту веру во внезапное пришествие Христово: "Внезапу Судия приидет, и коегождо деяния обнажатся, но страхом зовем в полунощи: свят, свят, свят еси, Боже, Богородицею помилуй нас".

Этот спасительный страх – действеннейшее побуждение к истинно-христианской жизни, эта вера во внезапное, когда никто его не будет ожидать, – "яко тать в нощи" – Второе Пришествие Христово есть венец всех наших христианских чаяний и упований. Вот почему противно Евангелию, противно учению нашей Церкви поступают те, которые отклоняют христиан от этой единственно-спасительной для людей, отрезвляющей их мысли.

Вера в якобы грядущее благоденствие человечества еще здесь на земле – так называемый "хилиазм" – решительно осуждена Христовою Церковью на 2-м Вселенском Соборе, ибо для нее нет никаких оснований в Евангелии, учащем лишь о все большем и большем, с течением времени, "умножении беззакония" и "изсякновении любви", так что от "великой скорби", которая -тогда настанет, "не спаслась бы никакая плоть" (Матф. 24, 12, 21-22), если бы пришествие Христово не положило всему этому конец.

Таково ясное учение христианской Церкви о судьбах мiра.

Как православные русские люди, любящие свое отечество – святую Русь, – можем мы, конечно, питать в глубин души, несмотря на явные знамения времен, тайную надежду на спасение, возстановление и возрождение нашей Родины России, но твердым основанием для такой надежды должны быть мы сами – есть ли в нас истинное покаяние, стремление к исправлению греховной жизни, способны ли мы к такому духовному возрождению, какою ждем от нашей Родины? Если все это есть, слава Богу! Тогда мы сможем заслужить милость Божию еще в этой жизни и дождемся великой радости спасения нашей Родины и возстановления Святой Руси. Тогда получим мы благостную оторочку всеобщего конца от долготерпеливого Господа.

Но только не для того, чтобы опять начать жить безпечно, не помышляя об ожидающем нас конце. Мысль о близости и внезапности Второго Пришествия Христова никогда, и в несчастии и в благоденствии, не должна оставлять нас, ибо она заповедана нам Словом Божиим. И никто не вправе относить сроки кончины мiра и Второго Пришествия Христова к какому-то далекому, неопределенному будущему, убаюкивая этим себя и других и ослабляя свою духовную бодренность несбыточными надеждами на установление какого-то мнимого рая на земле.

К таким проповедникам, поблажающим страстям людским и в то же время внушающим надежду на какое-то светлое будущее, вполне применимы строгие прещения на лживых пророков, которые мы находим в книге св. пророка Иеремии. Они говорят: "мир! мир! когда нет мира". (Иерем. 6, 14) и тем вводят народ в заблуждение (Иезек. 13, 10). Они, по словам пророка, проповедуют "ложь и обман своего сердца. Господь Саваоф говорит о таких пророках: не слушайте слов их: они обманывают вас, разсказывают мечты сердца своего, а не от уст Господних. Они говорят: "мне снилось, мне снилось"... Вот, Я – на пророков ложных снов, говорит Господь, которые разсказывают их в вводят народ Мой в заблуждение своими обманами и обольщением. Никакой пользы не приносят они народу своему" (Иерем. 23, 16-17, 25-32).

"Еще сорок дней, и Ниневия будет разрушена" – так проповедывал пророк Божий Иона, и эта проповедь возымела свое благотворное действие: Ниневия покаялась и была прощена Богом. Только живое и яркое напоминание о возможной близости кончины мiра, Второго Пришествия Христова и Страшного Суда может еще встряхнуть и пробудить от греховного сна современный мiр, глубоко погрязший во всякаго рода нечестии и беззакониях. А потому ни о чем другом не благовременно так напоминать современным людям, как именно об этом – о том, что кончина всего "близ есть, при дверех", если они не образумятся и не покаются. Разрушение грозит теперь не одной Ниневии, а всему современному мiру, и угроза эта слишком несомненна и реальна для всех... хотя бы от тех страшной разрушительной силы изобретений, которые измыслил ум человека, отступившего от Бога, от Христа, от Его Святой Церкви.

"Если не покаетесь, все... погибнете" (Лук. 13, 5).

И эта погибель с наступлением Нового 1960-го года стала к нам еще ближе, в чем не может быть для нас никаких сомнений, если мы еще верим словам Христовым, если мы верим предречениям евангельским. Но для одних – успевших покаяться и обратиться к Богу – она будет лишь временной, земной, а для других – упорных и нераскаянных – она будет вечной, действительно страшной по своей безнадежности.

Дай Бог всем нам быть в числе первых, а не вторых! Таковыми мы и будем, если станем проводить всю свою дальнейшую жизнь в страх Божием, в постоянной подготовке себя к страшному дню судному; в непрестанном ожидании пришествия Господня, по Его заповеди. Тогда и самая кончина этого тленного мiра и Второе Пришествие Господа не будут казаться нам чем-то безнадежно-страшным, парализующим наши силы и жизненную энергию, как это кажется людям, далеким от духа истинного христианства и слишком связавшим себя с этим преходящим мiром. Приучим себя чаще молиться так, как молились первые христиане, в которых сильна и пламенна была вера: "Ей, гряди, Господи Иисусе!" (Апокал. 22, 20). Тогда не так страшны будут для нас и те испытания, которые могут ожидать нас впереди.

С такими мыслями и чувствами приветствуем мы вас, дорогие наши читатели, по случаю наступления Нового Года, который да будет для всех нас годом покаяния, годом всеобщего нашего духовного обновления.

В преддверии покаяния (1960 г.).

"Отверзошася Божественного покаяния
преддверия: приступим усердно..."

(Стихира в сырный понедельник.)


"Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!" – такой призыв Господа Иисуса Христа, вышедшего на Свое общественное служение человеческому роду после Крещения, слышали мы недавно в Евангелии за Божественной литургией (Матф. 4, 17).

"Покаяния отверзи ми двери Жизнодавче!" – молитвенно отвечает на этот призыв от лица каждого верующего Св. Церковь Господу.

Вот и вновь мы – в преддверии покаяния, в преддверии Великого Поста.

Какое это дивное, ни с чем несравнимое, особенное, благодатное время года!

Какие изумительные, по своей внутренней силе, по жизненной правдивости, глубоко-потрясающие душу образы предлагает нашему вниманию св. Церковь в эти дни в своих богослужебных чтениях, в своих вдохновенных умилительно-трогательных песнопениях! Какая глубокая бездна нашего греховного падения так наглядно рисуется в них, какое сильное и убедительное отвращение от греха и мощный призыв к Богоугождению, чистой и добродетельной жизни внушается ими!

Достаточно вспомнить высокоумного и тщеславного фарисея и смиренного мытаря, покаяние самонадеянного блудного сына, ушедшего "на страну далече", и чадолюбивого отца, принявшего его в свои объятия, устрашающую картину последнего Страшного Суда Божия над всем человеческим родом, грехопадение наших прародителей Адама и Евы и изгнание их из рая, замечательные наставления Церкви о том, как и почему должны мы поститься – и перед нами необычайное богатство назидания, очищающего наши души и возвышающего нас над повседневной суетой и грязью обыденной мiрской жизни. Как легко дышится тому, кто все это знает и близко к сердцу принимает, как светло и радостно становится у него на душе, с каким чувством неизъяснимой духовной отрады вступает он в Великий пост, как усердно и охотно проходит он это спасительное поприще воздержания!

Но доходит ли все это до сознания всех современных христиан, находит ли себе должный отклик в их душах?

Увы! огромное большинство современных христиан так далеко отошло от Церкви, что им совсем почти незнакомо все это несравненное духовное богатство: они живут совсем другими интересами, другими стремлениями. Мало того! В своем безумном ослеплении греховными страстями, они уверили самих себя и других пытаются уверять, что все это нужно только для монахов, а они могут жить, как хотят, совершенно по-язычески, водясь, как безсловесные животные, лишь своими похотями. Все, чему учит Церковь, для мiрских людей будто бы не обязательно, словно они не члены Церкви, не христиане. При этом они даже озлобляются на пастырей, которые добросовестно выполняют свой пастырский долг, указывают им на их заблуждение, и ищут себе иных учителей, "которые льстили бы слуху" (2 Тим. 4, 3).

Но Слово Божие – непреложно "Дондеже прейдет небо и земля, йота едина, или едина черта не прейдет от закона, дондеже вся будут (пока не исполнится все, сказанное в Законе Божием)" (Матф, 5, 18). И как бы ни искажали люди, в свою пользу, евангельского учения, как бы ни отмахивались от призывов к покаянию, от напоминания о приближении Страшного Суда Божия, ничто им не поможет. На Страшный Суд предстанут не одни монахи, но все люди, все христиане, и со всех христиан спросится, жили ли они по Евангелию, или думали только об удовлетворении своих страстей и похотей, оправдывая себя тем, что они не монахи, а мiрские люди.

"О, каковый час тогда, и день страшный, егда сядет Судия на престоле страшном! книги разгибаются, и деяния обличаются... О, кий страх тогда! что сотворим тогда во многих гресех повиннии человецы?" (Служба недели Мясопустной).

Тогда от страха этого многие будут вопиять горам и камням, как открыто было это Тайновидцу Иоанну: «Падите на нас и сокройте нас от лица Сидящаго на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?" (Апок. 6, 16-17).

День этот и час наступит внезапно, для всех неожиданно, – "Яко тать в нощи" (2 Петр. 3. 10), а потому мы всегда должны помышлять о нем и готовить себя к нему. Вот как поучает нас об этом наш великий Российский святитель Тихон Задонский:

"Бывает, что господин отходит из дому своего ради известного ему дела. Тако Христос Господь, совершивши великое спасение нашего дело, отшел от мiра сего и, вознесшись на небо, сел одесную Бога Отца. Господин, исходя из дому своего, глаголет рабам: седите дома, и всякий свое дело делайте: я скоро возвращусь. Тако Христос Господь, отходя от мiра сего, приказал нам, рабам Своим, глаголя: "Я прииду паки" к вам, и прииду скоро. "Се гряду скоро, и мзда моя со мною, воздати комуждо по делом его" (Иоан. 14, 3; Апок. 22, 12). Будите готови: "Да, будут чресла ваша препоясана, и светильницы горящии, и вы подобни человеком чающим Господа своего, когда возвратится от брака, да пришедшу и толкнувшу абие отверзут Ему" (Лук. 12, 35-36). Вернии и добрии раби делают, что господин им приказал, и ожидают прихода его: тако вернии и добрии раби Христовы делают по слову Христа Господа Своего, ожидают пришествия Его и готовятся к сретению Его. "Наше житие на небесах есть, отонудуже и Спасителя ждем, Господа нашего Иисуса Христа" (Филип. 3. 20), Бывает, что раби, не чая скораго пришествия господина своего, так говорят: не скоро еще приидет господин наш. И начнут гулять и безчинствовать. Но тут нечаянно слышится вопль: се, господин приходит! Тако христиане, недобрые и нерадящии о спасении своем, помышляя в сердце своем: "Коснит Господь наш приити", начнут гулять и нечествовать. Но тут внезапу услышится вопль и глас трубный: Се Господь грядет! Исходите в сретение Ему". "Блаженни раби тии, которых господин их пришед обрящет бдящих и исходящих в сретение ему: тако блажени суть христиане тии, которых Господь, пришед, обрящет бдящих и готовых к сретению Его" (Творения св. Тихона Задонского, том. 4, стр. 91).

Здесь, как мы видим, ярко выражено основанное на Священном Писании учение Церкви о том, что главной задачей истинных христиан, в течение их земной жизни, является подготовка себя к сретению Господа, грядущего судить живых и мертвых. Красной нитью проходит эта мысль через все Творения древних и новых Отцев, поучения и наставления духоносных подвижников и наставников веры и благочестия. Все они подчеркивают, что "Наше житие на небесех есть, отонудуже и Спасителя ждем Господа нашего Иисуса Христа" (Филип. 3, 20), а эта "земля скорбная", на которой мы теперь живем, есть место нашего временного пребывания.

"Зачем мы здесь живем?" спрашивает наш российский наставник христианской веры и благочестия святитель Феофан Вышенский и отвечает: "Чтоб принести покаяние. Жизнь наша на земле есть епитимия. А тому, кто несет епитимию, что свойственно? – Сетовать, сокрушаться и плакать о грехах своих" ("Слова на Господские, Богородичные и торжественные дни" Еп. Феофана стр. 12).

Это находится в полном согласи с тем, чему учил и великий вселенский учитель и святитель Иоанн Златоуст. "Настоящее время", говорил он: "есть время скорби, слез и рыданий. Мы много грешим и словами и делами, а таких грешников ожидают геенна и река, кипящая огненными волнами и, что всего хуже, лишение Царствия. И при таких-то угрозах, скажи мне, ты смеешься и веселишься? И в то время как Господь твой гневается и угрожает, ты остаешься безпечным? И ты не боишься возжечь тем для себя горящую пещь?" (Беседы на Евангелие св. Иоанна Богослова – 60-ая).

Вот почему так часто мы встречаем в писаниях наставников христианского благочестия изречение премудрого Сираха:

"поминай последняя твоя, и во веки не согрешиши" (Прем. Сираха 7, 39).

"И действительно", говорит святитель Феофан: "ни одна истина не сильна так умягчить нераскаянное сердце, как истина о Страшном Суде Божием. Знает сие враг и всячески ухищряется поставлять нас в такое состояние, что мы или совсем не помышляем о сем суде, или, если помышляем когда, помышляем поверхностно, не проводя сего помышления до сердца и не давая ему произвесть там полного своего действия. Еслиб и память суда не отходила от нас и сила его принимаема была всем сердцем нашим, – не было бы грешников, или были бы грешники только случайные, нечаянные, минутные, тотчас по нечаянном падении возстающие. Но вот, не входим мы в намерения Божии, потому и грешим, и коснеем во грехах нераскаянностью.

Приидите же, братие, перехитрим омрачающего нас врага, и отныне положим: и помнить непрестанно о суде, в сердцем воспринимать всю силу его и весь страх его.

Нарисуем в уме нашем картину Суда Страшнаго и будем носить ее непрестанно" ("О покаянии" - слова Еп. Феофана стр. 42).

"Можно сказать", говорит в другом своем слов святитель Феофан: "что еслибы каким-нибудь образом можно было глубоко напечатлеть в душе людей сей образ суда Божия, то все в непродолжительном времени сделались бы исправными ревнителями добрых дел... Но то беда наша, что ми привыкли отдалять от себя сей час суда, привыкли или дали себе на то право. Думает всякий: сколько уж времени я живу, все слышу: вот суд! вот суд!.. и нет доселе суда. Отцы наши, деды и прадеды тоже ждали суда, но вот еще и мы не видим его, спустя столько времени после них. Все сие так. Можно прибавить и еще боле того, что вот уж 18 веков, как сказал Господь о суде и как ждут суда, и все нет его. Но что же из этого? Не было его доселе, но может быть, не успеем мы выдти из храма сего, как придет Господь" ("Слово в неделю Мясопустную" стр. 162-163).

Нынешнее время тем ужасно и губительно, что современные люди, даже из числа именующих себя христианами, не только не желают "носить непрестанно в уме картину Страшного Суда Божия", но не терпят и напоминаний о нем, всячески отмахиваются от разговоров о неизбежно ожидающем всех нас конце или, по меньшей мере, отдаляют его, по выражению святителя Феофана, на какое-то весьма далекое будущее.

Все это, как мы видим из слов святителя Феофана, есть дело врага нашего спасения – диавола.

Главной причиной преобладания в наше время такого умонастроения, противного истинному христианству, является широко распространившееся во всем мiре за последние столетия гуманистическое мiровоззрение, которое основной задачей своей ставит крепко привязать людей к земле, отвратив их от помышления о будущей вечной жизни, и заставить их все свое внимание устремить на устройство своего земного благополучия, земного благоденствия.

Как прекрасно указал на это наш Блаженнейший Митрополит Антоний в своей замечательной статье: "Чем отличается Православие от западных вероисповеданий?" искушению этому поддались западные исповедания, отколовшиеся от Православия. Забывая слова Христовы: "Царство Мое не от мiра сего" (Иоан. 18, 36), они, более чем о подготовке себя к будущей вечной жизни, думают об устройстве Царства Божия на земле.

В самое последнее время это подлинно-антихристово гуманистическое мiровоззрение перекинулось и к нам на Православный Восток. В России оно еще до революции вызвало в либерально-настроенной части нашего духовенства движение, вылившееся потом в так называемое "живоцерковничество" и "обновленчество". А после падения Православной России, когда не стало, по выражению святителя Феофана и приснопамятного отца Иоанна Кронштадтского. "удерживающего" (под которым эти великие наши духоносные мужи понимали Православного Царя), антихристу, в лиц его слуг, подготовляющих его приход, "стало просторно действовать", и вот это антихристово мiровоззрение стало охватывать все более и более широкие круги духовенства и мiрян, уже в недрах всех поместных Православных Церквей. Вот откуда все эти стремления последних Константинопольских патриархов к созыву Вселенского Собора, который ввел бы женатый епископат, второбрачие духовенства, упразднение монашества и постов, общеобязательный новый календарь и прочие реформы, с целью слить Церковь с мiром, во зле лежащим, и лишить ее того духа аскетизма, который так ясно выражен Господом Иисусом Христом в словах, обращенных Им к апостолам: "Вы от мiра несте" (Иоан. 15,19). Вот откуда и это сближение с протестантами и участие в так называемом "экуменическом движении", все это вольнодумство и модернизм, что по существу является уже отречением от Православия.

Этот дух отступления от подлинного апостольского и святоотеческого Православия в недрах современных православных церквей все более и более на наших глазах прогрессирует. Последние сообщения международной прессы об этом весьма неутешительны. Никогда ничего подобного в истории мiра, в истории христианства еще не было, ибо теперь помимо открытого гонения на веру Христову и явного богоборчества, идет подрыв Христовой веры изнутри: идеалы истинного христианства подмениваются, причем весьма коварным и лукавым образом, идеалами грядущего антихриста, которые противопоставляются истинному христианскому мiровоззрению, основанному на Слове Божием и учении великих Отцев Церкви и подвижников христианского благочестия, прославленных Богом благодатными дарами прозорливости и чудотворений. Ниспровергается все то, что составляет главное содержание Православия в отличие его от всех заблуждений, извращается существо православного веро- и нравоучения. Из уст занимающего столь высокое положение православного иерарха мы слышим заявление, что "если все христианские церкви верят во Христа, то вот Христос уже и объединяет всех, и всякое иное объединение излишне, а задачей этого "объединенного христианства" является "установление Царства Божия на земле" (заявление Архиепископа Иакова в Куперстауне 21 окт. 1959 г.

Куда уж идти дальше!

Вот почему несносно и нестерпимо для современного "христианина" напоминание об антихристе, о кончине мiра, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде, и вот почему, как выразился в одной из своих проповедей, сказанных в 1934 году в Сремских Карловцах (в Югославии), Блаженнейший Митрополит Антоний, "Мысль о Страшном Суде на большинство людей производит удручающее впечатление", а "не так было у древних христиан, которые со светлой радостью ожидали Второго Пришествия и отвечали на слова Господни: "Ей гряду скоро", – "Ей, гряди, Господи Иисусе!" (Апок. 22, 20) ("Жизнеописание Бл. Антония" Еп. Никон, том V, стр. 295).

Истинное покаяние есть полная и решительная перемена в человеке, коренное изменение во всех его мыслях, чувствах, желаниях, во всей его умонастроенности и мiросозерцании. Кто хочет по настоящему, а не только формально, принести покаяние, тот должен прежде всего отказаться от своей самости, а в нынешнее время в особенности и от гуманистического антихристова мiровоззрения, которое так льстит этой самости, со всеми ее греховными проявлениями в человеке, и принять всем сердцем подлинное апостольское и отеческое учение нашей Св. Православной Церкви, без всяких поправок и искажений, происходящих от лжеименного разума и лукавой чувственности – то учение, которое изложено в Священном Писании, истолковано Мужами Апостольскими и Св. Отцами Церкви, осуществлено в личной жизни и тщательно изъяснено на основании личного духовного опыта, великими подвижниками христианского благочестия. Великим, несравненным духовным сокровищем для нас, русских, в этом отношении являются почти современные нам творения и проповеди приснопамятных Епископа Феофана, Вышенского Затворника, и отца Иоанна Кронштадтского. Да звучат постоянно в ушах наших их пламенные призывы, обращенные к русским людям:

"Сохраняйте, что Господом и Его Св. Апостолами предано Церкви и что одно поколение христиан передает другому. Напомнить о сем понуждаюсь того ради, что ныне много лживых учений ходит между нами, учений растлительных, подрывающих основы веры... Поберегитесь, ради Господа, от сих учений. Есть камень, коим испытывают золото. Испытательным камнем да будет для вас св. учение, издревле проповедуемое в Церкви. Все несогласное с сим учением отвергайте, как зло, каким бы титлом благовидным оно ни прикрывалось". (Прощание святителя Феофана с Владимирской паствой перед уходом в затвор).

"Мы переживаем ужасныя времена, по-видимому, последния. И хотя день и час будущего Страшного Суда никому из людей неизвестны, однако, есть уже признаки приближения его, указанныя в Евангелии... Ибо наступило уже предсказанное в Писании отступление от веры... Чего ожидать впереди, если будет продолжаться такое безверие, такая испорченность нравов, такое безначалие? – Лучшаго ничего ожидать нельзя, а худшаго без всякаго сомнения. "Бог поругаем не бывает" (Гал. 6, 7). Полно глумиться над Богом, полно попирать Его святые законы. Он скоро придет, но придет судить мiр и воздать каждому по делам его. Может быть скоро услышим мы грозную весть: "Се Жених грядет в полунощи"...

"Нужно нравственное очищение, всенародное глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские... омоемся слезами покаяния, очистимся, примиримся с Богом, и Он примирится с нами". (Новыя слова о. Иоанна Сергиева, произнесенныя в 1906/7 гг. и слово на 1 марта 1881 г.).

И будем твердо помнить: без покаяния нет спасения!

Чему учит нас великий проповедник покаяния?

"Час присно провидя суда, рыдал еси горько, Ефреме,
яко любобезмолвный, делателен же был еси в делех
учитель, преподобне, темже отче всемiрный, ленивыя
воздвизаеши к покаянию".

(Кондак преп. Ефрему Сирину).


Такими словами св. Церковь прославляет великого проповедника покаяния – преподобного и богоносного отца нашего Ефрема Сирина, имя которого так тесно связано с Великим постом и память которого празднуется всегда незадолго до наступления Великого поста – 28 января ст. ст.

Кто не знает умилительной молитвы преп. Ефрема: «Господи и Владыко живота моего...», без которой невозможно представить себе великопостного Богослужения? Но мало кто из современных мiрян знает, что и другие письменные творения преп. Ефрема – его изумительные по силе глубокого покаянного чувства вдохновенные назидательные поучения включены св. Церковью в круг великопостного Богослужения, в виде особых, положенных уставом, «чтений». Наряду с великим покаянным каноном преп. Андрея Критского, и эти дивные поучения преп. Ефрема (которые – увы! – вовсе не читаются теперь в приходских храмах) таковы, что «и самую жесточайшую душу довольны умягчити и к бодрости благой воздвигнути» (синаксарь четвертка 5-й седмицы поста).

Многоплодовитый духовный писатель и проповедник преп. Ефрем Сирин оставил после себя множество замечательных и разнообразных по содержанию письменных творений, высоко оцененных Св. Церковью. Соотечественники его наименовали его «пророком сирским», но слава его вскоре распространилась далеко за пределами его отечества во всей Вселенской Церкви, великим отцом и учителем которой он стал на все последующие времена.

Блаженный Иероним пишет о нем. «Ефрем, диакон эдесский, достиг такой славы, что в некоторых церквах сочинения его читаются публично после Священного Писания». «Прославлять мне надобно того», говорит св. Григорий Нисский, «кто в устах всех христиан – Ефрема Сирина, того Ефрема, котораго жизнь и наставления сияют в целом мiре». Блаженный Феодорит не иначе называет преподобного Ефрема, как «чудным Ефремом», а св. Феофан – «великим Ефремом». Творения преп. Ефрема – истолковательные, догматические и песнопевческие – показывают в нем и глубокое знание Священного Писания и обширную ученость.

Но более всего прославился преп. Ефрем, как учитель христианской жизни и, в частности, как проповедник сокрушения сердечного. По свидетельству нашего выдающегося церковного историка Архиепископа Филарета Черниговского, «сочинения последняго рода составляют именную печать души преподобного Ефрема и вместе его славу на все века». Св. Григорий Нисский говорит, что «плакать для Ефрема было то же, что для других дышать воздухом, – день и ночь лились у него слезы».

Прославленный даром чудотворений, отрешившийся от всех земных привязанностей, отдавшийся непрестанной молитве, пощению, бдению, богомыслию, нестяжательности, но вместе с тем и милосердию, проявлявшемуся в деятельном служении ближним, необычайно смиренный подвижник, постоянно осуждавший себя, но в то же время ревностный и тонкий обличитель еретиков, неутомимый и глубокомысленный толкователь Священного Писания, искренний и искусный песнописец, редкий знаток человеческого сердца и пламеннейший проповедник покаяния и нравственного обновления, – преп. Ефрем, по словам св. Григория Богослова, вмещал в себе все то, что составляет отличительные черты человека по Богу.

Знание духовной природы человека, приобретенное путем постоянного самоуглубления, привело его, однако, к сознанию того, что самое необходимое для человека это – сокрушение сердечное и плач о грехах своих. И он сам постоянно плакал, и других в своих поучениях учил плакать, в строгом соответствии с второй заповедью блаженства: «Блажени плачущии, яко тии утешатся» (Матф. 5, 4). И поучения преп. Ефрема, с одной стороны, поражают и сокрушают душу страхом, но в то же время, исполняя ее глубокого умиления, утешают высокою неземною радостью.

Ни о чем другом так много не говорил и не писал преп. Ефрем, как о сокрушении сердечном, как о необходимости постоянно проливать слезы покаяния, потому что и сам он был проникнуть чувством глубочайшего сокрушения о грехах своих. Ни днем ни ночью не отступала от него эта мысль о грехах. «На ложе моем», говорит он в одном из своих умилительных песнопений: «помыслил я о Тебе, Человеколюбче, и в полночь возстал прославить благость Твою. Привел себе на память долги и грехи свои и пролил потоки слез. Ободряли меня разбойник, мытарь, Мария-грешница, Хананеянка, и также кровоточивая и Самаряныня при кладезе водном. Они говорили мне: «возстань, умоляй о щедротах; Господь твой исполнен щедрот».

Полный сокрушения сердечного, преп. Ефрем старается и других расположить к такому же смиренному сознанию своих грехов, причем всегда выставляет наперед свое собственное недостоинство. «Будьте, по сердоболию», говорит он в одном своем поучении: «сострадательны ко мне, братие... склонитесь на воззвание человека, который обещался благоугождать Богу, и солгал Сотворившему его; – склонитесь, чтобы ваших ради молитв избавиться мне от обладающих мною грехов. С детства стал я сосудом непотребным и нечестным... Увы ми, какому подпал я осуждению! Увы мне, в каком я стыде... Подлинно, у меня только образ благочестия, а не сила его».

Стараясь в других возбудить сокрушение, он прежде стремится возбудить его в себе: «Сокрушайся, душе моя, сокрушайся о всех благах, которые получила ты от Бога и которых не соблюла. Сокрушайся о всех злых делах, которые совершила ты! Сокрушайся и кайся, чтобы не предали тебя во тьму кромешнюю». Вслед за тем обращается он и к другим: «Приидите, братие мои, приидите отцы, приидите рабы Христовы, сокрушим сердца свои и будем день и ночь плакать пред Господом... Приидите, в сокрушении и в простоте сердца припадем к Богу; потому что Он благ и милосерд и спасает кающихся».

Весьма характерны и важны последние слова этого призыва.

Они, как и многие другие места его творений, в корне опровергают многих современных светских ученых, далеких от духа истинного христианства (см. например, курс «Истории Русской Словесности» проф. В. В. Сиповского, ч. I, вып. II стр. 32), будто преп. Ефрем был пессимистом – мнение, которого держатся об истинном христианстве вообще современные мнимые христиане. Сокрушение преп. Ефрема отнюдь не было каким-то горьким безотрадным состоянием души. Во всех проповедях своих он обращает мысль слушателей к христианскому учению о благости Божией, а потому сквозь слезы в его словах сияет тихая небесная радость, истекающая из сердца, полного любви к Богу и крепкого упования на своего Спасителя. Слезы его были слезами не мрачного безотрадного отчаяния, как это было бы свойственно пессимисту, а слезами сладкого умиления. И сам он никогда не был мрачен с виду. «Лице Ефрема», говорит св. Григорий Богослов: «цвело и сияло радостью, тогда как ручьи слез лились из глаз его. Ефрем и там, где говорит о сокрушении, возносится мыслью к благости Божией, изливает благодаренье и хвалу Всевышнему. Во всех словах и делах его исторгалось из души его псаломское слово: «На Него упова сердце мое» (Пс. 27, 7). И между наставлениями его видим мы целые размышления «О любви к Господу», «О блаженствах» надежды и проч. Оттого-то в поучениях преп. Ефрема столько духовной сладости и силы: они и поражают и утешают, сокрушают страхом и наполняют кротким умилением.

В виду таких высоких достоинств, наставления преп. Ефрема приобрели и такую вполне заслуженную ими славу во Вселенской Церкви, что были включены в состав великопостного Богослужения. Были они и самым любимым чтением, после Псалтири, и у наших благочестивых предков на Святой Руси, благоговевших перед Св. Ефремом и воспитывавшихся на его творениях в духе истинного христианства – св. Православия.

Но что именно сделало преподобного Ефрема таким великим наставником подлинно-христианского православного благочестия?

Об этом ясно говорится в приведенном нами выше, в самом начале сей статьи, кондаке преп. Ефрему, который, как и всякий кондак, выражает самую главную, самую характерную черту празднуемого Церковью святого.

Какая же это черта у преподобного Ефрема?

Вот какая: «Час присно провидя суда, рыдал еси горько, Ефреме...» Самая главная, самая существенная, самая характерная черта в преп. Ефреме, черта, наиболее для него типичная, черта, определившая все его умонастроение и поднявшая его на такую необычайную духовную высоту, как одного из величайших проповедников христианской жизни, это то, – что он «присно», то есть: всегда, непрестанно, безпрерывно «провидел час суда» – час последнего суда Божия над всем человеческим родом, час Страшного Суда.

И действительно: наиболее, сильные, наиболее яркие, более всего потрясающие душу и располагающие ее к покаянию поучения преподобного Ефрема это те, в которых он необыкновенно живо, так, как бы он сам все это видел своими собственными очами, изобразил приход Антихриста, кончину мiра, Второе Пришествие Христово и Страшный Суд. В собрании его творений мы находим целых 22 слова, посвященных специально этой теме. Но и во всех других своих поучениях он так или иначе всегда касается этой же темы, как несомненного центрального пункта, долженствующего определять собою все умонастроение истинного христианина.

Как видно из всего вышесказанного, это постоянное помышление о Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде и было главным возбудителем никогда не оставлявшего преп. Ефрема покаянного настроения духа. И оно не только не парализовало его воли и энергии, не только не заставляло его «сидеть сложа руки», а как раз наоборот – было сильнейшим и мощнейшим стимулом его поистине неутомимой и многоплодной деятельности, что и отмечено дальше в кондаке: «делателен же был еси в делех учитель, преподобне...» Он и сам старался, следуя призыву св. Иоанна Крестителя, «сотворить плоды достойные покаяния» и других призывал к этому.

«Приидите, возлюбленные, займемся куплею, пока еще длится день купли», взывал он: «приидите, приобретем вечную жизнь, купим спасение душ наших... Подвизайтесь в этот «единонадесятый час», спешите, чтобы не остаться вне затворенных дверей. Вечерь близко, и Мздовоздаятель идет с великою славою воздать каждому по делам его. Покаемся, братие, пока есть время».

«Подумай и смотри: се Жених уже приближается. Он грядет увенчать подвизавшихся законно и возлюбивших узкий и тесный путь... Се Жених – исходите в сретение! Боюсь, чтобы день оный не застал нас внезапно... Не будем же лениться... Пока не затворена дверь, спешите войти... постарайтесь благоугодить Богу, пока есть время... Приидет и не замедлит страшный тот час». («Увещание к покаянию»).

При всем том мы знаем из жития преп. Ефрема, что он не был затворником, совершенно ушедшим от мiра, прекратившим всякое общение с людьми и сидевший взаперти. Он весь отдавался самой кипучей деятельности, направленной на благо св. Церкви и на спасение душ. И это была настоящая, а не какая-либо показная, исполненная искания суетной славы деятельность. Ожидая, по заповеди Господней, близости Второго Пришествия Господа и Страшного Суда Его, он и сам спешил «делать» и других, как мы видели, увещевал спешить. Так, он был участником Первого Вселенского Собора, вместе со своим наставником св. Иаковом, епископом Низибийским; под его же руководством он не только сам изучал Слово Божие, но и других учил в особом училище. Он участвовал в чудесной защите Низибии от персидского царя Сапора. По смерти своего учителя св. Иакова и падении Низибии под власть персов, преп. Ефрем удалился в Эдессу, где все свободное от труда, ради своего пропитания, время употреблял на проповедь Слова Божия язычникам. Удалившись в пустынную эдесскую гору для подвигов, он начал писать там толкование на Пятокнижие. Вскоре он открыл в Эдессе целое училище, из которого впоследствии вышли знаменитые учители Сирской Церкви. Попеременно, св. Ефрем то наставлял иноков. то посещал город, неустанно проповедуя и утверждая в вере его жителей. Со всей, свойственной ему, пламенной ревностью боролся он против многочисленных еретиков – гностиков, манихеев и ариан и имел такой успех, что Эдесса сделалась подлинно твердыней Православия и городом «цветущим благочестием». Это благочестие не поколебалось даже в тяжкие времена Иулиана-Отступника. Трудно представить себе более кипучую пастырскую деятельность, чем та, которую вел преп. Ефрем. В этом отношении он дает высокий пример всем христианским пастырям, которые не должны замыкаться от своих пасомых, но обязаны постоянно навещать их – не для того, чтобы «проводить время в гостях», а для того, чтобы утверждать их в вере и благочестии.

Мало того. Ища для самого себя духовного назидания, преп. Ефрем предпринял нелегкое по тем временам путешествие. Прежде всего он посетил колыбель монашества – Египет, желая видеть тамошних великих подвижников, а на обратном пути побывал в Кесарии, чтобы повидать там великого Василия. Св. Василий поставил его в сан диакона и впоследствии пытался рукоположить его во епископа, но преп. Ефрем притворным юродством избавился от этой чести, коей, по смирению, считал себя недостойным.

Возвратившись в Эдессу, преп. Ефрем хотел остаток дней своих провести в уединении, но голод, поразивший близкий ему город, еще раз вызвал его туда на помощь страждущим. Сильным словом своим он смягчил жестокосердие богачей, и они стали приносить ему деньги и другие стяжания для помощи нуждающимся. Принимая эти приношения, преп. Ефрем раздавал их голодающим, а для больных и безприютных устроил богадельню. Только с прекращением голода преп. Ефрем вернулся в свою пещеру, где вскоре и предал дух свой Богу (372 г.), оставив после себя замечательное, собственноручно написанное им завещание. В этом завещании он с особенной силой внушает ученикам ту же ревность о сохранении правой веры, которой горела душа его: «Ни днем, ни ночью», говорил он: «во всю жизнь свою никого не злословил я, и с начала бытия своего ни с кем не ссорился, но непрестанно состязался в собраниях с отступниками. Бегайте их и учения их, и не приближайтесь к ним!» Кротчайший и смиреннейший, преподавая благословение своим верным ученикам, продолжателям его дела, он с возмущением припоминает имена изменников истины и предает их проклятию.

Таков был этот славный подвижник, великий учитель христианской веры и благочестия, великий проповедник покаяния. Столь многоплодна была его деятельность, столь велики его заслуги перед Вселенской Церковью!

Все, что мы о нем знаем из его жития и творений, в корне опровергает ходячее ныне, неосновательное мнение о том, будто ожидание Второго Пришествия Христова и постоянное помышление о Страшном Суде отнимает жизненность, энергию и лишает воли к деятельности. Только любящие мiр со всеми его греховными обольщениями могут называть умонастроение, столь прославившее преподобного Ефрема Сирина и сделавшее его великим отцем и учителем Церкви, «пессимизмом». Распространенное в наше время отталкивание от мысли о Страшном Суд, нежелание слышать о нем есть только яркое проявление духа современности, глубоко враждебной истинному христианству и ищущей себе иных настроений, иных путей жизни, ведущих несомненно к Антихристу – яркий симптом Отступления.

Проходя предстоящее нам теперь поприще Великого поста, будем, следуя заповеди Церкви, насколько это для нас возможно, назидать себя вдохновенными творениями преп. Ефрема, впитывая в себя его дивные наставления о покаянии и следовать его призыву о непрестанном памятовании Второго Пришествия Господня и неизбежно ожидающего нас всех Страшного Суда: «День и ночь имей пред очами последний час!.. не преставай испытывать Божественныя Писания, не преставай вопрошать мать свою – Церковь, когда приидет желанный Жених? Разспрашивай и разведывай о знамении Его пришествия, потому что Судия не укоснит».

Чрез временные страдания к вечному блаженству.

"Иже хощет по Мне ити, да отвержется
себе, и возмет крест свой, и по Мне, грядет"

(Марк. 8, 34).

"Недостойны страсти нынешняго времене к
хотящей славе явитися в нас"

(Римл. 8, 18).


В третью неделю Великого Поста св. Церковь прославляет Крест Господень, а, вместе с тем, – плоды спасительной для нас крестной смерти Христа-Спасителя. Крест торжественно выносится на середину храма и полагается на особо-уготованном аналое. Верующие, при троекратном пении: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим», трижды до земли покланяются ему и лобызают его. Это поклонение Кресту продолжается затем в течение всей последующей седмицы, отчего вся она носить название «крестопоклонной».

Многознаменательно и полно глубокого смысла это прославление Креста Господня как раз в середине Великого Поста!

Крест в далеком прошлом – орудие страшной мучительной казни, а потому он и считался всегда символом страданий. Но, с тех пор, как «на нем Христос, Царь славы, волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство» (стихира на поклонение кресту), Крест прославляется Церковью Христовою, как «сущия радости знамение» (стихира на стиховне), как «благочестия непобедимая победа», как «дверь райская, верных утверждение, Церкве ограждение, имже тля (тление) разорися и упразднися, и попрася смертная держава, и вознесохомся от земли к небесным» (см. стихиру на нед. крестопокл. и на Воздвижение).

Продолжая оставаться символом Христовых страданий и символом человеческих страданий вообще, крест, с тех пор, перестал быть мрачным и зловещим орудием жестокой казни, а сделался для нас «оружием непобедимым» (см. ту же стихиру) – радостным символом победы над диаволом и, вместе с тем, символом нашего вечного спасения, ибо на кресте Христос «пригвоздил рукописание грехов наших» (Колос. 2, 14), крестом «смертное жало и адова победа прогнася (кондак крест. недели) и для падшего человечества вновь отверзлись врата рая, как поет об этом св. Церковь: «... предстал бо еси, Спасе мой, вопия сущим во аде: внидите паки в рай» (там же).

Крест стал для нас «знамением радости» потому, что он неразрывно связан с Воскресением. Если бы не было Креста, то не было бы и Воскресения. Вкусив за нас смерть на Кресте, Господь Иисус Христос тридневно воскрес из мертвых, «смертью смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав» (тропарь Пасхи), как Победитель ада и смерти. Невозможно поэтому торжествовать Воскресение минуя Крест.

Крест – это путь к славе Воскресения.

Вот почему, прославляя Крест, мы поем: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое Воскресение Твое славим». Вот почему и во все воскресные дни и даже на самую Пасху, этот радостнейший христианский праздник, в Богослужениях неоднократно вспоминается и прославляется Крест, «се бо прииде Крестом радость всему мiру...»

Вполне понятно поэтому, что Крест сделался символом Христианства, вожделенным и любезным для каждого истинного христианина знамением, и получил такое широкое употребление в весьма древние времена, как свидетельствует об этом св. Иоанн Златоуст:

«Смотри, сколь вожделенным и достолюбезным соделался ныне крест, сие столь ужасное и поносное в древности знамение жесточайшей казни! И в царской короне наилучшее украшение составляет крест, драгоценнейший всего мiра. Изображение креста теперь найдешь ты и у властителей, и у подчиненных, и у жен и мужей, у дев и замужних, у рабов и свободных. Все полагают знамение креста на благороднейшей части тела своего, нося каждодневно сие знамение на челе своем, как на столпе изображенное. Оно блистает на священной трапезе, на одеждах иерейских и вместе с Господним Телом на Тайной Вечери. Всюду видишь оное возносящимся: на домах, на торжищах, в пустынях, при путях, на горах и холмах, на море, на кораблях, на островах, на ложах, на одеждах, на оружии, в чертогах, на златых и серебряных сосудах, на картинах, на теле больных животных, на теле бесноватых, на войне, в мире, днем, ночью, в пиршественных собраниях и в келлиях подвижников. Уже никто не стыдится, не краснеет при мысли, что крест есть знамение поноснейшей смерти: напротив, все мы почитаем оный украшением для себя, превосходнейшим корон и диадим и камней драгоценных. Не бежим, не пугаемся его, но лобызаем и чтим, как сокровище неоцененное» (Творения св. Иоанна Златоуста, т. I, стр. 620).

Так было тогда – в четвертому веке христианской эры.

То ли мы видим теперь?

Увы! Огромное большинство людей, даже считающих себя «христианами», стыдятся ныне этого победного знамения Креста Христова и уже нигде не изображают его: не только на себе и на жилищах своих, но и на молитвенных домах и собраниях своих, ни даже на местах погребения усопших своих. Редко-редко где увидишь теперь изображение Креста Господня: отовсюду почти изгнано оно и заменено иными символами и эмблемами. А многие – страшно сказать! – позволяют себе произносить отвратительные и кощунственные хулы против него, совершенно забывая или знать не желая, как свято оно было почитаемо издревле, от первых времен христианства.

Не есть ли и это один из весьма ярких признаков все более и более ширящегося в наши дни Отступления?

Но все истинные христиане, хранящие верность Христу-Спасителю, не могут не говорить и теперь, последуя св. Апостолу Павлу: «Мне же да не будет хвалитися, токмо о Кресте Господа нашего Иисуса Христа, Имже мне мiр распяся и аз мiру» (Галат. 6, 14).

Для таких-то христиан, остающихся верными Господу и соблюдающих уставы св. Церкви, и выносится Крест Господень на середину храма в преполовение постного подвига. Выносится он для того, чтобы живым представлением Любви Божией, предавшей Себя на смерть ради спасения человека, воодушевить нас, ободрить наш слабеющий дух и подкрепить наши силы к дальнейшему пощению. Поэтому он и сравнивается в Богослужении этой недели с райским «древом жизни», древом, усладившим горькие воды Мерры в Ветхом Завете, с сеннолиственным древом, под тенью которого находят прохладу и отдохновение утомленные путники, ведомые в обетованную землю вечного наследия.

Но самое главное – основное поучение этого дня дается нам в евангельском чтении, приводящем слова Самого Господа Иисуса Христа: «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой и по Мне грядет» (Марк. 8, 34).

Что это значит?

Это значит, что Крест Господень выносится с особым торжеством на середину храма не только для того, чтобы мы одним лишь внешним образом покланялись ему и лобызали его. С этим внешним почитанием Креста Господня должно быть соединено и внутреннее.

Молитвенно созерцая Крест Господень – это дивное знамение нашего спасения – и почерпая из этого созерцания благодатный силы, мы должны воодушевлять себя на то, чтобы, отвергнувшись себя, то есть: отказавшись от исполнения своей греховной воли, взять крест свой и последовать за Христом. Здесь заключается чрезвычайно важная мысль, что последование за Христом, или, что то же, истинно-христианская жизнь есть несение креста.

Почему так?

«Идти за Христом» – это значить быть искренним и нелицемерным исповедником Его учения, любить Его более всего и всех на свете, строить всю жизнь свою сообразно с Его заповедями, ревновать о славе Имени Его и стараться и других людей приводить ко Христу. Но так как душа человека отравлена ядом греха, и зло слишком вкоренилось в жизнь людей, то такой путь христианина, как показывает опыт, неизбежно связан со многими искушениями, скорбями и страданиями, происходящими, как от собственной греховной природы человека, так и от других людей и от врага человеческого спасения – диавола. Эти-то многоразличные искушения, скорби и страдания и составляют тот крест, который должен смиренно и безропотно нести каждый, желающей быть истинным христианином.

Истинное христианство есть крестоношение.

С таким взглядом не хотят согласиться многие современные «христиане»! Они находят его «пессимистическим» и выдумывают свое собственное – «оптимистическое» христианство, в котором не желают видеть ничего, кроме «радости и любви». Они не хотят, по заповеди Господа, «нести креста», а желают жить без скорбей – беззаботно и весело, наслаждаясь всеми благами земной жизни, ни в чем себе не отказывая, ни в чем себя не стесняя и не ограничивая и, подобно богачу евангельской притчи, «веселяся на вся дни светло» (Лук. 16, 19).

Это так называемое «розовое христианство».

Слащавое и сентиментальное, исполненное духа мнимой «всепрощающей любви», лицемерно прикрывающей собою страсти сластолюбия или славолюбия, крепко привязанное к удовольствиям и наслаждениям века сего, к радостям душевным, выдаваемым за духовные, оно появилось в эпоху отступнического гуманизма, как его родное детище, и пышным цветом расцвело в протестантизм и сектантстве, а ныне и в модернистическом «православии», не желающем знать подвига, а стремящемся праздновать Воскресение, минуя Крест.

Это – самое опасное явление нашего времени, в корне подрывающее истинное христианство, – явление едва ли не гораздо более опасное, чем все ереси древних и новых времен, ибо ложь его часто искусно прикрыта, тонка и неуловима и не для всех ясна и очевидна. А в то же время, как льстит она испорченному сердцу человека, внушая ему легкость спасения без всяких трудов и подвигов!

Это «розовое христианство», легко уживающееся с духом века сего, с мiром сим, во зле лежащим, особенно ярко выявляет себя в столь модном теперь, так называемом «экуменическом движении», которое, не скрывая уже ныне, как раньше, своих истинных целей, стремится «стереть границы» между всеми существующими в настоящее время религиями и создать одну новую, общую для всех религию.

Страшно сказать! На этот путь ниспровержения истинного христианства становятся в наше время многие весьма видные представители всех почти поместных православных церквей, тем самым ярко обнаруживая дух Отступления, начинающий в них господствовать.

Да! скажут некоторые, не дающие себе труда вникать, как следует, в подлинное евангельское учение, не считающиеся с авторитетом великих Отцев Церкви, исполнителей и истолкователей Божественного Слова, – но разве христианство не есть религия самой возвышенной любви, самой высокой и чистой радости? зачем же представлять христианство в таком мрачном виде, как несение креста? зачем говорить все время о скорбях и страданиях?

Несомненно: высшая евангельская заповедь – это заповедь о любви – о любви к Богу и о любви к ближним (Матф. 22, 36-40). И тот, кто действительно, а не лицемерно, всем своим сердцем, исполняет эту заповедь, тот вкушает самую высокую и чистую радость, с которой не могут сравниться никакие земные, тленные радости. И эта радость будет продолжаться – вечно – нескончаемые веки, по слову Господа: «Возрадуется сердце ваше, и радости вашея никтоже возмет от вас» (Иоан. 16, 22).

В этой совершенной радости (Иоан. 17, 13) и будет состоять то вечное блаженство, которого удостоятся все истинные последователи Христовы в будущей жизни.

Это – радость Воскресения.

Но эта радость, как об этом ясно свидетельствует Слово Божие, невозможна без креста. Все мы, «людие обновления», сыны и дщери обновленного во Христе человечества, если хотим себе вечного блаженства, должны идти путем нашего нового родоначальника – «Нового Адама» (1 Коринф. 15, 22-45) – путем креста. Как Христу надлежало «много пострадать» (Марк. 9, 12; Лук. 17, 25), прежде чем «внити в славу Свою» (Лук. 24, 26), так и нам надо брать пример с Него, ибо «Христос пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его» (1 Петр. 2, 21). И мы должны страдать, идя путем «узким и тесным» (Матф. 7, 13-14), если желаем войти в славу Его. Как Христос нес Крест, ради нас, так и мы, каждый из нас должен нести «крест свой», ради Него и во Имя Его.

К такому «сшествию» со Христом и «сораспятию» с Ним и призывает нас св. Церковь: «Приидите убо и мы, очищенными смыслы, сшествуем Ему, и сраспнемся, и умертвимся Его ради житейским сластем, да и оживем с Ним», дабы наследовать «Горний Иерусалим – Царство Небесное» (стихира Вел. Понед. на хвалитех).

Нигде в Слове Божием мы не находим учения о том, что христиане будут наслаждаться благоденственным и мирным житием здесь на земле, а наоборот: везде и постоянно говорится об ожидающих христиан на земле скорбях и страданиях. Земля эта, обреченная, по учению Слова Божия, на сожжение огнем (2 Петр. 3, 10), есть место нашего временного пребывания, где мы несем епитимию за грехи наши, а потому не к лицу нам здесь предаваться утехам и наслаждениям. Утехи и радости, если и бывают у нас здесь, то только мимолетные, посылаемые нам Богом для того, чтобы мы не унывали и не падали духом.

Сам Христос-Спаситель, как мы это видим в Евангелии, ничего в этой жизни не обещал Своим последователям, кроме скорбей и страданий, увещевая быть мужественными в терпении и перенесении их и обещая за это великую награду в будущей жизни – «на небесех».

«Мните ли, яко мир приидох дати на землю?» – говорил Он: «Ни, глаголю вам, но разделение» (Лук. 12, 51). «Не мните, яко приидох воврещи мир на землю: не приидох воврещи мир, но меч» (Матф. 10, 34).

«В мiре скорбни будете», предрек Господь Своим ученикам на Тайной Вечери: «но дерзайте, яко Аз победих мiр» (Иоан. 16, 33).

То же самое проповедывали и верные ученики Господа – Апостолы Христовы, уча «яко многими скорбьми подобает нам внити в Царствие Божие» (Деян. 14, 22) и что «вси хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут» (2 Тим. 3, 12).

И замечательно, что именно в этих скорбях и гонениях и указана Самим Господом высшая степень ожидающего христиан блаженства: «Блажени изгнани правды ради, яко тех есть Царство Небесное. Блажени есте, егда поносят вам и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради. Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех» (Матф. 5, 10-12).

И наоборот: решительно осудил Господь тех, которые в этой жизни будут избегать скорбей и искать одних радостей и утешений:

«Горе вам богатым, яко отстоите утешения вашего. Горе вам, насыщеннии ныне, яко взалчете. Горе вам смеющимся ныне, яко возрыдаете и восплачете. Горе, егда добре рекут вам вси человецы» (Лук. 6, 24-26).

Самая история Церкви красноречиво свидетельствует нам, что вера Христова распространилась на земле лишь благодаря скорбям и злостраданиям первых последователей Христовых, ибо на чем основана Св. Церковь, как не на крови св. мучеников? Ибо кровь мученическая и была, по выражению одного из христианских апологетов, «семенем христианства».

И все, желавшие стать истинными христианами, всегда избирали для себя путь скорбей и страданий – путь «добровольного мученичества», каковы, например, «преподобные», прославляемые св. Церковью.

«Невозможно приблизиться к Богу без скорби», говорит один из них – преподобный Исаак Сирианин: «Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно» (Твор. стр.90, 158). «Тем и отличаются сыны Божии от прочих, что живут они в скорбях, а мiр гордится роскошью и покоем» (стр. 161).

Итак, ясно, что христианство есть крестоношение. Кто думает иначе, кто желает жить на земле весело и привольно, тот идет путем не Христовым, а Антихристовым, ибо, по учению св. Церкви, не Христос, а Антихрист обещает людям «благоденственное и мирное житие» здесь на земле и будет прельщать их, привлекая к себе всевозможными земными благами.

Но такое понятие о христианстве отнюдь не есть «пессимизм». Как Крест Христов привел к великой, неизреченной, светлой радости Воскресения, так и несение «креста своего» каждым из нас приводит туда же – к воскресению из мертвых и вечной нескончаемой радости в Царстве Славы, уготованном нам Воскресшим Господом – к вечному блаженству.

«Око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его» (1 Коринф. 2, 9).

Разве может быть на свете что-нибудь выше, прекраснее и вожделеннее этого? А главное, как свидетельствует опыт святых, предначатки этого блаженства начинает испытывать человек еще в этой земной жизни, в самых скорбях и злостраданиях своих, когда благодушно и безропотно переносит их за Христа.

Переживаемый нами ныне Великий Пост, который приводит нас к светлому празднованию Воскресения Христова, когда как бы некая завеса приоткрывает отчасти нам эту дивную тайну ожидающего нас вечного блаженства, и есть не что иное, как символ всего течения истинно-христианской жизни. Вместе с тем, он есть и ежегодное упражнение в подвиге воздержания и несения связанных с этим подвигом скорбей и злостраданий, без какового подвига нет и истинно-христианской жизни. Этот пост есть и живое каждогоднее напоминание нам, как должен жить и подвизаться истинный христианин и какова конечная цель его жизни, к коей должен он стремиться.

А Крест Господень, выносимый для поклонения в середине этого постного подвига, должен напоминать нам о неразрывно связанной с ним радости Воскресения и утешать нас в переживаемых нами скорбях столь обнадеживающей нас мыслью св. Апостола, что «нынешния временныя страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас» (Римл. 8, 18) – с тем вечным нескончаемым блаженством, с той вечной нетленной Пасхой, которую мы сподобимся праздновать в «невечернем дни Царствия Христова», если не будем искать в этой земной жизни утех и наслаждений, а станем смиренно нести «крест свой» по заповеди Христовой.

Пасха, Господня Пасха! (1960 г.).

"Воскресения день, просветимся людие: Пасха,
Господня Пасха! от смерти бо к жизни, и
от земли к небеси, Христос Бог нас преведе,
победную поющыя".

(Пасхальный канон – 1-я песнь).


Милостью Божиею вновь сподобились мы дожить до празднования величайшего и радостнейшего христианского праздника – "праздников праздника и торжества торжеств" Светлого Воскресения Христова – Святой Пасхи.

С любовью шлем мы всем нашим читателям неизменно-новый, исполненный благодатной силы, вечно-радостный пасхальный привет:

"ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!"

Как счастливы мы, православные христиане, что есть у нас этот дивный праздник, что еще можем мы, забывая все житейская невзгоды и скорби нынешней злокозненной земной жизни, ежегодно наслаждаться "сего добраго и светлаго торжества"! Поистине нет веры более радостной, чем наша православная христианская вера. А это потому, что вдохновляется она радостью о Воскресшем Господе.

Воскресение Христово – краеугольный камень нашей святой веры.

Поэтому и празднование его исполнено особенного торжества и ликования.

"Этот праздник", говорит великий отец Церкви св. Епифаний Кипрский: "торжественнее всех празднеств. Он составляете для всего мiра празднество и обновления и спасения. Сей праздник есть глава и верх всех праздников".

Весьма характерно, что в нынешнее время только одна наша св. Православная Церковь празднует "сей нареченный и святый день" так, как он праздновался первыми христианами в глубокой древности, и это само по себе уже является сильнейшим свидетельством истинности нашей св. Православной веры, превосходства ее над всеми иными исповеданиями, называющими себя "христианскими", но отделившимися от св. Православия.

А как праздновалась св. Пасха в первые века христианства, об этом красноречиво и образно повествует нам св. Григорий Нисский.

"Сегодня", говорит он: "вся вселенная, как одно семейство, собравшееся для одного занятия, оставив дела обыкновенныя, как бы по данному знаку, обращается к молитве. Нет сегодня путников на дорогах; не видно мореплавателей на море; земледелец, оставив плуг и заступ, украсился праздничною одеждою; корчемницы стоят пустыми, исчезли шумныя сборища, как исчезает зима с появлением весны; безпокойства, смятения и бури житейския сменились тишиною праздника. Бедный украшается, как богатый; богатый одевается великолепнее обыкновеннаго; старец, подобно юноше, спешит принять участие в радости, – и больной превозмогает болезнь свою; – дитя, переменив одежду, празднует чувственно, потому что еще не может праздновать духовно; девственница веселится душею, потому что видит светлый торжественный залог своей надежды; мать семейства, торжествуя, радуется со всеми домашними своими, и сама она, и муж ея, и дети, и слуги, и домочадцы, все веселятся... Ныне и праведник радуется, и неочистивший свою совесть надеется исправиться покаянием. Настоящий день облегчает всякую скорбь, и нет человека так печальнаго, который не находил бы утешения в торжестве праздника."

А наша дивная пасхальная заутреня! Разве может что-нибудь на земле сравниться с умилительнейшим и возвышеннейшим торжеством нашего пасхального Богослужения, которое, как мы это часто видим, влечет в наши храмы в пасхальную ночь, с какой-то неодолимой силой, даже людей, чуждых нам по вере?! В эту "священную и всепразднственную нощь" как бы само небо, какою-то своею частицею, опускается к нам на нашу грешную землю, и нам, в меру каждого – кто сколько может вместить – дается вкусить нечто от райской сладости, от того невыразимого на человеческом языке райского блаженства, которое ожидает всех истинных христиан в будущей жизни.

В чем же заключается коренная причина этой светлой пасхальной радости?

В том, что, как поется в пасхальном песнопении, "От смерти бо к жизни, и от земли к небеси, Христос Бог нас преведе, победную поющыя".

Причина нашей светлой радости в том, что Воскресением Христовым побеждено зло – побеждено последствие зла – наш злейший враг – смерть, и от этой, исполненной зла, грешной земли мы возведены на небо.

Воскресением Христовым мы избавлены от мрачной власти ада, и нам дана возможность иной вечной блаженной жизни.

Торжествуя эту победу над смертью и адом, св. Церковь радостно призывает нас принять участие в ее победном пении:

"Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития вечнаго начало"...

"Ныне спасение мiру", поучает св. Григорий Богослов: "мiру видимому и мiру невидимому. Христос из мертвых – возстаньте с Ним и вы! Христос во славе Своей – восходите и вы! Христос из гроба – освобождайтесь от уз греха! Отверзаются врата ада, истребляется смерть, отлагается ветхий Адам, совершается новый: "Аще кто во Христе – нова тварь" (2 Кор. 5, 17).

"Будем же праздновать этот величайший и светлый праздник", взывает св. Иоанн Златоуст: "в который воскрес Господь! будем праздновать его светло и вместе благочестиво, ибо Господь воскрес и воскресил вместе с Собою вселенную".

Что означает наша радость в день праздника Пасхи, наши светлые возвышенные переживания во время пасхальной заутрени, как не ясный голос, из глубины нашего внутреннего сознания исходящий, что та наша обычная повседневная жизнь, которой мы живем на земле, не есть настоящая жизнь, к коей мы предназначены, что душа наша стремится к иной жизни – к той именно светлой блаженной жизни, возможность которой даровал нам Господь Своим Воскресением, жизни свободной от уз греха, жизни чистой, небесной, что наша подлинная радость, подлинное блаженство – подлинное счастие не на земле, а на небе, не в земном, а в небесном.

А потому с негодованием должны мы отметать от себя, решительно отвергать все, что крепко привязывает нас к земли, что делает нас самих "земными", неспособными вознестись к небу, безчувственными к мiру небесному, духовному. Мы созданы не для этой тленной земли, а для вечной нетленной жизни, которую Господь, освободив нас от власти греха, вновь даровал нам Своим Воскресением.

Светло празднуя радость Св. Пасхи, пока это еще доступно нам, будем же всячески ограждать себя от тлетворного влияния мiра, Воскресение Христово не приемлющего, будем всячески бегать безчисленных соблазнов, всюду ныне для уловления душ разсеянных, будем тщательно, в тесном союзе с истинною Церковью, готовить себя к вечной нетленной жизни, уготованной нам Воскресшим Господом, радостно воспевая вместе со всеми верными победную песнь:

ПАСХА НЕТЛЕНИЯ – МIРА СПАСЕНИЕ!

Полнота пасхальной радости – лишь в верности Христу.

"Возрадуется сердце ваше, и радости вашея
никтоже возмет от вас"
(Иоан. 16, 22).
"Веселимся Божественне... Христос бо
воста – веселие вечное"
(Канон Пасхи).


Наша православная христианская вера – это никогда не престающая, вечно живущая в сердцах наших радость. Это – радость о Воскресшем Господе, радость Воскресения, радость пасхальная.

Не без особого глубокого значения, как свидетельствует об этом великий отец Церкви св. Иоанн Златоуст, в пасхальную ночь, а затем и в течение всего пасхального периода читается в храмах наших боговдохновенная книга Деяний Апостольских. Она, как никакая другая книга, живо и ярко говорит нам о величайшей истине христианства – о Воскресении Христовом и "содержит в себе по преимуществу доказательства Воскресения" (Творения св. Иоанна Златоуста, том IX стр. 5-8). Из нее мы узнаем, что свв. Апостолы, проповедуя евангельское учение, благовествовали прежде всего о Христе Распятом и Воскресшем из мертвых, и эта именно проповедь оказывала такое могущественное действие на слушателей, пленяя тысячи сердец в послушание Христово.

Это и понятно, ибо ничего так не жаждет человечество, как избавления от многообразных скорбей, неизбежно сопряженных с "оброком греха" – смертью (Рим. 6, 23). Воскресением Христовым побеждена смерть, попрана адская сила греха, и потому Пасха торжественно прославляется нами, как "избавление скорби" (см. стихиры Пасхи).

Вот почему так чутко и восприимчиво сердце человека к светлой пасхальной радости!

Но вся полнота пасхальной радости доступна нам лишь при хранении нами безусловной верности Христу Воскресшему, всецелой преданности Ему, как Богу и Спасителю нашему, и полной непримиримости к врагам Его.

Не случайно в дни св. Пасхи, в течение всей Светлой седмицы, за Божественной литургией, вместо Трисвятого, поется ликующе-радостное песнопение: "Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся, аллилуиа", являющееся составной частью великого таинства Крещения. Это не потому только, что ко дню св. Пасхи, в день Великой Субботы, принимало св. крещение множество оглашенных. В этом есть и свой особый глубокий таинственный смысл.

Видь Крещение, как учит нас св. Апостол Павел, совершается во образ смерти и Воскресения Христовых:

"Или не разумеете", спрашивает св. Апостол Римлян, к которым пишет свое послание: "яко елицы во Христа Иисуса крестихомся, в смерть Его крестихомся? Спогребохомся убо Ему крещением в смерть: да якоже воста Христос от мертвых славою Отчею, тако и мы во обновлении жизни ходити начнем. Аще бо сообразни быхом подобию смерти Его, то и воскресения будем" (Римл. 6, 3-5).

Эти слова св. Апостола Павла и читаются как раз за Божественной литургией в Великую Субботу, указывая нам на таинственную связь, существующую между смертью и Воскресением Христовым и нашей смертью для греха и воскресением к новой жизни в таинств Крещения.

Таким образом, радость Крещения и радость Воскресения – это, в существе своем, одно и то же чувство – чувство высокой духовной радости, "радости о Господе".

Это – радость духовного обновления, радость облечения во Христа, радость сочетания со Христом, как источником жизни вечной, радость всецелой отданности, верности Христу, как нашему Спасителю, воскресением Своим даровавшему нам жизнь вечную.

"Аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите", завещал Христос Своим ученикам, а в лице их и всем нам на Тайной Вечери (Иоан. 14, 15). Верность Христу-Спасителю, естественно вытекающая из любви к Нему, выражается прежде всего в хранении Его заповедей. Любящий Христа и стремящийся быть верным Ему должен всячески ограждать себя от впадения в грехи, противные евангельским заповедям. Но само Слово Божие учит нас, что совершенно уберечь себя от впадения в грехи мы не можем: "Несть человек, иже жив будет и не согрешит" (3 Цар. 8, 46 и заулок, молитва) и "Аще речем, яко греха не имамы, себе прельщаем" (1 Иоан. 1, 8). Потому-то и установлено таинство "второго крещения", или покаяние, которое и очищает нас вновь от грехов, содеянных после крещения.

И при впадении в обычные, по немощи естества человеческого, грехи, мы можем все же хранить верность Христу, как Богу и Спасителю нашему, если не забываем приносить искреннее покаяние.

А это и есть самое важное.

Что это так, об этом свидетельствуют слова заключительной в чине "Последования по исходе души от тела" молитвы, столь для нас, грешных людей, утешительные:

"... Даруй ему (новопреставленному усопшему) причастие и наслаждение вечных Твоих благих, уготованных любящим Тя. Аще бо и согреши, но не отступи от Тебе, и несумненно во Отца и Сына и Святого Духа, Бога, Тя в Троице славимаго верова, и Единицу в Троице и Троицу во Единстве, православно даже до последняго своего издыхания исповеда. Темже милостив тому буди, и веру, яже в Тя, вместо дел вмени, и со святыми Твоими яко щедр упокой. Несть бо человека, иже поживет и не согрешит..."

Из слов этой молитвы ясно видно, что самое страшное это не столько грехи, свойственные немощному естеству человека, сколько отступлениеотступление от истинной веры, отступление от истинной Церкви, сознательный отход от служения Христу, как Богу и Спасителю нашему.

Такой "отход" неизбежно ведет к переходу в стан врагов Христовых – в сообщество служителей Антихриста, подготовляющих явление его.

"Всякий дух", говорил еще в апостольские времена возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов: "который не исповедует Иисуса Христа, пришедшаго во плоти, не есть от Бога, но это – дух Антихриста" (1 Иоан. 4, 3).

Это отвержение спасительной для нас "тайны благочестия – явления Бога во плоти" (1 Тим. 3, 16) с тех пор принимало разные виды и формы в различных ересях и лжеучениях. Но существом их было всегда одно и то же – искажение истинной веры и отход от истинной Церкви. На протяжении всей истории христианства враг человеческого спасения постоянно стремился "Тайне благочестия" противопоставить свою тайну – "Тайну беззакония" (2 Солун. 2, 7).

Не будет преувеличением сказать, что вся история человечества со времени явления в мiр Воплотившегося Сына Божия это есть не что иное, как никогда не прекращающаяся, упорная борьба "Тайны беззакония" против "Тайны благочестия". И в этой борьбе враг рода человеческого не перестает прибегать ко всевозможным, самым разнообразным ухищрениям и уловкам, причем чем дальше, тем козни его становятся все более и более утонченными.

Мы знаем из Евангелия, как иудейские первосвященники "оклеветали Спасово востание", "сребреники довольны" давши воинам и научив их говорить, что "ученики Его, пришедши ночью, украли Его" (Матф. 28, 11-15). Эта весьма примитивная и наивная ложь, неоправдавшая себя, впоследствии была заменена другими видами лжи, с целью подорвать в людях спасительную веру в великую истину Воскресения Христова.

С тех пор ложь и клевета, всякого рода извращения и искажения становятся главными орудиями врага в его смертельной борьбе против истинной веры и Церкви. Враг человеческого спасения – диавол, находя себе путем подкупа теми или иными земными благами достойные орудия среди людей, не перестает клеветать на истинную веру и Церковь, называя "белое" "черным", а "черное" – "белым", правду называя ложью, а ложь – правдой, и искусно сея неверие, зловерие и ложную – подложную веру, вместо истинной.

Мы, однако, не должны, не смеем забывать, что истинная вера – только одна, как один Бог (см. Ефес. 4, 5-6), а равным образом и истинная Церковь – тоже только одна, ибо Господь Иисус Христос основал только одну Церковь (Матф.16, 18), а не много разных церквей.

Казалось бы, все это так ясно и понятно.

До недавнего, сравнительно, времени это так и было. Но теперь враг настолько преуспел в своих кознях и так спутал все в сознании людей, казалось бы даже верующих и благомыслящих, что одни как бы растерялись и обуреваются сомнениями, боясь показаться в глазах других "отсталыми", не достаточно передовыми, а другие совсем здравый смысл потеряли, не говоря уже о тех, которые, оправдывая себя разными благовидностями, сознательно перешли на сторону врага, сделавшись, в сущности, христопродавцами.

Только этими утонченными кознями врага и можно объяснить столь широко распространеннее ныне индифферентное у большинства современных христиан отношение к самым основным, святым и дорогим сердцу истинного христианина истинам христианской веры, к церковным канонам, вековым обычаям и традициям нашей веры и Церкви, холодное пренебрежение ко всему этому и безстрашное попрание святыни.

Подлинная, внутренняя, сердечная верность Христу, как Богу и Спасителю, до крайности оскудела. Остался только внешний "образ благочестия" – сила же его отвергнута.

Только благодаря этому и могли возникнуть в наше время такие уродливые, духовно-извращенные явления, как "живоцерковничество" и "обновленчество". Пренебрежение догматом Церкви, легкомысленное попрание его и утрата живого церковного сознания повела ко вступлению представителей поместных православных церквей в так называемое "экуменическое движение", а в Советской России – к возникновению так называемого "сергианства" и затем "советской церкви", вполне солидаризирующейся с богоборческой советской властью и сделавшей себя послушным орудием безбожных коммунистов в страшном деле осуществления их человекоубийственных адских планов в мiре.

Все это и есть как раз та "широкая область Отступления", о которой повествует нам в своем толковании на 2-е послание к Солунянам наш ученый богослов и великий наставник христианского благочестия святитель Феофан, Вышенский Затворник, говорящий буквально так:

"Хотя имя христианское будет слышаться повсюду, и повсюду будут видны храмы и чины церковные, но все это – только видимость, внутри же отступление истинное" (стр. 492).

Разве мы этого не видим уже теперь?

Разве не одна "видимость" служения Христу у тех церковных иерархов, которые ставят себя в зависимость от всяких явных и тайных богоборческих и антихристианских обществ и организаций, и в своей деятельности обязуются выполнять их предначертания?

Что от того, если уста их произносят Имя Христа, а сердца их далече отстоят от Него? И не только далече отстоят от Него, но, следуя приказу лукавых господ, строят ковы против Него и против истинных последователей и служителей Его?

Эта страшная область Отступления на наших глазах все более и более расширяется. Дух обновленчества, или церковного "модернизма", глубоко противного духу подлинного Православия, дух "экуменизма" – признания равноправия и равноценности всех вероисповеданий, и "сергианства" – сотрудничества с богоборческой властью и антихристианскими обществами и организациями, стремительно захватывает все более широкие круги во всех поместных православных церквах, начинается повальное отречение от верности Христу во имя подчинения Велиару в лице богоборческого начала, постепенно порабощающего себе весь современный мiр

Глядя на все то, что сейчас происходить в поместных православных церквах: на то, как иерархи их ездят на поклон в красную Москву и возлагают венки на гробницы гонителей веры и Церкви, как стремятся они к слиянию с чуждыми истинному христианству группировками, под благовидным предлогом общего единения, как улетучивается в них дух подлинного православного благочестия и насаждается дух "обновленчества", как "модернизируется" у них даже весь внешний облик церковной жизни, вплоть до внутреннего оборудования храмов, наружности и поведения священнослужителей, – нельзя не вспомнить подлинно-пророческих слов Епископа Игнатия (Брянчанинова):

"Времена, чем далее, тем тяжелее... Отступничество предсказано со всею ясностью Св. Писанием и служит свидетельством того, сколько верно и истинно все, сказанное в Писании. Отступление попущено Богом: не покусись остановить его немощною рукою твоею. Устранись, охранись от него сам: и этого с тебя достаточно. Ознакомься с духом времени, изучи его, чтоб по возможности избегнуть влияния его.

Отступление начало совершаться с некотораго времени быстро, свободно и открыто. Последствия должны быть самые скорбные. Воля Божия да будет!

Милосердный Господь да покроет остаток верующих в Него! Но остаток этот скуден: делается скуднее и скуднее.

Дело православной веры можно признать приближающимся к решительной развязке... Одна особенная милость Божия может остановить нравственную всегубящую эпидемию – остановить на некоторое время, потому что надо же исполняться предреченному Писанием.

Судя по духу времени и по брожению умов, должно полагать, что здание Церкви, которое колеблется давно, поколеблется страшно и быстро. Некому остановить и противостоять. Предпринимаемые меры поддержки заимствуются из стихий мiра, враждебнаго Церкви, и скорее ускорят падение ея, нежели остановят.

Не от кого ожидать возстановления христианства. Сосуды Св. Духа изсякли окончательно повсюду, даже в монастырях, этих сокровищницах благочестия и благодати, а Тело Духа Божия может быть поддерживаемо и возстановлено только его орудиями. Милосердное долготерпение Бога длит и отсрачивает решительную развязку для небольшого остатка спасающихся, между тем гниющие или сгнившие достигают полноты тления. Спасающиеся должны понимать это и пользоваться временем, данным для спасения; "яко время сокращено есть", и от всякого из нас переход в вечность не далек.

К положению Церкви должно мирствовать, хотя вместе должно понимать его. Это допущение свыше.

Старец Исаия говорил мне: "пойми время. Не жди благоустройства в общем церковном составе, а будь доволен тем, что предоставлено в частности спасаться людям, желающим спастись. "Спасаяй да спасет свою душу", сказано остатку христиан, сказано Духом Божиим", ("Отечник" и "Письма" Еп. Игнатия).

Утешительные слова! Нет ничего для нас неожиданного, непредвиденного: все идет по прописанному. Попущение Божие!

Но, как учит святитель Игнатий, "надо понимать происходящее!" Понимать, конечно, для того, чтобы самому не быть увлеченным "духом времени", а "устраниться от него", "избегнуть влияния его".

И для того, чтобы сохранить верность Христу-Спасителю, Воскресшему из мертвых и даровавшему нам жизнь вечную!

У нас есть еще наша Русская Зарубежная Церковь, которая хранит свое историческое преемство от прежней Российской Православной Церкви. Против нее давно уже идет борьба, заметным образом усиливающаяся в последнее время. Не будем слишком смущаться этой борьбой: будем всячески оберегать и ограждать нашу Церковь, как последнее прибежище наше в этом мiре, от увлечения "духом времени", о котором говорит Епископ Игнатий.

Не будем бояться остаться в "меньшинстве": главное для нас – это оказаться в составе того малого остатка спасающихся, который Сам Господь назвал "малым стадом", говоря:

"Не бойся, малое стадо, яко благоизволи Отец ваш дати вам царство" (Луки 12, 32).

И кто всей душой принадлежит к этому "малому стаду" спасающихся, тому ничто в современном отступническом мiре не страшно, того ничто не в силах будет поколебать в его исповеднической твердости, в его стоянии за Правду Божию, ибо с ним всегда вся полнота пасхальной радости – с ним Сам Христос Воскресший, Победитель ада и смерти.

Поклонение Богу в духе и истине.

"Дух есть Бог: и иже кланяется Ему,
духом и истиною достоит кланятися"

(Иоан. 4, 24).

В пятую неделю по Пасхе за Божественной литургией читается Евангелие от Иоанна, повествующее о замечательной беседе Господа Иисуса Христа с женой-самарянкой. В этой беседе Господь высказал чрезвычайно важную мысль о том, что истинно-верующие в Бога люди должны поклоняться Богу в духе и истине:

"Грядет час, и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною: ибо Отец таковых ищет поклоняющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися" (Иоан. 4 23-24).

Очень любят это место из Евангелия разного рода лжеучители-сектанты, ополчающиеся на Православную Церковь. Они истолковывают его по-своему – в том смысле, будто Христос-Спаситель этими словами запрещает всякую обрядность, всякое внешнее выражение молитвенных чувств. При этом они забывают другое важное изречение Священного Писания, говорящее против такого толкования: "Прославите убо Бога в телесех ваших, и в душах ваших, яже суть Божия" (1 Кор. 6, 20). Да и простой здравый смысл подсказывает: если человек двухсоставное существо – состоит из души и тела, то почему же тело не должно участвовать в Богопоклонении?

Смысл этого изречения гораздо более глубокий: истинное Богопочитание не связано ни с каким местом, но приобретает цену лишь от внутренних качеств своих. Не то это значит, что место совсем не имеет значения и что форма не нужна вовсе, но что главное – это внутренняя настроенность человека.

Поклонение Богу должно быть "духовно" и "истинно". Везде можно и нужно молиться Богу, но молитва эта должна быть "духовна", то есть должна служить выражением действительного нашего внутреннего духовного устремления к Богу, и должна быть "истинна", то есть не лицемерна, не притворна, – не показная только, наружная и фальшивая, но вполне искренняя, исходящая из глубины сердца и отражающая действительное настроение души молящегося.

Настоящая "духовная" и "истинная" молитва, или, как ее называют святые отцы-подвижники, молитва "умно-сердечная" – удел лишь немногих. Она требует большого подвига – труда над очищением своего сердца от греховных страстей, борьбы с разсеивающими внимание человека греховными помыслами. Велика немощь нашего естества человеческого, поврежденного грехом, и не так-то легко приобрести дар настоящей, ничем не развлекаемой молитвы – молитвы, которая вполне выражала бы собою наше поклонение Богу "в духе и истине". Много значит тут, однако, искреннее стремление стяжать такую молитву.

Но что сказать о людях, которые и не стремятся к такой молитве – которые привыкли молиться лишь наружно? Еще хуже, если молятся с какой-либо целью напоказ. Бывает и это.

Но совсем страшно, когда люди только видь делают, что молятся, не веруя вовсе в Бога и не желая приносить поклонения Богу, а поклоняясь на деле врагу Божию и врагу человеческого спасения – диаволу. А ведь такие люди есть, и в настоящее время их становится все больше и больше!

Еще ужаснее, когда такие люди оказываются в среде духовного сословия, когда они облечены в священный сан и состоят в высоких иерархических степенях. Будучи сами отступниками от Христа в душе, при сохранении одной лишь видимости верности Ему, они губят вверенные им души, увлекая за собой на путь отступления верующих.

Они и составляют собою ту "церковь лукавнующих", о которой говорил еще Псалмопевец: "Возненавидих церковь лукавнующих, и с нечестивыми не сяду" (Пс. 25, 5).

Эта "церковь лукавнующих" в настоящее время, хитроумными происками врага человеческого рода, не безуспешно стремится подменить собою и совсем заменить для верующих истинную Церковь – подлинную Церковь Христову.

Все мы, кажется, более или менее хорошо знаем богоборческую сущность человеконенавистнического учения, сгубившего нашу несчастную Родину-Россию, так называемого "коммунизма", или "большевизма". Ни для кого не тайна, что одним из самых основных положений этого разрушительного учения является полное отвержение всякой религии, всякой веры в Бога, в духовный мiр и решительная, непримиримая борьба "не на жизнь, а на смерть" с Церковью Христовою. При этом особенно ненавистен богоборцам-коммунистам величайший и радостнейший христианский праздник Пасхи, как день победы нашего Господа и Спасителя над силою ада. Чего только ни предпринимали они, к каким только ухищрениям и насилиям ни прибегали, лишь бы искоренить в русском народе торжественное празднование этого дня! Характерно в этом отношении признание, сделанное однажды издававшейся в Советской России газетой "Безбожник": "Партия стремится выкорчевать праздник Пасхи по следующим соображениям: христианская церковь учит, что Пасха – праздник любви, братства... Христианские священники в дни Пасхи говорят верующим: "Простите друг другу обиды, обнимите друг друга, простите врагам вашим". Партия считает это учение совершенно неприемлемым для народов: Пасха христианская сеет в народных массах вредные идеи...." (1 апр.).

Откровенное признание! Куда уж идти дальше?

И вот, несмотря на все это, богоборческая советская власть, не будучи в силах "выкорчевать праздник Пасхи" и уничтожить веру во Христа в русском народе путем воздвигнутых ею страшных кровавых гонений, в настоящее время, в очах искусно введенных ею в заблуждение людей, выступает чуть ли не в роли покровительницы Православной веры и Церкви. Среди русской церковной иерархии она нашла нескольких лиц, весьма податливых и готовых на всякие компромиссы, которые согласились сотрудничать с нею в достижении ее страшных богоборческих целей. Служа по наружности Христу, они служат теперь в действительности безбожной коммунистической партии, послушно выполняя все ее задания, даже в мiровом масштабе.

Так возникла советская "церковь лукавнующих", начало которой положил в 1927 году митрополит Сергий, издавший свою известную "декларацию", в коей он призывал православную русскую паству "выразить всенародную благодарность" советской власти за "внимание к духовным нуждам православного населения" (это лютой-то гонительнице Христовой веры и Церкви!), признать ее законной "властью от Бога" и повиноваться ей "не только из-за страха, но и по совести", признавая ее радости и успехи своими радостями и успехами, а неудачи – своими неудачами.

Во время второй мiровой войны безбожная советская власть также весьма искусно использовала в своих целях подъем религиозного и патриотического чувства в русском народе. Митрополит Сергий был сделан "патриархом" и в благодарность за это издал ужасную, исполненную лжи и клеветы на исповедников веры и новомучеников Российских, книгу: "Правда о религии в России", в которой ставил себе целью "доказать", что никаких гонений на веру и Церковь в Советской России не было и нет и что "Церковь не может жаловаться на власть" (см. стр. 24-25).

Стал выходить даже периодический церковный журнал. Но достаточно прочесть хоть несколько номеров этого издаваемого "церковью лукавнующих" с "благословения" богоборческой советской власти "Журнала Московской Патриархии", чтобы видеть, как верно служит она врагам Христовым, какую интенсивную пропаганду коммунистического режима ведет она во всем мiре, без зазрения совести, выдавая ложь за истину и истину провозглашая ложью.

Этою "церковью лукавнующих" широко пользуется в настоящее время безбожная коммунистическая партия для того, чтобы с ее помощью распространить свое влияние и власть на Православном Востоке и даже во всем инославном мiре. И как мы видим теперь – во многом уже успевает.

Кто не пережил большевизма в России, тот никогда не поймет до конца, какой ужас он собою представляет. Поэтому не приходится особенно удивляться тому, что народы, даже и симпатизировавшие прежде России, перенесли свои симпатии на современную большевицкую Россию, считая ее законной преемницей и продолжательницей дела прежней царской России.

Но сколь велико перед Богом, перед истинной Церковью и перед подлинной национальной Россией преступление служителей этой "церкви лукавнующих", которые всеми силами стараются утвердить всех в этом заблуждении!

Действуют они при этом и на их воображение, стремясь поразить его представлением мнимого величия и мощи современной "Русской Церкви", будто бы совершенно свободной и даже еще более свободной, чем она была в царской России. Широко используют они и слабости человеческой природы, падкой на честолюбие и сребролюбие.

Но разве не странно это? Лютые богоборцы, открыто исповедующие свою ненависть ко Христу, и Его Божественному учению и давно уже провозгласившие "отделение Церкви от государства", оказывают теперь всемерную и всестороннюю поддержку преемнику митрополита Сергия – нынешнему новому своему избраннику "патриарху Московскому и всея Руси" Алексию. Они охотно позволяют ему и его ближайшим сотрудникам ездить заграницу. Они поощряют чрезвычайно частые, как никогда в прежние времена, приезды в Россию представителей поместных православных церквей, вплоть до самих патриархов, и разных инославных делегаций, и при этом оплачивают все расходы по таким поездкам. Мало того: такие посетители получают щедрые дары, а некоторые, по их собственному откровенному признанию, даже регулярную материальную помощь, в виде периодически выплачиваемого им денежного пособия.

Так, например, в том же "Журнале Московской Патриархии" (№ 5 от 1945 года) в статье: "На приеме у Сталина" мы находим сообщение митрополита Николая о том, как патриарх Алексий благодарил правительство СССР за то, что оно "предоставило транспортные средства для прибытия из заграницы приглашенных на собор почетных гостей, теплую одежду для пребывания их у нас на зимние дни, помещение и питание в Москве для всех членов собора, автомобили и автобусы для их поездок в Москве"

Ведь, кажется, совершенно ясным, что убежденные противники всякой религии не станут всего этого делать даром!

В результате мы читаем в том же журнал безконечные восторженные отзывы представителей православных поместных церквей, а равно и инославных делегаций и гостей о своем пребывании в СССР и о необыкновенной свободе и расцвете религиозной и церковной жизни в Советской России.

Мало, очень мало остается ныне людей, даже среди служителей Церкви, способных на исповеднический и мученический подвиг за истину Христову. И много, очень много падких на разного рода искушения и обольщения, – особенно же на искушения честолюбием и корыстолюбием. В наш век почти полного оскудения истинной духовности, искреннего стремления безкорыстно поклоняться Богу в духе и истине, редко-редко кто устоит перед подобными искушениями. А денежные дары многим совсем ослепляют их духовные очи – так что они готовы "черное" называть "белым", а "белое" – "черным".

И вот мы наблюдаем теперь жуткую и скорбную картину того, как растет повсюду влияние советской "церкви лукавнующих", которую многие уже ныне склонны признавать истинной, законной Русской Церковью, несмотря даже на полное попрание церковных канонов ее основателями и вершителями ее судеб. И как всегда в подобных случаях, несмотря на вопиющую очевидность, которая свидетельствует о противном, они придумывают всякие благовидные соображения и предлоги к ее признанию. А в этом враг человеческого спасения, конечно, всегда придет на помощь: казуистика, ложь, обман, клевета – его обычные орудия.

В связи с этим, происходит в мiре "отсеивание". Все более одинокой становится в этом мiре, подлинно как никогда теперь во зле лежащем, в своем неуклонном стоянии за правду Божию, наша Русская Зарубежная Церковь. И мы уже чувствуем, как все силы зла готовятся обрушиться на нее, чтобы поколебать ее в ее твердом стоянии за Истину. Видь она, почти одна только, до сих пор решительно отметает все искушения лукавой современности, желая сохранить неизменной свою верность Христу Воскресшему. Она хочет быть и остаться Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью и никак не желает стать "церковью лукавнующих''. И пастыри ее искренно стремятся приносить Богу поклонение в духе и истине, а не лгать пред Богом и людьми, устами призывая Имя Христово, а на деле служа Велиару, в лице страшного богоборческого начала, готового уже подчинить своей власти весь человеческий мiр.

Братие, не будем малодушными! С нами Христос Воскресший, Победитель ада и смерти.

«Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей».

Мы только что отпраздновали великое и радостное торжество. Ежегодно, в день 29 июня нашей св. Церковью прославляется светлая мученическая кончина двух величайших Апостолов, более всех потрудившихся в проповеди Евангелия – святых Петра и Павла. В богослужебных песнопениях этого дня св. Церковь едва находит слова, дабы достойным образом отметить их апостольскую ревность, почтить их самоотверженные благовестнические труды.

«Апостолов первопрестольники», «вселенныя учителие», «Богопроповедников первостоятели», «руце Евангелия благодати», «нозе истиннаго проповедания», «реки премудрости», «страшные духа мечи», «всея вселенныя питатели», «Новаго Завета Богописанныя скрижали», «основания Церкве истинные столпы и стены», «всего мiра предстатели» – такими возвышенными именами и выражениями прославляет Церковь этих верных своих служителей, обоих равно – заметим это! – не делая предпочтения одному перед другим, но обоих одинаково называя «первоверховными» и «первостоятелями».

Велика должна быть радость и духовное ликование верующих, которых не напрасно св. Церковь готовит к встрече этого дня даже особым, так наз. «Апостольским», или «Петровым» постом, как это бывает только перед немногими другими важнейшими праздниками, и, казалось бы, в этом торжестве веры должны были бы соединиться все христиане, осознав себя учениками и последователями великих первоверховных Апостолов.

Но увы! – силен враг – и вот то, что должно было бы служить побуждением к сильнейшему внутреннему единению, он хитро сделал поводом для разделения. Не что иное, как воодушевляющее нас, возвышеннейшее учение Господа Иисуса Христа об основании Им Своей Церкви и о непоколебимости ее – неодолимости ее вратами адовыми, – высказанное св. Апостолу Петру в награду за произнесенное им исповедание веры в Господа, как Сына Божия, умудрился сделать он предметом споров и распрей между христианами, вызвав тем великий раскол в Церкви Христовой, в результате которого отпала от нее целая западная половина. Болью сжимается сердце каждого истинного христианина при мысли о губительных последствиях этого раскола и страшно становится за виновников оного. Невольно вспоминаются грозные слова великого столпа Церкви св. Златоуста: «Ничто не возбуждает так гнева Божия, как разделение в Церкви. Даже еслибы мы делали самыя совершенныя дела, – разрывая единение, будем наказаны, как еслибы мы раздирали тело Господне... даже кровь мученическая не заглаживает такого греха»...

Где же коренятся основные причины этого раскола?

Основная причина всяких разделений всегда одна и та же. Разделение возникает тогда, когда кто-либо, забывая свое законное и прямое назначение, начинает возноситься и надмеваться своим званием, оставляет заповеданное Христом-Спасителем смиренномудрие и становится на путь увлечения душепагубной гордыней.

«Не мудрствуйте о себе паче, еже подобает мудрствовати», учит св. Апостол (Рим. 12, 3). Это глубокомысленное предостережение оставили в свое время без должного внимания некоторые епископы древнего царственного Рима, орошенного мученическою кровью св. первоверховных Апостолов. Не довольствуясь и без того великой честью и славой епископского звания, они стали мудрствовать о себе более, нежели подобает мудрствовать, и, подкрепляемые человеческой лестью, дошли, наконец, до того, что провозгласили себя непогрешимыми наместниками Сына Божия на земле. Забыв об истинном характере пастырского служения, которое должно быть проходимо в духе смирения и кротости и в сознании своей греховности, недостоинства и непотребства пред Богом, единым Владыкою всех земнородных, как пастырей, так и пасомых, они дерзновенно восхитили себе честь, принадлежащую Единому Богу, и стали требовать, чтобы весь христианский мiр воздавал им почти Божеские почести и повиновался им во всем, не только, как епископам Христовой Церкви, но и как абсолютным властелинам, объединяющим в своих руках всю власть на земле, не одну лишь духовную, но и светскую, как «заместителям» Самого Бога на земле.

В подкрепление своего невероятного притязания, они изобрели неведомое древней Церкви учение о том, якобы на человеческой личности св. Апостола Петра, как на основании, воздвигнута Церковь Христова, а потому римским епископам, или папам, как преемникам Петровым по кафедре, принадлежит вся высшая, чрезвычайная власть и Божеские права над всею Христовою Церковью.

Сам св. Апостол Петр, как это ясно видно из его первого Соборного Послания (1 Петр. 2, 4-8) ничего не знал о таком фантастическом учении. И Сам Господь Иисус Христос, и Его св. Первоверховные Апостолы, и Св. Отцы Церкви весьма понятно и вразумительно свидетельствуют, что краеугольным камнем, на котором основана Церковь, является Сам Господь наш Иисус Христос или точнее – вера в Него, как в Сына Божия. (См., напр., Матф. 21, 42; Деян. 4, 11; Римл. 9, 33; 1 Кор. 10, 4).

«Ты еси Христос, Сын Бога Живаго» – вот на какой великой истине, исповеданной во всеуслышание Св. Апостолом Петром от лица всех Апостолов, – истине твердой и непоколебимой, как камень, основана Церковь Христова (Матф. 16, 16), которая и пребудет поэтому неодолимой вратами адовыми.

Только там, где свято и нерушимо хранится и безбоязненно открыто исповедуется эта чистая и неповрежденная вера в Божество вочеловечившегося, «нас ради человек и нашего ради спасения», Сына Божия, и есть истинная Церковь Христова. Все же остальное, где нет этой ясно-выраженной веры в Божество Христово, или где эта вера так или иначе, искажена или извращена, там нет истинной Церкви. Нет ее, конечно, и там, где, только прикрываясь именем Христа, служат не Ему, а кому-то «другому», угождают другим господам, служат совсем «иным» целям, удовлетворяют «иным» стремлениям, выполняют «иные задания», ничего общего не имеющие с делом спасения, для которого основана Церковь.

А это последнее теперь очень и очень распространено. Ведь «сам сатана», по учению св. Апостола Павла, «преобразуется во ангела светла», а потому «не великое дело», как далее говорит он же, «если и служители его принимают вид служителей правды» (2 Коринф. 11. 14-15).

Вот почему нисколько не удивительно, что в наше лукавое время возникло столько всевозможных мнимых «церквей», или, лучше сказать, как их здесь называют, «деноминаций», претендующих на наименование церквей, которые ничего общего не имеют с истинной Церковью.

Но совсем страшно становится, когда представители и духовные возглавители отдельных поместных церквей, действительно входящих в состав Единой Истинной Церкви Христовой, забывая о своем высоком призвании быть служителями дела Христова на земле, вступают в дружественные отношения и даже в самый тесный союз с врагами веры и Церкви и отдают себя в полное подчинение и рабское повиновение служителям сатаны, уже не о служении Христу-Спасителю помышляя, а лишь об угождении своим новым господам. Самая злая и опасная идея современности – это идея примирения, «сосуществования» со злом. И этой идее в настоящее время весьма многие, не исключая служителей Церкви, поддаются.

Но разве может истинная Церковь Христова как-то примириться со злом, происходящим от врага человеческого спасения – диавола? Разве может она «сосуществовать» с ним, не ведя против него самой решительной борьбы?

Конечно, нет, ибо, по слову Христа-Спасителя, никто не может служить двум господам (Матф. 4, 24). А потому и живоцерковничество и обновленчество, ставящие себе идеей примирение христианства с мiром сим, во зле лежащем, и «сергианство», проповедующее «сосуществование» с богоборческой властью коммунизма, и участие в так наз. «экуменическом движении», признающем равноправие и равночестность всех религиозных группировок и «деноминаций», все это есть по существу уже отпадение от истинной Церкви.

Может ли быть Церковью та организация, которая призывает к «лояльности» служителям сатаны?

Это, конечно, уже не Церковь, а лже-церковь, или «церковь лукавнующих», по выражению Слова Божия (Псал. 25, 5), и состоять в такой «церкви» не только не спасительно, а наоборот – губительно.

Спрашивается, зачем мы об этом так часто говорим и пишем?

Затем, что наш святейший пастырский долг – предостеречь наших верующих от тех безчисленных тонких соблазнов, которые повсюду теперь во множестве разсеяны: мы обязаны научить их распознавать истинную Церковь – уметь отличить ее от лже-церквей и «церкви лукавнующих». Христос-Спаситель дал нам высокое обетование, что Церковь Его не одолеют врата адовы, то есть все силы ада в их максимальном напряжении. Но отдельные верующие, отдельные пастыри и даже отдельные иерархи и целые поместные церкви, возглавляемые ими, могут отпадать от Единой Истинной Церкви, уготовляя себе и своим последователям вечную погибель в глубинах адовых.

Не напрасно Христос-Спаситель называл членов Своей Церкви «малым стадом» и предрекал, что когда Он вторично придет на землю, то едва ли «обрящет веру на земли?» (Лук. 12, 32 и 18, 8). Круг истинно-верующих во Христа, чуждающихся всякого компромисса с диавольским злом, ко времени кончины мiра и Второго Пришествия Христова, как об этом свидетельствует Слово Божие, будет все более и более сужаться и, соответственно этому, объем истинной Церкви Христовой будет все более и более уменьшаться. Но истинная Церковь Христова, не запятнавшая себя «сосуществованием» с диаволом и не пошедшая на поклон к Антихристу, не прекратит своего существования, несмотря на все тяжкие испытания, потрясения и гонения, которым она подвергнется, до скончания века. Она будет существовать до самого Второго Пришествия Христова, хотя бы в ней оставался лишь, один сохранивший верность Христу-Спасителю епископ с самой незначительной группой клириков и мiрян.

Наш сугубо-материалистический век весьма характерен тем, что в нем совершенно почти утрачено самое ценное и важное в жизни людей понятие – это правильное понятие о Церкви Христовой, как о Богочеловеческом организме – Теле Христовом, Глава которого Сам Христос. Церковь, в полном согласии с модным течением «демократии», стала разсматриваться, как лишь одна из многих обыкновенных человеческих организаций. Отсюда и все зло – все нестроения, безпорядки, распри и расколы в этой самой важной отрасли человеческого бытия на земле – жизни церковной, которая ведь должна служить преддверием, подготовкой к будущей вечной жизни. А это, конечно, от оскудения самой веры в эту предстоящую будущую жизнь.

Много сделано и продолжает делаться в этом направлении врагом человеческого спасения – диаволом через людей, продавших ему за земные блага свою душу. Это он, сея вражду и разделения между людьми, сумел убедить современных людей, что слова Христовы: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей», оказались ложными, в действительности не осуществленными: что истинной Христовой Церкви давно уже нет на земле и что теперь, в двадцатом веке христианской эры, нам только надлежит стремиться к созданию ее чрез так наз. «экуменическое движение», к коему уже примкнули и многие из иерархов современной Православной Церкви, мечтающие о наступлении какой-то «новой эры», «третьей космогонии» (слова патр. Афинагора).

В действительности эта «новая эра» будет не чем иным, как кратковременным периодом господства Антихриста на земле, который всех «объединит» под своей богохульной властью.

Храни нас Господь от такого «объединения», от какого бы то ни было участия в создании такой экуменической лже-церкви!

Для нас, православных русских людей, нет другого спасительного пути, кроме пути, начертанного нам великим Просветителем Руси св. равноапостольным князем Владимиром, того Свято-Владимирского пути, ярким выразителем и идеологом которого был наш недавно-почивший Авва Высокопреосвященный Архиепископ Виталий, заложивши здесь в далекой Америке в назидание русским людям, нашедшим тут себе убежище, Свято-Владимирский Храм-Памятник и сделавший его местом своего вечного упокоения. Не случайно требовал он основания во всех наших приходах Свято-Владимирских кружков молодежи, сознавая, что только воспитание в духе заветов св. кн. Владимира может спасти нашу молодежь от ассимиляции и полного обезличения – потери своей веры и национальности. Вот почему так и ополчается враг на эту нашу чистую и высоко-идейную организацию, стремясь опошлить ее и отвлечь от ее прямого пути на широкие и просторные стогны мiра сего, во зле лежащего.

Страшное кровавое бедствие революции, стрясшееся над нашей несчастной Родиной-Россией и достигшее своего апогея в жутком екатеринбургском злодеянии 4-го июля 1918 года, было злою местью врага человеческого спасения нашей Родине за то, что она на протяжении почти целого тысячелетия обуздывала его богоборческие стремления, являясь твердым оплотом единой истинной, единой спасающей веры и Церкви Христовой на земле. А вместе с тем – и попущением, карою Божиею за то, что русский народ не устоял до конца на высоте этого своего поистине высокого и почетного призвания.

Будем помнить: стремление к Богопознанию, твердость в св. Православии, решительная непримиримость к диавольскому злу – вот что начертано на нашем Св. Владимирском знамени! А потому не будем поддаваться никаким соблазнам лукавой современности, сколь бы прельстительными они нам ни казались. Будем неуклонно держаться той истинной Церкви Христовой, которая основана еще 20 столетий назад Самим Христом-Спасителем и коей дано великое обетование, что врата адовы не одолеют ее!

Сознаем ли мы еще себя духовными чадами св. кн. Владимира?

Боже великий, сотворивый небо и землю, призри на
новыя люди сия, и даждь им Господи, уведети Тебе,
истиннаго Бога, якоже уведеша страны христьянския,
и утверди в них веру праву и несовратну, и мне
помози, Господи, на супротивнаго врага, да надеяся
на Тя и на Твою державу, побежю козни его."

(Молитва св. кн. Владимира во время крещения Руси).


Все ли русские люди в настоящее время знают и помнят день 15-го июля по нашему православному календарю – день памяти великого Просветителя Руси святого равноапостольного князя Владимира?

Все ли русские люди знают и помнят священные заветы своего Просветителя, которые так ясно выражены в его дивной вдохновенной молитве, приведенной нами выше?

Ведь св. кн. Владимиру мы обязаны буквально всем, что есть у нас лучшего – истинно-прекрасного, благородного, возвышенного. Дело крещения всего русского народа, совершенное св. Владимиром, было делом величайшего значения. Просветив русский народ св. крещением, св. Владимир дал ему высшую культуру – культуру духа, основанную на возвышенном евангельском учении. Из народа дикого, варварского, погрязшего в непроглядной тьме язычества, русский народ сделался, в лучшем смысл этого слова, народом культурным, подлинно-христианским, умевшим в жизни своей воплощать заповеди Христова Евангелия, "народом-богоносцем", Святою Русью.

Это отнюдь не пустые слова!

Сам Владимир после крещения сделался неузнаваем. Благодать св. крещения коренным образом преобразила его душу. Из мрачного, жестокого, подозрительного, грубого, сластолюбивого варвара он сделался ласковым, приветливым, целомудренным, любвеобильным и милостивым князем – истинным отцом своих подданных. "Владимир – Красное Солнышко" – вот каким прозвищем характеризуют его письменные памятники второго периода его жизни. Известно даже, что он не решался казнить разбойников.

"Боюсь греха" – так однажды ответил он епископам, недоумевавшим, почему он не хочет казнить последних.

Христианская благотворительность его достигла громадных размеров. Всякий нищий мог приходить в княжий двор и получать все необходимое, а кто не в силах был приходить сам, тем развозились всевозможные съестные припасы по домам. Опасаясь, как говорил он, что "немощные и больные не дойдут до двора моего", святый князь посылал всюду возы, наполненные хлебом, мясом, рыбою, овощами, медом в бочках и квасом, а слуги его, боясь пропустить кого-либо нуждающегося, спрашивали: "Нет ли где больного и нищего, который не может идти к князю во двор?"

Крестившись, Владимир тотчас же отпустил всех своих прежних языческих жен и стал вести строго-христианскую целомудренную брачную жизнь с одной своей законной женой – греческой царевной Анной, от которой родились у него два сына – Борис и Глеб – "прекрасный цвет новокрещеной земли русской", удостоившиеся также причисления к лику святых.

Ставши истинным христианином, св. Владимир все силы прилагал к тому, чтобы и все его подданные не только внешним образом приняли христианскую веру, но и по духу стали бы христианами. Для этого он широко организовал в своей стране христианское просвещение. Во множестве строились школы, воздвигались храмы и монастыри, которые были подлинными очагами духовного просвещения.

И христианство действительно весьма скоро вошло как бы в плоть и кровь русского народа. Примеры подлинно-христианской благочестивой жизни являли не только церковные, но и мiрские люди. Идеал святости стал заветным стремлением русского человека.

Отсюда – и возвышенное наименование нашей Родины Святою Русью.

Не то это значит, что все стали святыми и что не было людей грешных. Это значит лишь то, что святость сделалась вожделенным спасительным светочем для русского человека, и что, греша, русский человек понимал, что он грешит, что он отклоняется от своего идеала, и он всегда спешил вернуться к нему чрез искреннее покаяние.

"Боюсь греха" – эти знаменательные слова св. кн. Владимира легли в основание всей нравственно-христианской жизни русских людей, стали характерными и для его семейной, общественной и даже государственной жизни.

"Святость" и "грех" были ярко выраженными понятиями, а не одними пустыми словами, как у большинства современных людей.

Весь домашний быт русских людей, после принятая св. крещения, стал приобретать особенный характер, будучи насыщен всевозможными христианскими обычаями и традициями. Частые и продолжительные молитвы, строгое постничество, благотворительность, путешествие ко св. местам, посвящение себя иноческой жизни – вот, что стало типичным для русского человека-христианина.

Подражая своему св. Просветителю, особенно возлюбил русский человек заповедь о милосердии к ближним, которая глубоко укоренилась в его душе. Широкая русская милостыня, русское гостеприимство и щедрость до самого последнего времени славились, как известно, по всему свету. Этих черт русского человека, каковые внедрены были в него христианством, не искоренила вполне даже сорокалетняя пропаганда злобы, ненависти и эгоизма, столь упорно и настойчиво распространявшаяся коммунизмом.

Влияние Христовой веры, которую дал русскому народу св. кн. Владимир, поистине проникло во все уголки нашей русской народной жизни, народного быта и освятило их. Вместе с тем принятие христианства дало сильный толчок к развито всех сторон русской культурной жизни: оно подняло авторитет и облагородило значение княжеской власти, упорядочив тем государственное устройство, способствовало возвышению нравов в семейном и общественном быту, принесло на Русь письменность, а с нею книжное просвещение, научило русских людей совершенствоваться в изящных искусствах – живописи, архитектуре и ювелирном деле, и даже в лучшем ведении хозяйства по византийским обычаям.

Христианство, в его истинном, неискаженном облике – православии, дало русскому народу высшую культуру, отображающую в себе всю небесную красоту Божественного Евангельского учения, принесенного на землю воплотившимся Сыном Божиим.

Это все мы, русские люди, должны знать и ценить и не продавать своего сокровища за "чечевичную похлебку".

Мы должны сохранять и умножать данный нам талант.

А это возможно лишь в том случай, если мы будем следовать в своей жизни тем священным заветам, которые оставил нам наш Просветитель св. кн. Владимир в своей вдохновенной молитве.

Высшим знанием, к которому мы должны стремиться, должно быть "ведение Бога" – Боговедение, или познание Бога в его отношении к мiру и человеку, в том виде и в тех размерах, в том объеме, в котором это Сам Бог благоволил открыть человеку. Для этого необходимо, в первую очередь, читать и изучать книги, говорящие нам о Боге, начиная с книг Священного Писания Ветхого и Нового Завета, не произвольно толкуя их, но понимая так, как учат понимать облагодатствованные Духом Святым Отцы и Учители церковные, выражающие учение всей Церкви. Необходимо читать и изучать книги, излагающие опыт личной духовно-нравственной жизни святых людей, авторитет которых запечатлен признанием их святыми угодниками Божиими самой Церковью. Необходимо читать и изучать Жития святых мучеников и всех вообще подвижников христианского благочестия, с тем чтобы стараться подражать высоким примерам их Богоугодной жизни. Необходимо, чтобы это стремление к Богопознанию и к Богоугодной жизни было поставлено у нас во главу угла.

Мы должны хранить неизменной "веру праву и несовратну", то есть превыше всего на свете, более самой жизни, дорожить своей Православной верой, как верой истинно-христианской, неискаженной и неизвращенной никакими человеческими мудрованиями. Мы должны знать свою веру и уметь во всеоружии отражать все покушения, какие делаются на нас с целью отвратить нас от единой истинной, единой спасающей веры – со стороны ли латинян-папистов, хотя бы и облекающихся в ризы "восточного обряда", или со стороны разного толка протестантов и сектантов, хитро подходящих к нам с обольщениями "экуменизма".

Мы должны, наконец, твердо знать, что не может быть никакого общения у света со тьмою и никакого согласия у Христа с Велиаром (2 Кор. 6, 14-15), а потому современная идея "сосуществования" со злом или идея мнимо-христианского всепрощения по отношению к сатане и его верным служителям, с какими бы вкрадчивыми и сладкими речами они к нам ни подходили, для нас совершенно неприемлема. Истинный христианин непримирим к супротивному врагу и должен вести с ним никогда не прекращающуюся борьбу, надеясь при этом только на Бога и на Его державу, вплоть до полной победы над кознями его.

Таковы ли мы, православные русские люди, в настоящее время?

Сознаем ли мы себя вполне духовными чадами – сынами и дщерями нашего великого Просветителя святого равноапостольного князя Владимира?

Стараемся ли мы во всем подражать ему, нашему духовному отцу, в его подвиге истинно-христианской жизни?

Берем ли мы во всем пример с наших благочестивых предков – сынов и дщерей Святой Руси?

Является ли высшим идеалом нашей частной, семейной, общественной жизни святость?

Боимся ли мы греха?

Мыслим ли мы нашу будущую Россию, о возстановлении которой мечтаем, Святою Русью?

Пусть ответит на это наша собственная совесть.

Но если она ответит нам, что мы не таковы и даже не стремимся стать такими, то безплодны, безсмысленны все наши надежды на какое-то светлое будущее, на возстановление и возрождение России. Безплодны, безсмысленны все, даже самые красивые и вдохновенные речи на наших общественных собраниях, все создаваемые нами политические и патриотические организации, какого бы толка и направления они ни были.

Все это ни к чему, если нет самого главного.

Неужели до сих пор все еще непонятно это?

Ведь сатану и его служителей можно победить только силою Божиею.

А силу Божию, или что тоже – Божественную благодать, сокрушающую диавола и его служителей, можно привлечь только Богоугодной жизнью – стремлением к идеалу святости и устранением себя от греха.

Печальные опыты прошлого за эти истекшие сорок с небольшим лет должны, казалось бы, убедить нас в этой непреложной истине – в том что нет для нас другого спасительного пути, кроме следования священным заветам нашего просветителя святого равноапостольного князя Владимира – пути свято-Владимирского.

Епископ Аверкий.

Как проведем мы этот Успенский пост? (1960 г.).

Сегодня – 1-го августа, по нашему православному календарю, наступает Успенский пост. Служит он для нас духовной подготовкой к великому празднику Успения Пресвятой Богородицы, в подражание Ее собственному посту, которым Она готовила Себя к исходу из этой земной жизни, и продолжается всего две недели.

Архиерейский Собор прошлого 1959 года объявил нынешний 1960-ый год «годом покаяния». В связи с этим, мы почитаем долгом напомнить всем православным русским людям призыв Пастырского Совещания, состоявшегося в этом году в Свято-Троицком монастыре:

...«Нам предстоит Богородичный Успенский пост, обычно подготовляющий нас к великому празднику Успения Пресвятой Богородицы. Все ли всегда соблюдают этот пост во всей строгости, все ли говеют и причащаются св. Христовых Таин в этом посту?

Божия Матерь плачет о нас, предчувствуя страшную кару Божию, которую мы накликаем на себя своей безпечностью, своей нераскаянностью, своим окамененным нечувствием. Отметим же ныне, в этом покаянном году, пост перед Успением общим всенародным говением, чтобы затем достойно приступить к Причащению Св. Христовых Таин в праздник Успения. Вот к чему зовет ныне православных русских людей наше Пастырское Совещание» (См. «Православная Русь» – № 12 от 15/28 июня 1960 г.).

Что же мы? Отзовемся все на этот призыв или нет? проведем ли этот пост, как учит нас наша Св. Церковь, в усиленных молитвах и всестороннем воздержании от страстей душевных и телесных – в трудах истинного покаяния? Будем ли мы говеть по-настоящему, как полагается, и приступим ли в чувствах сердечного сокрушения, с твердым намерением впредь исправить свою жизнь, к великим Таинствам Исповеди и Св. Причащения?

Дадим себе, прежде всего, ясный отчет в несомненной, казалось бы, для всех здравомыслящих людей истине: – от того, решимся ли мы коренным образом изменить нашу жизнь к лучшему, зависит все наше дальнейшее будущее – и здесь, в этой земной жизни, и, что особенно важно, там – в ожидающей всех нас жизни вечной.

Правда, слава Богу, еще многие из нас, православных русских людей заграницей, говеют – говеют ежегодно Великим постом, а кое-кто – и в другие посты; в том числе и Успенским постом. Но всегда ли это говение, предпринимаемое иногда только по привычке, по традиции, унаследованной от благочестивых предков, бывает настоящим говением – тем именно покаянием, которое от нас требуется, какого ждет от нас Бог?

Разве можно назвать «говением» приход с опозданием к началу Божественной литургии, поспешную исповедь во время самой литургии, с вынужденным отрывом священнослужителя от ее совершения или участия (при соборном служении), и чисто-механическое, без самоуглубления, без должного самоиспытания (по заповеди Апостола–см. 1 Кор. 11 28), принятие Страшных Христовых Таин?

Сколь многие приходят теперь на исповедь без достаточной проверки своего внутреннего мiра и даже, как сами они в этом откровенно признаются духовнику, не знают, в чем им каяться. «Грешен, как все» или: «грешен обыкновенными человеческими грехами», говорят они обычно, без должного сознания всей глубины и тяжести своих грехов и, конечно, без намерения оставить или изменить свою греховную жизнь. И выслушав разрешительную молитву, считают, что ими все требуемое исполнено, со спокойной совестью идут к св. Чаше, а затем столь же спокойно, без внутренней борьбы с собой, продолжают уже вошедшую в привычку свою прежнюю греховную жизнь.

Все это еще не есть истинное покаяние, которого ждет желающий обращения грешника от заблуждения пути его Милосердный Господь – Бог кающихся.

Истинное покаяние предполагает прежде всего тщательное самоиспытание, внимательную проверку своей совести, своего внутреннего мiра, путем сопоставления его с Законом Божиим, установление своей греховности, без малейшей доли какого бы то ни было самооправдания, глубокое сердечное сокрушение о своих грехах и решительное осуждение их, соединенное с самым твердым намерением загладить свои грехи противоположными им добрыми делами и не повторять их более.

«Покаяние есть завет с Богом об исправлении жизни», говорит великий наставник духовной жизни преп. Иоанн Лествичник (Сл. 5-е). Там, где нет намерения коренным образом исправить свою жизнь к лучшему, нет и истинного покаяния. Самое греческое слово «метанiа», которое переведено у нас, без передачи тончайшего оттенка мысли, в нем заключенного, словом «покаяние», означает «перемену» – полное, коренное изменение мыслей, чувств и желаний человека, внутреннее его духовное перерождение. Потому-то покаяние и называется еще «вторым рождением» или «вторым крещением» (см. «Чин исповедания» в Требнике).

Вот какого покаяния ждет от нас Господь! Он желает, чтобы мы, православные русские люди, коренным образом изменили свою жизнь – стали как бы новыми, другими людьми, лучшими во всех отношениях, чем мы были до сих пор.

Без такого покаяния, коренного изменения к лучшему нашей теперешней жизни, тщетны все наши надежды на какое-то лучшее будущее, на наше спасение, на спасение и возрождение нашей несчастной Родины-России.

В чем же каяться нам – православным русским людям на чужбине?

О! много есть, в чем нам каяться.

Каяться надо прежде всего в общечеловеческих грехах, сличая свою жизнь с требованиями Закона Божия, хотя бы по 10-ти заповедям. (А для этого нужно, конечно, хорошо знать эти 10 заповедей, чем – увы! – не могут похвалиться нынешние наши поколения). Многие русские люди совсем перестали вменять себе в грех даже самые явные и очевидные нарушения этих 10-ти заповедей, считая такие нарушения чем-то обычным, повсюду распространенным, а потому якобы и извинительным. Они не знают мудрого отеческого изречения о том, что «не спасет нас множество грешащих»: хотя бы и все грешили вокруг нас, это не послужит нам в оправдание наших собственных грехов.

Но помимо этого, есть у нас и свои особенные, специфические грехи, за которые несомненно строго взыщет с нас Бог, если мы в них по-настоящему не покаемся.

Ведь мы – сыны и дщери Святой Руси, мы имеем великое счастье исповедывать единую истинную, единую спасающую Святую Православную Веру. Нам так много дано. А кому много дано, с того много и взыщется (Лук. 12, 48).

Главный и основной наш грех в том, что мы будто забыли, что находимся на чужбине, «на стране далече», и стали чувствовать себя здесь в изгнании и разсеянии, «как дома». Многие из нас – увы! – уже не хотят давать себе отчета в том, почему мы находимся заграницей, вместо того, чтобы утешаться жизнью в родной стране, и стараются примириться с этим своим положением, слиться вполне с окружающей нас жизнью – «ассимилироваться», рабски подражая во всем людям, среди которых мы живем, и думая лишь о том, как бы получше устроить в новых условиях свое материальное благополучие, свой «благобыт», с готовностью пожертвовать ради этого даже своими духовными ценностями, вплоть до самой своей веры.

Впрочем есть среди нас и такие, которые мечтают о спасении и возрождении России и о возвращении на Родину и даже создают здесь разного рода политические и патриотические организации с этой целью, периодически устраивая собрания и организуя съезды. Но и они, в большинстве случаев, грешат тем, что не хотят понимать, почему именно стряслась над нашей Родиной такая страшная катастрофа, и продолжают жить заграницей с теми же мыслями и чувствами, с теми же настроениями, которые как раз и привели ее к этой катастрофе. Они не хотят произвести в себе единственно-спасительной коренной перемены – не хотят по-настоящему покаяться. А потому все их, иногда, быть может, и очень благие и искренние намерения и стремления остаются плодом мертво-рожденным – ни к чему не приводят да и никогда ни к чему положительному не приведут, оставляя у всех только горький осадок разочарования.

Вся жизнь современных христиан во всем совершенно противоположна тому, чего требует от нас истинное христианство. Люди, носящие звание «христиан», в нынешнее время, в большинстве случаев, даже не думают, к чему обязывает их это звание и нисколько не стараются об исполнении евангельских заповедей, ведя образ жизни вполне языческий. А потому никак нельзя сейчас жить, «как все». Ныне более, чем когда-либо в прошлом, необходимо помнить изречение св. Апостола Иакова: «Не знаете ли, что дружба с мiром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом мiру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4, 4).

Современную разсеянную и легкомысленную светскую жизнь никак немыслимо совместить с христианством. Это – две вещи, друг друга взаимно полностью исключающие. Нет никакого «минимума» христианства, который будто бы можно как-то примирить с современной распущенной светской жизнью, ставящей себе единственной целью – получить как можно больше жизненного комфорта и всякого рода удовольствий и наслаждений.

Кто хочет по-настоящему каяться, тот должен решительно оставить это лукавое мудрование современности. Или – или? Никакой середины нет и быть не может. Или мы – сыны Божии, или мы – «сыны противления», «сыны погибельные». Постоянно развлекаться, ходить по ресторанам и кинематографам и прочим местам увеселений – все это совершенно противно истинному христианству, и этого, конечно, не станет делать тот, кто твердо решил принести истинное, а не наружное только и лицемерное, покаяние Богу.

С этой точки зрения, неугомонная стихия безчисленных балов и вечеров, спектаклей и всякого рода увеселительных встреч, хотя бы и под предлогом «благотворительности», в которую так погружена наша эмигрантская жизнь, особенно здесь в Америке, идет совершенно вразрез с истинным покаянием.

Самое ужасное, что в жизнь современных людей вошла ложь и весьма прочно в ней водворилась. Современные христиане лгут перед Богом, лгут друг перед другом, лгут даже... перед самими собой. Они постоянно «играют роль», стараясь представлять собою то, чем в действительности они не являются. Заботятся лишь о внешнем благоприличии, «внутреннюю презрев Богообразную скинию» (по выражению Великого канона).

И не в том еще главная беда, что не хотят исполнять заповедей Христовых и безстрашно попирают уставы Церкви, а в том, что и мыслят совсем не по-христиански, всячески себя во всем своем недолжном поведении и умонастроении оправдывая.

Самолюбие и гордыня заправляют буквально всем – всей современной жизнью.

Но самое страшное, конечно, это не просто грехи против нравственности, которые в той или иной мере всегда имели место в жизни людей, а тот основной грех современности, который еще никогда прежде не проявлял себя с такой силой, никогда не охватывал столь широкие круги людей, даже из числа называющих себя христианами, никогда так дерзко не подымал голову, мощно увлекая за собой даже тех, которые, по-видимому, хотели бы противостоять ему, но не находят в себе сил идти против общего течения.

Это – грех Апостасии, или Отступления.

И весьма нередкое явление теперь: люди заявляют себя христианами, иногда даже служителями Христовой Церкви, а в действительности они – отступники: они уже продали свою душу грядущему Антихристу и принимают деятельное участие в грандиозной работе, идущей сейчас по всему мiру – подготовке царства Антихристова на земле.

И вот, что особенно больно и горько. Многие русские люди не только продолжают жить заграницей теми настроениями, которые привели Россию к большевизму, но под влиянием окружающей их отступнической иностранной и инославной среды, пошли еще дальше, полностью включившись в стремительный процесс Апостасии. Для таких покаяние особенно трудно: без особого воздействия на их души благодати Божией может быть даже недостижимо.

Этот грех особенно обольстителен, ибо он сулит весьма многое – и деньги, и карьеру, и все земные блага – и вместе с тем он очень искусно умеет скрывать себя под личиной самой благовидной внешности.

Кто действительно, а не на словах только, хочет покаяться, тот должен явить полное послушание св. Церкви во всем – в ее учении и практике, в ее многовековой традиции, основанной на Священном Писании и Священном Предании, на учении Святых Отцев, столпов Православия и подвижников христианского благочестия; тот должен решительно отказаться от всяких исполненных гордыни самоуверенных претензий что-то в Церкви «реформировать», что-то «исправить», «влить» какую-то «новую, живую струю» и т. п. Никаким новшествам, никакому модернизму не может и не должно быть места в нашей Церкви, – тем более модернизму, отдающему веянием противохристианских идей нынешнего лукавого века, хотя бы внешне они и прикрывались видимостью идеалистических стремлений, вроде экуменического объединения всех вероисповеданий, или всемирного государства с единым всемирным правительством во главе.

«Не все то – золото, что блестит», говорит хорошая русская поговорка. А мы, христиане, должны знать, что сам Сатана, когда ему это нужно, «принимает вид Ангела света», а потому неудивительно, «если и служители его принимают вид служителей правды» (2 Кор. 11, 14-15).

Кто хочет по-настоящему покаяться, тот должен со всей решимостью порвать опутывающие его сети современного мiра, с такой неудержимой стремительностью погружающегося все более и более в бездну Апостасии, откуда уже нет выхода.

Так вот что должны сознать мы в себе, православные русские люди, если только мы действительности стремимся к истинному покаянию, если мы искренне желаем спасения себе и нашей Родине-России, а с нею – и всему человечеству, всему мiру, ибо, как это для каждого должно быть теперь ясно, судьбы всего мiра в настоящее время самым тесным образом связаны с судьбой нашей Родины-России.

Но горе нам, если в нас заговорит чувство гордого самооправдания: если мы не захотим признать за собою всех вышеперечисленных вин. «Гордость и самооправдание», по учению Святых Отцев: «помрачают ум» (Аввы Дорофея – вопросы и ответы: воп. 82).

«Берегись гордости и самооправдания», учил великий старец Иоанн-Пророк: «ибо они препятствуют покаянию» (Там же, отв. 82).

К сожалею, есть среди нас русские люди, которые не только не сознают всей глубины своего падения, но, по какому-то непонятному обольщению, склонны даже к каким-то безпочвенным восторгам, самолюбованию и уверению себя и других, что все обстоит благополучно.

Такое настроение совершенно чуждо истинного христианства. Мы должны не ублажать сами себя, а произносить над собою строжайший суд. Убаюкивание своей совести, к которому приводят безпочвенные восторги, есть величайшее зло, в корне пресекающее всякую возможность истинного покаяния.

Истинное покаяние предполагает прежде всего смирение – смирение полное и безоговорочное перед евангельскими заповедями, перед канонами и законоположениями церковными, готовность всецелого и безусловного подчинения им. Истинное покаяние совершенно чуждо каких бы то ни было претензий или самостных притязаний – оно к сознанной в себе греховности неумолимо. Тогда только оно может быть действенно и спасительно.

Что же? Встанем мы на путь такого, настоящего покаяния? Будем ли мы проводить по-настоящему этот наступающий Успенский пост? Решимся ли мы самым коренным образом изменить к лучшему всю нашу жизнь?

Или будем по-прежнему «благодушествовать», несмотря на все предостережения свыше, пока не ударит неизбежно приближающийся грозный час возмездия Божия, когда мгновенно рушится весь наш нынешний «благобыт» и постигнет нас страшная погибель – не только временная, но и вечная.

Да не будет!...

«Во успении мiра не оставила еси, Богородице».

Эту великую истину всегда ощущали на себе православные русские люди, неустанно призывавшие Богоматерь в своих молитвах. И действительно – едва ли какой-нибудь другой народ так часто, так живо и ярко испытывал в истории своей всесильный покров над собой и дивное заступничество Божией Матери. Безчисленное множество чудотворных икон Ее, явленных во всех концах Земли Русской, и неисчислимое количество чудес, от них источавшихся, а, в особенности, поразительные случаи неожиданной помощи всему русскому народу в целом, в самые критические моменты его исторического бытия, убедительно свидетельствуют об этом.

Потому-то и чтил так православный русский народ «Заступницу усердную рода христианского», и Отечество свое с благодарною любовью именовал «Домом Пресвятыя Богородицы», строя в честь Ее многочисленные храмы по всему лицу Земли Русской. А особенно почитал русский человек как раз нынешний великий праздник Успения, верно ощущая своим сердцем, что именно благодаря событию, воспоминаемому сегодня, Пречистая Матерь Божия стала так близка и дорога нам, сделавшись «неусыпающею» молитвенницею за нас и «в предстательствах непреложным упованием», как поет Церковь.

Недаром в самом сердце державной Руси – в первопрестольном граде Москве, по завету великого печальника Русской Земли св. митрополита Петра, еще издревле был воздвигнут величественный храм в честь Успения Пресвятой Богородицы – эта «святая святых» народа русского, – где венчались на царство цари русские и возводились на престол первосвятители Церкви Русской.

Не случайно и первоначальное духовное средоточие Русской Земли – очаг духовного просвещения всей Руси Киевской, каковым безспорно является Киево-Печерская Успенская Лавра, посвящен тому же великому празднику.

Нельзя не отметить, что и самый крайний оплот русского Православия – мощная цитадель его в борьбе против наседавшего на него латинства – Почаевская Успенская Лавра, где подвизался великий борец за Православие преподобный Иов, Игумен и Чудотворец Почаевский, была также посвящена празднику Успения.

Знаменательно, наконец, что центральным праздником подъяремной Руси, на склонах Карпатских гор, праздником, собиравшим всегда, до самого последнего времени наибольшее количество богомольцев, было также Успение Пресвятой Богородицы, в честь которого была сооружена главнейшая святыня карпаторусского народа – прославленный монастырь на Чернечьей Горе близ Мукачева, служивший некогда резиденцией православных епископов Мукачевских «и всея Угорския Руси».

Утешительный и радостный это праздник! И недаром называют его некоторые «Второй Пасхой» или «Богородичной Пасхой». Ведь Пречистое Тело Матери Божией, как гласит обще-церковное предание, уже на третий день после погребения, было воскрешено Божественною силою и нетленным взято в райские обители. Уснув временным сном смерти, Пречистая Матерь Божия не только «не оставила мiра», но наоборот – стала еще ближе нам, ибо сделалась всесильной Ходатаицей за нас перед престолом Божиим, поистине «в молитвах неусыпающей».

По словам великого отца Церкви преп. Иоанна Дамаскина, Богоматерь покаряется общему закону смерти для того, чтобы «тело через смерть, как бы чрез огонь в горниле, подобно злату, очистившись от всего мрачного и от грубой тяжести брения возстало из гроба нетленным, чистым и озаренным светом безсмертия».

В этом-то и заключается для нас великое утешение сегодняшнего праздника. Смерть перестает быть страшной, если ей подверглась Сама Матерь Подателя жизни. Нынешний праздник убеждает нас в том, что смерть не представляет собою ничего безнадежно-ужасного: она есть лишь необходимый переходный момент в жизни каждого человека-христианина, который надо пережить, чтобы сподобиться затем жизни вечной. Для истинного христианина смерть не более, как «успение», то есть временный сон, вслед за которым ожидает его сладкое и радостное пробуждение.

Следует ли в таком случае бояться смерти?

Конечно, нет! Что может быть страшного в смерти, если умерла даже Сама Матерь Божия?

Но почему в таком случае многие, даже святые, боялись смерти, и почему заповедуется нам св. Церковью иметь «страх смертный» и молиться о даровании «памяти смертной»? Почему говорит Слово Божие, что «смерть грешников люта»? (Псал. 33, 22).

Сила этого последнего изречения, конечно, в слове «грешников». Не сама по себе смерть люта, а грехи наши делают ее для нас лютой.

Грехов и следует бояться, а не смерти.

Грехи и есть действительно самое большое и отвратительное зло нашей человеческой жизни. Они уродуют и коверкают нашу земную жизнь, созданную Богом для радости и благоденствия и делают страшным для нас переход в вечность, уготовляя нам там лютые нескончаемым муки.

Но у современных людей все извращено: они уже не боятся грехов, а боятся только смерти, желая здесь пожить подольше и изобретая всевозможные средства для того, чтобы продлить свою земную жизнь.

Это потому, что самое понятие греха теперь уже вытравлено у них из сознания. Греха для большинства современных людей уже как бы не существует, а одновременно вытравляется и живая вера в будущую жизнь.

Как могло дойти до этого – особенно у христиан?

Причиной этого является тот незримый, но для чуткого верующего сердца ясно ощутимый процесс, который все усиливается в мiре.

Это – все более и более нагло вздымающееся на веру Христову действие «Тайны Беззакония» (2 Солун. 2. 7-8). На наших глазах, и притом со стремительной поспешностью, создаются в мiре все новые и новые условия, благоприятствующие ее безпрепятственному раскрытию и расширению ее среди людей.

Нужно быть духовно-слепым или самому быть втянутым в этот процесс, чтобы его не замечать. Или вернее... делать вид, что его не замечаешь!

Ведь вся личная, семейная, общественная и политико-государственная жизнь современных людей настолько уже отравлена этим действием «Тайны беззакония», этим смертоносным ядом Апостасии, или Отступления (2 Солун. 2, 3), что современные люди, большею частью, легко и без зазрения совести грешат, не считаясь с Законом Божиим, и даже позволяя себе дерзко критиковать Церковь Христову и попирать ее спасительные установления.

Только поэтому и мог выступить у нас со своими отвратительно-кощунственными нападками на Св. Церковь и иметь некоторый успех Лев Толстой, которого уже за одно его гнуснейшее издевательство над великим Таинством Причащения Тела и Крови Христовой (в романе «Воскресение») более чем естественно было предать отлучению от Церкви, чего до сих пор не может понять наша отступническая интеллигенция, готовящаяся в этом году торжественно праздновать его пятидесятилетний юбилей (со дня его безпокаянной смерти).

Но самое страшное это то, что Отступление вошло уже внутрь нашей Церкви. Вызвав пагубный раскол в Христианской Церкви одиннадцатого столетия, а затем полное отпадение от истинной веры и Церкви множества всевозможных протестантских и сектантских обществ, начиная с шестнадцатого века, Отступление во всю свою ширь развернулось в нынешнем «прогрессивном» двадцатом веке и стремится теперь «взорвать» изнутри нашу Православную Церковь.

В самом деле. Разве не отступление от Христа – признание «властью от Бога» той власти, которая главной своей задачей ставит вполне сознательную борьбу за искоренение веры Христовой в сердцах людей, выражение благодарности этой власти за ее мнимую заботу о духовных нуждах верующих, активное сотрудничество с нею в ее стремлении к мiровому господству, поддержка ее силою своего духовного авторитета?

Разве не отступление от Христа – хулить новомучеников Российских, кровь свою проливших за Христа и за Его Святую Церковь, называя их «пособниками черного дела», и не стыдиться стоять «на вытяжку» в почетном карауле у гроба лютого гонителя Христовой веры?

Разве не отступление от Христа – «относиться с полным братским уважением» к таким «иерархам», «ни в чем их не упрекая» и, следовательно, вполне солидаризируясь с ними?

Об этом мы прочтем еще ниже.

Разве не отступление от Христа – близкое дружественное, а иногда даже молитвенное, вплоть до совместного «причащения», взаимообщение с отступниками от истинной веры и Церкви, вопреки ясному и совершенно-категорическому наставлению св. Апостола Павла: «Еретика, после перваго и втораго вразумления, отвращайся» (Тит. 3, 10)?

Разве не отступление от Христа – тесное сближение с теми, которые позволяют себе гнусно хулить Его Пречистую Матерь, совместные собрания и съезды с ними и провозглашение якобы возникающей таким путем «третьей космогонии» или какой-то «новой эры» в христианстве?

Разве не отступление от Христа – перетолкование и даже литературное искажение текста священных книг Слова Божия, под предлогом мнимой необходимости «нового перевода», в явное угождение отступникам от истинной веры Христовой? или устранение из текста священных книг всех тех мест, которые неприятны врагам Христовым, с извращением истины?

Разве не отступление от Христа – пожертвовав истинной Церковью, стремиться создать из всех безчисленных вероисповедных отступнических обществ какую-то новую «церковь» – «interchurch», на место той единой истинной Церкви, которую основал Сам Христос, сказав: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18)?

Вот как далеко зашло Отступление уже в недрах самой нашей Православной Церкви!

Как можно всего этого ужаса не видеть, не замечать, не понимать и даже насмешливо издеваться над теми, которые во всем этом не могут не чувствовать зловонного дыхания приближающегося Антихриста?

Ведь те, кто все это делают, ясно показывают, что они нисколько не дорожат истинной верой – Св. Православием, что они помышляют только о своем земном благосостоянии, о земных выгодах, о земной карьере, и, что следовательно, истинной веры у них вообще нет, а есть только одна ее видимость. А это, как прекрасно толкует наш великий богослов и глубокий наставник духовной жизни святитель Феофан, Вышенский Затворник, и есть Отступление. (Толкование на 2 посл. св. ап. Павла к Солунянам – стр. 492).

Но что будет с ними там – в ожидающей всех нас будущей жизни?

Помышляют ли они об этом, когда выступают публично с проповедью неправды, когда позволяют себе лживые, лукавые и безответственные утверждения на разного рода «конференциях» и «совещаниях» и на страницах газет, творящих втихомолку все то же дело антихристово, путем явных и косвенных нападок на истинную веру и Церковь Христову?

Горько плачет об этом, все расширяющемся отступлении от веры в Ее Божественного Сына, Пречистая Матерь Божия, а те, кому прежде всего надлежало бы понять значение этого плача и ужаснуться своих деяний, не хотят понимать и не вразумляются. Ибо слишком далеко зарвались они и больше боятся смерти, нежели греха, забывая слова Христовы: «Не бойтеся убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне» (Матф. 10, 28).

И хотя все грехи страшны, и всех грехов надо бояться, но более всего в наше время надо бояться столь прельстительного для многих и ставшего как бы модным греха Апостасии. Многие в нынешнее время словно бравируют этим грехом, увлекая за собой других и проявляя поразительную безпечность и легкомыслие, как будто ничто им не угрожает. И это даже несмотря на столь явную угрозу гибели, нависшую над мiром, в результате страшной силы разрушительных изобретений последнего времени.

И это тоже характерное знамение времени! Ибо «егда рекут мир и утверждение, тогда внезапу нападет на них всегубительство... и не имут избежати» (1 Солун. 5, 3),

Но мы, пока не захватила нас волна Апостасии, все же – «сыны света», а не «сыны ночи, или тьмы», по выражению Апостола, а потому «не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться» (1 Солун. 5, 4-6), чтобы не дать себя завлечь в этот губительный процесс.

Будем бояться греха и ответственности за него, но не будем бояться смерти, ибо все равно, рано или поздно, смерть для нас неизбежна, если вратами ее прошла Сама Матерь Источника Жизни Вечной.

Будем усердно и горячо молить Пречистую Матерь Божию, во успении Своем нас не оставляющую и слезы за нас проливающую, да спасет нас от века сего развращенного (Деян. 2, 40).

Пресвятая Богородице, помогай нам!

«Не мир пришел Я принести, но меч».

"Господи, оружие на диавола крест Твой
дал еси нам..."
(стихира 8 гл.).


Мир!.. мир!.. мир!.. – слышится ныне отовсюду: «всеобщее разоружение!.. мирное сосуществование!.. будем бороться за мир!... все – в защиту мира!..»

Как это было бы прекрасно, какое радостное и светлое будущее сулило бы человечеству, если бы все эти призывы имели в виду тот мир, о котором пели ангелы в ночь Рождества Христова: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!» (Лук. 2, 14); если бы это был тот мир, который завещал Своим ученикам на Тайной Вечери Христос-Спаситель, говоря: «Мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам» (Иоан. 14, 27); если бы это был тот «мир Божий, превосходяй всяк ум» (Филип. 4, 7), который преподавали св. Апостолы, по заповеди Господней, первым христианам, которого учили их искать (1 Петр. 3, 11), и который внушали им иметь с Богом и со всеми людьми (Рим. 5, 1; 12, 18).

Как все это отрадно было бы слышать, если бы призывы эти исходили от людей, в искренности которых у нас не могло бы быть сомнений, к словам которых мы могли бы отнестись с полным доверием, – от людей, которые бы действительно убедились, что высшее благо жизни есть именно такой мир – мир с Богом, мир со своей собственной совестью и мир с ближними во имя Божие.

Но, увы! не о таком мире идет теперь речь.

Все эти зачастую неестественно-напыщенные речи и порою истерические вопли о мире всего мира исходят в настоящее время, по большей части, от лиц или далеких от истинного христианства или прямо враждебных Церкви, – от лиц, которые сами не живут в мире с Богом и со своей собственной совестью, а по отношению к ближним преисполнены злобы.

Можем ли мы верить в искренность речей о мире, когда они произносятся людьми, принципиально отвергающими веру в Бога и любовь к ближним и не признающими голоса совести?

Можем ли мы верить, что действительно стремятся к миру те, которые, нагло и дерзко кощунствуя, объявили войну Самому Богу и Его Святой Церкви, которые еще недавно не скрывали, что их задачей является «раздуть мiровой пожар» и которые откровенно проповедуют «классовую ненависть», как основу своей идеологии, нисколько не стесняясь проливать целые потоки крови и истреблять миллионы людей, только за одно подозрение в несогласии с их идеологией?

Можем ли мы также верить в искреннее миролюбие тех, которые на словах елейно и слащаво проповедуют «христианскую любовь» и «всепрощение», а на деле сеют смуты и раздоры и, распространяя ложь и клевету, вызывают вражду и разделения, возстанавливая друг против друга своих ближних?

Можно ли вообще верить в то, что достижимо установление хоть сколько-нибудь прочного и надежного мира на земле при таком грубом попрании Правды Божией, при такой лжи и лицемерии, коими так ярко характеризуется жизнь современного человечества?

Где нет правды Божией, там не может быть и подлинного мира.

И все эти речи и истерические вопли о мире есть, на самом деле, лишь одна сплошная ложь, нужная для прикрытия тех темных и злых целей, которые этими лицами в действительности преследуются.

А какие это цели, – мы знаем. Нам открыто это Словом Божиим.

Вся эта исполненная лжи и лицемерия пропаганда «мира всего мiра» ставит своей задачей – усыпить бдительность современных людей и сделать их безоружными в борьбе с победно-шествующим злом, которое должно найти себе полное и совершенное воплощение в имеющем явиться, по учению Слова Божия, Мiровом Правителе. Надо заранее устранить все препятствия к приходу этого Мiрового Правителя, который будет «человеком беззакония, сыном погибели» (2 Солун. 2,3), пресечь возможность всякого сопротивления ему, – а для этого важно упразднить все разногласия между людьми, уничтожить все религиозные и национальные различия между ними, создав искусственное единение человечества путем образования единой, одинаковой, общей для всех религии и единого всемiрного государства с общим для всех народностей всемiрным правительством.

Вот этому-то и служит вся эта шумиха – вся эта современная пропаганда мiра, все эти «экуменические» конференции, политические и вероисповедные съезды, конгрессы и совещания.

То, что при такой нивелировке «всех и вся» может быть потоптана Правда Божия, это не только не смущает заправил и вершителей судеб современного человечества, а наоборот – как раз и входит в их планы. Их задача и заключается в том, чтобы сломить всякое сопротивление со стороны стоятелей за Правду Божию, и они идут к этой цели всеми доступными им способами. А в их распоряжении теперь для этого очень много средств, ибо главные движущие силы «мiра сего» – власть и капитал – почти всецело в их руках. И они, как мы видим, с большой энергией и напряжением действуют, – особенно с тех пор, как не стало Православной России, – пуская в ход всякого рода обман и обольщение, подкуп и насилие, а где чувствуют свое безсилие, не останавливаются и перед физическим уничтожением своих противников.

Но так как им желательно привлечь на свою сторону мирным и безболезненным путем возможно-большее число людей, то главное и основное их оружие, по выражению Слова Божия, – «неправедное обольщение» (2 Солун. 2, 10), при помощи которого они надеются «прельстить, если возможно, и избранных» (Матф. 24,24), и действительно нередко успевают в этом.

Все это вполне понятно. Слово Божие учит нас, что не только сам сатана может принимать вид ангела света, но и служители его принимают вид служителей правды (2 Кор. 11, 14-15), а потому вполне естественно, что не только сам будущий Мiровой Правитель, но и «предтечи» его, приготовляющие его пришествие, действуют для достижения своих целей ложью, обманом и обольщениями.

Одним из таких, весьма «ходких» и употребительных в наше время обольщений, является лукавое извращение евангельского учения о любви к ближним, христианском всепрощении и непротивлении злу – все с той же единственной целью – обезоружить христиан в борьбе со злом.

Это лукавое извращение в свое время было особенно облюбовано и в соответствующей литературной обработке формулировано сбившимся с пути талантливым русским писателем Львом Николаевичем Толстым, которого не напрасно поэтому наш великий праведник, молитвенник и чудотворец приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский называл «Львом рыкающим, ищущим кого поглотить» и «предтечей Антихриста», и так горячо предостерегал русских людей, чтобы они береглись его и не поддавались проповедуемой им лжи.

Ведь так понятно, что, сказав: «не противься злому!» (Матф. 5, 39), Господь Иисус Христос только отменил существовавший до него закон личной мести врагу, запретив мстить за наносимые нам личные обиды. Но никак нельзя понимать этого изречения в смысле непротивления злу вообще, как это делает Лев Толстой и подобные ему лжеучители.

Наоборот – Господь Иисус Христос весьма ясно учил, что истинный Его последователь должен быть совершенно непримирим ко злу, даже в тех, самых тяжелых для совести нашей, случаях, когда это зло воплощается в наиболее близких и дорогих нам людях. Вспомним, например, хотя бы такое Его изречение, которое особенно смущает всех, представляющих себе христианскую любовь в виде какого-то слащавого, сантиментального «прекраснодушия»: «Аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего, и матерь, и жену, и чад, и братию, и сестер, еще же и душу свою, не может Мой быти ученик» (Лук. 14, 26).

На эту же решительную непримиримость христианина ко злу указывают и неожиданные для многих, слабо понимающих сущность христианства, слова Господа: «Не мир пришел Я принести, но меч» (Матф. 10, 34) – слова столь ярко и очевидно призывающие нас, христиан, к борьбе – к борьбе за правду Божию против диавольского зла.

Последуя нашему Господу и Учителю и великие Отцы Церкви учили тому же – той же самой непримиримости христианина ко злу, а вовсе не миру с ним, не сосуществованию со злом, как учат современные лжеучители, иногда – увы! – даже с высоты церковных амвонов и патриарших кафедр.

Вот как учит об этом, например, сам исполненный крайнего личного миролюбия, оставивший даже свою епископскую кафедру во имя мира в Церкви, великий святитель Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский, который должен был бы быть примером подражания и для современных нам иерархов, в том числе особенно – преемников его по кафедре: «Величайшее благо есть мир. Он прекрасен и делом и именем. Он – Божий (Фил. 4, 7); Бог есть его Бог (2 Кор. 13, 11), и Сам Бог им именуется (Еф. 2, 14)» (Творения, сл. 23, 11 т. стр. 186).

«Однако не всяким миром надобно дорожить. Ибо есть прекрасное разногласие, и самое пагубное единомыслие. Но должно любить только добрый мир, имеющий добрую цель и соединяющий с Богом... Когда же идет дело о явном нечестии, тогда должно скорее идти на огонь и меч, не смотреть на требования времени и властителей и вообще на все, нежели приобщаться лукаваго кваса и прилагаться к зараженным. Всего страшнее – бояться чего-либо более, нежели Бога, и по сей боязни служителю истины стать предателем учения веры и истины» (Его же слово 6, т. I, стр. 192).

Воистину золотые слова! Но многие ли в наше время им следуют?!

Эти слова одного из величайших святителей Христовой Церкви – достойный ответ всем современным пропагандистам «недоброго мира» и «пагубного единомыслия» с сеятелями лжеучений и глашатаями мирного сосуществования с диавольским злом.

Знаете ли вы эти слова – все вы, ради карьеры и денег, идущие, в угоду «требованиям времени» и безбожным «властителям», на предательство Истины?

Страшитесь и трепещите, ибо ничего нет ужаснее такого предательства!

Погибель ваша не дремлет (2 Петр. 2, 3)!

Для нас же всех, желающих, несмотря ни на что, сохранить свою верность Христу, не может быть и речи о мире там, где так очевидно явное нечестие. С этим нечестием, с этим лукавым предательством Истины у нас может быть только борьба, к которой мы, как «добрые воины Иисус Христовы», по выражению Слова Божия (2 Тим. 2, 3), естественно призываемся, – вплоть до готовности «злопострадать» за Христа, если потребуется, даже до смерти.

А в этой священной борьбе, на подвиг которой вдохновляет нас Сам наш Подвигоположник-Христос, главным оружием нашим является Крест Христов – дивное знамение нашего спасения и победы над диаволом, «благочестия непобедимая победа, дверь райская, верных утверждение, Церкве ограждение, имже тля (тление) разорися и упразднися, и попрася смертная держава, и вознесохомся от земли к небесным, оружие непобедимое», как именует его в своих умилительных песнопениях св. Церковь (стихира на стиховне в праздник Воздвижения).

Не потому ли враг рода человеческого так старается вырвать это спасительное оружие из рук наших в нынешнее время?

В самом деле. Где мы теперь увидим знамение креста? Нет его, как это было в первые века христианства, ни на домах, ни на зданиях, считающихся христианскими храмами, ни на местах упокоения усопших, нигде… Отовсюду оно изгнано и даже подвергается иногда кощунственному глумлению со стороны людей, называющих себя «христианами», и заменено совсем другими символами и эмблемами.

Разве это не грозный симптом нашего отступнического времени?

Но это нисколько не должно нас устрашать или ввергать в уныние или малодушие. Совсем напротив – чем дальше современный мiр отходит от Креста, тем это больше должно побуждать нас, верных Христу Спасителю, теснее сплотиться вокруг Его великого спасительного знамения, в предшествии которого Он, быть может, уже скоро явится, как Победитель, грядущий судити живым и мертвым. Ведь конечная победа будет за нами, а не за теми, которые так безстыдно предлагают нам мириться с диаволом.

Итак, будем мужественны в священной борьбе нашей за попираемую Истину – за ту Правду Божию, без которой не может быть и подлинного Мира. Единственной надеждой, твердой опорой и похвалой нашей в этой борьбе, как учит нас Св. Церковь, да будет Крест Господень: «Есть бо нам спасительное сие Древо, оружие мира, непобедимая победа» (Икос празд. Воздвижения Креста Господня).

«Покрый нас от всякого зла честным Твоим омофором!»

Давно это было. Боле тысячи лет тому назад! В пределы Византии вторглись грозные враги, угрожавшие уже самому Константинополю. Не в силах был греческий народ отразить их своими собственными силами. И по обычаю своему, обратился он со слезной мольбой ко Пресвятой Богородице, не раз уже спасавшей его от нашествия иноплеменных. Громадными толпами устремились верующие во Влахернский храм, где хранились великие святыни: риза Пресвятой Девы и Ее омофор, то есть головное покрывало, опускавшееся на плечи.

И вот, во время всенощного бдения присутствовавшему там великому праведнику того времени, блаженному Андрею, Христа ради юродивому, вместе с его учеником Епифанием, представилось дивное зрелище. От царских врат шествовала величественная Жена, окруженная страшной свитой. Честный Предтеча Господень и Апостол Иоанн Богослов поддерживали Ее своими руками, а множество святых в белых одеждах сопровождали Ее, поя священные песни. Когда Она приблизилась к амвону, блаженный Андрей, как бы не доверяя очам своим, спросил Епифания: «Видишь ли Госпожу и Царицу мiра?» – «Вижу, отец мой духовный», – отвечал тот.

И в то время как они смотрели, Она, преклонив колена, долго-долго молилась, обливая слезами Свое Боговидное и Пречистое Лице. Окончив здесь молитву, Она подошла к престолу, – молилась и здесь за предстоящий народ. По окончании молитвы, Она сняла с Себя блиставшее на подобие молнии великое и страшное покрывало, которое Она носила на Пречистой Главе Своей, и, держа его с великой торжественностью Своими Пречистыми Руками, распростерла его над всем стоящим в храме народом. И долгое время еще, пока видима была Пресвятая Богородица, видно было и распростертое над народом покрывало, излучавшее из себя молниевидную славу Господню.

Так наглядно, по изволению Божию, было показано чудесное покровительство Пречистой Матери Божией всему христианскому роду, а наипаче – молящимся в храме обще-церковной молитвой, всегда особенно сильной и действенной.

В память этого дивного видения и установлен великий праздник Покрова Пресвятой Богородицы – 1-го октября.

Множество и других подобных случаев и видений живо свидетельствуют нам, что и доныне простерт над нами светящейся омофор Пречистой, покрывающий и защищающий нас от врагов видимых и невидимых. Как тогда, так и теперь, Она не перестает молиться перед престолом Божиим за нас, грешных, обливая слезами Свое Боговидное и Пречистое Лице. Плачет Она неутешно, как истинная Матерь наша, видя наше жестокосердие, наше окамененное нечувствие, нашу нераскаянность, наше постоянное самооправдание и дерзкое превозношение.

Не так давно в Болгарии произошел замечательный случай. Умер 14-тилетшй мальчик. Когда его отпевали, он вдруг поднялся из гроба, сел и начал безутешно плакать. Испугавшиеся вначале родные стали затем его успокаивать и, когда после долгих стараний, им это, наконец, удалось, они стали спрашивать его о причине столь безутешного плача, и он разсказал им следующее.

«Когда я умер, то сразу же попал в те места, где мучатся грешники. О, какие у них были страшные лица: я не могу этого забыть, а мук их я не в состоянии описать. Это так ужасно, что человек не может этого себе представить. Потом повели меня в райские обители, и я увидел там Пречистую Матерь Божию, как Она молится за грешников и за весь мiр. Лицо Ее, блиставшее дивной, неземной красотой, было измучено, слезы градом катились по нему. Увидя меня, Она сказала: «Ты не останешься здесь, – ты вернешься на землю к людям. Скажи им, что они замучили Меня грехами своими: Я не в силах больше молиться за них, – Я изнемогаю… Пускай они пожалеют Меня!»

Событие это произвело потрясающее впечатление по всей Болгарии.

И неудивительно. Ибо если мiр наш, глубоко погрязший в греховной тине, все еще существует, то это только потому, что над ним все еще простерт дивный омофор Пречистой, что Она все еще надеется обнять и согреть всех нас Своею Материнскою Любовью, пробудив в нас чувства спасительного покаяния и устремления к Богу. Мера человеческих беззаконий, как это было открыто многим праведникам, давно уже переполнила чашу долготерпения Божия, и, если этот наш беззаконный мiр еще не уничтожен, то только потому, что, по выражению одной акафистной песни, молитвами Богоматери «сохраняется на покаяние».

Плачет о нас Пречистая Матерь Божия, моля о спасении душ наших Сына Своего и Бога. Плачет неустанно, как любящая мать о своих непокорных и своенравных чадах. И этих слез Ее мы обычно не видим.

Но когда безмерными беззакониями своими и упорною нераскаянностью мы накликаем на себя кару Божию, и тяжкие испытания и беды готовы низринуться на головы наши, эти слезы Пречистой Матери Божией, в знак предостережения нам, становятся иногда явными для нас: иконы Ее начинают тогда видимым для всех образом источать слезы, предвещая этим грядущие на нас бедствия.

Такое чудесное знамение от икон Божией Матери не раз имело место в истории. В последний раз, на памяти нашей, оно наблюдалось в Греции – как раз перед насильственным введением нового стиля, вызвавшего столько тяжких бед и потрясений в Церкви.

И вот, теперь снова являемся мы свидетелями такого дивного чуда. Плачут вновь иконы Божией Матери, и не одна, а целых три! А с нею вместе плачет и св. великомученица Варвара, плачет и св. Иоанн Креститель, а прободенное ребро Христово на Распятии источает кровь и воду.

Есть, о чем призадуматься!

Не могут не вспомниться слова старца Мельхиседека, Епископа Романского, наблюдавшего чудо истечения слез из иконы Божией Матери в Сокольском монастыре в Румынии, что «подобное событие всегда предвещало тяжкие испытания для Церкви Христовой и для отечества» (См. книгу «Описания земной жизни Богоматери и чудотворных икон Ея» под ред. Поселянина).

Что-то нам предвещает нынешнее дивное знамение, свидетелями которого были многие тысячи лиц, день и ночь толпившихся в греческом храме св. Павла в Хемпстэде, в том числе и неверующие?

Переживаемые нами времена, а в частности – события, происходящие ныне в недрах самой нашей Православной Церкви, кажется, не должны были бы оставлять сомнений или недоумений в том, почему мы явились очевидцами такого необыкновенного чуда, как и в том, почему это чудесное знамение явлено в Соединенных Штатах Америки и притом именно в греческой семье.

Неужели не ясно, что Пречистая Матерь Божия хочет таким путем вразумить и тех, кто никак и ничем больше не желают вразумиться?

Разве не знаменательно то, что Она, явившись во сне благочестивой гречанке, выразила желание, чтобы икона Ее была взята из храма и возвращена в дом, где начала источать слезы?

Сколько раз спасала Пресвятая Богородица Своим всесильным заступничеством верную Ей Византию с царственным градом ее Константинополем – до тех пор, пока не возобладал там дух материализма и отступничества от веры, так ярко проявивший себя на Флорентийском соборе 1439 года. И тогда предана была изменившая истинной вере Византия в руки падения своего, окончательно пав под ударами магометан-турок в 1453 году.

Подобно Византии – Новому Риму – и Отечество наше Москва – Третий Рим – неисчислимое множество раз испытывала на себе чудесное покровительство Заступницы Усердной рода христианского. Но и наш несчастный русский народ не устоял на высоте своего призвания, и тот же дух материализма и Богоотступничества привел его к страшному кровавому падению.

А теперь весь мiр обуревается не только духом материализма и отступничества, но и лютого Богоборчества – страшного и дерзкого вызова Богу, и находится на краю гибели, в своем безумном ослеплении, подготовляемой своими же собственными руками. Этот губительный дух Отступления проник уже и в нашу Православную Церковь, весьма видные иерархи которой откровенно провозглашают наступление какой-то «новой эры» и цинично предлагают покончить со всем прошлым, собираясь создать какую-то совершенно «новую церковь», в тесном «экуменическом» контакте и единомыслии со всеми отступниками от истинной веры и Церкви.

Есть о чем плакать Пречистой Матери Божией – Матери Божественного Основателя истинной Церкви!

Знаменательно также, что особенно обильное истечение слез у третьей иконы, именуемой «Страстной», наблюдалось благочестивыми богомольцами в дни, предшествовавшие открытие в Нью-Йорке сессии учреждения, в коем заседают современные вершители судеб мiра – некоего прототипа будущего мiрового правительства. Как росою была покрыта вся икона обильными слезами в самый день приезда в Нью-Йорк на эти заседания шайки международных преступников, жестоким террором захвативших государственную власть и представляющих в этом учреждении страны с явно-выраженным богоборческим направлением.

Да! Плачет Божия Матерь, столь очевидным для нас и поражающим души наши образом, и как плачет! И плачет сейчас, конечно, не просто о повседневных, обычных грехопадениях наших, которые всегда были, есть и будут, доколе живет человек на этой грешной земле, ибо «несть человек, иже жив будет и не согрешит», а несомненно о чем-то гораздо большем – о чем-то страшном, неизбежно нас ожидающем, если только современные, зарвавшиеся в своем богоборческом безумии люди не образумятся и не покаются от всего своего сердца, коренным образом изменив к лучшему всю свою теперешнюю отступническую жизнь.

Зло растет и ширится с необыкновенной быстротой и готово поглотить всех нас. Но Пречистая Матерь Божия, «Заступница всех христиан и прибежище», как «Стена необоримая и милости Источник», предстательствует всем, прибегающим с верою в державный Ее покров: Она покрыет нас от всякого зла честным Своим омофором, лишь бы мы сами добровольно и самохотно не приобщались к этому злу.

И вот для того, чтобы не лишить себя этого спасительного покрова Матери Божией, в нынешнее до крайности лукавое время, быть может, более всего необходимо хранить себя от увлечения всякими современными модными «идеями», сколь бы прельстительными и даже, иной раз, согласными с духом Христова учения, они нам ни казались. Будем всегда помнить предупреждение. Господа, что враг будет стараться прельстить, «аще возможно, и избранныя» (Матф. 24, 24).

Бегая всяких таких лукавых прельщений, будем хранить неизменной нашу верность Христу-Спасителю, служа и угождая Ему Одному – и только Ему Одному и больше – никому.

Мерилом истины да будут для нас, после Слова Божия, священные церковные каноны – но не столько те из них, которые регулируют формально-юридическую сторону церковной жизни (ибо имея временное и условное значение, некоторые из таковых действительно с течением времени становятся «устаревшими»), сколько те, которые., отражая в себе возвышенное нравственное учение Евангелия, назначены Св. Церковью для того, чтобы регулировать духовно-нравственную сторону жизни христиан, как мiрян, так и самих священнослужителей.

Где попираются эти священные каноны, являющиеся волеизъявлением Духа Святого («Изволися Духу Святому и нам»...), где пренебрегаются и ни во что вменяются спасительные церковные установления и благочестивые традиции – там все – ложь, и обман, и одно лицемерие.

Об этом лицемерии, как характернейшем признаке последних времен, предрекали многие Святые Отцы, о чем свидетельствует в своем «Отечнике» Епископ Игнатий (Брянчанинов), и о чем особенно сильно и выразительно писал наш великий святитель Тихон Задонский. Этого «лицемерства», по выражению святителя Тихона, в котором под видимостью мнимого служения Богу и Церкви или каким-либо будто бы высоким, гуманным, благородным «идеям», скрывается в действительности лишь служение своим собственным греховным страстям и похотям, и надлежит нам более всего бояться, ибо оно представляет собою опаснейшую и губительнейшую духовную заразу нашего времени, распространение коей приуготовляет условия, благоприятствующие скорейшему воцарению Мiрового Правителя – Антихриста, который будет величайшим Лицемером.

Противопоставим этому лицемерию наше искреннее, нелицемерное служение Христу-Спасителю и Его истинной Церкви, наше безкорыстное стремление Ему Единому угождать, взывая непрестанно к Его Пречистой Матери: «покрый нас от всякого зла честным Твоим омофором!»

Как спасалась и чем может спастись Россия?

Праздник в честь Казанской иконы Божией Матери 22 октября по ст. ст. был в прежней дореволюционной России неприсутственным днем – государственным праздником.

И не удивительно, ибо это – один из самых знаменательных дней в истории нашей многострадальной Родины России. В этот день 22 октября 1612 года ополчение кн. Пожарского решительным приступом взяло Москву, захваченную поляками, и Россия, предстательством Богоматери, по молитвам перед Ее чудотворной иконой Казанской, была спасена от гибели, в которую ввергли ее ужасы так называемого «Смутного времени».

Страшное это было время! Первопрестольный град Москва находился в руках поляков, в Новгороде и северных областях хозяйничали шведы, а по всей стране ходили, грабя и убивая, всевозможные разбойничьи шайки. Отчаяние русских людей дошло до последних пределов: гибель русского государства казалась безповоротной и окончательной. Спасения было ждать неоткуда.

И вот в такие дни всеобщего уныния и полной растерянности единственной надеждой на спасение, какая еще теплилась в сердцах русских людей, не павших окончательно духом, была надежда на помощь Божию и на чудесное заступничество Матери Божией, неоднократно уже спасавшей русскую землю – Дом Свой. И к этому-то заступничеству и прибегли, в конце концов, изверившиеся в человеческой помощи русские люди. Во главе дела спасения Родины стала наша Русская Церковь в лице ее достойнейших духовных вождей, каковыми были Святейший Патриарх Гермоген, находившийся в плену и заточении у поляков в Москве, и настоятель Св. Троицкой Сергиевой лавры Архимандрит Дионисий вместе с ее келарем Авраамием Палицыным. По всей России они разсылали грамоты с пламенными призывами русским людям встать на защиту и спасение Церкви и Отечества. В ответ на эти грамоты стали образовываться народные ополчения.

Одна из таких грамот попала в Нижний Новгород, и прочитанная там в храме с церковного амвона вызвала особенное воодушевление Космы Минина-Сухорука.

«Православные люди! Похотим помочь Московскому Государству», с таким огненным призывом обратился он к своим согражданам: «не пожалеем животов наших. Встанем все, как один, за Русскую землю – за Дом Пресвятыя Богородицы! Заложим жен и детей, но освободим Отечество!»

Под руководством соборного протопопа Саввы Евфимиева и нижегородского воеводы князя Звенигородского было решено собрать ополчение. Возглавление этого ополчения было поручено глубоко-верующему князю Димитрию Михайловичу Пожарскому, который особенно верил в заступничество Пречистой Матери Божией русскому народу и, прежде чем принять на себя столь ответственное назначение, горячо молился перед чудотворной иконой Казанской Божией Матери. Список с этой иконы он взял с собой, дабы он сопровождал его ополчение.

Множество разнообразных препятствий пришлось встретить прибывшему под Москву нижегородскому ополчению. Предстояло взять хорошо укрепленный и упорно защищаемый поляками город, отразить от Москвы только что прибывшее свежее и многочисленное польское войско, а одновременно – усмирять буйство и безчиние расшатанных в дисциплинарном отношении некоторых своих же русских отрядов. Положение осложнялось еще тем, что разоренные местности не были в состоянии доставлять достаточного продовольствия русскому воинству. Все это возбудило в сердцах и без того уже измалодушествовавшихся русских людей робость и упадок мужества. Спасение Отечества начинало казаться безнадежным.

И вот, находясь в таком горестном состоянии, весь народ и войска стали с сердечным умилением и со слезами возсылать горячие моления к Пречистой Матери Божией перед Ее чудотворной иконой Казанской. Был отслужен перед этой великой, недавно-явленной святыней торжественный всенародный молебен, после чего все решили возложить на себя строгий трехдневный пост.

И эта пламенная слезно-покаянная молитва была услышана. Совершилось чудо спасения нашей родины, на которое, по человеческим соображениям, нельзя было разсчитывать.

В московском Кремле, в плену у поляков (Святейшего Патриарха Гермогена к этому времени уже не было в живых: он скончался уморенный поляками голодом) томился праведной жизни святитель Арсений, Архиепископ Элассонский, прибывший в Россию с греческим митроп. Иеремиею. От тяготы плена он впал в болезнь и лежал на одре в своем заключении. И вот, среди полной тишины, его темничная келлия вдруг наполнилась необыкновенным светом, и среди этого света он увидел пред собой преподобного Сергия Радонежского, который сказал ему:

«Арсений! ваши и наши молитвы услышаны: предстательством Богоматери суд об отечестве нашем преложен на милость – завтра Москва будет в руках осаждающих, и Россия спасена».

Как бы в подтверждение истины этого пророчества, к болящему старцу неожиданно вдруг возвратилась крепость сил, и он почувствовал мгновенное исцеление от томившего его тяжкого недуга.

Радостная весть об этом видении с быстротой молнии распространилась повсюду и, перейдя даже стены осажденного города, воспламенила сердца воинов кн. Пожарского неустрашимым мужеством. Они бросились в решительный приступ, и поляки, несмотря на свое отчаянное сопротивление, должны были сдать Кремль.

В первый же воскресный день русское воинство со всеми жителями освобожденной первопрестольной столицы совершило торжественный крестный ход на Лобное место с чудотворной Казанской иконой Божией Матери во главе. Навстречу этому крестному ходу вышел старец Арсений, неся в своих руках сохраненную им в плену чудотворную икону Божией Матери Владимирскую – древнюю историческую святыню русского народа.

В память столь чудесного заступления Матери Божией русскому народу, новоизбранный Царь Михаил Феодорович Романов, по благословению отца своего, Митрополита, а впоследствии Святейшего Патриарха, Филарета, распорядился установить ежегодное празднование Казанской иконе Божьей Матери, кроме дня Ее обретения – 8 июля –, еще в день спасения России от бедствий Смутного времени – 22 октября. А при его преемнике Царе Алексии Михайловиче день 22 октября был провозглашен общенародным – всероссийским праздником.

Много и других замечательных случаев чудесного заступничества Божией Матери за православный русский народ знает наша отечественная русская история.

Из них особенно поразителен случай спасения России, по молитвам перед чудотворным образом Владимирской Божией Матери, от нашествия страшного азиатского завоевателя Тамерлана, который буквально все сметал на своем пути, – так что русские люди ожидали тогда бедствия худшего, чем нашествие татарского хана Батыя.

Весь русский народ объединился тогда в пламенной молитве, обращенной к Заступнице Усердной рода христианского, и не был посрамлен в своем уповании. Когда Владимирская икона торжественным крестным ходом переносилась из г. Владимира, где до того времени постоянно пребывала, в Москву, по пути ее следования, в течение целых десяти дней, наблюдалось потрясающее душу зрелище. По обе стороны дороги стояли на коленях безчисленные толпы народа, который, протягивая руки к иконе, как бы к Самой Пресвятой Богородице, слезно вопиял: «Матерь Божия, спаси землю Русскую!» А в это время, в Москве Митрополит Киприан, со всем своим духовенством и народом, наложил на себя строгий пост, буквально не отходил от церкви, совершая непрерывные службы о спасении России и днем и ночью и молясь со слезами о великом князе, о воинстве его и о всех православных христианах. Прибывшая в Москву святыня была встречена Первосвятителем Русской Церкви со множеством народа: все, по словам очевидца, «и малые и великие, со слезами, еже не обрести человека не плачуща, но вся с молитвою и плачем, воздыхании немолчными и рыданием»...

И что же?

Дивные последствия этой потрясающей всенародной покаянной молитвы нам известны. После страшного видения таинственной Жены, окруженной безчисленным множеством молниеобразных воинов, вооруженных огненными мечами, которые грозили ему, свирепейший азиатский завоеватель Тамерлан, которого называли «бичом народов», стремительно бежал со всеми своими полчищами далеко от пределов русской земли и больше не появлялся.

Вот как и чем спасалась Русская земля во все трудные мгновения своего исторического бытия на протяжении почти целого тысячелетия.

И это – не один только раз, а многократно!

Что же мы видим теперь?

Теперь, когда Русскую землю постигло длящееся вот уже боле сорока лет еще более тяжкое, чем первое, второе Смутное время, нет и не может ни откуда быть спасения кроме еще более пламенного и слезного обращения всех русских людей к исконной Покровительнице и Заступнице нашей – к «скорой Помощнице, готовому и теплому спасению, Покрову Девы» (Кондак Казанской Божией Матери).

Что же мешает всем нам обратиться к Ней так, как обращались наши предки?

Только неверие и маловерие.

Мы все делаем будто бы для спасения нашей Родины-России, кроме самого главного. И почему-то никак не хотим понять, что продолжающееся уже боле сорока лет страшное кровавое второе Смутное время на нашей Родине красноречивее всяких слов свидетельствует нам о нашем безсилии, о тщетности наших усилий, а главное об ошибочности всех наших деяний и мероприятий.

Главная же наша ошибка – в том, что мы как-то упорно не желаем понять, что именно привело Россию к этому новому Смутному времени, и продолжаем даже здесь, заграницей, в нашем печальном изгнании, вместо того, чтобы окончательно протрезвиться, после всего нами пережитого, делать все то же, что в свое время повергло Россию в это страшное кровавое бедствие, от которого она до сих пор не может оправиться.

И при всем том – иногда громко говорим и даже кричим о спасении России.

О спасении России мы сможем лишь тогда помышлять вполне серьезно, когда мы станем другими. Мы должны заставить себя самым коренным образом перемениться – перестать быть такими, какими мы вольно или невольно, разумом или неразумием, своими собственными руками или хотя бы только безразличным попустительством ввергли Россию в ту жуткую кровавую бездну, в которой она доселе находится.

Ни образование все новых и новых политических партий и организаций с широковещательными программами и постоянными распрями и взаимными, недостойными русского имени, нападками между ними, ни устройство «дней» и «вечеров русской культуры», ни «благотворительные» балы, театральные спектакли и концерты, тем более в кануны воскресных и праздничных дней, ни юбилейные празднества, особенно в духе готовящегося теперь чествования отлученного от Церкви за свои невероятно-кощунственные злобные выходки Льва Толстого, ни «банкеты» с самыми патриотическими речами, ни собрания «дней непримиримости» с самыми горячими антибольшевицкими выступлениями, ни... даже формальное посещение официальных молебнов и панихид в особо-памятные дни – все это никогда не будет в состоянии спасти России.

Тем более не спасут Россию отвратительно-кощунственные нападки на нашу Святую Веру и Церковь, которые позволяют себе время от времени русские будто бы люди в периодической печати, тоже, по недоразумению, или, вероятнее всего, со злым умыслом, именующей себя «русской».

Все эти неверы и полуверы, а также и все те, которые так или иначе, в той или иной форме, солидаризируются с ними, суть не более, как гробокопатели России, хотя бы они громко и на все стороны кричали о какой-то своей «работе», направленной на спасение ее от большевизма.

Пора наконец протрезвиться и понять, что нет другого верного пути спасения нашей Родины-России, кроме того, на который всегда становились наши благочестивые предки: это – путь всеобщего нашего обращения к «тихому и доброму пристанищу – покрову Девы».

«Ускорим» же к Ней «на молитву и потщимся на покаяние: источает бо нам неоскудныя милости Пречистая Богородица, предваряет на помощь, и избавляет от великих бед и зол благонравныя и богобоящыяся рабы своя» (Кондак Казанской Божией Матери).

Мрачный юбилей.

Злобные кощунники, наглые ругатели нашей святой веры и Церкви, разрушители величайшего в мiре христианского государства – Святой Руси там, на нашей оскверненной и порабощенной ими несчастной Родине, только что отпраздновали ежегодно справляемый ими кровавый «юбилей» своего насильнического прихода к власти – 43-хлетие так называемой «октябрьской революции».

Такое празднование нас не удивляет – оно в порядке вещей. Почему бы кровожадным по природе фанатикам-палачам не торжествовать победы над столь легко сравнительно доставшейся им лакомой жертвой-добычей – шестой частью света, к которой они прибавили теперь, попустительством так называемого «свободного мiра», еще целый ряд стран?

Это – не удивительно.

Но вот что поистине удивительно!

Удивительно то, что русские люди, столько в свое время пострадавшие от богоборцев-большевиков и находящиеся теперь в изгнании, любящие заявлять себя при том, как антибольшевики, ведущие борьбу за спасение России от большевизма, – собираются, тем не менее, здесь, в эти ближайшие дни торжественно праздновать 50-тилетний юбилей смерти человека, который своей разлагающей проповедью подготовил такую благоприятную почву для торжества большевизма.

Мы имеем в виду Льва Толстого – озлобленного и прегордого врага и хулителя христианской веры и Церкви, которого величайший пастырь нашего времени, праведник, молитвенник и чудотворец приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский не напрасно называл «еретиком злейшим и дерзостнейшим изо всех бывших еретиков», «гнилым плодом западной вольнодумной учености», «нигилистом до мозга костей, не верующим ни в кого и ни во что, кроме себя самого», «львом рыкающим, ищущим кого поглотить», «сыном геенны», «зверем, вышедшим из бездны» и «предтечею Антихриста».

Надо внимательно прочесть все писания Толстого и глубоко вдуматься в них, прочувствовав весь ужас им написанного, чтобы понять всю обоснованность таких наименований, данных ему любвеобильным и кротчайшим батюшкой о. Иоанном.

С неслыханной гордой заносчивостью, с невероятным самомнением, с отвратительным, порою, кощунственным глумлением отрицавший и отвергавший все, что свято и дорого для каждого истинного христианина, как то: веру в Триединого Бога, сотворившего мiр видимый и невидимый, веру в Божество Господа нашего Иисуса Христа – Сына Божия, «нас ради человек и нашего ради спасения, сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечшася», веру в великий искупительный подвиг, совершенный Им на кресте для спасения падшего грехом человека, веру в Его преславное тридневное возстание и вознесение, веру в ниспосланного Им от Бога Отца Духа Святого, перерождающего и возрождающего к новой жизни наши души, веру в основанную Им Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, которой «врата адова не одолеют», веру в Ее благодатные таинства и спасительные установления, веру в Богооткровенное учение Слова Божия ветхозаветного и новозаветного, как и во все вообще, во что учит нас веровать Св. Православная Церковь, –
Лев Толстой, тем самым, подготовил в русском обществе благоприятную почву для насаждения и распространения безбожных, нигилистических и материалистических идей большевизма.

Охваченный сам непримиримой ненавистью к Св. Церкви и к ее органам – священнослужителям, и внушая эту ненависть другим, он, тем самым, подал сигнал к тому неистовому гонению на Церковь, к тем кощунственным выходкам и кровавым преследованиям духовенства и истинно-верующих русских людей, каковыми так ярко ознаменовали свой приход к власти большевики.

Только совершенно невежественные, ничего не смыслящие в учении христианской веры и Церкви лица или же – никогда не читавшие ничего из безобразно-кощунственных выпадов Толстого против этой веры и Церкви могут недоумевать или негодовать, за что автор «Войны и мира» и «Анны Карениной» отлучен от Церкви.

В этом отношении им может помочь недавно изданная в Нью-Йорке брошюра под заглавием: «Л. Н. Толстой – Христианство и Церковь». Эта брошюра, несомненно ставящая себе задачей и здесь заграницей продолжать ту же борьбу с Церковью, которая была начата в России Львом Толстым и большевиками, неведущим и добросовестно заблуждающимся защитникам и поклонникам Толстого может раскрыть глаза. По прочтении этой, со злым умыслом выпущенной в свет брошюры, где собраны все перлы толстовской «мудрости» и где приводятся его гнусные кощунственные издевательства над верованиями Церкви, каждому непредвзято и безпристрастно настроенному человеку станет ясно, сколь справедливым был изданный нашим Святейшим Синодом акт отлучения Толстого от Церкви.

Да и как может православный русский человек считать этот акт несправедливым, если сам Толстой в своем ответе на определение Синода дословно пишет: «То, что я отрекся от церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо.»?

В чем же тогда дело?

Почему до сих пор есть лица, которые никак с этим актом отлучения не хотят примириться и возмущаются тем, что Толстой был лишен церковного погребения, несмотря даже на то, что он сам в том же своем ответе буквально пишет: «И я действительно отрекся от церкви, перестал исполнять ее обряды и написал в завещании своим близким, чтобы они, когда я буду умирать, не допускали ко мне церковных служителей, и мертвое мое тело убрали бы поскорей, без всяких над ним заклинаний и молитв»...

Чем же, после этого, возмущаться?

И как можно, после такого категорического заявления навязывать Толстому после смерти то, чего он сам не хотел при жизни, и за что можно осуждать наш Синод, который своим актом, в сущности, только констатировал происшедшее уже фактически, по воле самого Толстого, его отпадение от Церкви?

Но, скажут некоторые, Толстой признавал все же нравственное учение Христа и, противополагая его догматическому учению Церкви, как будто горячо ратовал за проведение его в жизнь.

Да, как будто! но ведь это на словах только, а на деле мы не видим, чтобы кто-либо из «толстовцев», не говоря уже о самом Толстом, вся личная жизнь которого была в вопиющем противоречии с проповедуемым им учением, осуществил это учение в своей жизни.

А в то же самое время столь поносимая им Церковь и служители Ее, которых он не постыдился заклеймить наименованием «обманщиков», на протяжении девятнадцати слишком веков дали безчисленное множество высоких образцов самой возвышенной нравственной жизни, за что и удостоились общего, всенародного признания их святости и причислены поэтому Церковью к лику святых.

Клеветать на Церковь и сочинять о Ней всякие злостные вымыслы, пользуясь неосведомленностью и религиозным невежеством современных людей, далеко отошедших от истинной веры и Церкви, можно сколько угодно, но ведь действительная жизнь говорит совсем другое, а факты жуткой современности (взять хотя бы пережитое нами в Советской России!) убедительнее всяких слов свидетельствуют нам, что человек, отступивший от веры и Церкви, теряет всякие нравственные устои и делается хуже зверя.

Нравственное учение Евангелия неотделимо от его ясно-выраженных догматических положений, ибо вся христианская нравственность, как это явствует из собственных слов Самого Христа-Спасителя, естественным образом вытекает из основных догматов христианства. Самое учение о любви христианской, которое нередко подчеркивает Лев Толстой, теснейшим образом связано с догматическим учением о Богосыновстве Господа Иисуса Христа (о чем см. Матф. 22, 35-46).

Коренное заблуждение Льва Толстого заключается в том, что он, будучи по убеждениям своим, в сущности, грубым материалистом, совершенно отрицает всю таинственно-мистическую сторону в христианстве, и все христианство сводит к одной только нравственности. Но и эта нравственность у него не подлинная, евангельская, а зачастую до неузнаваемости извращенная и искаженная – в духе, например, совершенно безнравственного, по существу, чисто-толстовского (а вовсе не христианского) учения «о непротивлении злу». Толстой, нисколько не смущаясь, берет из Евангелия только то, что ему нравится и толкует это совершенно произвольно – тоже так, как это ему нравится. Потому-то он и дошел, наконец, до того, что составил свое собственное, им самим измышленное Евангелие.

Ну, разве не совершенное безумие, не страшная, поистине бесовская гордыня утверждать, будто на протяжении почти двадцати веков все великие, прославленные святостью жизни служители Христианской Церкви заблуждались, и только к началу двадцатого столетия христианской эры я, Толстой, впервые обрел истину?

Зачем же тогда, проповедуя свою собственную безбожную, в сущности «веру» (ибо Толстой открыто заявляет, что в личного Бога, Творца вселенной и человека, он не верит), лицемерно прикрываться еще именем Христовым, вкривь и вкось толкуя учение Христово и этим вводя в заблуждение людей?

Разве можно принимать будто бы учение Христа, как такое, в котором (по словам самого Толстого) «яснее и понятнее всего выражена воля Божия» и одновременно отвергать собственное учение Христово о Себе Самом, как о Единородном Сыне Божием, отдавшем Себя на смерть за спасение человека, говоря, что «понимать человека Христа Богом и молиться ему – величайшее кощунство» (Ответ Толстого на определение Синода)?

Ведь тут нет никакой логики!

Попытка отделить нравственное учение Евангелия, даже не искажая его (как это делает Толстой), от его догматического учения – это чисто-искусственная попытка, которая ничем не может быть оправдана, ибо она разрушает цельность, стройность, строгую логическую последовательность и гармоничную выдержанность и законченность евангельского учения и разрывает единый, целостный, величественный образ Христа – Богочеловека, каким Он рисуется нам в Евангелии. Недопустимо и преступно, поэтому, выбирать из Евангелия, по своему собственному вкусу то, что хочется, и отметать то, что не отвечает твоей предубежденной настроенности.

А это именно и делает все время в своих разсуждениях Толстой, вполне уподобляясь в этом отношении всем вообще еретикам и сектантам всех времен и всех народов.

Но вот это-то как раз и есть подлог и обман!

Перед этими нигилистическими извращениями и кощунственными выходками Толстого меркнут и обращаются в ничто все его литературно-художественные таланты и дарования, ибо для подлинно-верующего православного русского человека нет и не может быть ничего дороже нашей исконной православно-христианской веры и Церкви.

Что нам в его литературных талантах, когда он, в конечном счете, сделал из них такое безобразное применение, грубо обругав и охаяв нашу веру и Церковь, которыми почти тысячу лет жили и спасались наши благочестивые предки?

Всякий, кто ведет борьбу с истинной Христовой Церковью, делает одно дело с богоборцами-большевиками, залившими кровью и слезами нашу несчастную Родину.

Так мы и должны расценивать людей, нас окружающих!

Сейчас повсюду заграницей устраиваются так называемые «Дни непримиримости», которые нередко объединяют между собой, по крайней мере, на время, людей самых различных убеждений, взглядов и толков. И это вполне понятно и вполне оправдано. Большевизм это страшное сатанинское зло. И к нему нельзя не быть непримиримыми.

Но как понять и с этим примирить празднование теми же самыми людьми юбилея Толстого, объявления и призывы о чем разсылаются повсюду, – того самого Толстого, который, извращая подлинное евангельское учение, так настойчиво учил о непротивлении злу – всякому злу, следовательно и большевицкому?

И как эти люди могут примирить свою непримиримость к большевикам с почитанием памяти Толстого, так старательно подготовившего в России почву для торжества большевизма, – это просто непонятно!

Для того, чтобы эти «Дни Непримиримости» были вполне разумными, логично-осмысленными и, таким образом, принесли бы тот желанный плод, ради которого они устраиваются, мы должны прежде всего проявить эту непримиримость по отношению к своим собственным заблуждениям, в духе губительного «толстовства», если они в нас имеются, и выкорчевать их из себя с корнем, сделавшись верными и преданными сынами и дщерями нашей Св. Православной Церкви безоговорочно. Ибо нравственной жизни у нас Лев Толстой никого не научил, а вот веру христианскую и преданность истинной Церкви во многих русских людях расшатал и поколебал, что и повергло нашу несчастную Родину во все ужасы большевизма.

До тех пор, пока мы этого не поймем, – пока мы не сделаемся совершенно непримиримыми к тем идеям и настроениям, какие распространял у нас Лев Толстой и которые привели нас к большевизму, вся наша непримиримость к большевикам, столь горячо иногда провозглашаемая на выступлениях в «Дни Непримиримости», останется пустоцветом, и всякая борьба с большевизмом заранее обреченной на неуспех и полное безплодие.

Безумие неверия и теплохладность полуверия России не спасут.

«Господи, посли Свет Твой и Истину Твою!...» «Просвети очи омраченныя сердец их!...»

Оцерковление – наше спасение.

"Днесь храм одушевленный и Великого Царя
в храм входит, Тому уготоватися в Божественное
жилище: людие веселитеся".

(Стихира Входа во храм Пресв. Богородицы).


«Днесь храм одушевленный и Великого Царя» – Пречистая Отроковица Мария – входит в храм Господень во Иерусалиме для того, чтобы «Тому (то есть, Господу) уготоватися в Божественное Жилище: людие веселитеся!» – так, радостно, призывая всех к веселию, поет Св. Церковь в день великого праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, празднуемого 21 ноября по нашему православному календарю.

Это было исполнение обета над Пречистой Отроковицей Марией – обета, который дали ее благочестивые родители св. праведные Иоаким и Анна еще до Ее рождения. Будучи безплодными и глубоко скорбя об этом, они слезно молили Бога даровать им дитя, обещая посвятить его на служение Богу. Молитва их была услышана. Господь даровал им дитя – Отроковицу Марию, и вот, едва исполнилось Ей три года, как они уже спешат исполнить свой обет и приводят Ее в храм Господень. По особому откровению Божию, сам первосвященник Захария встретил Пречистую Отроковицу и ввел Ее во Святая-Святых, это таинственное обиталище славы Божией, куда и сам он мог входить лишь однажды в год, а более – никто из смертных.

Сами Ангелы поразились необычайностью этого события, как поется об этом в праздничному песнопении: «Ангели вхождение Пречистыя зряще удивишася, како Дева вниде во Святая-Святых».

Для чего все это было нужно?

Для того, чтобы, воспитавшись во Святая-Святых, в этой таинственно-благодатной тишине храма, в постоянной ничем неразвлекаемой сердечной молитве, Она могла духовно созреть, дабы стать достойным сосудом воплощения Сына Божия – сделаться чудесной Виновницей нашего спасения чрез сверхъестественное рождение от Нее Божественного Искупителя Господа Иисуса Христа.

Вот почему этот праздник считается преддверием праздника Рождества Христова, как бы открывая вход к нему, вследствие чего с этого дня мы на всех праздничных службах слышим радостное рождественское песнопение: «Христос рождается – славите! Христос с небес – срящите». Вот почему и в тропаре этого праздника так выразительно говорится: «Днесь благоволения Божия предображение... в храме Божии ясно Дева является, и Христа всем предвозвещает»...

Великое событие рождения в мiре Сына Божия и искупления Им грешного человечества стало возможным только потому, что избранная орудием для этого Отроковица была введена в храм и получила воспитание в храме.

Так вот, следовательно, сколь велико воспитательное значение храма Божия!

Он делает людей святыми – он настолько перерождает греховную природу человека, что делает его способным ко вселению в него Самого Бога!

И это неудивительно.

«Поистине храм есть земное небо», говорит наш великий праведник приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский: «Ибо, где престол Божий, где страшныя таинства совершаются, где ангелы служат с человеками, где непрестанное славословие Вседержителя, – там истинно небо и небо небесе».

«В церкви мы вытрезвляемся от мiрскаго обаяния», говорит он же: «от опьянения страстей и похотей житейских, просветляемся, освящаемся, очищаемся душами своими, к Богу приближаемся, с Богом соединяемся. Как должен быть достопочтен и достоин любви храм Божий, как любили его святые Божии человеки!»

Искренняя молитва соединяет человека с Богом. Но нигде молитва не может быть столь горяча и действенна, как в храме Божием, ибо там постоянно приносится Страшная Безкровная Жертва «о всех и за вся», там совершаются непрестанные моления от лица всех верующих, там – «самый воздух святой», по выражению одного из наших богомудрых архипастырей.

Недаром Богоносные Отцы наши издревле именовали храм «училищем благочестия».

Пречистая Отроковица Мария, получив воспитание в благодатной обстановке храма, сделалась Сама «Одушевленным Храмом Божиим», как именует Ее Св. Церковь, ибо в Нее вселился и от Нее вочеловечился Единородный Сын Божий.

Но и все мы, христиане, призваны к тому, чтобы сподобиться благодатного вселения Божия – стать одушевленными храмами Божиими. В этом как раз и заключается наше назначение – цель нашей жизни. Об этом ясно и неоднократно учит нас Слово Божие.

«Вы бо есте церкви Бога Жива, якоже рече Бог: яко вселюся в них и похожду, и буду им Бог, и тии будут Мне людие» (2 Кор. 6, 16).

«Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас?» (1 Кор. 3, 16).

Духовная природа, так же как и физическая, не терпит пустоты. Дух Божий не может обитать в душе, оскверненной всякими нечистотами – греховными страстьми и похотьми. И если мы не позаботимся очистить душу, достойным образом приуготовив ее для вселения в нее Духа Божия, то в нее неизбежно вселится враг Божий – диавол, вместе с споспешниками своими, злыми бесами.

Вот где причина того страшного беснования, которое происходило и продолжает происходить на нашей несчастной Родине, а в значительной степени, хотя, может быть, не столь приметным для всех образом, и повсюду теперь – во всем мiре!

Храмы Божии и все, что происходить в них – церковные молитвы, священнодействия и благодатные таинства, – имеют своим назначением очищать наши души от всякой греховной скверны и нечистоты и делать их храмами Божиими, достойными жилищами Духа Божия.

Итак, храм Божий безусловно необходим нам для того, чтобы мы сами могли становиться одушевленными храмами Божиими.

Вот почему безумно поступают все те, кто пренебрегают храмом Божиим, кто ленятся посещать совершаемые в нем Богослужения, не принимают участия в обще-церковной молитве и таинствах и думают, что можно обойтись без храма, – что посещение храма – дело неважное и необязательное.

Такие люди, по всей справедливости, могут быть названы духовными самоубийцами, ибо они сами себя лишают величайшей радости жизни в Боге и отдают себя в руки врага Божия – диавола, неизбежно, в таких случаях, вселяющегося в их души. Уделом их будет вечная смерть – та «смерть вторая», о которой говорит в своем «Откровении» возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов, – вместе с диаволом и всеми его служителями, вверженными в «озеро огненное» (Апок. 20, 10-15).

Единственный путь спасения для нас – это путь оцерковления всей нашей жизни.

Это – жизнь в Церкви.

А жизнь самой Церкви немыслима без храма и совершаемого в нем Богослужения – без обще-церковной молитвы и таинств. Если частую молитву каждого отдельного верующего Св. Отцы называют «дыханием души», то общественное Богослужение, совершаемое всем собором верующих, есть как бы дыхание всего церковного организма – всего Тела Церкви. Как дыхание необходимо для всех членов обыкновенного телесного организма, ибо оно оживляет их через кровь, которая постоянно очищается получаемым ею из воздуха кислородом, так постоянное участие в Богослужении совершенно необходимо для всех членов Тела Христова – Церкви, ибо оно точно также духовно оживляет их чрез получаемую путем церковной молитвы и тайнодействий благодать Святого Духа. Кто не участвует в Богослужении, тот духовно умирает, отпадая от Церкви, как отмирает и отсекается от телесного организма тот член, в котором прекращается кровообращение, как отсекается засохшая ветвь от лозы, по образному сравнению Господа (Иоан. 15, 6).

С этой точки зрения, вполне понятно, почему в древности лица, пропустившие подряд три воскресных литургии, отлучались от Церкви.

Но, конечно, подлинное оцерковление жизни, которое необходимо для спасения, не состоит в одном внешнем посещении Богослужений и формальном принятии церковных таинств.

«Оцерковить» свою жизнь это значит – сделать себя живым членом Церкви, сознательно участвующим в общей жизни Церкви, как Тела Христова, как единого цельного духовного организма, и строить всю свою жизнь в полном согласии с таким сознанием.

Образец такой подлинно-оцерковленной жизни мы находим в основанной св. Апостолами первой христианской общине в Иерусалиме. Вот какими чертами описывает эту жизнь книга Деяний Апостольских:

«Они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах... были вместе и имели все общее... каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа» (Деян. 2, 42-47)... «У множества уверовавших было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее... не было между ними никого нуждающегося, ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов, и каждому давалось, в чем кто имел нужду. Апостолы же с великою силою свидетельствовали о воскресении Господа нашего Иисуса Христа, и великая благодать была на всех их» (Деян. 4, 32-35).

Это – полная противоположность эгоистической бездушной жизни современного мнимо-христианского мiра, но это – и не «коммуна» современных «благодетелей» человечества – социалистов и марксистов-коммунистов, столь лживо, как это ясно показал их опыт в нашей несчастной России, обещавших устроить «рай на земле».

Вся суть в той благодати Божией, которой преисполнены были первые христиане, и без которой нет и не может быть ничего хорошего для людей и немыслимо самое главное – спасение.

А эта благодать Божия подается в храме чрез единодушную церковную молитву и принятие церковных таинств.

Вот почему так важен и нужен храм Божий; вот почему Богослужение в нем должно совершаться истово и уставно, а не кое-как, с небрежением; вот почему все верующие должны принимать в ней участие «единем сердцем и единеми усты», как призывает нас к этому сама св. Церковь, а не быть только праздными зрителями и безучастными слушателями, к тому же ничего не понимающими из того, что в храме происходит, а потому нередко скучающими, как это часто теперь бывает, и тяготящимися его продолжительностью.

Задача привлечения всего верующего народа к самому живому и сознательному участию в Богослужении – это одна из основных задач современного христианского пастыря, ревнующего о спасении душ своих пасомых, это – вопрос жизни и смерти!

К сожалению, – страшно это сказать, но это так! – мы являемся сейчас свидетелями грозного процесса всеобщего расцерковления – расцерковления не только личной жизни современных христиан и современного христианского общества, но даже попытки расцерковления самой Церкви, путем обращения ее в обыкновенную светскую организацию, служащую чисто светским, мiрским, но не духовным целям и интересам.

Эта страшная, убийственная для подлинно-христианской жизни, попытка имеет в настоящее время весьма многогранное выражение: пастыри христианские стремятся завоевать себе право стать вполне светскими людьми, со светским внешним обликом, со светским образом мыслей, настроением и поведением, служа не Богу, а сильным и славным «мiра сего», с полной готовностью всячески попирать и евангельские заповеди и церковные каноны; до последней степени урезанное и небрежно, на скорую руку, совершаемое Богослужение отходит на второстепенное место, а на первое место выступает чисто-светская «общественная жизнь» с неизменными «банкетами», «пикниками», «танцевальными вечерами» и «балами» и тому подобными, весьма нескромными и просто неприличествующими христианам увеселениями и развлечениями, которые нередко официально устраиваются от имени Церкви и «в пользу церкви», даже в дни поста и в кануны воскресных и праздничных дней, и т. п.

Это расцерковление, конечно, неизбежно ведет к тому, что «соль обуевает» и, по слову Христа-Спасителя, становится ни к чему негодной, как только к тому, чтобы выбросить ее на попрание людям (Матф. 5, 13).

В сознание современных людей «кем-то» усиленно внедряется мысль, что Церковь и Богослужение, как и все церковные правила и установления, предназначены для духовенства и монахов, а для светских людей все это – необязательно и может служить даже помехой в деле служения их на пользу человеческому обществу.

Пропагандирующие такие идеи с крайней враждебностью относятся к истинным пастырям, ревнующим об оцерковлении своих пасомых, стараются клеветать на них, подрывать, где только возможно, авторитет их, противопоставляя им других пастырей, готовых идти на все уступки, на все компромиссы с мiром сим, во зле лежащим, под лукавым предлогом «церковной экономии», забывая слова Христовы о «соли обуявшей».

Но ведь этот путь расцерковления и омiрщвления и есть как раз тот самый «путь широкий и пространный», которым, по словам Христовым, «идут многие» и который «ведет в погибель». А путь оцерковления жизни, хотя этот путь и кажется иногда «тесным и узким», а потому «немногие находят его», зато есть путь, «ведущий в жизнь» – к общему нашему назначению – вечному спасению (Матф. 7, 13-14).

А потому не будем озираться по сторонам и считаться с современным «общественным мнением», а пойдем этим прямым и верным путем, не боясь оказаться «в меньшинстве», ибо не напрасно последователей Своих Христос-Спаситель называл «малым стадом» (Лук. 12, 32).

Будем всем сердцем своим стремиться оцерковить нашу жизнь – жить в Церкви, чтобы удостоиться быть в этом «малом стаде» и улучить уготованное нам благостью Божиею вечное спасение.

Правило веры.

Не только мы, православные христиане, но и весь мiр, еще считающий себя христианским, с датой 6-го декабря связывает память одного из величайших и наиболее почитаемых святых Христовой Церкви – святителя Николая, Архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца.

Нет такого другого угодника Божия, которого бы так все чтили, прославляли и величали, как святителя Христова Николая. Несомненная святость его засвидетельствована безчисленными чудесами, совершенными им, как при жизни, так и после смерти, вплоть до самого нашего времени. Поистине нет такого другого угодника Божия, от которого бы источалось такое «неисчерпаемое чудес море», как от святителя Христова Николая. Чтят его поэтому не только христиане, но даже магометане и язычники, как великого чудотворца и скорого помощника людям во всех бедах и напастях. А особенно нежно и свято чтил его наш православный русский народ, считая его как бы «своим», родным, с особой любовью нарекая имя его новорожденным и посвящая ему многочисленные храмы, воздвигаемые по всему лицу земли Русской.

Откуда же такая великая слава святителя Христова Николая? В чем его сила и величие, чем он так покоряет и привлекает к себе сердца человеческие?

Тем, что он, в полном смысле слова, был «правилом веры» христианской, как именует его в своих песнопениях Св. Церковь, то есть – образцом истинно-христианской жизни. Он в точности исполнил на себе завещание св. Апостола, обращенное к пастырям: «Образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою» (1 Тим, 4, 12).

На нем буквально исполнилось замечательное пророчество, которое, по особому, конечно, вдохновению от Бога, изрек посвящавший его в сан пресвитера Епископ Николай Патарский:

«Я вижу, братие, новое солнце, восходящее над землей и приносящее сладостное утешение скорбящим и страждущим. Счастлива та паства, которая будет иметь его своим руководителем. Он укрепит ее в вере в Господа, он наставит ее в добродетельной и благочестивой жизни, он будет усердным помощником для всех бедствующих».

И действительно: вся жизнь св. Николая была блистательным исполнением этих пророческих слов рукополагавшего его епископа. От самой юности своей он весь горел пламенной верой в Бога, будучи строгим и непреклонным ревнителем чистоты Православия; он проводил самую суровую подвижническую жизнь в непрестанных бдениях, постах и молитвах; забывая себя, он самоотверженно помогал бедным, утешал страждущих, мужественно защищал несправедливо обиженных и обездоленных, укреплял и наставлял колеблющихся и слабых в вере, – он никогда не уставал совершать всевозможные дела христианской любви и милосердия по отношению ко всем людям.

Прославляя святых угодников Божиих, Св. Церковь делает это для того, чтобы воодушевить нас на подражание им. Прославляя св. Николая, как «Правило веры», Св. Церковь желает, чтобы мы, следуя его примеру, как «правилу», или образцу, подражали ему в подвигах его христианской добродетельной жизни.

Делаем ли мы это?

Сколько слышно в настоящее время красивых, но безплодных, а зачастую и лицемерных слов о гуманности, человечности, справедливости, всеобщем благополучии, сытости и довольстве, которые так обильно расточают тщащиеся быть вождями и руководителями жизни народов, – но совсем не видно дела, того настоящего, подлинного дела христианской любви и благочестия, которым так прославился и к которому так горячо зовет нас самою жизнью своею столь почитаемый всеми и так хорошо всем известный святитель Христов и Чудотворец Николай.

Если мы действительно хотим блага себе и всему человечеству, то для всех нас, а в особенности для тех, кто стоит во главе общественной – церковной или государственно-гражданской – жизни, этот всенародный и общепризнанный святой должен был бы быть высшим идеалом как личной жизни, так и общественной деятельности. Для этого нужно только взять житие его, внимательно прочитать, изучить его, глубоко запечатлеть его в своем сердце и составить по нему программу своей жизни, твердо решившись, в надежде на благодатную помощь Божию, никогда не отступать от нее.

Тогда только и можем мы надеяться, что преобразится и к лучшему переменится вся наша современная жизнь, являющая ныне столь печальную картину всеобщего религиозного и нравственного разложения и упадка и тем самым неизбежно влекущая человечество к его конечной гибели.

Из жития св. Николая мы прежде всего узнаем, что еще с детских лет и ранней юности своей он избегал отроческих шалостей и забав, любил воздержание и уединение, часто посещал храм Божий, углублялся в чтение Священного Писания и большую часть времени проводил в молитвах, избегая суетного времяпрепровождения и пустых бесед. В таких наклонностях и настроениях воспитывали его благочестивые родители.

Так ли и у нас воспитывают детей своих?

Св. Николай горячо предан был Св. Церкви своей и пламенно ревновал о славе ее и о чистоте св. веры православной. Он не мог терпеть, чтобы в его присутствии поносили святую веру и унижали Имя Божие. Кротчайший и смиреннейший, исполненный благости и любви к людям, он не мог, однако, выдержать богохульства еретика Ария, унижавшего достоинство Сына Божия, и, не думая о последствиях, в порыве ревности о Господе, ударил его (это очень не нравится либералам, отвергающим поэтому даже самую действительность этого события). Поступок его был оправдан чудесным знамением: в видении пред очами некоторых епископов Господь Иисус Христос подал св. Николаю Евангелие, а Пресвятая Богородица возложила на плечи его архиерейский омофор.

Так ли и мы готовы всегда ревностно и безбоязненно отстаивать свою св. веру от поругания и поношения ее безбожниками и еретиками? Не случается ли иногда в наше время, что люди, считающие себя христианами, спокойно и равнодушно позволяют в своем присутствии глумиться над верою в Бога, кощунственно издеваться над Церковью и ее установлениями, благочестивыми обычаями и традициями? Допустимо ли, по малодушию и «страха ради иудейска», молчать, когда мы обязаны мужественно возвысить свой голос в защиту подвергаемой хулению святыни? Ведь «молчанием предается Бог».

Св. Николай всегда первым являлся в храм Божий к Богослужению и последним уходил из него. Эта привычка, как известно из его жития, послужила как раз поводом к избранию его в архиепископы Мир Ликийских.

Так ли и мы всегда спешим попасть в храм Божий еще до начала Богослужения и дорожим возможностью простоять все Богослужение полностью до конца? Не бывает ли с современными христианами чаще, что они страшно боятся опоздать на какое-нибудь увеселение, зрелище или светское собрание, а в храме Божий намеренно опаздывают, чтобы не утруждать себя долгим в нем стоянием?

В частной жизни своей св. Николай был необыкновенно прост и невзыскателен: одежду он носил самую скромную и простую, пищи вкушал немного, соблюдал все церковные посты.

Так ли и мы удовлетворяемся самым простым и скромным и так ли бываем невзыскательны в своих жизненных потребностях? – Не бывает ли в среде современных христиан и христианок, наоборот, стремления к приобретению роскошных и изысканных одежд, причем непременно «по последней моде»? Не служат ли у нас эти одежды предметом тщеславия и превозношения перед другими, не имеющими возможности приобрести себе такой дорогой и роскошной одежды? Не любят ли современные христиане услаждать себя изысканной и лакомой пищей, употребляя ее в гораздо большем количестве, чем это необходимо для поддержания сил и здоровья? А уж о соблюдении постов в наше время и говорить трудно: это многими теперь считается излишним и ненужным и даже будто бы вредным для здоровья, хотя современная медицина свидетельствует как раз о противном. Да и мало кто знает теперь, какие и когда установлены Св. Церковью посты!

Но особенно прославился святитель Николай своим необыкновенным милосердием и сострадательной любовью ко всем страждущим и бедствующим, ко всем нуждающимся в помощи и утешении людям, почему так и чтил его всегда православный русский народ, глубоко воспринявший в свое сердце заповедь Христову о милосердии и любви к ближним, как «Николу-Милостивца», подчеркивая этим наименованием ту основную черту его высокой христианской добродетели, которой он так пленяет сердца человеческие.

Все свое имущество, все свое богатое наследство, полученное им от родителей, св. Николай употреблял на дела подлинной благотворительности и христианского милосердия. Многих людей спас он от греха и пороков своею помощью, причем всегда старался благотворить тайно – так, чтобы, как учит Христос-Спаситель, «левая рука не знала, что делает правая» (Матф. 6, 3).

Так ли и современные христиане поступают, употребляя свои доходы и имущества, или хотя бы материальные избытки, на помощь нуждающимся?

Не бывает ли чаще наоборот, что люди, носящие святое имя христиан, щедро расходуют свои средства на всякие греховные прихоти и удовольствия, развлечения и увеселения, и равнодушно проходят мимо людского горя и несчастия? Охотно бросают иной раз громадные деньги на какой-нибудь вздор, служащий удовлетворению страстей, а на добрые дела жалеют дать даже гроши, а если и дают, то непременно так, чтобы все об этом знали и восхваляли их за мнимое добросердечие и безкорыстие.

Истинно-христианская благотворительность есть лишь та, которая проистекает от милостивого, состраждущего людям сердца.

«Все жертвы и милостыни нищим не заменят любви к ближнему», говорит величайший праведник и благотворитель нашего времени приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский: «если ея нет в сердце; потому, при подании милостыни, всегда нужно заботиться о том, чтобы она подаваема была с любовию, от искренняго сердца, охотно, а не с досадою и огорчением на них» («Моя жизнь во Христе» т. 2, стр. 79).

«Те, которые подают алчущим хлеб или деньги с жалением, с лукавым оком и несытым сердцем, – все равно, что кладут яд в свой хлеб или в свою милостыню», говорит о. Иоанн в другом месте своего замечательного дневника (т. 1, стр. 209)... «Нужно подавать с любовию, с уважением к лицу ближняго, доброхотно, с радостью, ибо любви свойственно радоваться при оказании помощи любимому» (там же).

В нынешнее время редко можно встретить такую настоящую, от глубины любящего сердца происходящую благотворительность. Она почти полностью заменена так называемой общественной благотворительностью.

Но обладает ли эта «общественная» благотворительность качествами, которыми должна отличаться истинная христианская благотворительность? Есть ли в ней настоящая христианская любовь и милосердие к страждущим, есть ли подлинное самоотвержение, пожертвование своими личными благами, ради блага ближних, есть ли стремление благотворить тайно, так, чтобы левая рука не знала, по слову Христову, что делает правая?

Увы! ничего этого мы в ней не видим, а наоборот часто встречаем холодность, сухость, жесткость, «официальность» и более или менее ярко обнаруживаемое превозношение своим занятием, которое становится как бы профессией, питающей гордость и тщеславие, толкает на искание славы и известности, почета и уважения в обществе.

А если мы обратимся к источникам, из которых большею частью теперь почерпаются средства для этой «общественной благотворительности», то тут дело обстоит еще хуже.

Балы и вечера, зачастую весьма нескромные и недостойные истинных христиан увеселения и развлечения, да еще нередко в кануны воскресных и праздничных дней, когда место христианам в храме, за Богослужением, и даже иногда во дни поста, дни покаяния и молитвы – вот основной источник этого «общественного благотворения»! Без этого, видите ли, денег от современных христиан на добрые дела получить невозможно.

Какой ужас!

Да разве это благотворение?

Как бичевал и обличал в своих словах и поучениях такую мнимую «благотворительность» исполненный подлинной любви и милосердия к людям наш великий пастырь-благотворитель приснопамятный о. Иоанн, через руки которого проходило в год, по самому скромному подсчету, не мене одного миллиона рублей, которые он все употреблял полностью на добрые дела.

Вот как говорит он об этом в своем дивном вдохновенном дневнике:

«О нынешних благотворениях. – Ты полною мерою вкушаешь блага земныя, подаешь нуждающимся, но себя ласкаешь больше: значит, делаешь добрыя дела без малейшаго самоотвержения. Не велики дела твоих благотворений.

А то, что еще есть? Какия благотворения мнимыя? С благотворительной целью делают увеселения, то есть прежде всего хотят намеренно послужить своей греховной плоти, диаволу, а потом уже – ближнему и Богу.

Да это господа, вовсе не благотворение! Одно только имя благотворения носит. Не «сотворим злая, да приидут благая» (Рим. 3,8).

«Горе вам, насыщеннии ныне, яко взалчете! Горе вам, смеющимся ныне, яко возрыдаете и восплачете» (Лук. 6, 25)! («Моя жизнь во Христе» т. 2, стр. 113).

Вот какой строгий суд вынес наш столь авторитетный для нас величайший праведник нашего времени и подлинный благотворитель о. Иоанн Кронштадтский нашим современным «благотворителям»!

Не следует ли серьезно прислушаться к этому авторитетному мнению и призадуматься, вместо того, чтобы с гордой заносчивостью и самомнением отвергать голос христианского благоразумия, как это у нас обыкновенно делается? Не свой гордый, превозносящийся разум будем ставить на первое место, а разум Матери нашей – Святой Церкви, в лиц ее великих, прославленных и Богом и людьми духоносных служителей, каковыми в древности был Св. Николай Чудотворец, а в наше время – столь плодотворно подражавший ему в подвиге пастырского служения приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский.

Их высокому примеру и богомудрым наставлениям и будем следовать!

Надо также помнить, что всякая такая «общественная благотворительность», которая «связывает» и «обязывает», может быть не только не христианской, но даже анти - христианской: Антихрист ведь будет величайшим общественным благотворителем, и путем именно такой «благотворительности» приобретет влияние, а затем и полноту власти над всем человечеством, столь падким на «благотворения».

Вообще, крайне необходимо знать, что всякое «доброделание» и всякая «нравственность», оторванная от истинной веры в Бога и от послушания Св. Церкви, не только не спасительны, а даже губительны, поскольку они творятся «во имя свое», а не во Имя Божие. Только то добро есть истинное добро, которое делается, как у нас говорили, «Христа ради». А иначе все труды наши будут всуе, сколь бы мы не льстили самим себе и не ублажали сами себя, и как бы не хвалили и не превозносили нас люди, делающие это обычно притом далеко не безкорыстно.

И, наконец, еще одна, чрезвычайно-важная черта в св. Николай, черта, почти совсем утраченная современными людьми и даже многими из числа занимающих высокие престолы священства.

Св. Николай никогда не раболепствовал перед сильными и славными мiра сего. В нем в высокой степени было развито чувство правды Божией, чувство высшей справедливости. Смиренный сердцем, но сильный духом, он мужественно выступал против представителей гражданской власти, когда она попирала правду, в защиту невинно-обиженных и неправедно-осужденных. Не устрашился он жестоких гонений языческой власти, претерпев темничное заключение за веру; не побоялся он выступить и против несправедливых поступков сменившей языческую новой христианской власти, вплоть до принятия самых решительных мер, когда, как известно из жития его, он выхватил из рук палача меч, уже занесенный над головами невинных жертв, а в другой раз – чудесным образом принудил самого Императора Константина пересмотреть свой приговор и помиловать оклеветанных военачальников.

Таков был этот дивный угодник Божий! Его необыкновенная, сияющая по всей вселенной слава, или, выражаясь светским языком, «популярность», уже сама по себе ярко свидетельствует о жизненности и истинности нашей святой православно-христианской веры, «правилом», или образцом которой он был.

Казалось бы: какой простой выход из создавшегося тяжкого международного положения, из того безнадежного нравственного тупика, в какой зашло современное человечество, так живо, как никогда, ощущающее близость своей неминуемой гибели, – перестать кощунственно делать из св. Николая какого-то легендарного шутовского «Деда-Мороза», или «Санта-Клоса», раздающего подарки детям, а, вместо этого, серьезно заняться воспитанием детей в духе той веры, которую с детства исповедывал св. Николай, старавшийся потом всю свою жизнь проводить в строгом соответствии с ее требованиями.

В этом и только в этом – единственное спасение для человечества. А без этого наивно ждать в будущем чего-либо хорошего!

Но что этому мешает?

«Слава в вышних Богу!»

"Се бо, благовествую вам радость велию,
яже будет всем людем: яко родися вам
днесь Спас, Иже есть Христос Господь,
во граде Давидове..."

(Луки 2, 10-11.)

Этой великой радости когда-то действительно тысячелетиями ожидали целые поколения людей. Особенно напряженно ожидали этого великого события лучшие представители избранного народа Божия, ветхозаветные праотцы, пророки и все праведники. Но ожидали его и мудрейшие из язычников, которые, видя все сгущавшийся над человечеством нравственный мрак, неоднократно во всеуслышание заявляли, что дальше так жить нельзя, что нет спасения человечеству, если только Сам Бог не сойдет на землю и не научит людей, как они должны жить, чтобы избежать неминуемо надвигающейся на них гибели.

И вот, наконец, эти ожидания исполнились. Совершилось «велие и преславное чудо», совершилась «велия благочестия тайна – Бог явися во плоти» (Тим. 3, 16): от Безневестныя и Пречистыя Девы Марии, в малом граде Давидове Вифлееме, в убогом вертепе родился и в яслех безсловесных возлег «Отроча младо – превечный Бог».

Небесные лики Святых Ангелов первые прославили это дивное Таинство – явление на земле Бога во плоти – пением несказанно-прекрасной и неслыханной дотоле людьми песни:

«Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!» (Луки 2, 14).

Смиренные пастыри первые удостоились услышать от явившегося им Ангела радостную весть о Рождестве Спасителя мiра, и первые же сподобились великой чести, войдя в убогий вертеп, поклониться Ему. А за ними и ученые мудрецы Востока, водимые таинственной звездой, сподобились той же великой радости, принеся драгоценные дары Рождшемуся, как Богу, Царю и Человеку.

Почти две тысячи лет прошло с тех пор. Искупленное Христом-Спасителем человечество, в основанной Им на земле Церкви, не переставало, в лице лучших своих представителей, приносить Ему жертвы хвалы и благодарения, как некогда волхвы свои дары, непрестанно воспевая славу в вышних Богу и проповедуя на земли мир и в человецех благоволение. Целые сонмы святых угодников Божиих выделило оно из своей среды, как жертву, благоугодную Богови, как живые образцы истинно-христианской жизни и как воодушевляющие примеры для всех, кто бы желал идти путем евангельских заповедей – путем спасения.

Но и враг человеческого спасения диавол, власть которого была попрана, не оставался бездейственными. В промыслительных видах Божиих, от него не была еще отнята возможность искушать и прельщать, и он эту возможность широко использовал. Он никогда не переставал сеять зло, безнадежно пытаясь, в своей слепой злобе, разрушить дело Христово на земле. Или хотя бы сделать его безплодным для людей.

Вот почему большая ошибка видеть и искать в христианстве, пока мы еще живем на земле, одних лишь радостей и представлять себе христианство в виде какого-то безпечного, «розового» прекраснодушия. Совершенно противна истинному христианству мечта о том, будто возможно видимое, осязательное осуществление Царствия Божия еще здесь, на этой грешной земле, которая, как это ясно учит Слово Божие, «сберегается огню на день суда и погибели нечестивых человеков» (2 Петр. 3, 7). Эта «земля и все дела на ней сгорят» (2 Петр. 3, 10), а мы, христиане, по обетованию Божию, как учит нас св. Апостол, должны «ожидать новаго неба и новой земли, на которых будет обитать правда» (2 Петр. 3, 13).

«В мiре скорбни будете» – ясно предрек Своим ученикам и последователям Сам Господь Иисус Христос (Иоан. 16, 33), и этого мы никогда не должны забывать, даже переживая, по милости Божией, самые большие радости, если только мы хотим оставаться истинными христианами.

Да это и понятно!

Ведь истинное христианство есть борьба – борьба не на жизнь, а на смерть с врагом нашего спасения, не перестающим искушать и прельщать нас.

А во всякой борьбе всегда неизбежны скорби.

Кто в своей земной жизни избегает этой борьбы, боясь скорбей и ища лишь одних утех и радостей, тот вовсе не христианин.

А о том, что в этой земной жизни даже самые большие радости неотделимы от скорбей, об этом ярко свидетельствует нам столь радостное для нас – для всего человечества великое событие Рождества Христова. Даже и оно, это величайшее и радостнейшее событие, было все же, как бы в назидание всем нам, сопряжено со скорбью и притом – с какой великой скорбью!

Об этой скорби так образно говорит евангельское чтение второго дня праздника Рождества Христова: «Глас в Раме слышан бысть, плачь, и рыдание, и вопль мног: Рахиль плачущися чад своих, и не хотяше утешитися, яко не суть» (Матф. 2, 18).

Четырнадцать тысяч невинных младенцев, убиенных за Христа неистовым царем Иродом, – вот какой страшной скорбью для их матерей сопровождалась великая радость рождения в мiр воплотившегося, нас ради человек и нашего ради спасения, Сына Божия!

Разве это не самый разительный урок для нас!

Разве это не постоянное яркое напоминание нам о том, что в этом лишь временно-существующем и во зле лежащем грешном мiре не может быть радости без скорби и это поэтому безразсудно искать здесь полного освобождения от скорбей и мечтать об устроении какой-то тихой, безмятежной жизни – «земного рая», или «Царствия Божия на земле». Тем более, конечно, безумно воображать, что этого люди могут достигнуть сами, одними своими собственными силами – без веры в Бога, без послушания истинной Церкви, без содействия благодати Божией. Мы уже не раз видели, к чему на практике приводили такие попытки. Достаточно страшного примера одной только нашей несчастной Родины-России.

Особенно теперь, в наше страшное время, безумно, вопреки всякой очевидности и здравому смыслу, не говоря уже о явном противоречии таких мыслей учению Церкви, мечтать об этом.

«Не приидет Царствие Божие с соблюдением», то есть: приметным для всех образом, «ниже рекут: се, зде, или: онде», то есть и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. «Се бо Царствие Божие внутрь вас есть» (Луки 17, 20-21) – так ясно учил о Царствии Божием спрошенный об этом фарисеями Сам Господь Иисус Христос.

О каком же осуществлении Царствия Божия «на земле» можно после этого говорить?!

И это сейчас – когда одна часть человечества, не приявшая доселе Христа и Его благовествования, беснуется, помышляя только о земном – о достижении своего чисто-земного, эгоистически-корыстного благополучия, а другая – отступившая от Христа и Его истинного учения, или открыто гонит Его, или, лукаво и лицемерно прикрываясь Его Именем, стремится к уничтожению Единой Святой, Соборной и Апостольской Церкви, Им созданной.

Разве об истинном единении всех во Христе в лоне Его истинной Церкви помышляет ставшее таким «модным» в нише время так называемое «экуменическое движение»? или замышляемая его сторонниками «федерация церквей»? или «вселенский собор» папы Иоанна ХХIII? Или богоборческая советская власть, стремящаяся сделать своего ставленника «вселенским патриархом»

Конечно нет!

Все силы «мiра сего» готовы в настоящее время объединиться, искусно вдохновляемые «князем мiра сего» диаволом (Иоан. 12, 31), для того, чтобы попытаться уничтожить основанную Христом-Спасителем Его Истинную Церковь, как в самом начале христианской истории орудие диавола – злобный царь Ирод пытался уничтожить пришедшего в мiр Спасителя мiра. С той только разницей, что теперь этих «иродов» очень много, и все они имеют самый различный внешний вид и облик, принадлежа к разным слоям современного человеческого общества и занимая в нем самое разнообразное положение, вплоть до высоких государственных постов и высших иерархических степеней в различных вероисповеданиях.

Нужно быть совершенно слепым, чтобы не видеть того похода, который ведется в последнее время (особенно со времени падения нашей исторической Православной России) с такой исключительной напряженностью во всем мiре против истинной веры и Церкви – даже, в так называемых «христианских» странах, или странах так называемого «свободного мiра».

Почти все христианские праздники уже уничтожены и заменены праздниками «гражданскими». Величайший святой христианской Церкви, который должен был бы служить для всех примером подражания ему в подвигах христианской добродетельной жизни, св. Николай Чудотворец, Архиепископ Мирликийский, обращен в какого-то фантастического старика, служащего потехой для детей. Пасха Господня, совпадающая всегда с воскресным днем, давно уже сведена «на нет» (кто же из современных «культурных» людей может серьезно верить в воскресение из мертвых!). Из другого величайшего христианского праздника Рождества Христова, внешнее, наружное празднование которого еще сохранилось, искусно вынуто его содержание, и он сделан интерконфессиональным «сезонным праздником». Газеты и журналы, издаваемые в миллионах экземпляров и распространяемые по всем пяти частям света, усиленно доказывают, что этот «сезонный праздник» не имеет никакой связи с рождением Христа и что он праздновался еще за несколько тысяч лет до Рождества Христова.

С кем же мы в этой борьбе против истинной веры и Церкви?

Это отнюдь не праздный, а чрезвычайной важности вопрос.

Ибо «дние лукави суть» и, воображая, что мы с Церковью, мы незаметным для нас самих образом легко можем очутиться в стане ведущих борьбу против нее. Ведь современные «ироды» в настоящее время располагают всеми необходимыми для того средствами, чтобы пленить наше воображение и духовно поработить нас, – и наружным блеском, великолепием и пышностью, и головокружительной славой, честью и почетом, и внешней стройной организацией, мощью и силою, и, особенно, притягательной силой богатства – деньгами, которые многим бедным сынам Адама кружат головы и легко делают их слепыми рабами «области тьмы», – так что они, видя, не видят, и, слыша, не слышат, и сердцем не разумеют.

В наше, злокозненное время, когда почти вся власть в этом мiре и, едва ли не полностью, все материальные богатства перешли в обладание богоборческих сил, воюющих против истинной веры и Церкви, более, чем когда-либо в прошлом, необходимо помнить, что не в славных царских чертогах, не среди богатства, почета и роскоши родился Спаситель мiра – Христос, а в убогом вертепе – в «последней нищете», положенный в скотиих яслях, «в нихже просия Божества Его богатство».

Будем и мы всем сердцем искать не земной роскоши, почета и славы – не земного богатства, а «богатства Его Божества» – Его Божественной славы.

Тогда только сможем мы избежать, подражая Ему в смирении, всех сетей вражиих, повсюду раскинутых теперь на земле, так широко, как никогда прежде.

И не будем бояться неизбежно ожидающих нас тогда скорбей, ибо Он, сказавший: «в мiре скорбни будете», сказал также: «но дерзайте, яко Аз победих мiр» (Иоан. 16, 33).

«С нами Бог, разумейте языцы – все возстающие против истинной веры и Церкви, – и покаряйтеся, яко с нами Бог...»

Аще бо паки возможете, и паки побеждени будете, яко с нами Бог...

И иже аще совет совещаваете, разорит Господь, яко с нами Бог...

Страха же вашего не убоимся, ниже смутимся, яко с нами Бог...».

 Том 2

   Вступление

1. «Боже, милостив буди нам, грешным» (1961 г.)

2. Есть ли у нас покаяние?

3. Христос Воскресе! (1961 г.)

4. День Святой Троицы (1961 г.)

5. Что нам необходимо знать и помнить?

6. О чем напоминает нам день праздника св. кн. Владимира?

7. Светлый юбилей (Св. Тихона Задонского).

8. Чему поучает нас Успение Пресвятой Богородицы?

9. Еще один светлый юбилей (Св. Иоасафа Белгородского).

10. Неужели не пора, наконец, прозреть и опомниться?

11. Памяти свящ. о. Георгия Горского (t 4 января 1962 г.)

12. Готовимся ли мы к Великому посту? (1962 г.)

13. Будем ли мы, наконец, каяться?

14. В чем истинное Православие и храним ли мы его?

15. Существо Православия и современная борьба против него.

16. Христос Воскресе! (1962 г.)

17. Почему постигла нашу Родину-Россию такая страшная кара Божия?

18. К предстоящему Собору Епископов Русской Православной Церкви Заграницей – 1962 года.

19. Чего мы ещё не потеряли и что должны хранить?

20. После Архиерейского Собора 1962 года.

21. С Новым Годом, с новым счастием! (1963 г.)

22. О необходимости усиленной внутренней миссии в нашей Церкви.

23. «Вонми себе!»

24. Совещание представителей епископата, клира и мiрян.

25. «В храме стояще славы Твоея…»

26. Христос Воскресе! (1963 г.)

27. Слово Ректора Св. Троицкой Семинарии на акте ее в 1963 г.

28. Приближается день св. кн. Владимира.

29. Крест – верных утверждение.

30. Покров Пресвятой Богородицы и судьбы русского народа.

31. Как мы, христиане, должны встречать Новый Год? (1964 г.)

32. Слово новопостриженному иноку Игнатию.

33. Можно ли говорить о единении христиан вне благодати и истины?

34. Будем ли мы готовиться к Великому посту (1964 г.)?

35. Истинный пост есть «злых отчуждение».

36. Сознаем ли мы себя православными?

37. Истинное христианство есть несение креста.

38. Путь истинно-христианской жизни.

39. Христос Воскресе! (в 1964 г.)

40. Верую во Едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.

41. Слово Ректора Семинарии на акте в 1964 году.

42. Слово Архиепископа Аверкия к болгарам на хиротонии Епископа Кирилла.

43. Церковное прославление о. Иоанна Кронштадтского (1964 г.)

44. После прославления св. прав. Иоанна Кронштадтского.

45. Св. прав. Иоанн Кронштадтский – обличитель нео-хилиазма.

46. Св. прав. Иоанн и современные развлечения и увеселения.

47. Рождество Христово – праздник Божественного смирения.

48. О чем напоминает нам Новый Год? (1965 г.)

49. Побеждаем ли мы диавольские искушения?

50. Двери покаяния.

51. Будет ли Страшный Суд?

52. Пост и истинное Православие.

53. Крестоношение, как путь истинного христианина.

54. Живем ли мы в Церкви? Сраспинаемся ли Христу?

55. «Воскресения день, просветимся, людие!» (1965 г.)

56. Отпущение грехов и мнимая христианская любовь.

57. Слово Ректора на Акте Св. Троицкой Семинарии в 1965 году.

58. Не обманывайтесь, братие – Бог поругаем не бывает.

59. Русская Православная Церковь Заграницей и наш Свято-Владимирский путь.

60. Объединимся все вокруг Креста Христова!

61. «Действо льсти».

62. Великий пост и сущность христианства (1966 г.)

63. «Бежи несытыя души!»… Иудино предательство.

64. «Веселимся Божественнее, яко воскресе Христос!» (1966 г.)

65. Слово Ректора на Акте Св. Троицкой Семинарии в 1966 году.

66. «В ногу со временем» мы не пойдем!

67. «Фарисеева убежим высокоглаголания!» (1967 год)

68. О чем напоминает нам преддверие Великого поста?

69. Прощаем ли мы и то ли прощаем, что нужно?

70. Как проводим мы Великий пост?

71. Крест Господень – наше единственное знамя.

72. Воскресения день – просветимся, людие! (1967 г.)

73. Кончина Игумении Параскевы.

74. Слово Ректора на Акте Св. Троицкой Семинарии в 1967 году.

75. Страшная ночь.

76. Мiр и мы.

77. Покров Божией Матери над Россией и Русская Зарубежная Церковь.

78. Зловещий кровавый юбилей и св. прав. Иоанн Кронштадтский.

79. Памяти ген.-майора Е. Т. Булюбаша.

80. Приветственное слово Митр. Филарету в день его Ангела.

81. «Убойся лицемерия!» (1968 г.)

82. «Господь грядет и кто стерпит страх Его?»

83. «Се время благоприятное».

84. Крест Господень – наше знамя и наше оружие.

85. Архипастырское послание ко дню св. Пасхи 8 апр. 1968 года.

86. «Приидите, людие, триипостасному Божеству поклонимся!»

87. «Истинныя веры был еси проповедник безбоязнен».

88. «Радуйся, радосте наша, покрый нас от всякаго зла!»

89. В чем спасение России?

90. Мiр невидимый – силы безплотные.

91. «Храм мой – храм молитвы наречется».

92. В чем наше спасение?

93. Архипастырское послание ко дню Рождества Христова 1968 г.

94. Рождественское послание братиям на Карпатской Руси.

95. «Приидите, вси языцы, благословенному Древу поклонимся».


ВСТУПЛЕНИЕ.

В предлагаемом ныне II-ом томе моих статей, проповедей и речей под тем же заглавием: «Современность в свете Слова Божия», содержится сказанное и написанное мною в период времени с 1961-го по 1968 годы моего служения в США.

В переживаемое нами подлинно апокалиптическое время, более чем когда-либо, главным долгом истинного пастыря является показать, насколько современная жизнь удаляется от того высокого идеала, который начертан нам Словом Божиим и призывать свою паству к следованию Закону Божию, заповедям евангельским и учению Святой Церкви.

Пусть не говорят, что нынешнее время не представляет собою ничего особенного, что «так всегда было». Да! грех всегда был присущ человеку с того времени, как пал первозданный родоначальник наш, поправ данную ему заповедь Божию о невкушении плода от древа познания добра и зла. И люди всегда грешили, но никогда не грешили они, будучи к тому же уже христианами, или зная, по крайней мере, что такое христианство, в таких грандиозных масштабах, так нагло-стихийно, так цинично и дерзко, как в наши дни. Кроме того, прежде, если и грешили, то умели и каяться, а теперь самое понятие о грехе у огромного большинства людей вытравлено: над всем, что было свято, теперь смеются, считая ненормальными людьми тех, кто еще боятся греха и не следуют общему примеру.

Даже на исповедь многие теперь приходят без мысли о покаянии, а просто по привычке, лишь отбывая формальность. И не думают об исправлении своей греховной жизни.

И жизнь становится с каждым днем все мрачнее и ужаснее. И вот почему такой успех имеют теперь все безбожные и безнравственные бредни, потакающие низменным страстям человеческим, и сатанинское зло безпрепятственно разливается по всему мiру, не встречая себе должного сопротивления.

Святой долг пастыря, как можно ярче и живее показывать людям, насколько современная жизнь не соответствует тому, чему учит нас Слово Божие, и призывать всех к покаянию и исправлению жизни. Слово Божие должно быть как бы зеркалом для всех нас, дабы мы могли чаще проверять самих себя по нему, все ли у нас в порядке и не нуждаемся ли мы в тщательном пересмотре и изменении к лучшему всей нашей жизни, всего нашего настроения и поведения.

Вот почему не время и не место сейчас для всяких умствований и туманной философии, для никому ненужного праздномыслия и собственных домыслов. Слово Божие и основанное на нем учение нашей Церкви да будет для всех нас величайшим авторитетом, единственным непререкаемым авторитетом, ибо по нему мы и будем судимы Богом в конце веков (Иоан. 12, 48) — «в последний день», как предупреждал нас Сам Господь и Спаситель наш.

«БОЖЕ, МИЛОСТИВ БУДИ НАМ, ГРЕШНЫМ!»

Мы уже дожили до того поистине страшного и жуткого времени, когда почти все уже капитулируют перед победно-шествующим в мiре богоборческим сатанизмом, кое-где еще так или иначе маскирующимся, ради удобнейшей подготовки царства Антихристова, когда должна будет начаться уже неприкрываемая кровавая борьба во всем мiре с истинной верой и Церковью Христовой

Ведь страшно подумать! Не только все православные поместные церкви, но даже инославные христианские исповедания, пользующиеся пока, казалось бы. полной внешней свободой, фактически уже капитулировали перед богоборческой советской властью, поскольку они признают законной церковью русского народа московскую патриархию, являющуюся орудием ее, вступают с ней в сношения, приветствуют ее иерархов, ездят к ним сами и приглашают их к себе и поддерживают с ними дружественные отношения, как бы с представителями подлинной русской церкви.

Только одна наша русская Зарубежная Церковь пока еще стоит на пути у этого богоборческого сатанизма. Вот где и кроется причина той страшной злобы, которая в настоящее время готова со всей силой обрушиться на нее!

Предпринимается все возможное, чтобы сломить позиции Русской Зарубежной Церкви. В самое последнее время выпущена в свет даже целая книга с целью доказать «неканоничность» ее существования. Вероятно, и сам Антихрист, когда явится, будет так же искусно орудовать канонами. Раньше у нас славились таким обращением с законами иные мастера, почему и явилась в нашем народе остроумно-ядовитая поговорка: «Закон — что дышло: куда повернешь, туда и вышло». Вот точно таким же образом теперь недобросовестные люди, продавшие свою совесть врагам Христовой веры, орудуют и церковными канонами. Но все их построения рушатся сами собой, ибо они основаны на порочной, не выдерживающей никакой критики с точки зрения и здравого смысла и учения истинной Церкви предпосылке, будто «советская власть есть власть от Бога».

В самом деле. Разве можно богоборческую советскую власть, насильственным путем утвердившуюся на нашей несчастной Родине, считать властью Богоустановленной и относить к ней слова св. Апостола Павла в его послании к Римлянам гл. 13, стихи 1-5: «Нет власти не от Бога».. ?

Для ясного решения этого вопроса, необходимо внимательно прочесть все эти слова св. Апостола от начала до конца полностью, вдуматься в их глубокий смысл, вопросив свою совесть насколько сказанное св. Апостолом может идти к советской власти, а затем обратиться к нашим древним церковным авторитетам, дабы узнать, как они понимали и толковали эти слова, ведь и римо-католики и все безчисленные сектанты для оправдания своих заблуждений прибегают к текстам из Священного Писания, вырывая из контекста отдельные фразы и толкуя их там, где это им выгодно, слишком буквалистически, без сличения и согласования с остальным текстом.

Итак, что же говорит св. Апостол Павел:

«Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующия же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нея; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести»

Вот теперь, процитировав эти слова и внимательно вдумавшись в них, вопросим самую элементарную, не искривленную человеческую совесть — совесть человека хотя бы немного знакомого с богоборческой сущностью коммунистической советской власти, не только отрицающей самое существование Бога, но и сознательно и ожесточенно борющейся с верой в Бога, со всякой религией, — могут ли эти слова быть отнесены к советской власти?

Конечно, нет!

Как может быть «властью от Бога» та власть, которая с Богом борется, поставляя при том свою борьбу с Богом за искоренение всякой религии одной из главных целей своей деятельности?

Разве мы не знаем, сколько зла причинила богоборческая советская власть Русской Земле, сколько невинной крови она пролила, скольких русских людей сделала несчастнейшими из смертных, сколько великих исторических святынь русского народа разрушила и осквернила, как надругалась она над душой православного русского человека, сколько всякой мерзости, низости, гнусности и самого разнузданного хамства внесла в русскую народную жизнь, искусственно вызывая и взвинчивая в душах всевозможные порочные и преступные инстинкты, возбуждая зверя в человеке, в том самом русском человеке, который так славился прежде своим смирением, кротостью, милосердием и самыми добрыми истинно-христианскими качествами души?

Можно ли, после всего этого и зная все это, решиться сказать о начальствующих лицах советской власти, что они «страшны не для добрых дел, но для злых»?

Можно ли сказать о советской власти: «Хочешь ли не бояться ея? — Делай добро, и получишь похвалу от нея»?

Не звучит ли все это самой злой иронией?

Можно ли о советском «начальнике», который непременно должен быть безбожником, ибо этого требует от своих сочленов «компартия», сказать, что он «есть Божий слуга, тебе на добро», что он «носит меч» как «отмститель в наказание делающему злое»?

Не будет ли это кощунством — издевательством над священным званием «Божия слуги»?

Вот чего не может не ответить на поставленный нами в самом начале вопрос о Богоустановленности советской власти здоровая, не «сожженная» еще человеческая совесть, совесть, не привыкшая еще к разным казуистическим изворотам.

Но как же и почему все же св. Апостол Павел выражается так, что «нет власти не от Бога; существующия же власти от Бога установлены»? Не значит ли это, что и советская власть, несмотря ни на что, все же должна быть разсматриваема, как «власть от Бога»?

Обратимся к высокоавторитетному для нас толкованию этих слов Апостола Святыми Отцами Церкви. Что говорят они по этому поводу?

Вот, как толкует, например, эти слова великий вселенский учитель и святитель св. Иоанн Златоуст:

«Власти учреждены от Бога... Как это? Неужели всякий начальник поставлен от Бога? Не то говорю я, отвечает Апостол. У меня теперь идет речь не о каждом начальнике в отдельности, но о самой власти. Существование властей, при чем одни начальствуют, а другие подчиняются, и то обстоятельство, что все происходит не случайно и произвольно, так чтобы народы носились туда и сюда, подобно волнам, — все это я называю делом Божией премудрости. Потому Апостол и не сказал, что нет начальника, который не был бы поставлен от Бога, но разсуждает вообще о существе власти... Так как равенство часто доводит до ссор, то Бог установил многие виды власти и подчинения, как-то: между мужем и женою, между сыном и отцом, между старцем и юношей, рабом и свободным, между начальником и подчиненным, между учителем и учеником... А безначалие везде есть зло и бывает причиной безпорядка... Ведь от властей для государств бывают безчисленныя блага: если упразднить их, все погибнет и не устоят ни города, ни села, ни дома, ни торжище и ничто другое, но все ниспровергнется, так как более сильные поглотят более слабых...» (Творения, т. IX, стр. 774-77).

Как из вышеприведенных слов святого Златоуста, так и из дальнейших его разсуждений совершенно ясно, что св. Апостол говорит здесь не о «всякой» власти, в смысле безразличия того, в чьих бы руках власть ни находилась, а о самом институте власти, как таковом — о том, что самый институт власти установлен Богом ради упорядочения жизни людей, что государственная власть, по своей идее, есть Божественное установление, необходимое для предотвращения анархии, или безначалия, грозящей нежелательными потрясениями и разрухой для человеческого общества.

Такую мысль со всею силою подтверждает и другой великий и весьма авторитетный для нас Отец Церкви преп. Исидор Пелусиот. Указав наперед Богоустановленный повсюду в жизни словесных и безсловесных существ порядок подчинения одних другим, он затем заключает:

«Поэтому в праве мы сказать, что самое дело, разумею власть, то есть начальство и власть царская установлены Богом. Но если какой злодей-беззаконник восхитит сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему изблевать сие лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил иудеев» (Творения, ч. II, письмо 6-ое).

Кажется, сказано вполне ясно. И отсюда должно быть понятно, что богоборческая советская власть, вполне подпадающая под понятие «злодея-беззаконника, восхитившаго сию власть», как власть не законная, а захватническая и насильническая и держащаяся кровавым террором, не может ни в коем случае почитаться «властью от Бога», которой надо повиноваться «не только из страха наказания, но и по совести»: ей, по выражению преп. Исидора, только «попущено изблевать сие лукавство», но не больше.

Можно ли, после всего вышесказанного, относить к советской власти заповедь св. Апостола Павла: «Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте, ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2, 1-4), как делает это современная московская патриархия и все ее сторонники?

Мы уже убедились с достаточной несомненностью, что советскую власть, как власть «злодея-беззаконника», нельзя разсматривать в качестве законной, Богоустановленной власти, за которую надлежит христианам возносить «молитвы, прошения, моления и благодарения». Никак не идет тут и сравнение советской власти с властью языческого императора, в пределах Империи которого жили и действовали св. Апостолы и первые христиане. Власть языческого римского императора была для тогдашнего мiра вполне законной, правовой властью, действительно обезпечивавшей порядок и благоустроение тогдашнего человеческого общества (Вспомним хотя бы знаменитое «Римское право», легшее в основу всей современной юриспруденции и доселе непревзойденное!).

А если христиане все же подвергались тогда гонениям со стороны этой языческой власти, то отнюдь не потому, что эта власть была богоборческой, по самому существу своему, подобно современней власти советской, а лишь потому, что эта языческая власть не знала христианства, которое было в тогдашнем языческом мiре явлением совершенно новым, неслыханным, непонятным. При том о христианстве ходили самые неблагоприятные слухи: христиан обвиняли в безбожии за то, что они не хотели приносить жертв языческим богам, их подозревали в тайном разврате, в убийстве детей и вообще в разного рода преступных и предосудительных действиях, считая их человеконенавистниками.

Совсем другое дело — современная власть советская. Она-то прекрасно знает, что такое христианство, и сознательно гонит его, именно за то прекрасное, за то возвышенное, за то доброе, что оно собою являет. Вспомним хотя бы столь характерное заявление официального советского органа «Безбожник», приуроченное к празднику св. Пасхи:

«Христианская церковь учит, что Пасха — праздник любви, братства... Христианские священники в дни Пасхи говорят верующим: «Простите друг другу обиды, обнимите друг друга, простите врагам вашим». Партия считает это учение совершенно неприемлемым для народов: Пасха христианская сеет в народных массах вредные идеи» (1 апреля).

И это понятно, ибо коммунизм, как известно, сознательно противопоставляет христианской любви классовую ненависть, а потому он так непримирим к истинному христианству, воплощаемому в истинной Церкви.

Если и могут быть какие-либо сравнения, то советскую власть можно скорее всего сравнить с властью Иулиана-Отступника, ибо и она — власть отступническая. А как это хорошо известно, христиане IV-го столетия молили Бога не о благопоспешении Иулиана-Отступника, а о его скорейшей погибели. Об этом молился и такой прославленный Отец Церкви, как Вселенский Учитель и Святитель Св. Василий Великий. Об этом мы читаем в «Житиях Святых» под 24 ноября («Страдание св. великомученика Меркурия») следующие знаменательные строки:

«Сего воина, святого великомученика Меркурия, душою уже торжествующаго на небе, Возбранная Воевода, Пресвятая Богородица, употребила, спустя значительное время, на следующую свою воинскую службу. Когда Св. Василий Великий молился пред иконой Пресвятой Богородицы, — при которой было изображение и святого великомученика Меркурия с копьем, как воина, — чтобы злочестивый царь Иулиан-Отступник, великий гонитель и истребитель правоверных христиан, не возвратился из Персидской войны для истребления христианской веры, то увидел, что там, при иконе Пресвятой Богородицы, образ св. Меркурия сделался на некоторое время невидимым, потом показался с окровавленным копьем: А в то самое время Иулиан-Отступник был пронзен на Персидской войне копьем неизвестного воина, который тотчас же после того сделался невидим. Окаянный Иулиан, извергнув вверх хлынувшую из раны кровь, обращаясь к небу с такими хульными словами на Христа: «Ты победил, Галилеянин!» — умер со злобой на устах. Это чудо сделалось тогда явным, ибо, по молитвам Св. Василия Великого, сама Пресвятая Богородица послала сего угодника Божия и своего святого победоносного великомученика от церкви торжествующей к церкви воинствующей на казнь богопротивного Отступника Иулиана, на защиту святой веры и православных христиан» («Жития Святых» на рус. язык за Ноябрь месяц).

А разве не превзошли современные гонители веры Христовой отступники-большевики во много-много раз Иулиана-Отступника? И только такой молитвы они и достойны — молитвы о скорейшей погибели их богопротивного владычества и прекращения их неистового мучительства. Всякая иная молитва о них звучит просто кощунственно.

Но как лукав нынешний век и как часто теперь под собственные низменные страсти и чисто-шкурные интересы подводятся мнимые идеологические обоснования! Здесь именно и кроется основной источник наших разногласий в данном, казалось бы, столь ясном вопросе, как и во многих других, подобных же.

Вот и вновь приближается Великий пост — время покаяния. Во всех грехах своих должны мы каяться, но более всего должны мы каяться в грехе богоотступничества — самом страшном и обольстительном грехе современности, совсем лишающем нас надежды на спасение, ибо он отнимает у нас самую возможность покаяния и во всех остальных грехах обычной человеческой немощи, если только, проверив тщательно свою совесть, мы обнаружим, что грешим им хотя бы в самой малой степени, поддаваясь духу времени. И сознавая, как многочисленны теперь раскинутые повсюду вокруг нас вражьи сети, будем усерднее вопиять мытаревым гласом: «Боже, милостив буди нам, грешным!»

Есть ли у нас покаяние?

Сейчас у нас Великий пост.

Используем ли мы его, как должно?

О чем напоминает нам Великий пост, к чему призывает он нас?

Он напоминает нам о самом главном, призывает нас к самому необходимому — к покаянию.

Есть ли у нас это покаяние?

Каемся ли мы по-настоящему, способны ли мы вообще к истинному покаянию?

Ведь придти по привычке и только формально на исповедь к священнику (а все ли теперь и это делают?) это еще не есть истинное покаяние. Истинное покаяние требует ясного сознания своей греховности, без всякого самооправдания, и твердой, безповоротной решимости впредь от нее отказаться, с ней раз навсегда покончить — начать новую жизнь.

В этом внутреннем обновлении и заключается сущность христианства, и без такого внутреннего обновления нет христианства, ибо Христос, как учит Слово Божие, «спас нас банею возрождения и обновления» (Тит. 3, 5), и потому, «кто во Христе, тот новая тварь» (2 Кор. 5, 17).

Поэтому, главная наша задача — «отложить прежний образ жизни ветхаго человека, истлевающаго в обольстительных похотях», «обновиться духом ума нашего» и «облечься в новаго человека, созданнаго по Богу, в праведности и святости истины» (Ефес. 4, 22-24).

Это внутреннее обновление одними нашими собственными силами, по крайней греховной испорченности естества нашего, для нас недостижимо: совершает его в нас Св. Церковь силою живущей в ней благодати Святого Духа.

Вот почему так важно и совершенно необходимо принадлежать к истинной Церкви, — подчеркиваем к истинной Церкви, а не только к какой-нибудь сомнительной организации, фальшиво именующей себя «церковью», каких теперь множество, — и не только формально числиться в Ней, но быть живым членом Ее, то есть жить общей жизнью с Ней, ни в чем не отделяя себя от Нее и, тем более, конечно, никак не противопоставляя себя Ей.

Истинное покаяние и будет тогда самым строгим и неумолимым судом над самим собою — в полном согласии с учением истинной Церкви, к которой мы принадлежим и жизнью которой мы живем.

И это совершенно понятно и естественно, ибо, по учению Слова Божия, «Церковь есть столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15), а потому и Сам Христос-Спаситель сказал: «Аще (кто) Церковь преслушает, буди тебе, якоже язычник и мытарь» (Матф. 18, 17).

Поэтому нет страшнее и злокачественнее греха, как если кто-либо противопоставляет себя Церкви, свое собственное мудрование ставит выше учения Церкви, а тем более — когда кто-либо, в надменной заносчивости или озлоблении, совсем отвергает Церковь.

Такой сам себя отлучает от Церкви и тем самым лишает себя возможности духовного обновления, обрекая себя на неизбежную вечную погибель.

Страшно сказать, но ведь это — самый распространенный грех современности. Это — грех, которому, в большей или меньшей степени, причастны очень многие «православные» русские люди, не изжившие его, к сожалению, даже после всех пережитых нами ужасов.

Это — грех, от которого погибла наша родина-Россия, сделавшаяся из Святой Руси страшным вертепом международных разбойников-богоборцев.

Это — грех, от которого — увы! — далеко не свободны и многие русские люди заграницей, даже из числа считающих себя «антибольшевиками», «борцами с коммунизмом» и весьма часто претендующих на то, чтобы играть ту или иную роль в церковной жизни.

Все ли они ясно сознают в себе этот грех?

Все ли каются в нем?

Увы! как часто мы, пастыри, встречаемся с упорным ожесточением в этом грехе — сколько злобы и негодования нередко приходится встречать нам, когда мы пытаемся указывать на этот всегубящий грех и призываем покаяться в нем!

Труднее всего мирится современный человек с сознанием, что Церковь должна управлять всей его жизнью — быть руководительницей, как его личной, так и семейной, общественной и государственной жизни: быть его совестью.

Многие в наше время еще согласны «допустить» Церковь, как «старинную традицию», как красивое, поэтическое воспоминание об отдаленных, давно прошедших временах, но и только: Церковь не должна, не смеет «мешать им жить», как, они хотят, по собственному их благоусмотрению, по своей собственной греховной воле — Церковь ни во что не должна «вмешиваться».

Для таких людей, которых теперь большинство, — Церковь — сама по себе, а они сами по себе. Они не ощущают себя Церковью, они — вне Церкви, а Церковь, по большей части, отождествляется ими с духовенством, по отношению к которому они держат себя вполне независимо, не признавая за ним права, от имени Церкви, руководить их духовной жизнью, а иногда даже несколько свысока и презрительно.

Таким людям, поскольку они не совсем еще стали чуждыми Церкви, больше «по вкусу» либеральные архиереи и священники и, в особенности, те из них, которые, ограничиваются лишь формальным совершением Богослужения и требоисполнением, но «ничего от них не требуют», не вмешиваются ни в их личную, ни в семейную и общественную жизнь и предоставляют им жить, «как хотят». Они даже любят таких «модных» пастырей, которые ведут, подобно им, вполне светский образ жизни, во всем им «поддакивают» и охотно идут навстречу всем их желаниям и стремлениям, хотя бы они даже шли вразрез с истинным учением Церкви и требованиями Закона Божия.

Но «горе таким пастырям, которые, по выражению ветхозаветных пророков, пасут самих себя» (см. пр. Иеремии гл. 23 и пр. Иезекииля гл. 34), которые стремятся не Богу, а людям угождать, заискивая, в особенности, перед богатыми и сильными, в надежде что-нибудь получить от них.

Еще страшнее, когда такие пастыри-человекоугодники, в угоду сильным и славным мiра сего, какими бы они благовидностями при сем ни прикрывались, заключают союз и содружество с богоборцами и врагами истинной Церкви, восхваляют богоотступников и хулителей Христа, позволяя себе совершенно недопустимые и несвойственные для истинных пастырей Христовой Церкви заявления и выступления в проповедях и в печати.

Это — уже не пастыри, а лже-пастыри!

Долг всех истинно-верующих — отойти от таких лже-пастырей, которые не пасут своих словесных овец, а увлекают их за собою в погибель.

Но как быстро к худшему меняются времена, и даже на наших глазах!

Ведь еще так недавно на нашей несчастной Родине наш верующий русский народ решительно отшатнулся от таких лже-пастырей — так называемых «живоцерковников» и «обновленцев», не желая иметь с ними никакого общения. А теперь почти утратилась эта прежняя духовная чуткость, и многие уже безразлично относятся к тому, подлинное, ли учение Церкви их пастыри им проповедуют, или свое собственное, Христу ли Спасителю они служат или сильным и славным мiра сего, о спасении ли душ своих пасомых они помышляют и ревнуют или только заботятся о своей личной карьере, об устройстве своего собственного земного благополучия.

Иначе не было бы у нас заграницей этих печальных церковных разделений и расколов!

Страшная, безпросветная, безнадежная безпринципность овладела многими.

Истинное учение веры и Церкви, за которое в таких жестоких муках умирали первые христиане, для большинства современных «христиан» сделалось пустым звуком. Они и не знают этого учения и знать не хотят, будучи безразличны к нему.

Тупое холодное безразличие почти ко всему, что носит на себе печать идейности и искание во всем одной лишь личной выгоды — вот чем характеризуется наше время.

Эта безыдейность, безпринципность, с отходом от истинной веры и Церкви, безразличием к ним — и есть тот главный, основной грех, в котором мы, православные русские люди, должны прежде всего каяться.

Не веселиться, не развлекаться, не танцевать над гробом поверженной нами на смертный одр России, а слезно каяться — каяться по-настоящему, как учит нас св. Церковь, то есть с твердым намерением коренным образом переменить нашу жизнь, обновиться духом.

Предприняв этот покаянный подвиг, мы на первом месте должны поставить для себя принадлежность к истинной Церкви — к той именно Церкви, к которой принадлежали на протяжении целого тысячелетия наши благочестивые предки, в которой они жили и спасались.

Эта Церковь и ее истинное учение должны стать нашей «совестью». Неискаженное, неизвращенное современным «нео-христианством», или «софианством» и «экуменизмом» подлинное Апостольское и Отеческое Православное учение Церкви должно быть безоговорочно, без всяких лукавых поправок от собственного мудрования, принято нами в руководство всей нашей жизни, как личной, так и общественной.

Всем, без исключения, русским людям надо же, наконец, понять, что нет никакой логики в том, чтобы признавать советскую богоборческую власть «властью от Бога», а служащую ей советскую «церковь» — истинной Церковью и — сидеть почему-то здесь заграницей, вместо того, чтобы «возвращаться на родину». Нет никакой последовательности в том, чтобы грубо, дерзко критиковать, хулить и поносить нашу веру и Церковь и — в то же время выставлять себя «антикоммунистами», борцами с большевизмом, как бы не желая понимать того, что сущность большевизма как раз и составляет такое богохуление, ненависть и борьба с истинной верой и Церковью. И когда мы читаем в некоторых русских заграничных изданиях, как рьяно известные, не только светские, но даже духовные лица, защищают и восхваляют отлученного от Церкви хулителя нашей святой веры и злобного кощунника Льва Толстого, невольно хочется спросить их, почему они сидят здесь заграницей, когда им место там, в СССР, среди воинствующих безбожников. Как не понимают эти защитники Толстого, что у них совершенно отсутствует обыкновенная логика, — что защищая и восхваляя Толстого, они тем самым сами ставят себя в ряды безбожников, осквернивших нашу Родину и надругавшихся над ее святынями!

Да! До такой глубины дошло нравственное падение современного человека, даже мнящего себя еще, по какому-то недоразумению, христианином, что утрачена совсем самая элементарная человеческая логика, утерян простой здравый смысл, и запутавшиеся в дебрях иезуитской казуистики современные люди, вслепую ведомые чьей-то «черной рукой» в погибель, готовы на всякие безответственные выступления и заявления, вопреки всякой очевидности, лишь бы только защитить, поддержать и укрепить победно шествующее сейчас в мiре Зло.

Пока это будет так продолжаться, безпочвенными и безплодными останутся все наши надежды на спасение и возрождение России. Дабы заслужить спасение нашей Родины, нам надо самим возродиться и обновиться духовно, через подлинное, а не одно лишь формальное, покаяние.

Без такого истинного покаяния — духовного возрождения и обновления — невозможно и личное спасение каждого из нас в неизбежно приближающейся к нам — хочет ли кто этого или не хочет — вечности.

Об этом и напоминает нам, к этому и призывает нас Великий пост.

Находит ли этот призыв должный отклик в наших сердцах?

Не будем безумствовать — не будем губить себя навсегда, на вечные веки... Воспользуемся еще текущим Великим постом, как «временем благоприятным», самою Церковью установленным для нашего духовного возрождения, обновления и вечного спасения!

Христос Воскресе.

Сердечно приветствуем всех наших читателей с великой и неизреченной светлой пасхальной радостью — радостью о Воскресшем Господе.

Еще на Своей последней прощальной вечери с учениками Своими — на Тайной Вечери — Господь, пришедший в Иерусалим на вольную страсть, предрек об этой радости Своим ученикам, сказав им:

"Паки узрю вы, и возрадуется сердце ваше, и радости вашея никтоже возмет от вас" (Ин. 16, 22).

Явившись по Своем воскресении женам-мироносицам, Воскресший Господь приветствовал их словом: "радуйтеся!" (Матф. 28, 9). Несомненно, что в данном случай это слово "радуйтеся" означало нечто гораздо большее, чем обычно выражавшееся таким словом на Востоке приветствие. Можно себе представить, сколь велика была радость жен-мироносиц, а затем и. всех учеников и последователей Господа, когда великая истина Воскресения стала для них очевидной и неподлежащей сомнению!

Эта дивная, ни с чем земным несравнимая радость подвигла одну из жен-мироносиц, горевшую особенно преданною любовью к Господу, изгнавшему из нее "седмь бесов" (Марк. 16, 9), — Марию Магдалину на такое необыкновенное мужество, что она решилась явиться с апостольской проповедью о Воскресении Христовом в самый императорский дворец в царственном Риме и, представ пред грозные очи самого императора Тиверия, поднесла ему, как символ Воскресения, красное яичко со словами: "Христос Воскресе!"

Эта же светлая пасхальная радость побудила Апостолов Христовых, в начале столь робких и малодушных, разбежавшихся в разные стороны при взятии Господа под стражу в саду Гефсиманском, мужественно и совершенно безбоязненно выступить в Иерусалиме в день Пятидесятницы перед многотысячным народом с вдохновенной проповедью о Христе, как о Спасителе нашем, Распятом и тридневно Воскресшем из мертвых, и не страшиться потом никаких угроз, прещений и преследований со стороны первосвященников, старейшин и начальников иудейских (Деян. 2, 14-40; 3, 12-26; 4, 1-21; 4, 33; 5, 17-42).

Эта светлая пасхальная радость, будучи ярким светочем жизни и деятельности Св. Апостолов, всегда и прежде всего благовествовавших о Воскресении Христовом, озаряла весь жизненный путь первых христиан. Проповедь о Христе Распятом и тридневно Воскресшем из мертвых имела поистине неотразимую силу, покоряя сердца всех, кто еще не окончательно ожесточился и безнадежно погиб для Царствия Божия. Это и понятно, ибо ничего так не жаждет душа человеческая, как веры в Воскресение — веры в полное и окончательное торжество правды, добра и справедливости.

Если мы обратимся к истории Церкви, то и тут увидим, какие поразительные чудеса творила эта светлая пасхальная радость с самыми слабыми и, казалось бы, столь немощными людьми, на протяжении вот уже боле 19-ти столетий.

Эта дивная радость о Воскресшем Господе побуждала первых христиан, во имя ее, отрекаться от всех благ и преимуществ земной жизни, от своего высокого положения, земной славы, почета и богатства, и идти с ликованием и победными песнями на страшные муки за Имя Христово — на сожжение, на растерзание львам, на колесование и распятие.

Эта же чистая светлая пасхальная радость заставляла затем весьма многих богобоязненных мужей и жен, юношей, отроков и дев, во имя ее, отрекаться от всех земных радостей, удовольствий и наслаждений, презирать все земное — для того, чтобы ближе быть ко Христу и приискреннее соединиться с Ним, еще здесь, в этой временной земной жизни, восклицая вместе со Св. Апостолом Павлом: "Я все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа" (Филипп. 3, 8).

Во имя этой же светлой радости многие оставляли даже свои жилища и водворялись подлинно "в горах и в вертепах и в пропастех земных" (Евр. 11, 38), не желая знать ничего, кроме Иисуса Христа Распятого и Воскресшего из мертвых. Во имя все той же радости, дабы полнее вкусить ее и насладиться ею, они распинали плоть свою со страстьми и похотьми (Галат. 5, 24), "сраспинались Христу", чтобы и воскреснуть с Ним (Галат. 2. 19; Колос. 3, 1; Римл. 6, 3-11).

Так именно воспринимал и переживал эту светлую пасхальную радость, в главной массе своей, на протяжении почти тысячелетия своего исторического бытия, и наш православный русский народ, выделивший из среды своей дивный сонм великих подвижников христианского благочестия, подлинно живших и дышавших этой пасхальной радостью, начиная с самого Просветителя Руси св. равноап. вел. кн. Владимира и кончая "радостью нашею" преподобным Серафимом, Саровским чудотворцем, и "пасхальным", как его многие называли, "батюшкой" Отцом Иоанном Кронштадтским.

"Что ты унываешь, радость моя?" — говорил преподобный Серафим приходившим к нему с печальным лицом: "нет причины унывать: Христос Воскресе!"

Ни один народ не переживал так светло и радостно и не праздновал так торжественно и величественно Светлого Воскресения Христова, как наш православный русский народ. А когда стало ослабевать переживание этой светлой радости в сердцах отступивших от Бога, от Церкви, русских людей, увлекшихся грубым материализмом и бездушной внешней культурой Запада, — тогда и стряслось над русской землей это страшное кровавое бедствие, от которого она вот уже более сорока лет не может оправиться и, конечно, никогда не оправится, если не вернется к своему прежнему, так грубо поруганному лютыми безбожниками и богоборцами, возвышенному идеалу Святой Руси.

Только одна чистая светлая пасхальная радость — радость о Воскресшем Господе и Спасителе нашем — способна возвышать, вдохновлять и облагораживать человеческие души, поднимая их из повседневной житейской суеты и серой, принижающей обыденщины, только она одна в состоянии разсеять мрак греховных страстей и происходящих от него скорбей на душе, преодолеть печаль и уныние на сердце, побудить человека на самоотверженный и безстрашный подвиг во имя правды и добра — подлинно оживить человеческую душу, высоко подняв ее над всем тленным, презренным, земным и озарив ее Божественными Светом.

Глубоко несчастны мы, если жизнь нашу не озаряет эта светлая пасхальная радость — особенно в нынешнее исключительно тяжкое время — любое горе, любое несчастие, любое потрясение может ввергнуть нас в бездну отчаяния.

Но если в сердце своем носим мы эту дивную, ни с чем земным несравнимую радость, то ничто нам не страшно: ибо тогда Сам Христос, Победитель ада и смерти, — с нами.

Постараемся же сделать ее светочем всей нашей жизни, следуя призыву св. Церкви: "веселимся божественне!.. Христос бо воста — веселие вечное..."

День Святой Троицы.

"Видехом свет истинный, прияхом Духа Небеснаго,
обретохом веру истинную, нераздельней
Троице
покланяемся: Та бо нас спасла
есть"
(Стихира).


 

 

 

В течение большей части года поется эта стихира за каждой Божественной литургией, в конце ее, но как-то совсем по-особенному звучит она в день Святой Троицы. Конечно, это потому, что в ней как раз и прославляется Святая Троица.

Но почему Св. Троица прославляется, и все верующие призываются к поклонению Ей в день праздника Пятидесятницы, когда воспоминается Сошествие Святаго Духа на Апостолов? Не есть ли этот праздник, собственно, в честь лишь Третьего Лица Пресвятой Троицы — Святого Духа, а не всей Св. Троицы?

Вся Святая Троица в целом прославляется в день нынешнего великого праздника потому, что этот праздник, как именуют его наши богослужебные книги, есть «конечный праздник» (см. седален по I стихословии на утрени в нед. Пятидесятницы) — праздник, в который мы радостно воспоминаем «конец», или завершение всего великого дела домостроительства Божия — дела спасения человеческого рода.

А в великом деле этом принимали участие все Три Лица Пресвятой Троицы. То, «чему быть благоволил Бог-Отец, — что исполнил в Себе Сын Божий, то присвоить верующим снисшел ныне Дух Святый» — так поясняет это наш отечественный богослов Еп. Феофан, Вышенский Затворник («Мысли на каждый день года» стр. 158): «ибо спасение наше, по прозрению Бога Отца, во святыни Духа, в послушание и кропление крове Иисус Христовы» (1 Петр. 1, 2).

Сегодня преславным явлением Духа Святого «в видении огненных языков» завершилось, наконец, все то, чему от века предопределил быть Триединый Бог в Своем предвечном совете, — Бог, по неизреченной любви Своей, возжелавший нашего спасения — нашего избавления от тьмы греховной.

Велик и славен день Рождества Христова — явления во плоти на земле Сына Божия; несравненна слава Праздника праздников и Торжества торжеств Светлого Воскресения Христова — победы Его над адом и смертью; но ни от того, ни от другого не было бы нам пользы, если бы не сошел ныне Дух Святой.

Сегодняшний праздник служит поэтому полным и совершенным выражением безмерной любви Божией к падшему человеческому роду.

Эта любовь Божия явлена была нам всеми тремя Лицами Пресвятой Троицы, почему мы и поем сегодня так особенно радостно и торжественно: «Нераздельней Троице поклоняемся: Та бо нас спасла есть», хотя событие, воспоминаемое ныне, касается, собственно, лишь одного третьего лица Пресвятой Троицы — Святого Духа.

В чем же эта дивная Божественная любовь проявилась к нам со стороны Каждого из Трех Лиц Пресвятой Троицы?

Бог-Отец — наш Творец и Промыслитель. По неизреченной благости Своей, по единой безмерной любви Своей, Он сотворил нас «из ничего» по образу Своему, даровав нам безценный дар — жизнь. Создав нас, Он никогда не перестает промышлять о нас, заботясь дабы и волос с головы нашей не упал без всеправедной воли Его. Когда мы пали в лице прародителей наших и сделались недостойными милостей Его, Он и тогда не отвратил лица Своего от нас, но благоволил устроить нам дивный план спасения через Возлюбленного Сына Своего.

В чем же проявилась к нам любовь Второго Лица Пресвятой Троицы?

В том, что Он, Единородный Сын Божий, сделался нашим Спасителем и Искупителем. По благоволению Отца, Он сошел на землю, стал человеком и обрек Себя на все лишения бренного земного существования, на страшные поносные муки, крест и смерть, ради избавления нас от греха, проклятия и смерти. Не довольствуясь сим, Он изыскал еще средство непрестанно быть в теснейшем, приискреннейшем единении с нами — так, чтобы мы всегда ощущали в самих себе всю безмерную силу любви Его: Он установил для нас дивное Таинство Тела и Крови Его, дав нам великое обетование: «Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем» (Иоан. 6, 56) «...и Аз воскрешу его в последний день» (Иоан. 6, 54).

В чем же выразилась любовь к нам Третьего Лица Пресвятой Троицы?

В том, что Дух Святый явился нашим Освятителем — Раздаятелем безценных даров Божественной благодати. По крайней поврежденности грехом природы нашей, по своей нечистоте греховной и духовной немощности, мы были бы совершенно неспособны восприять все неисчетное богатство благости, которого удостоила нас любовь Бога-Отца и Бога Сына: мы не смогли бы воспользоваться спасительными плодами Искупительной Жертвы Христовой, и эта Великая и Святейшая Жертва оставалась бы для нас бездейственной. Дух Святый и снисшел для того, чтобы преобразовать и возродить нашу греховную природу, очистить ее от всякия скверны и тем соделать ее способной к восприятию и усвоению великих Божиих Даров — освятить ее.

Дух Святый и есть потому совершитель нашего спасения, нашего освящения силою Божественной благодати, дарованной нам любовью Бога-Отца, по искупительным заслугам и ходатайству принесшего Себя за нас в жертву Бога-Сына.

И вот теперь мы уже «чада Божия», как учит нас возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов, а не «чада диавола», какими были раньше (1 Иоан. 3, 10).

«Смотрите же, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими» (1 Иоан. 3, 1).

Как нам не отозваться на такую безмерную отеческую любовь Божию всем сердцем такою же благодарною сыновнею любовью?!

А так как эта любовь явлена была нам, как это мы видели выше, всеми тремя Лицами Пресвятой Троицы, то поэтому в день нынешнего великого праздника мы и поклоняемся всей нераздельней Троице, благодарно воспевая Ей: «Троице Святая, слава Тебе!».

Для нас, братии и насельников Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле, нынешний великий праздник имеет сугубое значение, ибо это — наш престольный праздник. Мы вдвойне радуемся и духовно ликуем в этот день, будучи счастливы сознанием, что высокой небесной покровительницей нашей обители и всего столь важного обще-церковного дела, которое творится в ней, является Сама Пресвятая Троица, то есть — Сам Господь-Вседержитель, во Святей Троице славимый.

Это — самый верный для нас залог того, что пока мы сами остаемся твердыми в наших православно-церковных убеждениях и не изменяем нашему призванию, пока мы трудимся и несем свое послушание во Имя Пресвятой Троицы, то есть: подвизаемся здесь не ради каких-либо своих выгод и личной корысти, а единственно ради великого Божия дела спасения душ, — обитель наша будет стоять непоколебимой, несмотря ни на какие козни врагов ее, которых у нее не мало в нынешнем лукавом и прелюбодейном мiре, думающем не об угождении Богу и спасении души, а лишь об угождении своему собственному «я» и служении греховным страстям своим.

Но у нас, слава Богу, есть не только враги, а и глубоко-преданные нам единомышленники-богомольцы, родственные нам по духу, которые во множестве посещают нашу обитель, особенно в нынешний день нашего престольного праздника. Они — наше утешение и наша моральная поддержка в переживаемых нами скорбях, ибо, когда мы получаем от них сочувственные письма и видим их благоговейно молящимися в нашем храме, нам радостно бывает от сознания, что мы еще не совсем одиноки и здесь на земле, в этом отступническом мiре, в нашем искреннем служении Святой Троице и делу спасения душ, — что еще не изсяк «малый остаток спасающихся», что еще не все преклонили колена перед современным «Ваалом», в лице все более и более захватывающей мiр злой темной силы, готовящей воцарение Антихриста.

Всех их мы сердечно поздравляем с нынешним великим праздником Святой-Троицы — этим славным и торжественным воспоминанием дивного завершительного акта Божественной спасающей любви к падшему человеческому роду и усердно, от всего любящего сердца, молим их — не поддаваться тлетворному «духу времени», оставаясь и впредь столь же твердыми и стойкими в своих строго-православных церковных взглядах и убеждениях, дабы не лишиться той всесильной благодати Духа Святого, без которой нет нам настоящей помощи ни в сей жизни ни в будущей, а главное — нет никакой надежды вечного спасения.

«Прииди к нам, Душе Святый, причастники Твоея содевая святости, и света невечерняго, и Божественныя жизни, и благоуханнейшаго раздаяния...»

«Спаси, Утешителю, верно поющих Боголепное пришествие Твое, и очисти от всякия скверны, яко Благоутробен, и покажи достойны Твоего осияния...» (Канон Св. Духу, песнь VI).

Что нам необходимо знать и помнить?

"Трапеза исполнена... никтоже да изыдет алчай...
вси восприимите богатство благости!"

(Из слова Св. Златоуста.)

 

 

Три дня подряд празднуем мы в Св. Троицком монастыре великий «конечный», как его именуют наши богослужебные книги, праздник Святой Троицы.

Какое огромное богатство назидания дает нам это торжественное трехдневное всенародное празднование, какую богатую пищу для души!

Подведем итоги этому.

Так, прежде всего мы узнаём, что все великое дело домостроительства Божия — дело спасения человеческого рода закончилось ниспосланием Духа Святого, Который завершил наше спасение: что спасаемся мы с тех пор только благодатью Святого Духа и что без этой святейшей Божественной благодати, очищающей, просвещающей и освящающей нас, невозможно спасение. Эта благодать Святого Духа, или, что то же, таинственно действующая в нас сила Божия, очищая нас от всякия скверны плоти и духа, возрождает нас к новой, чистой, святой и нетленной жизни, делает нас «новой тварью», в чем и заключается собственно существо христианства и без чего нет и самого христианства.

Далее мы узнаём, что сокровищницей и раздаятельницей этой святейшей благодати Божией, с великого дня Пятидесятницы, является основанная Самим Спасителем нашим Господом Иисусом Христом истинная Церковь Христова, о Которой Господь сказал: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18). Распространителями и насадителями этой истинной Церкви Христовой по всей вселенной сделались в изобилии удостоенные благодати Духа Святого Святые Апостолы Христовы, поставлявшие себе помощников и преемников в лице унаследовавших от них эту благодать Епископов и Пресвитеров.

Следовательно, для получения благодати Духа Святого необходимо быть верным и преданным членом истинной Церкви Христовой — той Церкви, в Которой неразрывно хранится это преемство благодати, восходящее к самым Св. Апостолам. Послушание этой истинной Церкви Христовой должно быть у нас полным, всецелым и безповоротным — таким, что, по слову Христову, кто «Церковь преслушает, буди тебе, якоже язычник и мытарь» (Матф. 18, 17), то есть самый отверженный человек, с которым не следует иметь никакого общения. Принадлежащий к истинной Церкви Христовой и во всем безусловно Ей послушный сподобляется благодати Духа Святого — делается причастником Духа Святого.

Вне истинной Церкви получить эту благодать Духа Святого невозможно.

Затем мы узнаём, что плодами благодати Духа Святого в членах истинной Церкви Христовой являются высокие христианские добродетели, как «нищета духовная», или смиренномудрие, плач о грехах, кротость, алчба и жажда Божественного оправдания, милосердие, чистота сердечная, миролюбие, готовность пострадать за Правду Божию, если понадобится, даже до смерти. Стяжавшие такие добродетели становятся блаженными, то есть испытывают такое радостное возвышенное настроение души, с которым ничто земное не может сравниться. А в будущей жизни — «на небесах» — их ожидает великая награда: блаженство вечное.

Такие люди — верные члены Истинной Церкви Христовой, сподобившиеся стать причастниками святейшей благодати Божией и стяжавшие, с помощью ее, вышеупомянутые христианские добродетели, — являются «солью земли».

Как соль предохраняет пищу от разложения и делает ее здоровой и приятной на вкус, так и истинные христиане предохраняют мiр от нравственного разложения и способствуют его оздоровлению.

Но если соль «обуяет», по выражению Евангелия, то есть «потеряет свою силу» (на Востоке действительно есть вид такой соли, теряющей свой вкус), то она делается уже ни на что не годной, как только на то, чтобы быть выброшенной «вон на попрание людям» (см. евангельское чтение третьего дня праздника Пятидесятницы — Матф. 5, 3-13).

Как это страшно!

А между тем мы живем как раз в такое время, когда в мiре господствует течение, стремящееся всех христиан сделать такою «солью обуявшей», упразднив истинную Христову Церковь, ведущую свое преемство от Св. Апостолов, и лишив таким образом христиан благодати Духа Святого.

Это — столь модное сейчас, так называемое «экуменическое движение», которое исходит из положения, будто истинной Церкви Христовой теперь вовсе нет на земле, и ее нужно заново создать... через объединение всех христиан, принадлежащих к разным «церквам» и вероисповедным обществам и организациям, путем разных взаимных уступок в вопросах вероучения и выработки нового, общего и для всех приемлемого вероучения, а соответственно с ним, конечно, и мiровоззрения.

Навстречу такому течению идет и весьма ходячее в наше время суждение: «Не все ли равно, в какую церковь ходить: ведь Бог — один!»

Да! — Бог — один, но ведь Он и дал нам одну веру, создал для нас одну Церковь, а не много разных вер и разных «церквей». Так и утверждает это св. Апостол Павел, говоря: «Един Господь, едина вера, едино крещение, един Бог и Отец всех», а потому и мы, христиане, должны составлять «едино тело, един дух», как и призваны мы «во едином уповании звания нашего» (Ефес. 4, 4-6).

Если истинная вера только одна, и истинная Церковь тоже только одна, то, следовательно, все остальные веры и «церкви» — ложные, а не истинные.

Как же можно утверждать тогда, что все веры и «церкви» — равноценны и говорить, что «все равно, в какую церковь ходить»?

Поэтому, можно и следует говорить не о экуменическом объединении всех для создания какой-то новой Церкви, а лишь о возсоединении всех отпавших с единой истинной Церковью Христовой, которой Самим Христом-Спасителем дано великое и неложное обетование, что «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18).

Всякое другое, искусственное объединение современных христиан, при игнорировании Единой Истинной Церкви Христовой, не может быть делом Божиим, а есть дело врага Божия и врага Христова — Антихриста, который, в лице уже действующих в мiре слуг его, стремится совсем упразднить истинную Церковь Христову, лишив через это христиан благодати Божией и объединив их вокруг новой мнимой «церкви», или «лже-церкви», всех их подчинить своей антихристовой власти.

Вот, в какое поистине исключительно-страшное время мы живем!

А что особенно страшно, так это то, что в это «экуменическое» объединение вступили уже многие представители и даже некоторые возглавители почти всех поместных православных церквей, а, по последним сведениям, хочет вступить туда и московская советская патриархия (что, впрочем, и понятно!)

Привлекают в свое «объединение» эти «объединители» всевозможными средствами, в том числе и разными соблазнами, причем больше всего действуют на страсти тщеславия и сребролюбия — страсти, на которые особенно падки будут, как предрек это святитель Нифонт Цареградский (см. приложение к Руководству к духовной жизни свв. Варсануфия и Иоанна), в последние времена не только рядовые христиане, но и «занимающие престолы священства» (стр. 496), свидетелями чего мы уже и являемся.

Неудивительно, что так плачет Пречистая Матерь Божия, наглядно для всех являя дивное чудо истечения слез из целого ряда Своих икон, в чем мы, насельники Св. Троицкого монастыря и наши благочестивые богомольцы воочию сами смогли удостовериться, когда пребывала у нас в дни престольного праздника одна из этих св. икон.

Будем же бояться и всячески бегать всех этих лукавых соблазнов, дабы они и нас не уловили в свои сети!

Будем знать и помнить, что вне истинной Церкви Христовой нет благодати Святого Духа и невозможно спасение, а потому будем твердо и неуклонно держаться этой истинной Церкви, не поддаваясь никаким льстивым соблазнам и прельщениям!

Мы — в истинной Церкви: будем ценить это и дорожить этим превыше всего на свете!

О ЧЕМ НАПОМИНАЕТ НАМ ДЕНЬ ПРАЗДНИКА
В ЧЕСТЬ СВ. РАВНОАПОСТОЛЬНОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА?

Велик и радостен для истинно — русского человека день памяти славного Просветителя Руси святого равноапостольного князя Владимира. Ведь для каждого непредубежденного сознания так ясно, сколь громадное значение для русского народа имело принятие им веры Христовой. А этим величайшим событием своей истории русский народ обязан своему Просветителю князю Владимиру. И сам князь Владимир совершенно переродился, став другим человеком, после погружения в купель крещения, и весь просвещенный им русский народ духовно обновился после крещения, из дикого, варварского народа сделавшись народом культурным, в самом лучшем смысле этого слова.

Ставши истинным христианином, св. Владимир все усилия свои прилагал к тому, чтобы и все его подданные не только внешним образом приняли веру Христову, но и по духу стали истинными христианами. Для этого он широко организовал в своей стране христианское просвещение. Во множестве строились храмы и монастыри и при них открывались школы. Вместе с христианством пришла на Русь письменность и «книжное почитание».

Основанная на Руси, благодаря св. Владимиру, св. Церковь вместе с возвышенным учением Христовым о любви и милосердии принесла на Русь и начала византийской христианской культуры. Уча бывших грубых язычников основам св. веры, она стремилась преобразовать к лучшему и все их житейские обычаи и порядки. Проповедью и своей церковной практикой она показывала, как надо жить и действовать в делах личных, семейных и общественных.

Так Церковь Христова на Руси подняла авторитет и облагородила значение княжеской власти, внушая князьям, что они поставлены Богом «на казнь злым, и добрым на милование», и требуя от подданных, чтобы они «имели приязнь к князю», не мыслили на него зла и смотрели на него, как на избранника Божия. Когда князья ссорились между собой и роняли свой авторитет, духовенство старалось мирить их и учило их, что они должны «чтить старейшаго» и «не переступать чужого предела».

Церковь способствовала улучшению семейных отношений и возвышению нравственности вообще, стремясь искоренить дикие языческие нравы и обычаи, вроде многоженства, умыкания и покупки жен и т. п.

В особенности Церковь возставала против грубых форм рабства, уча господ быть милосердными с рабами, причем запрещаюсь истязать и убивать раба, а в некоторых случаях и прямо требуя отпуска рабов на свободу.

Церковь опекала и питала тех, кто не мог сам себя кормить — нищих, больных и убогих. Она давала покровительство и приют всем так наз. «изгоям», потерявшим защиту мiрских обществ и союзов. Церковь усиленно внушала, что все люди — одинаково братия во Христе и что пред Господом нет ни раба ни господина.

Храмы и особенно монастыри становились подлинными очагами духовного просвещения. В монастырях образовывались целые библиотеки и процветала грамотность. Монастыри учили народ и более совершенным формам ведения хозяйства, заимствованным из Византии. Наконец, вера Христова дала толчок и к развитию на Руси всех видов искусства — архитектуры, живописи и ювелирного дела.

Благотворное влияние веры Христовой скоро проникло во все уголки русской народной жизни, преобразовало, облагородило и освятило их. Просто поразительно, насколько быстро вера Христова овладела умами и сердцами русских людей и коренным образом переустроила на новый лад и государственное управление и весь граждански и народный быт, придав всему возвышенный евангельский характер.

Вот почему мы с полным правом можем утверждать, что Св. Православной Вере Русский народ обязан буквально всем, что было и есть у него самого лучшего, прекрасного и возвышенного.

Русская культура — это культура православная: она носит в себе отражение небесного света истинной веры Христовой — веры Православной, и именно в этом ее чарующая сила и привлекательность, покоряющая сердца.

А величественный сонм дивных подвижников веры и благочестия, просиявших среди русского народа, красноречивее всяких слов и логических доказательств убеждают нас в безусловной справедливости наименования нашей Родины Святою Русью.

Именно все это, что выше нами сказано, и заставляет даже лучших людей Запада преклоняться перед вскормленной и вспоенной живительными соками Св. Православия русской культурой и, несмотря на переживаемое нами ужасное время, уметь провести резкую грань между нею и жестоким большевицким режимом, господствующим ныне на нашей Родине.

Вот почему подлинным безумием являются утверждения некоторых современных русских людей (о которых можно сказать, что они лишь по недоразумению продолжают еще считать себя «русскими»), будто св. Православная вера не оказала никакого существенного влияния на русский народ и что будто в дальнейшем русские люди могут свободно обходиться без нее, относясь к ней лишь как к пережитку далекого прошлого.

Для нас, не потерявших пока здравого смысла, ясно, что подобное мнение есть не более как следствие безбожной пропаганды, которой — увы! — заразились не только те, кто имел несчастье получить воспитание в жутких условиях безбожного тиранического большевицкого режима. Большевизм «в духе» ведь не с 1917 года у нас начался: он ведь не мгновенно откуда-то «с луны» на русскую землю свалился, а подготовлялся задолго.

Большевицкие стремления, направленные к ниспровержению авторитета веры и Церкви в русском народе и, особенно, в интеллигентном русском обществе, как наиболее, вследствие своего воспитания в чуждом истинной вере западном духе, податливом, пропаганда безнравственности, всякого безчиния и нравственной распущенности имели за собою «давность», по крайней мере, двух столетий.

А потому крайне ошибочно и неосновательно, защищая какое-нибудь нравственное безобразие, говорить, как это делают некоторые в свое оправдание: «так было и в царской России!»

Да! может быть, это и было, но это-то как раз и привело царскую Россию к падению и победе большевизма. Никак не следует забывать, что еще за много-много лет до революции 1917 года «большевики» (хотя бы они и иначе тогда себя называли) вели свою настойчивую разлагающую работу в царской России, шаг за шагом упорно подтачивая вековые устои нашей св. веры и Церкви и ниспровергая те высокие идеалы, которыми на протяжении почти тысячи лет жил православный русский народ, унаследовавший их от своего великого и славного Просветителя св. равноапостольного князя Владимира.

Будем говорить откровенно и прямо. Как свидетельствуют факты, наша великая Национальная Россия — кровное детище св. князя Владимира — погибла от разложившего ее яда безбожия и всего того нравственного хаоса и ужаса, который оно неизбежно влечет за собою.

А поэтому подлинным умопомрачением надлежит признать всякие попытки спасти и возстановить настоящую Национальную Россию вне ее вековых исторических идеалов. Сама жизнь убеждает нас в этом. Иначе не окончилось бы так печально и трагически Белое Движение, с таким большим энтузиазмом и подлинным высоким подъемом духа начатое, а затем и Власовское, так называемое РОА, в уставе которого основатели его даже не пожелали ничего упомянуть о молитве, как бы совершенно забыв, что русское национальное воинство всегда было «христолюбивым», жило и побеждало именно верой и молитвой, а когда эта вера у него оскудела и настоящей молитвы не стало, оно легко подверглось разложению и сделалось добычей врагов.

Напрасны и безплодны и заранее обречены на полный неуспех все попытки победить сатану без помощи Божией, привлекаемой только через искреннюю веру и сердечную нелицемерную молитву.

Неужели не наступило время, после всего нами пережитого, наконец, это понять?

А если нет, то, следовательно, к великой скорби нашей, далек еще от нас и час спасения России.

Напрасно, как мечтают иные, разсчитывать на спасение России иностранцами, которые вовсе не желают возстановления прежней исторической Святой Руси и боятся Национальной России почему-то (!!) еще больше, чем нынешнего СССР. Мы можем и должны надеяться только на помощь Божию, разсчитывая лишь на самих себя и на живые силы, еще сохранившиеся в порабощенном русском народе.

А идти на великий подвиг спасения России от поработивших ее служителей сатаны можно только со Свято-Владимирским стягом в руках, с пламенной верой и горячей молитвой в сердце и на устах.

Да поймут это, в конце концов, все те, которые, мня себя «спасителями России», до сих пор все еще упорно заблуждаются и делают для спасения нашей Родины совсем не то, что нужно, а часто даже то, что идет во вред этому.

Святый равноапостольный великий княже Владимире, моли Бога о нас!

Светлый юбилей.

(К СТОЛЕТИЮ ПРОСЛАВЛЕНИЯ СВ. ТИХОНА ЗАДОНСКОГО).

"От юности возлюбил еси Христа, блаженне,
образ всем был еси словом, житием, любовию,
духом, верою, чистотою и смирением: темже и
вселился еси в небесныя обители, идеже предстоя
престолу Пресвятыя Троицы, моли, Святителю
Тихоне, спастися душам нашим."

(Тропарь, глас 8-ый.)

 

 

 

 

Православные русские люди, которые так любят заграницей справлять всевозможные юбилеи, и свои собственные и чужие, знают ли они, какой знаменательный и поистине светлый юбилей исполняется в нынешнем 1961-м году в день 13-го августа по нашему православному календарю?

В этот день исполняется точно сто лет с состоявшегося в 1861-м году торжественного причтения к лику святых Святителя Тихона, Епископа Воронежского, Задонского и всея России чудотворца, одного из величайших угодников Божиих, просиявших на нашей Русской Земле.

Кем был для нас — для Русской Церкви, для нашего православного русского народа святитель Тихон, об этом достаточно ясно, с исчерпывающей полнотой, хотя и в немногих словах, говорит составленное в честь его церковное песнопение:

«Православия наставниче, благочестия учителю, покаяния проповедниче, Златоустаго ревнителю, пастырю предобрый, новый России светильниче и чудотворче, паству твою добре упасл еси, и писаньми твоими вся ны наставил еси: темже венцем нетления украшен от Пастыреначальника, моли Его спастися душам нашим» (Ин тропарь, глас 4-ый).

Тут сказано в сущности все самое главное, что надо нам знать, дабы иметь представление о возвышенной личности этого великого столпа истинного Православия и смиренного, но вместе с тем и дерзновенного служителя истинной Церкви Христовой, пламенно проповедывавшего и словом и писанием истинное учение веры и нравственности христианской, и являвшего вместе с тем собою образ истинно-христианского подвижнического жития.

В необыкновенно живо и выразительно составленной службе святителю Тихону перед нашим мысленным взором как бы протекает вся исполненная духа благодати Божией высоко-подвижническая жизнь этого угодника Божия и обрисовывается его запечатленный высшей святостью нравственный облик.

«Скорбных утешитель», он «одеянных в рубище любезно приимал», «сущих в темнице посещал», «нищих ранами смердящих упокоевал», «печальных убогаго рода утешал», «друг быв меньшей братии Христовой». Будучи «любителем мира», он «вся обиды, яко нем и не отверзаяй уст, терпел радостно», «вся оставляя, да точию мирен будет обидяй», и был «миротворцем враждующих». «Рачитель безмолвия», он «хранение устном своим полагал и дверь ограждения о устнех своих», дабы «единому Богу беседовать». «Подражатель любве Отца Небесного», он «яко сын любве, в любви присно пребывал» и «любовь выше поста поставлял» (см. стихиры на хвалитех, гл. 3).

И, действительно, все это полностью подтверждается многочисленными, имеющимися в нашем распоряжении фактами его жития, составленного на основании показаний келейников святителя Тихона, Василия Чеботарева и Ивана Ефимова.

Пробыв всего около пяти лет епископом на Воронежской кафедре, святитель Тихон проявил себя своей необыкновенно кипучей архипастырской деятельностью. В особом сочинении «О седьми тайнах святых» он преподал священникам смысл совершаемых в Церкви Св. Таинств, а в сочинении: «Прибавление к должности священнической и о тайне св. покаяния» дал руководство к правильному совершению исповеди. Всеми силами старался он возбудить в пастырях своей епархии дух истинного пастырствования, побуждал их к живому общению с паствою, предписывал непременно читать за литургиею в праздничные и воскресные дни Толковое Евангелие или полезные поучения из Пролога, причем сам говорил образцовые проповеди для священнослужителей. Всячески заботился святитель о распространении духовного просвещения, содействуя открытию школ, и, не имея для того почти никаких средств, открыл в Воронеже Духовную Семинарию, причем составил замечательную, не утратившую и до сего времени своего значения «Инструкцию, что семинаристам должно наблюдать». Особенное внимание обращал св. Тихон на монастыри, в письмах своих поучая иноков, как они должны проводить свою иноческую жизнь, и составив для них особые 15 статей устава. Сам он постоянно проповедывал народу. Из его проповедей наиболее сильные и замечательные это — «Слово на Новый Год», «Слово о Сырной седмице» и «Увещание жителям града Воронежа об уничтожении ежегоднаго празднества, называвшагося Ярило».

Удалившись на покой, сначала в Толшевский, а затем в Задонский монастырь, немощный телом, но великий и сильный духом святитель и тут не дал себе покоя. Он работал почти круглые сутки над своими многоценными письменными трудами, с любовью принимал приходивших в обитель многочисленных паломников, благотворил, как только мог, раздавал всю свою пенсию и разсылал деньги по богадельням и заключенным в острогах, нередко и сам посещал заключенных, обращал словом убеждения, с необыкновенной кротостью и смирением, заблудших, просвещал невежественных, ухаживал за больными, даже сам учил Закону Божию малых детей, приходивших к нему из монастырской слободы, и любил вести назидательные беседы с простым народом, оделяя тут же нуждающихся деньгами.

Из многочисленных письменных творений святителя Тихона, составивших собою пять томов, особенно замечательны: «Плоть и дух», «О истинном христианстве» в двух книгах, «Сокровище духовное, от мiра собираемое», «Размышления на псалмы» и молитвы из псалмов, «Христос грешную душу к Себе призывает», «Воздыхания грешныя души ко Христу, Сыну Божию», «Проповеди краткия», «Письма келлейныя», «Наставление монашествующим», «Наставление христианское», «Напутствие обратившемуся от суетного мiра сего ко Христу» и многие другие.

Все письменные Творения и наставления святителя Тихона замечательно просты и написаны самым простым и безхитростным народным языком того времени, но в то же время исполнены глубочайшего истинно-христианского любомудрия, тонкого опытного знания человеческой души и неотразимой здравой логики.

Время, когда жил святитель Тихон (восемнадцатый век), было весьма печальным и столь губительным, как мы это теперь видим, по своим последствиям, временем неосмотрительного сближения России с богоотступническим Западом, праздновавшим эпоху мнимого «Возрождения», то есть отступления от Христа и возвращения к худшим языческим идеалам. Бурным потоком врывались к нам разные новшества, стремившиеся перевернуть всю русскую жизнь, весь прежний благочестивый уклад жизни русского народа, сложившийся под благотворным воздействием св. православной веры. Роковым образом сочетавались эти новшества с еще не изжитыми полностью остатками язычества в виде разных безчинных празднеств-увеселений и всяких суеверий.

Совершенно справедливо видя в этом главное зло русской жизни, наш кроткий и смиренный святитель с безпощадной суровостью обрушивался на все проявления этого губительного зла, решительно обличая современных ему русских людей за отступление от исконного православного благочестия, единственно спасительного.

Желая наглядно и просто нарисовать русским людям идеал истинно-христианской веры и жизни, святитель Тихон и написал свою замечательную книгу: «О истинном христианстве», где он разсуждает о Слове Божием и о духовной мудрости, о сердце человеческом и о языке человеческом, о грехах и о добродетели, о призвании грешников к покаянию и о том, что неизбежно всех нас ожидает — о смерти, о Втором Пришествии Христовом, о Страшном Суде, о муке вечной и о жизни вечной. Вторая часть той же книги посвящена замечательным мыслям о Евангелии и о вере, о Св. Церкви и св. крещении и о должностях христианина — к Богу, ко Христу Сыну Божию, к самому себе и к ближнему. В заключение св. Тихон дает истинно-богомудрые наставления о взаимных должностях христиан между собой, в зависимости от их положения в обществе и разсуждает об «утешительных плодах святыя веры».

Другое замечательное и многополезное творение св. Тихона это — «Сокровище духовное, от мiра собираемое». Здесь, по выражению святителя Феофана, Вышенского Затворника, во многом подражавшего подвигу святителя Тихона, в торжественном прославлении которого он в 1861 году сподобился великого для себя утешения участвовать, и по примеру которого он решился уйти на покой для уединенных подвигов, святитель Тихон указывает, «как всякую вещь превращать в проповедницу истин Божиих и в напоминательницу о Боге», так, что «всякая вещь будет приводить нас к мысли о Боге, как и всякое занятие и дело, И мы будем ходить среди чувственного мiра, как в области духовной. Все нам будет говорить о Боге и поддерживать наше внимание к Нему» («Что есть духовная жизнь?» Еп. Феофан, стр. 184-186).

Главное, как всегда учил и подчеркивала Св. Тихон, это — представляя себе безмерную милость и любовь к нам Господа нашего Иисуса Христа, отдавшего Себя, ради нашего спасения, на страшные крестные муки и поносную смерть, ответною любовью возлюбить «Чуднаго Любителя нашего», никогда «не выпускать благодеяния Его из памяти нашей», «воспоминать всегда Имя Его Пресвятое с благодарными слезами, хвалиться неизреченным Его милосердием и любовью, прославлять Ими Его сладчайшее пред всеми» и «ради Имени Его» во всем «тщиться Ему угождать», с любовью исполняя заповеди Его («Слово о спасительном Божием смотрении»).

С негодованием возставал св. Тихон на все более и более укоренявшиеся у нас, под влиянием Запада, непристойные и неприличные для истинных христиан развлечения и увеселения, соединенные с недостойными для христианок женскими модами, в которых он совершенно справедливо видел проявление почти ничем неприкрытого безстыдного разврата.

Возмущаясь противохристианскими и глубоко антицерковными по духу своему и по идее развлечениями так называемой «масляницы», св. Тихон пишет: «в самое празднование ея люди обоего пола убираются в платье лучшее, жены сверх того украшают или паче сказать, портят лица своя различными красками на прельщение юных сердец, и уже из естественной доброты делают притворную личину» («Слово о сырной седмице»). «Прелесть сия (украшение женское)», говорит он в другом месте: «сколь суетна и соблазнительна, доказания не требует, ибо чего для жены лица своя украшают? Причины сыскать не можно иной, кроме того, чтобы людям показаться: не бо для себе оне украшаются, понеже в домех своих и ложницах бывают без украшения, да и тело того не требует, и здравия краски не придают, разве вредят: едина остается вышереченная причина. Худо оне делают, что ходят на банкеты, на браки, на комедии, в компании и в прочии собрания; а хуже того, когда в церковь святую с тоюжде безделицею входят, — тако бо делают храм Божий позорищем» (из творения: «Плоть и дух» — «Украшение женское»). «Стыд и срам», пишет он в сочинении «О истинном христианстве», «женам украшати себе суетно, пудрить волосы, мазать лица своя, облагать шею каменьями, надевать разноцветныя платья, выставлять груди почти нагия, руки почти до локтей обнажать. Такие жены безчестят христианскую веру и показывают на себе знак худой. Советую всякой жене сию безделицу оставить и не слушать, что кто в сем ни приказует, и не смотреть, что нынешняго века люди делают. Читай Евангелие, Апостол и прочия книги, и увидишь, что правду пишу. Христианский путь тесный и скорбное житие. Ныне люди пространство любят: в пищи, в питии, в посудех, в платьях, конях, каретах, в обращении всяком, в ябедах, клеветах, в искании чести, славы, богатства и проч. О, тщета, беда, страх, вечная погибель!»

«Знай, христианине», заключает св. Тихон свои богомудрые наставления: «что нет никакой и малейшей пользы, где душе пагуба. Что во всем мiре когда душа погибнет? Пропадай вся слава, богатство и роскошь, только бы душа спаслась

Вот чему и как учил наш великий святитель Тихон!

Все это его учение, подкрепляемое многократными ссылками на Священное Писание и на Творения великих наставников христианской древности — Святых Отцев Церкви, находится в полной гармонии и соответствии со всем Богооткровенным учением христианской веры и благочестия, а потому должно быть принимаемо нами всем сердцем и безоговорочно.

Но кто в наше время знает и читает Творения святителя Тихона? кто последует в своей жизни его богомудрым советам и наставлениям?

Жизнь далеко ушла «вперед» от истинно-христианской веры и благочестия, и современные учителя веры и даже рядовые верующие считают себя более «просвещенными», чем был святитель Тихон — во всяком случае «более современными», и это решаются ставить себе в заслугу и честь, совершенно забывая, что, как «Христос вчера и днесь, Тойже и во веки» (Евр. 13, 8), так и истинное учение христианской веры и благочестия во все века пребывает и до скончания века пребудет неизменным.

Когда рухнула наша несчастная Родина, не пожелавшая идти путем послушания заветам своего великого святителя, как и других наших богомудрых наставников, все в мiре заколебалось в своих устоях, — страшно сказать! — заколебалось, по давнишнему, сделанному еще 100 лет тому назад, предречению Епископа Игнатия (Брянчанинова) и здание истинной Церкви — Церкви Православной. Это колебание здания Церкви выразилось в возникновении так называемой «Живой церкви» и «обновленчества» у нас на Родине, порабощенной безбожниками-коммунистами, а затем — и советской церкви, служащей послушным орудием богоборческой власти. Этот дух «обновленчества» проник и за границу, во все остальные поместные православные церкви. И вот ныне мы стоим перед страшным фактом — созывом совещания представителей всех православных поместных церквей с целью пересмотреть заново все православное веро– и нравоучение и церковные каноны, несомненно с тенденцией каких-то реформ в Православии, долженствующих извратить дух истинного Православия, существо которого, как учит св. Тихон, в полном согласии со Словом Божиим и учением древних Отцев, заключается в «презрении и отрицании мiра». И если не найдется в нашей среде нового Максима Исповедника или Марка Ефесского, который мужественно возвысит свой голос в защиту истины, то действительно «дело православной веры можно будет признать приближающимся к решительной развязке», как предсказывал тот же наш святитель Игнатий, и истинная Церковь Христова сосредоточится вся лишь в «малом остатке спасающихся», по его же выражению.

Эта малая Церковь Христова — Церковь истинная, в отличие от возникающей «церкви лукавнующих», или «лже-церкви», конечно, по неложному обетованию Христову, будет пребывать до скончания века, ибо «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18).

Такие великие святители, как Тихон Задонский и ему подобные, и преподаваемое ими христианское учение веры и благочестия, и должны служить для нас критерием, дабы мы могли безошибочно определить, где истинная Церковь Христова, а где «лже-церковь».

«О великий угодниче Божий и преславный Чудотворче, Святителю Отче наш Тихоне! Со умилением преклоньше колена и припадая к раце честных и многоцелебных мощей твоих, всеусердно молим тя: принеси молитву нашу ко вся содержащему и спасающему Человеколюбцу Господу, да утвердит во Святей Своей Православной Церкви живый дух правыя веры и благочестия, да вси члени Ея, чистии от суемудрия и суеверия, духом и истиною покланяются Ему и усердно пекутся о соблюдении Его заповедей, и свободи ны твоим заступлением от облегающаго нас суесловия и суемудрия, неправоверия и зловерия человеческаго!» (Из молитв св. Тихону).

Чему поучает нас Успение Пресвятой Богородицы?

"О, дивное чудо! источник жизни во гробе
полагается, и лествица к небеси гроб
бывает".
                    (Стихира на Успение).


 

 

Велик и радостен для христиан православных праздник Успения Пресвятой Богородицы. С древнейших времен христианских, как и самое почитание Приснодевы, ведет он свое начало. Уже в IV столетии упоминается о нем в сочинениях Бл. Иеронима и Бл. Августина, причем Бл. Иероним свидетельствует, что на гробе Богоматери построен был храм. В V веке Св. Анатолий Константинопольский, в VIII веке св. Иоанн Дамаскин и св. Косма Маиумский, а в IX в. св. Феофан Никейский составили вдохновенные песнопения в честь этого праздника, который издревле почитался великим, дванадесятым, вселенским праздником всей Христианской Церкви. В церковных песнопениях, которые поются у нас доселе, праздник Успения Пресвятой Богородицы именуется «знаменитым», «торжественным», «Божественным праздником».

Чему же так радуется Св. Церковь в день этого праздника? Ведь в этот день воспоминается смерть Божией Матери, а смерть, как это обычно принято считать у людей, есть событие скорбное, печальное, но вовсе не радостное?

Радуется Св. Церковь в день праздника Успения Пресвятой Богородицы потому, что во успении Своем Она не только не оставила мiра, а наоборот — «преставльшися от земных к небесным», Она стала еще ближе, еще дороже мiру, ибо сделалась всесильной Ходатаицей за мiр перед престолом Сына Своего и Бога, «в молитвах неусыпающей» и «в предстательствах непреложным упованием» (см. кондак Успения).

Смерть Ее была лишь коротким переходным моментом в Ее жизни, именно «успением», то есть временным сном, после которого Она возстала уже к новой, вечной и нетленной жизни, воскрешенная Божественною силою Сына Своего и Бога. Вот почему Бл. Иероним называет праздник Успения «торжеством, несравненным с празднествами святых», «ибо в оный», говорит он, «Спаситель всех Сам во всей Своей славе с радостью сретил и вселил Матерь Свою с Собою». «Она как бы сном на малое время смертью уснула, вскоре от нея, яко от сна, воспрянула, и мертвость гробную, как сонное от очес дремание оттрясши, узрела безсмертную во свете лица Господня жизнь и славу».

А что это было действительно так, в этом воочию убедились св. Апостолы Христовы уже на третий день после Ее кончины.

По особому промыслу Божию, св. Апостол Фома не был при успении и погребении Божией Матери. Пришедши только на третий день в Гефсиманию, где была погребена Она, св. Фома с плачем повергся перед гробовой пещерой, громко, жалостным воплем выражая свою глубокую скорбь о том, что он не удостоился попрощаться с Божией Матерью и получить от Нее Ее последнее благословение. Желая доставить ему утешение, Св. Апостолы решились открыть пещеру, дабы он мог поклониться останкам Приснодевы. И вот — тела Пресвятой Богородицы там не оказалось: лежали одни только погребальные пелены Ее, которые издавали чудное благоухание. В тот же день вечером, св. Апостолы, беседуя между собою за трапезою о том, как не нашлось во гробе Святого тела Богоматери, услышали вдруг ангельское пение и неожиданно, подняв взоры к небесам, узрели там Пресвятую Деву, «живу, со множеством ангелов стоящую и неизреченною славою осияваемую. Яже и рече к ним: радуйтеся!».

Вот, где причина нашей радости в день великого праздника Успения Пресвятой Богородицы: мы радуемся безмерной славе Той, Которая удостоилась стать Матерью Бога нашего и сделалась «Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим», — мы радуемся и тому, что гроб Ее подлинно стал «лествицей к небеси», не только для Нее Самой, но и для всех нас, несомненно уповающих на Нее, как на «Предстательство христиан непостыдное и Ходатайство ко Творцу непреложное».

Безмерна и несравненна слава Пречистой Матери Божией, ибо хотя и умерла Она, подобно всем смертным людям, покорившись общему закону смерти, но не видела тления: пречистое тело Ее, «возвысив на небеса возведе Иисус, Сын Ея и Спас душ наших».

Но ведь и все люди, искупленные драгоценною Кровью Сына Ее, призваны к наследованию вечной небесной славы, вечного блаженства.

В этом и только в этом, как ясно учит нас Слово Божие, состоит наше предназначение, к этому должны быть устремлены все наши мысли, чувства и пожелания, в постоянной подготовке себя к этому должна проходить вся наша временная земная жизнь — в неустанном стремлении к этой конечной цели должны видеть мы весь смысл нашей жизни.

Ведь и для всех нас смерть есть не более, как временный сон — «успение», после которого мы пробудимся к вечной жизни, ибо все мы, как христиане, веруем и ожидаем «воскресения мертвых и жизни будущего века» (см. конечные слова нашего Символа Веры), а кто в это не верует, тот и не христианин.

И мы знаем, что все истинные христиане во все времена так именно и смотрели на смерть, которая сама по себе была для них не страшной, а наоборот — радостной, как вожделенный для них переход к лучшей жизни, что так прекрасно выражено во вдохновенных словах умилительнейшей молитвы св. Василия Великого на вечерни в день Пятидесятницы: «Несть убо, Господи, рабом Твоим смерть, исходящим нам от тела, и к Тебе Богу нашему приходящим, но преставление от печальнейших на полезнейшая, и сладостнейшая, и на упокоение и радость».

Вот почему смерть и именуется у нас, христиан, «преставлением», а недавно умершие — «новопреставленными».

Такой взгляд на смерть был и у великого Апостола языков св. Павла, прошедшего с проповедью Евангелия всю вселенную. «Для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение», говорил он (Фил. 1, 21), а потому он и выражал желание «разрешиться (от уз плоти) и быть со Христом, потому что это несравненно лучше» (Фил. 1, 23).

Неудивительно поэтому, что целые сонмы мучеников христианских на протяжении почти трех веков с такой радостью шли на страшные мучения и смерть за Христа, а Св. Церковь отмечала радостным празднованием те дни, в которые они сподобились мученической смерти, называя эти дни «днями рождения» их.

Так ли и теперь настроены все современные христиане?

Все ли они смотрят на эту временную земную жизнь только как на подготовку к новой — лучшей будущей жизни, все ли они с радостью ожидают наступления своего последнего смертного часа?

Увы! страшно сказать до чего теперь извращены все понятия в современном христианском обществе — даже среди христиан православных, даже среди самих руководителей их духовной жизни и носителей священного сана, казалось бы, обязывающего хотя бы мыслить правильно по-христиански, если нет сил так жить.

Мы живем в страшное время, когда самые понятия христианские, здравые и истинные, подмениваются понятиями фальшивыми и ложными, зачастую злонамеренно изобретаемыми, с несомненной целью, конечно, отклонить людей от правого пути истинно-христианской жизни. Во всем этом видна какая-то планомерно-действующая черная рука, которая стремится как можно крепче привязать людей к этой временной земной жизни, заставив их забыть о неизбежно всех нас ожидающей жизни будущей, жизни вечной.

Так например, достаточно кому-нибудь начать регулярно ходить в церковь, молиться Богу дома, соблюдать посты, вести себя целомудренно и воздержно, уклоняясь от всех современных, столь нескромных развлечений и увеселений, как окружающие сейчас же набрасываются на него с насмешками и укоризнами: «Да, что ты? в монахи что ли собрался? или хочешь показаться перед нами каким-то праведником, святошей?» Это и прежде бывало, но никогда в такой мере, как теперь, когда — увы! — и некоторые современные пастыри, либерально и модернистически настроенные, относятся к подобным подвижникам благочестия (иначе их в наше время и не назвать!) явно неодобрительно.

Стоить пастырю, желающему только честно и добросовестно исполнять свой пастырский долг, без всяких поблажек и уступок современной моде и развращенным нравам, начать учить своих пасомых истинно-христианскому пути жизни, как сейчас же весьма многие из современного мнимо-христианского общества обрушиваются на него со всею силою ожесточенного озлобления, начинают всячески хулить и порочить его, стремясь его дискредитировать в глазах остальных и подорвать его пастырский авторитет.

И наоборот — теперь многим нравятся пастыри, которые, приноравливаясь к вкусам, взглядам и настроениям современной расцерковленной толпы, унижают высокий христианский идеал жизни, едва ли не втаптывают его в грязь, фальшиво подменяя и извращая все подлинно-христианские понятия, лишь бы только кому-то угодить. Весьма ошибочно видеть здесь то «пастырское применение», основываемое на словах св. Апостола Павла: «всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9, 22), которое рекомендуется пастырю для успеха его святого дела, ибо такое «пастырское применение», как ясно видно из тех же слов св. Апостола, должно иметь свою меру: применяясь к немощи своих пасомых, пастырь не смет доходить до того, чтобы становиться «беззаконником Богу» (9,21).

Это не «пастырское применение», а просто искание сомнительной популярности, дешевая демагогия в духе столь строго обличаемых в кн. св. пророка Иеремии и св. пророка Иезекииля лживых пророков.

«Горе безумным пророкам, которые водятся своим духом», говорит Господь: «и предвещают ложь (Иезек, 13, 3-6). Не слушайте слов пророков, пророчествующих вам: они обманывают вас, разсказывают мечты сердца своего, а не от уст Господних». «Они говорят: мир! мир! когда нет мира. Я не посылал пророков сих, а они пророчествовали сами от себя» (Иерем. 23, 16-32). «Вот Я на пророков, говорить Господь, которые действуют своим языком, а говорят: «Он сказал» (Иерем. 23, 30). «И будет рука Моя против этих пророков, видящих пустое и пророчествующих ложь» (Иез. 13, 9).

Совершенно справедливо говорит наш выдающийся гомилет профессор Киевской Духовной Академии проф. В. Ф. Певницкий, что истинный пастырь не должен поддаваться заманчивой идее примирения христианства с современностью, и что «нельзя допускать ни малейшего изменения начал веры Христовой», «никакой уступки в виду ходячих заблуждений времени, никакого послабления строгих требований евангельского закона, в виду понизившейся нравственности и нежелания подчиниться им со стороны разслабленной воли» («Церковное Красноречие и его основные законы» стр. 164). Нельзя проповедывать какое-то «новое христианство», «христианство разжиженное и разслабленное», ибо задача пастыря не в том состоит, чтобы принижать высокие требования Божественного Закона до уровня понизившейся жизни, но в том, чтобы эту понизившуюся жизнь возводить до той высоты, на какой она должна стоять, по требованию Слова Божия и указанию Церкви (см. там же).

Раньше были только отдельные попытки такой проповеди, а теперь мы лицом к лицу стали перед таким достаточно уже мощным и сильным, в виду общего падения нравственности, направлением «нео-христианства», как откровенно нарекли его сами сторонники этого направления.

На этой именно почве, главным образом, и возникли у нас церковные расколы в нашей Русской Церкви в Советской России и заграницей, на этой именно почве ширится и движение так называемого «экуменизма» и стремление к объединению всех христианских и даже нехристианских вероисповеданий — объединению не в Истине, а во лжи. Усиленно проповедуется мир там, где нет и не может быть для истинного христианина мира.

В полной мере исполняется то, что говорил еще в начале нынешнего столетия наш благочестивый профессор: «Не нравится то, что служители Церкви влекут людей к Небу, а забывают о земле, — говорят о спасении души и вечном блаженстве, а не думают устроить земное благополучие, водворять царствие Божие на земле, — царство Божие, понимаемое ими своеобразно, как культ плоти и признание нормальными требований того закона, сущего во удех наших, который св. Апостол противополагает закону Божию и прямо называет «законом греховным» (Рим. 7, 22-23) (см. в той же книг стр. 168).

Современные «христиане» хотят, чтобы пастыри не стесняли греховных стремлений человеческой природы, и только под этим условием согласны войти в единение с Церковью и жить ее жизнью. И вот находится теперь немало «пастырей», которые готовы идти на такой преступный компромисс, во имя чего и устраиваются в наше время всякие «примирения» и «объединения» и замышляются даже грандиозные «реформы» в Церкви в мiровом масштабе, с каковой целью предполагаются созывы всяких «предсоборных совещаний» и чуть ли не «вселенского собора» в недалеком будущем.

Каково должно быть наше отношение ко всему этому?

Ответ на этот вопрос для каждого истинного христианина ясен. Церковь, верная заветам Христа-Спасителя, имеет в виду внутреннего человека, а не внешнего: душу хочет обновить и спасти, а не телу угождать. Поэтому все наши мысли, чувства и пожелания должны быть направлены в сторону будущей ожидающей нас вечной жизни, а не в сторону забот о наилучшем устройстве нашего кратковременного и быстро исчезающего земного благополучия.

«Господи, даждь ми слезы, и память смертную, и умиление!» — так горячо должны мы, по заповеди св. Церкви, молиться ежедневно, отходя ко сну, который всегда должен напоминать нам неизбежно ожидающую нас смерть, — молиться не одними устами, но и всем сердцем.

И всю жизнь свою строить не иначе, как сообразно с этой молитвой, умоляя Пречистую Матерь Божию, во успении Своем нас не оставляющую: «О Всепетая Мати Безсмертнаго Царя небесе и земли Христа Бога нашего, живущая и по смерти! В жизни сей и в смертном успении нашем от всякия напасти, бед и муки нас избави, и Небеснаго Царствия нас, Царице, сподоби!..»

Еще один светлый юбилей.

(К ПЯТИДЕСЯТИЛЕТИЮ ПРОСЛАВЛЕНИЯ СВЯТИТЕЛЯ ИОАСАФА БЕЛГОРОДСКОГО).

"Святителю Христу Богу возлюбленне, правило веры
и образ милосердия людем был еси, бдением же,
постом и молитвою яко светильник пресветлый
просиял еси, и прославлен от Бога явился еси:
телом убо в нетлении почивая, духом же престолу
Божию предстоя, чудеса преславная источаеши.
Моли Христа Бога, да утвердит Отечество наше
в Православии и благочестии и спасет души нашя"

(Тропарь св. Иоасафу, гл. 3-ий).

 

 

 

 

 

Едва отпраздновали мы столетие со дня прославления великого Российского Святителя Тихона Задонского, как вот приспел уже другой светлый юбилей — радость и торжество нашей святой веры и Церкви: в воскресение 4/17 сентября с. г. исполняется пятидесятилетие со дня прославления современного ему другого великого Российского святителя Иоасафа, Епископа Белгородского.

И Святитель Иоасаф, как и Святитель Тихон, жил и подвизался все в том же, столь злокозненном для нашей Родины XVIII столетии, но был уроженцем не севера, а юго-запада России. Свое духовное воспитание он получил под благотворным воздействием великих исторических святынь русского народа — в самом сердце «матери городов русских», в Киево-Братском монастыре, где он прошел курс богословских наук в открытой при нем академии.

Непродолжительна была его земная жизнь — он скончался всего лишь 49-ти лет от роду, — но о нем поистине можно сказать словами Премудрого: «Скончався вмале, исполни лета долга: угодна бо бе Господеви душа его, сего ради потщася от среды лукавствия» (Премудрости Солом. 4, 13-14).

Чем был велик и славен Святитель Иоасаф, чем он угодил Богу и чему мы можем и должны поучиться у него?

У нас, современных христиан, вера, по большей части, расходится с жизнью: мы не живем в полном согласии с учением, с требованиями нашей веры. Вера наша так ясно, так определенно учит нас, отрешаясь от всего тленного, земного, всеми мыслями и чувствами своими устремляться к ожидающей нас нетленной вечной жизни. Теоретически мы, может быть, и принимаем это (хотя появилось у нас в последнее время особое течение «нео-христианства», которое даже теоретически не хочет этого принять, а измыслило совсем новое, неизвестное прежде мнимо-христианское мiровоззрение, стремящееся крепче приковать человека к земле, будто бы уже преображенной и освященной пришествием Христовым в мiр), признаем и кончину века, и Второе Пришествие Христово, и Страшный Суд, и будущую жизнь, но практически поступаем и живем так, как будто бы ничего этого не предвидится, и нам нужно только здесь на земле устроиться получше, обезпечив себя всеми благами и удобствами: мы не желаем по-настоящему думать о неизбежно ожидающей каждого из нас смерти и не. готовимся, как бы следовало, к предстоящей нам будущей вечной жизни.

Даже в современной церковной жизни наблюдается то же самое: многие из современных пастырей одержимы страстным увлечением чисто-внешней практической деятельностью, с целью наладить получше и благоустроить земную жизнь верующих. Конечно, хороша и благословенна и такая внешняя организационная деятельность, направленная ко благу Св. Церкви, но только в том случае, когда она не идет в ущерб, а тем более взамен внутренней, собственно-пастырской деятельности, и когда она имеет целью славу Божию, а не свое собственное прославление. Но совсем плохо, когда такой чисто-внешней организационной деятельности придают главное значение, а о внутренней жизни верующих забывают, ничего им в этом отношении не давая или давая очень уж мало, как бы только для приличия.

Не таков дух истинного пастырства Христова, к разряду коего и принадлежал «прославленный от Бога» наш великий Святитель Иоасаф. Чем именно он угодил Богу, помимо вышеприведенного тропаря ему, прекрасно говорит надпись, сделанная на одном из дошедших до нас его портретов:

«Сей Святитель от юности имел ревность к славе Божией, равную Пророку Илии, явил милосердие к ближним, подобно Святителю Николаю, согревал всех своею любовию, как Апостол Иоанн Богослов».

Самой характерной, отличительной чертой Святителя Иоасафа и было действительно это замечательное сочетание неумолимой строгости там, где дело касалось ревности о славе Божией, и благостного снисхождения, подлинно-христианской любви и милосердия ко всем страждущим и нуждающимся в помощи людям.

«Милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася» (Пс. 84, 11) — вот псаломское изречение, которое как нельзя лучше выражает сущность Иоасафовой добродетели.

Святитель Иоасаф отнюдь не был сторонником той слащаво-сантиментальной проповеди мнимо-христианской любви, все прощающей даже врагам Божиим, которой так увлекается современный Богоотступнический мiр и многие современные лже-пастыри, не желающие понимать подлинного учения Христова о любви, и нередко даже фальсифицирующие это учение в своих видах; совершенно чужд был он и всякого человекоугодничества, пресмыкательства и ласкательства перед сильными и славными мiра сего — всеми его поступками и деяниями руководила прежде всего ясно указываемая Св. Евангелием, как «первая и большая заповедь», любовь к Богу и вытекающая из нее ревность о славе Божией.

Вот почему он так неумолимо строг был к священникам, небрежно относившимся к своим обязанностям и позволявшим себе неблагоговейное отношение к святыне — сурово взыскивал с них, наказывал и отрешал от должности без всякой пощады. Но вместе с тем к действительным нуждам духовенства он относился с чрезвычайной заботливостью и защищал его от произвола сильных лиц. Так, например, когда управляющий имением кн. Юсупова самовольно выгнал сельского причетника, св. Иоасаф приказал причетнику вернуться на место и угрожал управлению имения иначе запечатать церковь, а самому владельцу-князю отправил в Петербург настоятельное требование вознаградить несправедливо обиженного.

Священникам, враждовавшим с кем-либо, св. Иоасаф запрещал совершать Божественную литургию, прежде чем они не примирятся. Необыкновенная строгость св. Иоасафа для многих являлась даже предметом соблазна. Но она вполне естественно вытекала из его безукоризненной нравственной чистоты, честности и добросовестности в исполнении своего архипастырского долга. Чрезвычайно важно поэтому суждение о сем нашего великого праведника приснопамятного пастыря отца Иоанна Кронштадтского, который, как известно, питал глубокое почтение к еще не прославленному тогда официально Святителю Иоасафу и за два месяца до своей кончины выразился о нем буквально так:

«Этот Святитель близок моему сердцу... Великую милость России посылает Господь чрез святых Своих угодников... Вот этой-то строгости Иоасафовой, вытекающей из ревности о славе Божией, не достает теперь нам, пастырям и архипастырям».

С этой необыкновенной строгостью Святителя Иоасафа, который «зорким орлом далеко прозирал» свою паству, уча ее более всего ревновать о славе Божией, замечательным образом сочетавалась его нежная любовь к своей пастве и подлинно-христианское милосердие.

Все доходы своей богатой кафедры он раздавал бедным, имевшим всегда к нему свободный доступ. Всякий страждущий и нуждающийся был ему близок и дорог, и он за всех болел душой и всем старался придти на помощь.

По его поручению, келейник его постоянно разносил деньги и одежду, а, когда келейник бывал болен, Святитель Иоасаф, подражая великому Святителю Христову Николаю, сам разносил, одевшись в простую послушническую одежду, свою тайную милостыню, подбрасывая бедным людям то, в чем, как он знал, они имели нужду. Однажды он жестоко пострадал за это, быв избит при возвращении ночью привратником архиерейского дома, принявшим его в темноте за какого-то злоумышленника.

В этой своей непрестанной благотворительной деятельности Св. Иоасаф руководился отнюдь не какими-либо личными и своекорыстными соображениями, как это часто бывает с иными «благотворителями», а исключительно исполнением второй основной заповеди Закона Божи